Отец всея Эшелона

Вылезая из такси, я мысленно покрывала отборными матами Шеннона. Козел безответственный! Идиот, самодур, алкаш, склеротик! Сволочь, вчера вечером он пообещал забрать меня из аэропорта, но сегодня его там почему-то не наблюдалось и в радиусе километра, а на мои звонки он даже не потрудился ответить. Динамщик проклятый! А я ведь прекрасно знаю, что эта тварь бородатая уже как дня три сидит дома, отсыпаясь после пьянок, ой, извините, сетов с Бексом. Две недели я была в Нью-Йорке, гостила у Рида. О нашей ссоре с Джаредом я ничего ему не рассказала, притворяясь счастливой и довольной жизнью, хотя каждый день меня забрасывал сообщениями мой дядя. Все разного содержания, но одинакового смысла: «Вернись! Мама в бешенстве, Джареду нужно с тобой поговорить.» . И всё это дополнялось кучей грустных смайликов и ошибок. Я же взяла пример с отца-самодура, чаще всего отвечая одним-единственным волшебным словом «Скоро!». Отчим, кажется, мои внутренние переживания не заметил, лишь в конце второй недели очень тактично поинтересовался, а не скучаю ли я по Джареду? Притворяться не пришлось – я тосковала по нему. Безумно. По вечным подколкам, преувеличенному серьёзному виду и редкой довольной улыбке, по запаху апельсинного сока по утрам, по нашей парной ночной игре на пианино. Я скучала без Томо, без Эммы, вечной суете в доме и шуму, стрелянию сигарет у Джейми и громкого ора на весь дом: «Джессика, почему от тебя куревом прет?». Я физически нуждалась во всем этом. Да, с Ричардом хорошо и спокойно, но мне нужен родной отец. Однако, самое ужасное в этой ситуации – это время. Завтра мой день рождения. Двадцать лет, а ума до сих пор нет. Развлекательная программа на этот веселый праздник, конечно, не огонь – вдарить чего-нибудь покрепче с Шеном, а потом в клуб с Куртом. Он обещал познакомить меня со своими друзьями, а это важный шаг в наших отношениях. Первое, что я почувствовала, едва открыв дверь – такой зверский перегар, что у меня чуть не обуглился нос. Теперь всё ясно, забухал так, что забыл о единственной дорогой племяннице. Скинув сумку на пол, я направилась в гостиную, откуда раздавалось едва слышное бормотание телевизора и очень даже слышный храп. Ну, сейчас он у меня попляшет! Перед моими глазами предстал внушительный ряд бутылок, начиная от пива и заканчивая водкой. Так, ну один бы Шеннон это точно не выжрал, значит, вчера тут была грандиозная пьянка со всеми вытекающими последствиями. Одно из таких последствий лежало на диване, завернувшись, словно в кокон, в клетчатый плед. Напустив на себя грозный вид, я рывком стянула одеяло и гаркнула во все горло: - Лето, твою мать! Не спи – замерзнешь! - Что? – спящий поднял помятое лицо и оказался Антуаном Бексом. – Какой замерзнешь? Упс, ошибочка вышла. Но, не меняя тона, я спросила: - Где Шеннон, черт бы вас побрал?! - Солнышко, давай не сейчас? – умильно заскулил Бекс, даже не открывая глаз. – Я хочу спать, подожди немного. Можешь водички принести? – подтянув коленки к груди, он завошкался, рукой пытаясь найти плед. О да, очень холодно спать топлес в джинсах при 30-ти градусной жаре. Нахмурившись ещё больше, я со всей силы пнула диван: - Где Шеннон? Я его племянница! - Ой, - Бекс отмахнулся от меня, словно от назойливой мухи, сладко пристроив голову на своей руке. – Кем ты только вчера не была – и племянницей, и медсестрой, и фанатк… - его слова перешли в тихий храп. - Если ты сейчас же не проснешься, то будешь летать как бабочка по всему дому, - грозно прошипела я, сжимая кулаки и приготовившись к насильственным действиям. - Джесс? – позади меня раздался удивленный голос Шеннона. – Что ты тут делаешь? Едва удержавшись от вопля ярости, я медленно повернулась – он был в одном полотенце, которое едва держалось на бедрах, а в руках бутылка темного пива. По коридору к выходу бесшумной тенью промелькнула невысокая брюнетка, держа босоножки в руках. - Ааа, - ехидно протянула я. – Альфа-самец проснулся. Ты почему меня не встретил? - А разве ты не вечером должна была прилететь? – неуверенно спросил Шеннон. - Ты это моему рейсу скажи, который почему-то ночной был, - я скрестила руки на груди. Шеннон виновато вздохнул: - Прости, я перепутал. С этими перелетами весь режим сбился. - С перелетами или с пьянками? – уточнила я, громко фыркнув. - Да ладно, не бухти, - он подошел ко мне и сгреб в свои медвежьи объятия. – Я соскучился по моей мелкой спиногрызине. - Я вижу, - глухо буркнула ему в плечо я. – Что это вообще такое? – моя рука, прижатая к телу, слабо колыхнулась в сторону дивана. - Это мой друг, Антуан Бекс. - Да вижу, что не подружка. Разгоняй этот шабаш, пока я спать буду. Надо завалы разгребать. Мой день рождения начался с Великого Облома. Я только проснулась, и ещё валялась в постели, когда ко мне в комнату, даже не постучавшись, ввалился Шеннон. Громко проорав стандартные поздравления, он улегся рядом со мной, бросив мне под бок бумажный пакет с дурацким ухмыляющимся котом в колпаке. Ммм, подарок! Рано радовалась – там лежала упаковка никотинового пластыря, и бутылка детского шампанского, перевязанная розовой ленточкой. Я зло покосилась на Шеннона: - Очень смешно, дурень! Он громогласно расхохотался: - Знал, что тебе понравится! Я со стоном откинулась на подушки, прикрыв глаза. Настроение резко ушло в минус. - Ладно, мелкая, не дуйся, - Шеннон пихнул меня в плечо. – Это не главный подарок. Открыв глаза, я заинтересованно повернулась к нему. С кошачьей ухмылкой, что выражало высшую степень гордости собой любимым, Шеннон достал из кармана маленькую темно-синюю бархатную коробочку: - С днем рождения, племяш. Это как раз то, чего тебе так не хватает. Облизав губы, я открыла коробочку – на черном бархате лежала серебряная подвеска в виде китайского иероглифа на тоненькой короткой цепочке. - Вау, - восхищенно выдавила я. – А что он значит? - Спокойствие и внутреннюю гармонию, - насмешливо пояснил Шеннон, внимательно наблюдая за мной. – И ещё кое-что, - на мой живот ложится пластиковый бейдж с веревочкой, чтобы вешать его на шею. – Джесс, прости, но я не смогу провести с тобой вечер. Я непонимающе уставилась на него, прикусив губу. - У нас сегодня выступление. Небольшой акустический концерт, Джаред планировал его как подарок на твой день рождения, - виноватым голосом ответил он. – Ты сама понимаешь, что мы не можем его отменить. Я буду очень рад, если ты придешь. Это пропуск за кулисы. Сжав зубы, я размахнулась и бросила бейджик в сторону. Ударившись о стену, он упал за письменный стол. Шеннон вздохнул: - Прошу, не упрямься. Я люблю тебя, какой бы вредной ты ни была, - порывисто чмокнув меня в макушку, он быстро поднялся и вышел из комнаты.