Им нужна Харука!

             Внезапно Якумо услышал позади шаги и стук железа. Кто-то стремительно направлялся в его сторону.       — Кто там? — крикнул медиум в пустоту, но ответом ему послужил очередной стук железа.       — Ну что, Якумо, ты готов умереть? — с насмешкой произнёс непонятный голос.       — Это всё твоих рук дело? — презрительно произнёс Якумо.       — Надо же, какой догадливый, — усмехнулся голос. — Да, ты прав. Это я. В тот раз ты остался живым. Но сейчас я не повторю той ошибки.       Наконец, Якумо увидел обладателя этого грубого голоса: на него нёсся мужчина с топором в руках. Якумо чудом успел увернуться вовремя, и мужчина влетел в стену. Воспользовавшись этим, Якумо рванул из комнаты. Убийца поспешил за ним.       Якумо оказался в тупике. Бежать было некуда, а обезумевший мужчина всё приближался. Ещё крепче сжав топор в руках, он неуклюже набросился на Якумо. Но и в этот раз медиум успел уклониться вовремя. А вот убийце в этот раз не повезло. Якумо не сразу понял, почему мужчина визжал от боли и валялся на полу с отрубленной правой рукой. Якумо с ужасом осознал, что топор сейчас был в его руках, по его лезвию стекала кровь.       — Ах ты ж сукин сын! — визжал мужчина. Якумо слабо помнил, как схватил топор, который убийца выронил, ударившись в стену, и отрубил руку своему обидчику. А ещё он с ужасом вспоминал свои мысли, которые до сих пор вторили ему отрубить мужчине, но уже голову. Якумо с ужасом выбросил топор и поспешил скрыться.              — Где это я на этот раз? — Харука в очередной раз проснулась в незнакомом ей месте. Сейчас она ощущала, что находится в очень тесном и тёмном месте. Ей стало не хватать воздуха. Она в панике стала биться изо всех сил, пытаясь освободиться. Кожа начала потрескивать, а потом и вовсе начала кровоточить. Она не понимала, что оказалась в гробу. «Якумо, где же ты?» — всплыло у неё в мыслях прежде, чем она вновь лишилась сознания, но на этот раз от недостатка кислорода.              Якумо зашёл в одну из комнат подвала. Здесь по всей длине стены простиралась труба с краном на конце, из которого капала вода. Якумо жадно принялся глотать воду, а потом умылся. Придя в себя, он присел и стал глазами бегать по помещению.       — Привет, Якумо, — раздался до ужаса знакомый голос. То был Мануэль.       — Где тебя носило? — холодно спросил Якумо не удосужившись даже взглянуть на собеседника.       — На втором этаже. Там заперта вся моя семья, — с болью в голосе ответил Мануэль.       — Семья? — переспросил Якумо, хотя на данный момент он был слабо заинтересован в судьбе Хоффелнеров.       — Да. Джеро, сволочь, зарезал всю мою семью, когда меня не было дома. Как найду его, собственнолично уничтожу! — в глазах Мануэля отображалась злость.       — Джеро? Отсюда поподробнее, — медиум наконец заинтересовался.       — Раньше Джеро был другом нашей семьи. Он с моим отцом были лучшими друзьями. После смерти отца, он начал помогать нашей семье, хотя у него была своя. Он много времени проводил с нами, а иногда приходил со своей женой и младенцем. Мы были очень близки. Но однажды смерть забрала его жену и ребёнка, когда Джеро был у нас. Я не знаю, что случилось тогда с его семьёй. А однажды, когда я вернулся домой с прогулки, застал дома мёртвых бабушку, маму, младшую сестрёнку. И он был там. Возвышался над их трупами с окровавленным топором в руках. Ну и конечно же меня он в живых тоже не оставил.       — Топор, значит… — задумчиво произнёс медиум. — Теперь всё более-менее стало ясно.       — Не всё! — воскликнул Мануэль. — Ты ещё не всё знаешь!       — Говори.       — Хорошо. Но ответь только на один вопрос. Где сейчас Харука?       — Я не знаю. Я нигде не могу её найти, — гримаса боли отразилась на лице медиума, и он в растерянности взялся за голову.       — Как это не знаешь? — Мануэля будто кипятком обдало. Якумо не знал, что ответить.       — Якумо, — раздался нежный голос девушки. Девушки, о которой сейчас шёл разговор. Детектив посмотрел в сторону, откуда донёсся столь приятным его ушам голос. Харука стояла в дверях. Но это уже была не та Харука, которую так долго искал Якумо. Её силуэт казался прозрачным, а глаза – мёртвыми. Но в её глазах ещё можно было уловить проблески жизни. Она всеми силами желала жить. Её душа цеплялась за жизнь, как могла.       — Это ведь… ещё не конец? — Лицо Мануэля скривилось в дичайшем испуге. А Якумо молчал и пристально вглядывался в то, что он видел перед собой.       — Якумо, — вновь повторила Одзава, но её губы не двигались. Она испуганно смотрела на медиума и, казалось, не понимала, что происходит. Но видя, что её друг не реагирует, она развернулась и поспешила уйти. Якумо пошёл следом.