Одержимый

      — Ну что, давайте хорошенько зажжём сегодня ночью! Я аж воспылал! — захлёбываясь от восторга, кричал Нацу, поудобнее устраиваясь на заднем сидении автомобиля рядом с Люси и чересчур громко хлопая дверью. При этом аловолосая девушка, сидевшая за рулём, одарила его настолько убийственным взглядом, что парень моментально притих. Однокурсник Хартфилии, Грей Фуллбастер, лишь многозначительно хмыкнул в ответ и со скучающим видом уставился в окно.       — Я — Эрза Скарлет, будем знакомы, — молниеносно сменяя гнев на милость, подала голос незнакомка. — А ты, кажется, Люси? Нацу многое рассказывал мне о тебе.       Блондинка лишь молча кивнула и довольно повела плечами. Пусть она и практически не знала этих ребят, но в их компании чувствовала себя на удивление комфортно. Машина плавно тронулась с места, быстро передвигаясь по пустынным улицам города.       — Она просто демон в юбке, будь с ней осторожна, — едва слышно прошептал Драгнил, нервно посмеиваясь в кулак.       — Я всё слышу, Нацу.       — Всё, я молчу, молчу, — парень болезненно скривился, так и не издав ни единого звука до конца поездки. Воцарившуюся тишину нарушало лишь тихое, сбивчивое шипение радио и ненавязчивая мелодия, доносившаяся из динамиков. Медленно, но верно Люси начинало клонить в сон, как вдруг...       — Эй, просыпайся, мы уже приехали, — чьи-то сильные руки схватили её за плечи и осторожно встряхнули, а сбивчивое дыхание обдало жаром шею. — Добро пожаловать в нашу обитель.       Весь окружающий мир казался для Люси нереальным, сказочным: красочные неоновые вывески, от изобилия которых в глазах начинало рябить, заводная громкая музыка, эхом плывущая в воздухе, и люди, очень много людей. Они подходили к компании буквально сплошным потоком, знакомились с девушкой, желали приятного вечера и уходили, а на смену им приходили другие. Всего через полчаса всё изобилие лиц и имён в памяти блондинки смешалось в один сплошной ком, а голова пошла кругом.       — Нацу, неужели ты и в самом деле знаешь всех этих людей? — выискивая взглядом на открытой поляне свободный столик, где проходила вечеринка, и пугливо прижимаясь к парню, поинтересовалась Хартфилия. Грей и Эрза уже затерялись в толпе, поэтому крохотный островок у барной стойки, где как раз могли уместиться двое, пришёлся им как нельзя кстати.       — Конечно, ведь это всё мои друзья! — силясь перекричать музыку, широко улыбнулся Драгнил и заказал у бармена выпить. — Правда, я не всегда могу вспомнить, как кого зовут. Память плохая, уж что поделать, — заламывая руку за голову и неловко хихикая, чуть позже добавил юноша и протянул подруге наполненный доверху стакан, в котором был отнюдь не апельсиновый сок. Люси лишь в недоумении замахала руками и случайно задела стакан, немного расплёскивая его содержимое. Нацу лишь улыбнулся ещё шире своей фирменной улыбкой.       — Мало того, что недотрогу из себя строишь, так ещё и неуклюжая, Люси. Расслабься, я ведь знаю, что ты не такая.       Девушка на мгновение замялась и не нашла, что ответить. А ведь она и в самом деле была не такой. Просто сегодня, практически стоя на пороге совершеннолетия, она впервые оказалась в подобном месте, и портить столь яркие впечатления порцией алкоголя совсем не хотелось. Отец Люси был очень строгим человеком и предпочитал держать дочь в ежовых рукавицах. Кажется, что-то подобное она и озвучила вслух, но ответом ей послужил лишь короткий смешок за спиной. Парочка синхронно обернулась и начала во все глаза рассматривать обладательницу голоса — высокую шатенку в красном платье, держащую в руке полупустую бутылку из-под бренди.       — Как кашу маслом не испортишь, так и хорошую вечеринку нельзя испортить алкоголем! — гордо заявила девушка, подтягивая со стороны свободный стул и устраиваясь между Люси и Нацу.       — Кана! Ну, всё, теперь держись, Люси, от неё тебе не удастся так просто отвертеться, как от меня, — сияя, как начищенный до блеска самовар, прохрипел Нацу. И через каких-то полчаса, едва удерживая равновесие на высоком барном стуле, пьяная блондинка поняла, что именно имел в виду Драгнил. Кана Альберона, оказавшаяся старой знакомой парня, не просто злоупотребляла алкоголем — она принимала его в таких количествах, что человеку неподготовленному от одного созерцания этого процесса становилось не по себе. Более того, действовала шатенка настолько мастерски и продумано, что когда Хартфилия пришла в себя, словно от беспробудного сна, то была уже безнадежно пьяна.       На смену заводным и в чём-то агрессивным мелодиям пришла другая — плавная, тягучая и до безумия красивая — Mercy On Me (прим.автора: включите, подходит просто идеально!), одна из любимых песен Люси, которую она даже пыталась научиться играть на фортепиано. Девушка довольно прикрыла глаза и хотела было сполна насладиться ощущениями, переполнявшими её изнутри, как вдруг раздался чей-то крик.       — А теперь подарок для Люси специально от меня! — благим матом заорал где-то в стороне Грей и резво заскочил на барную стойку в нескольких шагах от девушки, медленно расстёгивая и стягивая с себя чёрную рубашку. Блондинка чуть не поцеловалась нижней челюстью со столом и лишь удивлённо хлопала глазами, наблюдая за тем, как Фуллбастер медленно, но верно продолжал избавляться от одежды. От шокового состояния её избавили широкие, горячие ладони Нацу, которые накрыли её глаза, после чего бережно, но настойчиво потянули на мгновенно опустевший танцпол.       — Что ты делаешь, Нацу? — одними губами прошептала Люси, медленно продвигаясь за парнем на негнущихся ногах и спотыкаясь.       — Разве не очевидно? Спасаю тебя от психологической травмы, — по-хитрому улыбаясь, ответил парень и остановился, резким движением дёргая подругу на себя и заключая в свои объятья. — Грей на самом деле сдержанный и странный парень, но, когда выпьет, частенько начинает стягивать с себя одёжку.       — У меня ведь платье порвано, Нацу, стыдно, отпусти, — старательно прикрывая руками подол, продолжала жаловаться Люси и жалобно оглядывалась по сторонам, надеясь отыскать где-то поблизости помощь в лице Эрзы. Парень удивлённо моргнул и даже немного отстранился от Хартфилии, но после этого лишь ещё крепче прижал к себе, осторожно обвивая руками талию.       — Здесь темно и практически ничего не видно, к тому же, все пьяны и вряд ли кого-то будет интересовать твоё платье. А даже если так... — опаляя кожу прерывистым дыханием, на самое ухо прошептал Нацу, скользя рукой от талии к тонкому запястью и перехватывая его. — Не позволю. А теперь расслабься и просто потанцуй со мной, не съем же я тебя, в конце концов. Хотя, ты вкусно пахнешь.       — Нацу-у, — протянула девушка в ответ и несколько раз шутливо ударила кулачком в широкую грудь парня, после чего обвила руками его шею и начала молить все высшие силы, чтобы не оттоптать несчастному ноги. Люси мгновенно покраснела до корней волос и в душе была благодарна царившему вокруг полумраку, что он скрыл от Драгнила её минутную слабость.       На каблуках блондинка была такого же роста, как и юноша, из-за чего постоянно пересекалась с ним взглядом и краснела ещё пуще прежнего. Поудобнее устроившись головой на его плече, Хартфилия довольно зажмурилась и словно забылась на эти несколько минут, полностью растворилась в музыке и тех ощущениях, что она дарила этим двоим. Горячие, сильные руки Нацу, лежащие у неё на талии, словно прожигали тонкую ткань платья и оставляли полыхающие пламенем следы на тонкой коже. Чувствуя, как музыка постепенно начинает стихать, а на смену ей приходят редкие аплодисменты, Люси отстранилась от друга и последний раз скользнула по его лицу затуманенным от алкоголя взглядом.       — Браво, браво. Это настолько умилительно, что я чуть не расплакался, — раздался насмешливый, едкий голос сзади, заставивший всех мгновенно замолчать. Люси обернулась, хлестнув Нацу длинными волосами по щеке, и почувствовала, как сердце пропускает один удар за другим. Стинг, чем-то раздражённый, злой, с неизменной ухмылкой на губах, вот только привкус у неё горький. Разум почти мгновенно отрезвел, отбрасывая прочь пьяную пелену перед глазами. И на что она вообще надеялась, о чём думала, когда сбежала из дома, даже не поставив в известность брата? Быть может, просто понадеялась на везение, ведь чувствовала, что он ни за что не отпустит её?       — Погуляла и хватит. Пора домой, Люси, — с трудом скрывая рвущееся наружу раздражение за напускной улыбкой, добавил Эвклиф и грубо потянул сестру на себя. Она предприняла попытку вернуться обратно к Нацу, но стальная хватка брата не позволила ей этого сделать.       — Мне больно, Стинг, отпусти, — морщась и шипя, как кошка, прохрипела Люси, и сказаны эти слова были таким тоном, что блондин сразу же разжал руку и отпустил её. Девушка подняла на него взгляд и испуганно вздрогнула: словно на собственной шкуре смогла ощутить ту боль и обиду, что пульсировали в его аметистовых глазах. Он словно заглядывал в самые потаенные уголки её души и спрашивал: «А мне? Разве мне не больно?». Захлёстывающее чувство стыда захватило в плен щёки, расплываясь на них неестественно-ярким болезненным румянцем. Теперь она была свободна, никто её не держал, вот только... уходить никуда уже не хотелось.       — Эй, ты, мог бы и поаккуратнее себя вести, — сердито насупился Нацу, стремительно приближаясь к Хартфилии и кладя ладонь ей на плечо. От подобного действия Стинг словно пришёл в себя и уже собирался перейти к более активным действиям — это было видно по тому, как нетерпеливо его руки сжимаются в кулаки. Было до омерзения противно, было обидно, да, но зародившаяся в сердце ненависть к этому тщеславному розововолосому мальчишке заглушала все остальные чувства. Адреналин кипящей эссенцией ударял в голову, прогоняя разгорячённую кровь по венам всё быстрее и быстрее. Сердце едва не проломило рёбра, когда его руку перехватил внезапно появившийся, будто тень, Роуг.       — Да пошёл ты, — злобно процедил сквозь зубы Эвклиф, сплёвывая Драгнилу под ноги. Он старался не замечать того страха во взгляде, с которым на него смотрела Люси, того нескрываемого неодобрения, исходившего от Роуга. — Если ты настолько туп, то повторю ещё раз: не приближайся к моей сестре.       — А не то что? — нахмурившись, поинтересовался Драгнил, заинтересованно склоняя голову набок.       — Стинг, хватит, — неожиданно резко оборвал подготовившегося к ответу блондина его товарищ. — Мы нашли Люси, и, к счастью, с ней всё в порядке. Разве тебе нужно ещё что-то?       Он сильно толкнул приятеля в спину по направлению к выходу, заставляя его тем самым поторопиться. После чего, немного смягчившись, обратился уже к Люси, которая пугливо повисла на нём, мёртвой хваткой впившись в руку:       — Тебе не стоило так поступать, Люси. Если бы ты только знала, как Стинг переживал, когда обнаружил, что ты пропала.       Девушка виновато потупила взгляд в землю и, всё продолжая стоять на месте, робко спросила у брюнета, осторожно поглядывая на него исподлобья:       — Скажи, Роуг, а ты тоже волновался за меня? — парень, немного опешивший от подобного вопроса, из-за чего его неизменное безразличное выражение лица на мгновение исчезло, едва заметно улыбнулся уголками губ, пересекаясь взглядом с пытливыми карими глазами.       — Конечно, я тоже волновался, — потрепав девушку по голове, ответил он.       — Долго вы ещё собираетесь там секретничать? — недовольно прокричал Стинг, оборачиваясь назад и всего на доли секунды перехватывая тот нежный, полный мягкости и заботы взгляд Люси, которым она смотрела на его лучшего друга. Страшная догадка шпилькой закралась в сердце, разъедая всё внутри от томящего чувства безызвестности. И это ему не понравилось, совсем не понравилось.