Анна и Мария

Вошедшая девушка широким шагом двинулась к барной стойке и, запыхавшись, заказала бокал Шардоне. Анна кивнула, ныряя в недра винного шкафа, Шардоне нигде не было. О чём она тут же сообщила посетительнице, та махнула рукой и попросила любого вина, а затем, получив желаемое, удалилась к ближайшему столику. Анна украдкой рассматривала её, окрестив про себя блондинкой из-за неравномерно светлого цвета стриженных под косое каре волос – в золотистые пряди вплетались пепельные, неоднозначность цвета выносила блондинку за скобки обычности, выдавая в ней некого персонажа, а какого – Анна придумать не могла, что давало повод внимательней приглядываться к гостье. Та была и красива, и нет одновременно, слишком высокая, да ещё и на каблуках, чуть сутулила острые плечи, затянутая в узкое тёмно-синее платье, очень худая, хотя с накачанными как у спортсменки икрами. Впрочем, Анна бы не стала так заморачиваться, если бы не глаза блондинки: ни суть какого цвета и размера, они были настолько печальны, что казались отравленными застывшей пустотой вокруг зрачка. Анне стало интересно, захотелось подойти, расспросить – не пожалеть, не помочь, а просто удовлетворить любопытство. За окном накрапывал дождь. Сейчас Анна – бармен в кофейне с большими окнами и без официантов, где немногочисленные посетители делают заказ прямо у стойки. Анна могла устроиться в какой-нибудь банк менеджером, ей доводилось. Но зачем, если через несколько месяцев или часов Анна может сорваться с места и покинуть этот город, а может, и этот мир, ей доводилось… Мерно капает мелкий дождь, небо окрашивается в цвет пепельных прядей блондинки с отравленными глазами. Анна с тоской смотрит на свои потрёпанные балетки и жалеет, что промочит ноги, если будет гулять под этим дождем… Гулять будет: это уже дело решённое, смена окончится через три часа. А обувь можно было б купить и новую, если бы не поездка в Рим недельной давности, куда ушли все накопленные деньги. Анна не жалеет ни о чём, просто не умеет. У неё всегда наготове шенгенская виза и дорожная сумка, Анна счастлива, по-другому она не умеет… Всегда куда-то нестись, как поток дождевой воды в водостоке, мимо времени и чужих историй, даже сейчас ей трудно устоять на месте, она переминается с ноги на ногу, протирает стаканы… Дождь усиливается, капли с шумом ломятся в окно, грозясь пробить. Анна включает музыку и нетерпеливо мнёт полотенце в руках, уже надоело это кафе, блондинка, этот город и она сама. Через три часа всё изменится. Анна любит жареное жирное мясо, волков и дожди в любое время года. У неё нет и не было своей собственной истории. Анна – пустота вокруг чьих-то зрачков. Анна – счастливая и смертельно усталая, кажется, вот-вот сорвётся прочь с орбиты третьей от Солнца планеты, но электронная почта на телефоне мигает конвертом – письмо от Марии держит крепче стального каната, заполняя пустоту. Марию можно пожалеть, на Марию можно рассердиться, Марии не позавидуешь, она застыла и сдалась, даже не верит своему собственному сердцу. Мария, кажется, влюбилась, Анна всё-таки завидует, злится, тихонько жалеет себя. Анна помнит свой последний роман: чуть не стали жить вместе, но она, словно вода, просочилась сквозь его пальцы и побежала себе дальше шумным потоком, оставляя позади его недоумённое лицо. Может, если б схватил за руку, прорычал: «Не отпущу…» Дождь совсем ошалел, кажется, что вода льётся единым потоком. Анне обидно до слёз. Если б не блондинистая посетительница, можно было выскочить под этот дождь. В жизни вообще слишком много «если б». Анне тесно и страшно, она проверяет в поисковике цену билетов на ближайшие рейсы в Париж, блондинка подходит к стойке и просит ещё вина. Анна выполняет, мысленно желает сдохнуть от цирроза посмевшей встать между ней и дождём. Не сейчас, но почти всегда Анна счастлива, хоть порой приходится по неделе не мыть свои рыжие волосы, зато комфортно смотреть на мир из окна ни суть какого транспорта, просыпаться в разных часовых поясах и всё искать и искать саму себя… Но Анна – пустота, которой не существует, а значит, не найти. Уже скоро придет её сменщик. Кафе, блондинка с отравленными глазами – всё окажется в прошлом, впереди только размытая дорога и запахи дождя в разных часовых поясах. Колокольчик на двери возвещают о том, что кто-то пришёл. Анна поднимает голову от стакана, но вместо сменщика в зал влетает высоченный под два метра парень с промокшими волосами и глазами с намёком на азиатский разрез. Успевая подметить, что азиаты не бывают такими высокими, а значит, гость полукровка, Анна наблюдает, как он стремительно подсаживается к блондинке и нахально улыбается ей оскалом молодого волка. «Такой схватит и не отпустит…» – с невольным восторгом думает Анна. Блондинка, видно, знает его и возмущённо кривит губы, хотя не скроешь блеска, вытеснившего пустоту из её глаз. Анна желает им счастья, просит пепельное небо, чтобы посетителей миновали все болезни, в том числе и цирроз. Через полчаса дождь совсем ослабевает, парень-волк выводит блондинку из кафе, помогает ей усесться в машину, сам быстро оказывается на водительском сидении и жмёт на газ. Анна всё это наблюдает, так как её смена кончилась и она тоже выходит из кафе, неаккуратно наступая в лужу. Она чувствует, как вода заполняет балетку. Успевает услышать, что блондинку, как и её единственную подругу, зовут Мария, впрочем, это имя распространённое. Сквозь расходящиеся тучи проступает ярчайшее в алых красках небо, сладко пахнет озоном. Анна уже мысленно в Париже, выбирает новые балетки, и кажется, что это закат так сладко пахнет… И кажется, что счастье так близко – руку протягивай, набирай горстями, живи да радуйся, без всяких там размытых дорог.