В шаге от финиша.

- Маша - решила обратиться Светлана к девочке, только вышедшей из душа, не в силах поверить в несказанную удачу и удовлетворить рвущего душу любопытства. - Можно тебя кое о чем попросить? - Можно только осторожно - отозвалась девушка, вытирая мокрые волосы и присаживаясь на кровать. - Сейчас, когда мы с тобой неплохо знакомы - осторожно, чтобы не спугнуть момент начала женщина - и ты занимаешь место в моем гм...жилище, я могу узнать у тебя причину по которой ты ушла из дома? - Меня там ничто не держит - отрезала Маша, отворачиваясь от новой знакомой. - Но Машенька - заискивающе продолжала Света. - Что значит - не держит? Раньше же что-то держало. Или кто-то? Или я не права? Наверное, у тебя все-таки есть любимые и любящие люди, которые искренне переживают за тебя и желают добра - неожиданным для себя тоном чуткого психолога ворковала она, желая завоевать долгожданное расположение только что найденной "дочки". Маша повернулась. Холодный огонек в ее глазах погас, заменив себя непроницаемым и пустым стеклом. - Были. Да сплыли - угрюмо ответила девушка, не собираясь идти на контакт. - С ними что-то случилось? Они что погибли - с жаром выпытывал она, изо всех сил пытаясь изобразить беспокойство и понимание. - Может быть - равнодушно повела плечом Маша, опуская глаза. - Понятно - поджала губы Света, потихоньку начиная терять терпение. - Ну должна же ты что-то знать о своих родителях? Не на вокзале же тебя нашли? - Может быть и на вокзале - флегматично кивнула непробиваемая девчонка, не желая сдавать позиций. - Ты можешь нормально ответить? - сорвалась на крик женщина, заранее проклиная себя за неуместный тон. - Ты детдомовская? Маша вздрогнула, подняв на женщину тяжелый недоумевающий взгляд. - Че орать-то? Нет, я жила здесь в квартире, в Москве. - С кем? Если не с родителями тогда с кем? С бабушкой с дедушкой тетей...Я не знаю. - Да в том-то и дело что нет. Меня воспитывали совершенно чужие люди. - Приемные что ль? - нахмурилась Света, теряя всякое терпение. - Да как сказать. Нет, о том, что Мэри является, моей мачехой я знала давно. Она удочерила меня в возрасте 4 лет. Родную мамашу я почти не помню. Та бросила меня, когда я была совсем маленькой. - Какой ужас - заохала женщина, в притворном ужасе кивая головой. - Как она могла...Я бы таких мамаш. - Да ладно - неожиданно легко отмахнулась Маша. - Я ее понимаю. Уж лучше уйти от ребенка, чем мучить его жестоким обращением, вызванным нелюбовью. Я ж плохо чего помню из жизни с ней. Но до сих пор не могу забыть, как она кричала на меня за столом! Ужас - передернулась девушка, когда алая краска пробуждающейся совести предательски оставила на лице собеседницы предательский цвет. Желая не заострять внимание на внешнем виде, Света спросила: - Ты говоришь про маму. А как же папа? - Нет, папу я любила - говорила Маша, задумчиво уставившись перед собой. - До сегодняшнего дня. Пока не увидела тест на ДНК, где было написано, что он мне не родной. Все-таки я не понимаю - жгучие слезы потекли по щекам девушки. - Зачем нужно было столько лет мне врать? - Может быть, они не хотели тебя травмировать? - предположила Света, вжившись в роль чуткой благодетельницы. - Можно подумать, сейчас я не травмирована - истерично выкрикивала девушка, махровым полотенцем утирая капли, на сей раз вытекающие из глаз. - Ну, Машенька успокойся - тихо промолвила женщина, подойдя к девочке и сочувственно гладя ее по плечу. - Все будет хорошо. Я тут подумала...Слушай, давай я помогу тебе найти родителей? Всхлипы мгновенно прекратились. Девушка подняла на Свету заплаканные неверующие глаза, с ярким блеском радости. *** - Мэри, аккуратней, присаживайся,- вторил Саша, помогая супруге, устроится на мягком диванчике.- Все нормально? Голова не кружится? - Нет Саш, уже все нормально, не волнуйся, я в порядке,- ответила на вопрос обеспокоенного мужа эстонка. - Как же? Не волнуйся?- хмыкнул мужчина, поглаживая Мэри по янтарным волосам. - Когда твоя жена, ни с того, ни с сего, падает в обморок. Волей не волей, начинаешь волноваться. Может, все-таки поедим в больницу? - Нет, - отрицательно покачала головой Мэри.- Просто перенервничала, бывает. Лучше принеси мне чаю, пожалуйста, - умоляющим взором посмотрела она на супруга. - Хорошо, отдыхай. На дворе, уже светало. Лучи неяркого солнца, потихоньку освобождались от крепких объятий королевы - ночи, чьи права по обволакиванию городов, своими любимыми, черно-синими цветами, понемногу отступали, давая место, утру и новому дню. Сделав чашку зеленого, успокаивающего чая, для себя и для любимой, Саша отправился почивать им жену. Зайдя, в скромную обитель, где отдыхала его прекрасная супруга, его взору предстала необычайно милая картина. На белой, мягкой софе, тихо посапывала его ненаглядная Мэри. Золотистые пряди золотистым руном разметались по голубой подушке, словно лучи яркого солнца, на лазоревой глади беспечных небес. - Спи, мое солнышко, - тихо прошептал ей на ушко Александр, накрывая теплым, клетчатым пледом, - сегодня был трудный день. Пробудилась Мэрилин из сладких грез царства Морфея, когда яркое полуденный свет, уже со всем своим любопытством заглядывал к ней в окна. Потянувшись, женщина увидела на прикроватном столике недвусмысленное послание от мужа, извещающие о том, что он отправился на работу и о приготовленном кушанье, лежащем на столе в кухне. Употребив съестное блюдо, именуемое омлетом, Мэри, недолго думая, отправилась следом за мужем, точнее на свою любимую работу в ледовый дворец «Русь». В это время Саша уверенно шествовал по улицам мегаполиса, по направлению законного места работы, которое он любил не меньше любимой. Одно дело самому в совершенстве владеть спортивным навыком - но куда более ответственнее и сложнее передать другому свои знания. Впрочем, за недолгое время работы тренером, Александр Шепс снискал неслыханные почет и славу на этом поприще. Его любили и уважали коллеги, ровно, как и ученики, считающие невероятным везением и честью обучение у Олимпийского Чемпиона. Внезапно на той стороне дороги, он увидел знакомый, одетый в мрачных тонах, силуэт, направляющийся с кем-то под руку к бутику с одеждой. Эта фигура, идущая с дочерью рядом, тоже показалась, мужчине знакомой, но вот только, где он мог ее видеть? Это странное обстоятельства стало наиважнейшим и неразрешимым вопросом, не дающим покоя голове и ноющему сердцу, которое искренне любило маленькое чудо по имени Маша, и продолжавшее также горячо любить. Выросшую, пусть, немного своенравную Марию. Хоть мужчина знал, что следить за дочерью неправильно и аморально, но поделать с собой ничего не мог. Ведь, когда твоя дочь, пусть даже не совсем родная, но которую ты воспитывал с самого рождения, и за которую ты готов перегрызть глотку, сделай, кто-нибудь для нее, что-то плохое, уходит из дома неизвестно куда и кому, не отвечая на звонки, изводя тебя мучительной неизвестностью. А воспользоваться таким шансам, дающимся раз в жизни, понаблюдать за тем, с кем гуляет любимая «дочурка» в такой сложный для нее и для всей семьи период – это даже не слежка, жизненная необходимость. Ловко вживаясь в вынужденную роль "Пинкетона", осторожно передвигаясь по многолюдным улицам, Саша изо всех сил пытался разглядеть лицо спутницы дочери. Кого-то она ему напоминала... "Света." - знакомое имя всплыло в сознании, как только он отчетливее увидел лицо блондинки. Но, что она, тут делает? Неужели вспомнила о дочери, через столько-то лет? А что, если Машка знает, что она ее мать? Нет, нужно сматываться, пока не заметили. Наступил вечер, еще один бессмысленный вечер без Маши. Она, так и не удосужилась прийти, или хотя бы позвонить. Мэри сидела в кухне и наблюдала за тем, чтобы приготовленное для мужа кушанье не подгорело. Она с нетерпением ждала его прихода, так как за весь рабочий день они ни разу не встретились, что бывало крайне часто с особенностью графика работы. - Любимая, я дома, - раздался громкий баритон, оповещающий о приходе супруга. - Наконец-то, - промурлыкала Мэри, встречая мужа, на пороге.- Привет. Я уже заждалась тебя. Скоро вы меня совсем одну оставите. Сначала Машка, теперь ты. - Не говори глупостей, никогда я тебя не оставлю, - произнес Саша, подарив любимой легкий поцелуй в губы. - Знаю, - прошептала эстонка, отрываясь от уст мужчины, - пойдем, мне нужно тебе кое - что сказать. - Я тебя внимательно слушаю, - сказал Саша, садясь с Мэри за обеденный стол. - Саш, в общем, мне… Мэрилин не успела договорить, так как мобильный телефон в кармане Саши настойчиво завибрировал, давая хозяину понять о новом звонке, поступающему ему в данный момент...