Отец всея Эшелона

Глухой шум в ушах. Напоминает голос. И этот голос зовет меня по имени. Тряхнув головой, я поднимаю глаза и вижу стоящего передо мной недовольного Шеннона. - Что? - Я спрашиваю – и долго ты будешь протирать диван с умирающим видом, в моей футболке, и … - он прищурился. – В пятнах от кетчупа? - Тебе жалко, что ли? – угрюмо буркнула я, поджав под себя ноги. - Мне для тебя ничего не жалко, - искренне заверил меня Шеннон, развалившись рядом со мной. – Но, Джесс, мне надоело, что дорогие для меня люди чахнут, как срезанные цветы в вазе. - Отлично сказал, запиши в свой блокнотик, графоман, - съехидничала я. Шеннон мою подколку пропустил мимо ушей: - Я приезжаю в студию, чтобы работать, а вместо этого часами наблюдаю Джареда, который долбит по пианино, словно хочет его расквасить. Возвращаюсь домой, а тут ты словно зомби шатаешься из угла в угол. Нет, мне, конечно, нравится, что дома всегда есть вкусная свежая еда, что нигде не валяются грязные носки, а футболки всегда глаженные, и приятно пахнут, но… Джесс, ты не должна жить у меня. - Я могу уехать, если ты хочешь, - холодно отозвалась я. - Куда? – он фыркнул, позабавленный моим ответом. – Ты сама говорила, что к Ричарду не вернешься ни под каким предлогом, про твою мать я вообще молчу. А Джаред любит тебя. - Если он любит меня, то почему даже не беспокоиться, где я, с кем? - Он знает, что ты у меня, и что с тобой всё в порядке, - Шеннон снова встал на защиту брата. - Очень круто, - скептически протянула я, показав большой палец поднятый вверх. – Мог хотя бы позвонить и извиниться. - А как ты думаешь, для чего Джаред приходил на прошлой неделе? – возмущенно приподнял брови Шеннон. – Поговорить с тобой. А ты поступила очень взросло – спряталась в шкафу! Я сморщила нос: - Ты долго будешь об этом вспоминать? - Целую вечность, - дядя глухо хохотнул. – Или пока не простишь своего папашу - недоноска. - Я хочу устроиться на работу, - выпалила я, накручивая прядь волос на палец. - Племяш, - Шеннон удивленно покосился на меня. – Разговор шел о твоем примирении с Джаредом. Какая работа? Где твоя логика, девушка? - Мне надоело сидеть в четырех стенах и ничего не делать, - ответила я. – Хочу найти работу и снять квартиру, встречаться с Куртом. Мне совсем не в кайф жить на твои деньги и стирать потные носки. - Я тебя не заставлял, - он задумчиво пожевал губу. – Давай договоримся? Пока не торопись с переездом. Хочешь работать – это, пожалуйста, даже слова против не скажу, но живи со мной, мне так спокойней. А вместо квартплаты будешь мне готовить, я привык к домашней еде. Идет? Я глубоко вздохнула – умеет он убеждать: - Идет. Шеннон ободряюще улыбнулся мне: - Вот и славно. К обязанностям можешь приступать недели через две. - А почему не сейчас? - Я уезжаю, - встав с дивана, ответил он. – У нас сеты с Антуаном, потом вёрт, так что меня довольно долго не будет дома. Не вздумай устраивать пати-хард, уяснила? Трахающихся малолеток в своей спальне я не потерплю, - угрожающе предупредил меня Шеннон. - Не парься, - отмахнулась я. – Я съезжу к Риду в гости. - К твоему отчиму? - К своему отцу, - твердо поправила его я, сдвинув брови. Дядя закатил глаза: - Смотри сама. Пиво будешь? – я согласно кивнула, а он пошел на кухню. Уже вторую неделю я живу с Шеном. Он отличный сожитель и дядя – по вечерам мы объедались пиццей с двойной порцией колбасы или морепродуктов, пили пиво, ржали до боли в животе и играли в видеоигры. Он спокойно реагировал на мои свидания с Куртом, и я уже подумывала – а не познакомить ли их? Можно было ходить в одних трусах и футболке, чихать, громко кашлять и портить воздух, не расчесывать волосы, курить прямо на кухне, и не следить за каждым своим словом. Единственное, что меня бесило – Шеннон постоянно твердил, что я должна поговорить с Джаредом. Да никому я ничего не должна! Я вообще стараюсь не думать о Джареде, вычеркнуть его из памяти, как ненужный и горький опыт. Кто я для него? В замке входной двери заскрипел ключ. Я напряглась – если это вышеупомянутая личность, то у меня только один путь для отступления – за диван. Сгруппировавшись, я сайгаком прыгнула вбок, спрятавшись за высоким подлокотником, напряженно вслушиваясь. Тихие, осторожные шаги с тихим цоканьем, совершенно не свойственным для мужской обуви. Я осторожно выглянула из своего укрытия и встретилась взглядом со светлыми удивленными глазами. Черт возьми! Прямо сейчас я смотрю в глаза Констанс Лето, матери братьев Лето, и по совместительству – моей бабушке. Мда, я совсем не так представляла наше знакомство. Констанс тактично кашлянула, и я выпрямилась, потупив глаза перед её совсем не дружелюбным взором. Неожиданно мне стало стыдно за заляпанную едой футболку Шена и белые плавки с Микки-Маусом. Собравшись с духом, я пропищала: - Здравствуйте. - Добрый день, - в её голосе звенела сталь. Интересно, как часто она видит зачуханных малолеток в доме своих сыновей. – Где Шеннон? - На кухне, - пискнула я почти на уровне ультразвука. Прочистила горло и уже чуть тверже повторила. – На кухне. - Спасибо, я с первого расслышала, на слух не жалуюсь, - безжалостно ответила Констанс, и, одарив меня поистине убийственным взглядом, пошла к сыну. Я до боли закусила губу – кого-то ждет неприятный разговор. Когда стройная фигура миссис Лето покинула гостиную, я почти бегом припустилась за ней, и замерла за дверным проемом так, чтобы меня не было видно. - Шеннон! – рявкнула Констанс. – Это что такое? - Мама? – он поперхнулся от удивления. – Это пицца, а что? Я насупилась – вот хомяк, в одно рыло уничтожает остатки нашего вчерашнего ужина. - Я о полуголой девице у тебя в гостиной! – раздраженно бросила Констанс. Похоже, она очень зла. – Сколько ей лет? Двадцать? Двадцать один? - Девятнадцать, - довольно ответил Шеннон. Я с тихим стоном приложила руку к лицу – идиот, он не понял, что бабуля приняла меня за его девушку. - О, Господи, Шен, - простонала Констанс, разделяя мои эмоции. – О чем ты думаешь? Тебе должно быть стыдно. - За что, мам? Джессика не моя, она Джареда. - Джареда? – непонимающе воскликнула она. – Ещё не лучше. Тогда, что она делает у тебя? - Живет,- просто ответил мой недогадливый дядюшка. – Они с Джеем поругались, и Джесс временно проживает у меня. Мам, да ты не переживай, они скоро помирятся, я уверен. Всё будет хорошо. Я услышала скрежет стула по полу, судорожный вздох Констанс, и обеспокоенный голос Шеннона: - Мам, мама, ты чего? - Она же совсем ребенок, - тихо зашептала она. Её голос звучал глухо, прерываемый всхлипами. – О чем он только думает? Я решительно сжала кулаки – пора ей узнать правду. Жаль, что таким образом и от меня: - Миссис Лето, - громко обратилась к ней я, зайдя на кухню. Констанс сидит на стуле, спрятав лицо в ладонях, а обеспокоенный Шеннон сидит рядом с ней на корточках, осторожно держа её за запястье. Она поднимает голову, резанув меня колючим взглядом, и на секунду мне кажется, что на меня посмотрел Джаред. – Я не девушка Джареда. - Тогда кто? – хрипло спросила Констанс. - Я его дочь. - Бред, - она фыркнула. – У Джареда нет детей. - Я тоже так думала до недавнего времени, - я хмыкнула. – Но, оказывается, у моей мамаши было бурное прошлое. Констанс снова вздыхает: - Ну, слава Богу, а то я уже и не знала, что думать – то ли Джареда потянуло на совсем ещё юных девушек, то ли Шеннона, так похожих на его младшего брата. - Ну, мам, - протянул, словно теленок Шеннон. Нахмурившись, Констанс наградила его увесистым подзатыльником: - И ты знал? И молчал? Какого черта? Мне стало смешно, что такого большого и взрослого дядьку, как Шен, отчитывает хрупкая женщина, словно нашкодившего первоклассника. Он замялся, что-то пробормотав. - Шеннон Лето, я спрашиваю – почему мне никто ничего не рассказал? – повысила она голос. – Сколько вы знаете о ней? Шеннон снова принялся что-то бубнить, отводя взгляд и встав на ноги. - Шеннон! – Констанс спрыгнула со стула. – Хватит его покрывать! Отвечай мне! - Почти три месяца, - невнятно ответил он, отойдя от своей матери на безопасное расстояние. - Три месяца, - повторила она, зловеще сузив глаза. – Три месяца этот засранец нагло врал мне в лицо. Ну, сейчас он у меня получит! – Констанс подлетела к Шеннону, и дала ему ещё один подзатыльник. – И ты опять его защищал, поверить не могу! Тебе самому это не надоело? - Мама! – завозмущался он. - Идиоты, - буркнула она, поправляя легкую блузу нежно - голубого цвета. Перевела взгляд на меня, и я внутренне сжалась. - Джессика, - она подошла ко мне, и, положив руки на мои плечи, слегка сжала их. – Вы поругались? – я кивнула, а Констанс продолжила. – Всё будет хорошо. Я сейчас же поеду и всыплю этому молчуну по первое число! А с тобой, молодой человек, - её тонкий палец угрожающе указал на Шеннона. – Поговорим позже. Констанс ушла, оставив нас с Шеном на кухне в полном оцепенении. Едва дверь за ней закрылась, я понеслась на второй этаж. - Джесс, ты куда? – спросил Шеннон, следуя за мной. - Собирать вещи. Я сегодня же улетаю к Риду, не хочу участвовать в ваших семейных разборках.