В молчании летней ночи

Факелы вспыхивали один за другим с разных сторон, отрезая пути к городу. С.С. старалась бежать как можно тише, укрываясь в длинных тенях, отбрасываемых деревьями и высокими кустами. Таких темных мест оставалось все меньше: горожане окружали её, смыкали круг из огня, силуэтов и дыма. Некоторые люди принесли вилы, серпы и лопаты – в руках разозленных и испуганных горожан они становились страшным оружием. Они знали, что она рядом. Ведьма видела их фигуры совсем близко. Шансов на то, чтобы сбежать незамеченной, было совсем мало. – Ведьма где-то там! – Поймайте её, нечистую! С.С. спустилась в небольшой овраг и пробралась на другую сторону, подальше от голосов, как раз в тот момент, когда один из мужчин оказался слишком близко к её укрытию. Ведьма уже плохо понимала, откуда пришла и в какой стороне город, да и это уже перестало быть важным. Только бы не попасться горожанам, выйти из кольца. Возможно, если её поймают, то отправят на костер. Или будут пытать, окуная в холодную воду с головой, пока она не признается в колдовстве или не захлебнется. Или запрут в темнице и накажут. Она боялась того, что с ней могла сделать обезумевшая от страха толпа. Не смотря на бессмертие, она не могла смириться с болью. Оно могло спасти её, но ожидание, неизвестность того, когда придет боль и мучительная долгая дорога к смерти пугали С.С.. Это не забывалось, превращаясь в ночные кошмары. К этому было невозможно привыкнуть. Сколько ещё десятилетий, веков пройдет, пока её не оставят в покое? Вперёд и влево – угрожающие огни факелов. Назад и вправо – громкие крики людей. Зажглись новые факелы. От страха, поймавшего её разум в свои когти, С.С. не сразу поняла, что кольцо сомкнулось и теперь постепенно сжималось. Она прижалась спиной к широкому стволу. Ей некуда было бежать. Люди выходили из-за деревьев, и ведьма, казалось, могла увидеть, как блестит пламя на железных зубцах вил. – Она здесь! Я её вижу! – закричала женщина, и С.С. метнулась в сторону, надеясь спрятаться, обмануть. – Держите чертовку! Она споткнулась и ногу прострелила резкая боль. С.С. зашипела и, неуклюже поднявшись, собралась бежать дальше, но чьи-то руки обхватили её со спины, сжав так, что заболело в груди. Ведьма вскрикнула от неожиданности. В нос ударил резкий запах пота. – Я поймал её! – громко крикнул мужчина, удерживая С.С., и силуэты быстро двинулись к ним. У неизвестного не было факела, и двигался он поразительно тихо – вот почему он смог подкрасться. Ведьма забилась, пытаясь вырваться, пиная и ударяя локтями мужчину, даже укусила его за руку. Горожанин зарычал и ослабил хватку. Но стоило ей вырваться, как он схватил её снова и с силой приложил о ближайшее дерево. – Теперь не убежишь! От удара головой о жесткий ствол замелькали искры и все размылось перед её взором. Кажется, она пыталась сопротивляться, но разум помутился и конечности ей плохо подчинялись. Все стало тонуть в черноте: приближающиеся огни факелов, силуэты людей и ветки совсем рядом. Вдруг мужчина, держащий её, почему-то закричал и разжал руки. С.С. почувствовала, что потеряла опору. Ветви деревьев уплывали все дальше. Крики стали тише, а земля под ногами исчезла. Наверное, люди все-таки её схватили. Недолго она бегала. Глаза закрылись, и С.С. провалилась в холодные объятья молчаливой темноты.

***

Тяжелая дверь, ведущая в одну из спален, закрылась с громким хлопком, который разлетелся эхом коридору. Ширли проснулась от резкого звука. Сначала ей показалось, что кто-то вошел в её комнату, но потом она поняла, что никого нет, и звук раздался дальше. Обычно господин возвращался тихо и незаметно. Мысль о том, что что-то случилось, промелькнула в голове у служанки. Поднявшись с кровати, Фенетт обулась и, торопливо накинув на плечи шаль, поспешила к источнику звука. С Карен она столкнулась у самой двери. Фамильяр, черная летучая мышь, кажется, обрадовалась её присутствию – тут же подлетев к Ширли, она уселась служанке на плечо. Похоже, она тоже не знала, что произошло. Войдя в комнату, они увидели, как господин кладет на кровать девушку. Кажется, она спала или была без сознания – Ширли не могла понять. Но незнакомка однозначно не была мертва. Лелуш был слишком занят девушкой, осматривая её голову, так что даже не обратил на них внимания. Поэтому Фенетт стояла, поджав губы и не зная, что говорить или делать. Карен же недовольно нахохлилась и засопела. Видимо, летучей мыши не очень нравилось происходящее. – Давай позже зайдем, – шепотом произнесла Ширли и быстро покинула комнату. Карен возмущенно пискнула, но Фенетт шикнула на неё и осторожно прикрыла дверь. Какая разница, что господину нужно от этой девушки. Лучше они подождут за дверью, зато если она и Карен понадобятся, они будут рядом. Лелуш действительно не замечал их, осматривая лежащую перед ним девушку. Он слышал звук чужих шагов и скрип двери, но не повернул головы. Кажется, удар о дерево не был сильным, и спасенная незнакомка пострадала не серьезно. По крайней мере, крови не было. Тем не менее ему было на руку, что она потеряла сознание. Спасать от целой толпы разозленных горожан кричащую и вырывающуюся девушку было бы неудобно, и возможно они оба пострадали бы. Но наверняка кто-то успел его увидеть. Тонкие пальцы с длинными когтями провели по бледному лицу незнакомки, очерчивая контуры и скулы. Чем она успела насолить горожанам, что они устроили ей ловушку? Кто она? Ведьма? Воровка? Или сбежавшая рабыня? Вампир наклонился ближе, вдыхая запах. Полынь, сухие травы и ветер. Значит, ведьма или травница. Пришлая. Непроизвольно Лелуш опустил взгляд на шею девушки и облизнул губы; в горле стало сухо. Он чувствовал, где пульсировала артерия и тянулись тонкие вены. Если проткнуть когтем кожу, то потечет кровь. Темная, теплая. Поддавшись искушению, ви Британия наклонился ближе, слыша биение пульса. Она ведь ничего не заметит, не почувствует пока лежит в беспамятстве. Этой ночью уже вряд ли получится выйти на охоту. Незнакомка чуть пошевелилась и Лелуш отстранился. Он осторожно убрал волосы с шеи, не сводя взгляда заалевших глаз с лица девушки. Только бы не очнулась… Но стоило открыть рот, обнажив острые белые клыки, как девушка открыла глаза. И едва она заметила угрожающий оскал… Ширли вбежала в комнату под возмущенный крик «Пойди прочь, тварь кусачая!» и звук падающего тела. Карен хитро запищала, что заменяло у неё смех, видя, как их страшный господин, сидя на каменном полу, недовольно потирает ушибленный нос. А спасенная девушка сидит на кровати с видом оскорбленной принцессы. – Ведьма, – прошипел сквозь плотно сжатые зубы Лелуш, грозно глядя на С.С. и ещё не понимая, насколько нелепо выглядит эта ситуация. – Кровопийца. Гостья недовольно посмотрела на вампира, как на нашкодившего ребёнка, совершенно не боясь его. После той разъярённой толпы, готовой порвать её на куски, вампир казался ей несущественным неудобством. Она прищурила глаза. Из-за этого глупого представления до неё не сразу дошла мысль, что вампир и может быть той темной тенью, убившей крестьянку. – Это ты набросился на нас в лесу? – решила уточнить она. – Первый раз я позволил тебе убежать, – проворчал вампир, – в этот раз, видимо, не надо было мешать людям, – буркнул ви Британия, с гордым видом поднимаясь с пола и отряхивая одежду. – Никакой благодарности. Ведьма фыркнула. Вампир был довольно молод – мальчишка по сравнению с ней. И что он себе возомнил? – Господин, чем я могу вам помочь? – осторожно спросила Ширли, торопливо пересаживая летучую мышь на кровать. Лелуш смерил недовольным взглядом незнакомку. Выгонять её из замка обратно к горожанам было грубо, и тогда её спасение было бессмысленным. Но ведьма начинала раздражать. Кто знает, что она может учудить? Уж лучше бы пришлось её успокаивать и утешать. – Ширли, промой ссадины нашей гостьи и помоги ей привести себя в порядок, – обратился ви Британия к Фенетт. С.С. хотела сказать, что это бессмысленная просьба, но служанка уже удалилась. Вздохнув, ведьма пощупала затылок. Поморщилась, обнаружив, что листья, комочки грязи и мха зацепились за длинные волосы. Боли уже не было. Щиколотку тоже перестало тянуть. – Как твоё имя? – обратился Лелуш к ведьме, пока та выпутывала листья из взлохмаченных волос. Услышав безликие инициалы, вампир лишь хмыкнул, но не стал расспрашивать. – Можешь остаться здесь на ночь и отдохнуть. Люди боятся подходить к замку, – произнес ви Британия спокойным тоном. – Утром Ширли приготовит тебе завтрак. – А это кто? – С.С. указала пальцем на сидящую на кровати летучую мышь. – Твоя ручная зверушка? Или она вместо почтового голубя? Кусается? Вампир вскинул бровь, а Карен угрожающе подняла крылья. – Кусается, – мрачно предупредил Лелуш. – Я все понимаю, ведьма! – пропищала мышка, и ведьма от неожиданности махнула рукой, скинув её с постели на пол. – Карен. Она мой фамильяр, – цепкие пальцы поймали мышь, едва она собралась взлететь и напасть на грубиянку. С.С. посмотрела на пушистое существо в клетке бледных пальцев (казалось, она была очень зла и оскорблена таким отношением) и усмехнулась. Надо же, какая чувствительная. О фамильярах ведьма знала не очень много и все это были слухи, но, похоже, они были разумнее обычных животных. Опомнившись, С.С. проверила, все ли её вещи на месте. Мешок с травами оставался на поясе, как и кошелек с деньгами, но нож она выронила где-то в лесу. Досадно. Она вспомнила об оставленном в таверне куле с одеждой и едой. – Мои вещи остались в городе, – собравшийся уходить вампир повернулся и посмотрел на гостью. – Можешь попробовать завтра их забрать, – Лелуш устало пожал плечами. – Но учти, что горожане будут тебя караулить. Впрочем, делай что угодно, только не приводи их сюда. Ширли о тебе позаботится, – он махнул рукой и покинул комнату. Ведьма упала на подушки, раскинув руки. Конечно, вампир был прав – её скорее всего будут ждать. Хотя мог бы и попросить кого-то принести её вещи, побыть благородным рыцарем или добрым хозяином. Зато теперь она могла спать на более широкой и удобной кровати, что была гораздо лучше той, в таверне на чердаке. Ей захотелось свернуться под теплым одеялом и заснуть. Ведьма зевнула и потянулась на постели. В этот момент дверь скрипнула и Ширли вошла внутрь, неся миску с водой и кусочки ткани. С.С. перевела на неё взгляд и, закатив глаза, снова села на постели. – Простите за господина. Он в самом деле очень добрый, просто очень гордый, – улыбнулась служанка, положив все на небольшую тумбу у кровати. – Можно я обработаю ваши раны? Она намочила тряпицу и, взяв руку не возражающей С.С., стала стирать кровь и грязь. Она чуть нахмурилась, когда на чистой коже не увидела никаких повреждений. Но они точно должны были быть! – Ничего нет?! – воскликнула девушка, когда увидела чистую и неповрежденную кожу. Даже со всех сторон осмотрела руку. – Но откуда тогда кровь? – Магия, – невозмутимо произнесла ведьма, и Ширли захлопала глазами. – Магия? – с сомнением произнесла Фенетт. – Хорошо. Тогда я просто смою грязь. О, у вас листочки и мох ещё в волосах остались. С.С. кивнула. Все это было пустяком. На ней все невероятно быстро заживало, особенно такие мелкие раны и царапины. Ведьма глубоко вздохнула: вампир, служанка и противная летучая мышь – лучше общества она себе и представить не могла. Так и не скажешь, что в жутком замке и нет вовсе чудовищ. Зато её защитили, помогли и даже пообещали завтрак. Неплохо. Осталось только выставить за дверь служанку, чтобы в комнате стало спокойно. – Не обязательно обращаться ко мне так почтительно, – пожала плечами ведьма. – Как будет угодно, – Фенетт стерла грязь со второй руки гостьи и пробормотала: – Как ты это делаешь? Это какое-то заклинание? – отложив тряпицу обратно в миску, Ширли принялась очищать волосы С.С.. – Я никогда не видела, чтобы раны так быстро восстанавливались. Можешь меня научить? – Сегодня я устала, – ответила С.С. и, когда служанка закончила, демонстративно отвернулась. – Спокойной ночи. – Спокойной ночи. Я оставлю здесь свечу и огниво на всякий случай, – ведьма слышала, как возится служанка, плеск воды в миске и потом – скрип закрывающейся двери. Забравшись под одеяло, чтобы не замерзнуть, С.С. несколько минут лежала без сна, прислушиваясь к окружающим её звукам. Комната была холодной, пустой и слишком тихой, словно она лежала на кровати в келье. Но здесь была мягкая и теплая постель, камин, высокие потолки и отсутствие подозрительных людей. Здесь ей не нужно было прятаться. С.С. закрыла глаза и укуталась в одеяло. О минувших событиях и погоне ведьма старалась не вспоминать. Зачем обдумывать неприятное прошлое? В этом не было никакого смысла. Но где-то в глубине души уже давно поселился страх снова оказаться на костре из-за самоуправства обезумевшей толпы. Его не вытравишь, не смоешь, кажется, это навсегда осталось клеймом в её памяти. Можно только ждать, когда минет эта безумная эпоха, сменятся правители и люди перестанут жить только страхом. Зато вампир был куда интереснее – их ведьма ни разу не встречала. До этого они были не более чем слухами, страшными легендами или обманом воображения испуганных людей. Кто бы мог подумать, что в одном из таких мрачных замков, какие и описываются в легендах, она действительно встретит одного. Нет, она не покинет этот замок, пока не разузнает о нем больше. Наконец, сон стал постепенно опутывать её сознание и С.С. почти провалилась в уютную дрему, как вдруг откуда-то снизу донёсся жуткий гул, заставивший ведьму вздрогнуть и открыть глаза.

***

Ширли поморщилась, услышав страшный звук, перешедший в более тихие завывания. Она уже давно привыкла к ним, но не заметить их было невозможно. Сполоснув миску и тряпку на кухне, Фенетт, зевнув, поплелась по лестнице наверх в свою комнату. Так некстати все случилось именно этой ночью, а завтра ей придется рано встать и отправиться за хлебом и сыром в город. Она подумала о том, не напугают ли гостью эти завывания, и может стоит зайти к ней в комнату и проверить, но успокоила себя тем, что странная девушка явно пережила что-то страшное, и сейчас крепко спит. Да и самой Ширли сильнее хотелось оказаться в постели. Она зевнула, и в этот момент нога соскользнула со ступеньки, и Фенетт потянуло назад. Она взмахнула рукой, пытаясь ухватиться за перила, но вампир успел поймать её прежде, чем Ширли полетела вниз. – Не ушиблась? – поинтересовался Лелуш, и служанка помотала головой. – Сколько раз я говорил тебе быть осторожнее? – Спасибо. Я… я задумалась, и устала, – улыбнулась Ширли. – Пойду спать. Лелуш кивнул. Давно не случалось таких беспокойных ночей. Гул продолжал неприятно бить по ушам, и ви Британия закатил глаза. – Он снова воет, – вздохнул вампир. – Неужели почувствовал, что в замке появился кто-то незнакомый? - Надеюсь, она не услышит и будет спать спокойно. По крайней мере, она казалась очень уставшей. Все же такое пережить… – Фенетт пожала плечами, но заметила, как нахмурился ви Британия. – Спокойной ночи, господин. – Доброй ночи, Ширли, – она кивнула и пошла в свою комнату, надеясь, что больше ничего не стрясется за эту ночь.

***

– Стой, вредная ведьма! – фамильяр следовала за ней, кружа вокруг излишне любопытной гостьи. – Куда ты идешь?! А ну вернись обратно! Хочешь навлечь на себя гнев господина?! – Какие громкие слова, – фыркнула ведьма, отмахиваясь от мышки. На лестницах и в коридорах никого не было. Наверное, служанка уже отправилась в свои покои, а вампир бродит где-то по замку. Только эта вредная летающая блоха увязалась за ней. С.С. осмотрелась, пытаясь понять, откуда идет звук, и заметила небольшую деревянную дверь подвала. Наклонившись, она прислушалась и поморщилась. Кажется, вой шел оттуда. Что бы там ни было, оно вряд ли сможет её убить. Ведьма потянула за кольцо, с трудом открывая проход. – Стой, тебе нельзя туда ходить, – пищала Карен, когда ведьма, совершенно не обращая на неё внимания, спускалась вниз, откуда шёл дикий гул. – Ничем хорошим это не кончится! – Уйди, противная, – С.С. отпихнула мышку и продолжила спускаться вниз, держа перед собой горящую свечу. – Вредная ведьма, ты там себе шею свернешь! Лестница закручивалась, уводя в чёрную бездну, полную нарастающего гула и криков. Может там сидели несчастные жертвы, которых туда заточил вампир? Или это взаправду была бездна, где жили другие чудовища? Сколько ещё этот спуск может продолжаться? Огонек свечи дрожал, едва освещая ступени впереди. Чем ниже она спускалась, тем отчётливее становились охи, стоны и завывания, исходившие из подвала, наверху казавшиеся неясным гулом и криками. С.С. поспешила вниз, ещё больше заинтересованная тем, что там может так громко завывать. Через несколько ступенек перед ней предстала тяжёлая деревянная дверь, находящаяся чуть слева от конца лестницы. Осветив её, девушка заметила большой ржавый замок. В этот момент очередной жуткий гул сотряс стены подвала, и ведьме показалось, что даже земля чуть задрожала. – Не изменниц и невест ли он там держит? – усмехнулась ведьма, а мышь недовольно зашипела. С.С. хотела рассмотреть замок поближе и прикинуть, как его можно было бы открыть. Но стоило ей чуть поднять его, как он отвалился и с грохотом ударился о пол. Ведьма едва успела чуть отойти, чтобы он не упал ей на ноги. Она быстро оглянулась назад и прислушалась, не идет ли кто по лестнице. – Ты пожалеешь, что туда зашла. И Лелуш будет зол, – Карен вцепилась ведьме в плечо. – Я его не боюсь, – заявила С.С., изо всех сил толкая дверь, которую, похоже, уже очень долго не открывали. Дверь отворилась с неприятным скрипом, закладывающим уши. Когда ведьма осветила комнату, вздрогнула от неожиданности: прямо перед ней пролетел призрак, сжимавший в руках бутылку чего-то спиртного (не менее призрачного, чем он сам). Он громко хохотал и выкрикивал какие-то непонятные слова (видимо, это были тосты и пожелания). Неяркий свет исходил от призрачного тела мечущегося и кричащего мужчины, но он не освещал того, что находилось вокруг него. Стоило С.С. ступить внутрь комнаты через высокий порог, заинтересовавшись тем, что находится в ней, как призрак подлетел к ней и заорал так, словно испугался чего-то. Кажется, он кричал что-то вроде «помогите», но от его крика у ведьмы заложило уши. Она не заметила, как Карен исчезла. Казалось, мир на несколько мгновений перестал существовать от этого вопля, пока С.С. зажимала уши руками, и вновь вернулся, только когда дверь с грохотом захлопнулась перед ведьмой. Крики стали тише, но в голове ещё звенело. Лелуш схватил непоседливую гостью за руку и повёл наверх, рыча проклятия, оттого С.С. оставалось только следовать за ним, немного пошатываясь из-за оглушения. Поднимаясь, она старалась не наступить на длинную мантию вампира и не оступиться. – Неужели тебе не хватило бед на свою голову за одну ночь?! – выйдя из подвала, прорычал ви Британия и отпустил руку ведьмы. – Ты мог бы предупредить. Или сам бы показал свой замок, – хмыкнула С.С., держа руку у гудящей головы. – Скажи хотя бы, что...? Кто... это был? – Местный полтергейст-пьяница, лет двадцать назад пытался ограбить погреб, споткнулся на лестнице и свернул себе шею. Обрёл счастье после смерти в компании бочек с вином и пыточных инструментов, – в голосе Лелуша звучала явная издевка и сильное раздражение. Идея оставить гостью в компании призрака на ночь начинала казаться вампиру привлекательной. С.С. подняла брови и смерила его ироничным взглядом. – И не надо на меня так смотреть, я не буду объяснять, что всё это делает у меня в подвалах! Близился рассвет, и вампир уже мечтал о том, чтобы эта ночь скорее закончилась. Лелуш провел рукой по лицу, чувствуя, что у него скоро заболит голова от всех происшествий и криков. Не стоило спасать эту ведьму – тихо же жили, спокойно. – Я могу идти спать? – поинтересовалась ведьма. – Или здесь есть ещё какой-то вопящий зверь? Вампир обреченно вздохнул и кивнул в сторону лестницы, намекая, чтобы С.С. возвращалась в комнату. Когда она, хмыкнув, направилась туда, вампир побрел следом, как большая черная тень. Лучше лично удостовериться, что она дойдет до постели и ничего не случится.

***

– Надеюсь, она завтра уйдет отсюда, – Лелуш устало сел на кровать. – Люди в деревне могут снова начать что-то подозревать. В его комнату не проникал солнечный свет, и только пламя в камине освещало её. Конечно, ви Британия мог прекрасно видеть и без него, как и обходиться без тепла от огня, но он не хотел лишать себя того, что было свойственно людям. Потому что после отказа от подобных вещей, последует разрушение рассудка. – Думаешь, что они могут снова сюда прийти? – настороженно спросила Карен, повиснув вниз головой у полога кровати и смотря ви Британию. – Возможно, – Лелуш расстегнул верхнюю пуговицу ворота рубашки. – Они могли решить, что ведьму забрала другая дьявольская сила, и вспомнить о нас. Видеть не хочу эту толпу у своего порога. В горле было сухо, и верхнюю челюсть то и дело охватывала неприятная тянущая боль: из-за этой ведьмы он даже не успел нормально поохотиться, а ей и в замке на месте не сидится. Теперь ещё и беспокойство о том, что горожане могут заявиться в замок во время его дневного сна, не давало покоя. – Хорошо, что ты уже разобрался с охотниками на ведьм в городе. От них проблем было куда больше, – сонно заметила Карен, глядя на задумчивого вампира. – Ты спать собираешься? Или до заката будешь рассуждать о том, какой прием им устроить в этот раз? Захватят ли люди колья с молотками или опять придут замок поджигать? Лелуш скинул мантию, и после этого мышь закрыла крылом глаза, вежливо не наблюдая за тем, как раздевается её господин. – Тебе придется слетать в город за вещами этой ведьмы, пока она не проснулась. Меньше проблем будет для нее и для нас. В отличие от Ширли, ты не так заметна. Заодно и узнаешь для меня, о чем говорят горожане, – когда послышался шорох одеяла, Карен открыла глаза и нахохлилась. – Сам бы проверил это ночью, – буркнула она. – Может, и убил бы кого. Лелуш вскинул бровь, многозначительно глядя на летучую мышь, и Карен, отцепившись от полога и гневно пища, полетела к двери. – Ладно. Но только ради того, чтобы эта чертовка быстрее ушла отсюда.