В молчании летней ночи

На несколько минут воцарилось гробовое молчание, натягивающее нити нервов всех присутствующих, за исключением ведьмы. Все ожидали реакции Лелуша на письмо, Карен и Ширли боялись, что оно окажется недостаточно серьёзным поводом, чтобы поднимать ви Британию с постели посреди дня, и он устроит кровавый пир прямо сейчас или отправит смертного в камеру пыток. Тихий нервный смех, отразившийся эхом от стен, заставил Ширли поёжиться; по коже побежали мурашки от страха, когда тихий смех начал переходить в истерический хохот. Даже Тристан чуть отступил от запрокинувшего голову истерично смеющегося принца. — Совсем с катушек слетел, — безразлично отозвалась ведьма, словно это было в порядке вещей. Но едва все хотели благополучно и незаметно уйти по своим делам, как смех прекратился и Лелуш снова гордо выпрямился с недовольным выражением на лице, словно не было никакого приступа истерики. Лёгким изящным движением отбросив край мантии, ви Британия окинул взглядом присутствующих. Две служанки, бесполезная ведьма и крайне странный юноша. Для подготовки идеального бала нужно было иметь как минимум пару десятков слуг. Лелушу хотелось рвать и метать или провалиться прямо сейчас в Бездну. Его дорогая Юфи должна приехать уже завтра, а по своему состоянию замок годился только для того, чтобы местных жителей пугать, и едва ли мог называться жилым. − Мне конец… Юфи… просил же предупреждать… − вампир привалился плечом к стене и провёл когтями по камням. Раздался жуткий скрежет, от которого у всех присутствующих свело зубы, но принца это не смутило. Худенькая упырская тушка продолжала подрагивать, глаза бездумно шарили по полу, а губы шептали не то молитвы, не то проклятия. Подходить к нему в такой момент было смертельно опасно, но столь удручающий вид живо смешивал страх с жалостью. − Сам развёл свинарник, а теперь жалуешься, будто бы от этого пыль устыдится и вылетит в окно, − голос ведьмы прозвучал неожиданно громко, и после на несколько секунд воцарилась поистине гробовая тишина. Карен с громким хлопком превратилась в летучую мышь и взлетела к потолку, истерично пища и опасаясь кровавой расправы. Ширли постаралась слиться со стенкой, а юный селянин просто непонимающе моргал. Однако вампир уже взял себя в руки. Принц расправил плащ, пафосно взмахнул им и с полным страдания вздохом направился к дверям, не удостоив никого из присутствующих и взглядом. − Ситуация требует самых крайних мер. У меня просто нет другого выхода… − …кроме как сгореть на солнце? Сейчас ещё день, − С.С. была само спокойствие. Ви Британия что-то злобно шикнул в ответ и распахнул двери. Неизвестно откуда возникшие посреди ясного неба сизые тучи закрыли солнце, спасая вампира от немедленного ожога. Более того, их становилось всё больше, и вскоре небо закрыла одна огромная, давящая на голову своей грозной чернотой туча. Принц воздел руки к небу и снова засмеялся, вдалеке зарокотал гром, а притихший было ветер задумал вернуться. Ширли стоило немалых усилий вспомнить о том, что облака уже были на горизонте, когда приехал гонец, и что после такой жары гроза вполне закономерна. И принц, напоминающий Сатану перед концом света, просто всё ещё пребывает в нервной истерике. Тем временем ви Британия перестал смеяться. Теперь он улыбался во все тридцать зубов и два клыка, но безумия или отчаяния в этой улыбке было куда меньше ожидаемого. − Горло прочистил… можно начинать. Карен пискнула, С.С. встала поближе к бронзовому тяжёлому подсвечнику, дабы в случае чего выбить клыки царственному кровопийце. Но Лелуш и не думал кого-то убивать. Вместо этого он неожиданно хорошо и громко запел, вновь призывно вскидывая руки к почерневшему небу. Мотив был бодряще-торжественный, и Ширли на миг показалось, что под полом разом зашуршали все крысы. − Ширли, отвлеки его, а я подкрадусь и вырублю. Буйные психи должны сидеть в подвале с кляпом, даже если голос и слух в наличии, − ведьма не без труда подняла подсвечник и вдоль стенки направилась к свихнувшемуся принцу. Сверху прямо на руки замершему Тристану свалилась Карен. Ширли усиленно щипала себя, тщетно надеясь проснуться. − Мелких тварей писк зазвенит по замку, Динь-динь-дон! Призову я целый гарнизон! Пускай замок уж давно не новый, Мыши, пауки и совы Мне отмыть помогут дом! Голос принца словно по волшебству становился всё громче, и пол в самом деле заходил ходуном. С громким визгом на кресло запрыгнула Ширли, замерла у стены, прижимая подсвечник к себе, С.С. Из всех щелей между каменных плит, из-под шпалер и даже из других залов через двери полезли крысы. Большие и маленькие, серые зверьки деловито топали в центр зала, не обращая на людей ровно никакого внимания. На улице творилось нечто не менее странное: от леса отделилось тёмное зыбкое пятно, и оно с поражающей скоростью приближалось к замку. − …будем пыль сметать, сажу оттирать, Пока я не перестану песню петь! Ведь к приезду Юфи нужно всё успеть! Выполняйте мой приказ, Все, немедля и сейчас! Тёмное пятно распалось на отдельные точки, резво машущие крыльями. Совы, вороны и летучие мыши сорвались с мест, с охотой и рвением откликнувшись на призыв вампира. Уханье, карканье и писк почти перекрыли новый шум, и вот теперь Ширли едва не упала в обморок. Пауки. От серых, едва заметных крох до огромных, чёрных и мохнатых тварей. И точно так же, как и крысы — все толпой наружу их своих укрытий. Сегодня всем ночным тварям придётся резко нарушить режим сна, ведь Лелуш не привык отдуваться в одиночку. Гости из леса добрались до замка и повисли в воздухе перед ви Британией, тут же начавшим дирижировать руками и вертеться на месте, указывая тем или иным тварям направление. И не замолкая, разумеется. − Будем чистить, будем петь, Замка каждый камень Должен чистотой блестеть, Даже если пыль слоями! Веселая братия начала ухать, пищать и топать в такт кружащемуся в центре живого хаоса вампиру. Лелуш самозабвенно драл горло, пританцовывал, порой переходя в некое подобие вальса, прикрывал глаза, отбрасывал чёлку и скакал, скакал. Руки его жили едва ли не отдельной жизнью, выполняя немыслимые и непонятные жесты, которые, однако, грызуны и птицы трактовали по-своему. Пауки полезли к потолку, принимаясь перевешивать паутины на манер украшений, летучие мыши под руководством Карен предприняли попытки выбить пыль из шпалер, крысы занялись украшавшими коридоры доспехами и оружием, не боясь чистить острую поверхность. Людям оставалось только затаиться и не мешать, а позже удалось и сбиться в кучу. − А я и не знал, что вампиры так умеют. Но почему именно эти животные? — Тристан только и успевал, что вертеть головой. Слишком много потрясений, слишком мало времени на то, чтобы осмыслить нереальность происходящего. − Может, потому что он принц, а другие не могут? А эти… ну… нравится он им, − о том, что подобные «тёмные» твари как нельзя более подходят злыдню-затворнику, Ширли предпочла умолчать. − Меня куда больше волнуют его вокально-руководительские таланты. Это особый ритуал такой? А свидетелям стоит делать вид, что ничего не было? — подсвечник у ведьмы отобрала пара весьма настойчивых сов, и ей оставалось только ворчать. − Д-давайте поможем, что ли… − Фенетт не могла просто так стоять и смотреть, как животные расхватывают её инвентарь. Да и швабры без дела стоят. − Ах, как быстро исчезает с глаз весь хлам! Навести порядок просто вам, От конфуза всех спасёт, Уборка всех спасет! В безумной суете крутились и люди, и звери. Ширли вздрагивала каждый раз, когда мимо проносилась тень вампира, стремящегося уследить за всем процессом и командовать везде и сразу. Непреодолимое желание подпевать и подчиняться чудесному голосу только помогали процессу. − А-а-ах, какой для всех сюрприз! Но ждёт принцессу принц, Готовьте зал и спальни! Гостей я не терплю, Но так сестру люблю, И это выручает! − …это он кому сейчас объясняет, нам? — Тристан усердно работал веником, норовя едва ли не смозолить ладони. − Конечно же, своим птичкам, мы не столь важные персоны, − фыркнула С.С., пытаясь отчистить серебряный потемневший от времени кубок. − Приведём в порядок дом точно к сроку, Динь-динь-дон! Похвалю за труд сороку и ворон! Пол со стенами промоем, Сундуки старинные откроем, Всю посуду мы до блеска ототрём! Засияет скоро главный зал, В нём устроим для принцессы бал! − Разошёлся-то как, интересно, остановиться сможет или так и будет плясать, пока гости не приедут? – С.С. уже откровенно зевала, глядя на стройные ряды добровольных мохнатых и пернатых работников. Они управлялись с задачей так ловко, будто бы подобное мероприятие было обычным субботником. − Звери, в строй! Мост чините подвесной! Пусть вокруг всё засияет чистотой! Финальный взмах руками, и все ответившие на призыв принца звери разом замерли. Замок действительно засиял, витражи сверкали, зеркала перестали отражать пыльных приведений, а принц довольно потирал руки и улыбался: теперь-то можно спокойно идти досыпать в гробик. Что он незамедлительно и сделал, прокашлявшись и на прощание взмахнув плащом, удаляясь торжественно, как совершивший подвиг герой с поля брани. Уставшие и смирившиеся с безумием люди разбрелись кто куда. Ширли и Карен развалились в приготовленных для принца и принцессы массивных креслах, залётный юноша сидел на полу рядом и глупо улыбался в пространство, очевидно заново решая для себя все глобальные вопросы бытия. Ведьма отправилась на кухню, ибо это дело нужно было запить хотя бы травяным чаем. Звери неспешно расползались по углам, не издавая от усталости лишних звуков. Шум шагов сотен маленьких лап и хлопанье крыльев глушил начавшийся снаружи дождь, решивший, очевидно, помочь этому благому дело и очистить замок снаружи. И только одно существо всеми фибрами своей души было против свершившейся Великой Чистки. До самого вечера из подвала доносились отчаянные вопли и стенания. − Отмыли, сволочи-и-и-и-и-и! Где мой жуткий подвал, ржавые кандалы и цепи? Вы забрали весь мой шарм и очарование, проклятые! Какой уважающий себя призрак будет жить в стерильном погребе? У-у-у-у-у!