You're not alone

      POV Милена       Я понимаю, что это очень хорошо. Нужно только ухватиться за эту ниточку и тянуть, тянуть, тянуть... Это, конечно, не выход из депрессии, но это уже большой прогресс. Как будто со дна океана безысходности ты видишь, как далеко-далеко на поверхности восходит солнце, и ты понимаешь, что где-то и у кого-то все хорошо, а это самое главное.       - Ну, тогда скорейшего ему выздоровления! – говорит ведущая. – Тогда, поговорим с вами... Итак, ребята, как у вас дела? Что нового? Может, произошло что-то интересное, а мы не знаем?       - Дела у нас отличные, - отвечает Логан. – Все как обычно: записываем песни, снимаем сериал и... Эмм... Живем. Как и все нормальные люди, - пожимает плечами он.       - Да бросьте! – отмахивается Джессика. – Мы все давно знаем, что с сентября по декабрь вы находились в России. Неужели, там не было ничего интересного? – спрашивает она, надув губки и хлопая ресницами.       «Шлюха!», - выплевывает внутренний голос.       - Безусловно, было, - кивает Кендалл. – Там достаточно много интересных достопримечательностей и красивых мест, но...       - Но? – повторяет Морис.       - Но ничего особенного не было. Все это время мы жили в гостинице, и даже когда выходили в город, нас всюду сопровождал переводчик, так как мы ни грамма не понимаем по-русски, - отвечает Шмидт.       Я пододвигаюсь ближе к экрану. Что?! Что это он такое говорит?       - А кто тогда та русская девушка, с которой ты фотографировался на разных мероприятиях? Поговаривали, что она твоя девушка, - не унимается ведущая.       - Это? Да так, никто. Просто пиар, - спокойно говорит парень.       - А имя?       - Имя... Имя... Нет, я не знаю ее имени, - отвечает Кендалл. – И мы никак не связаны. Это просто слухи, ничего большего.       Нить надежды, за которую я так старалась ухватиться, с треском обрывается. О чем он говорит? У Шмидта, что, амнезия? Почему он не говорит правду? И снова слезы...       - Почему? – шепчу я, мысленно обращаясь к изображению на телеэкране. – Почему?..       - Хм... Понятно..., - задумчиво протягивает Джессика. – А как там Анжела? У них с Джеймсом все хорошо? – с улыбкой интересуется она.       Карлос что-то отвечает, но я не слушаю. Анжела? Откуда Морис ее знает? Джеймс объявил о том, что они встречаются? Тогда, почему Кендалл этого не сделал? Он же любил меня. Или нет?..       «Не нужна...».       Опять этот угнетающий шепот в голове...       «Я никому больше не нужна...».

***

      Мне почти не больно...       Не очень больно.       Я устала надеяться...       Если я ему не нужна, то это его решение.       Я смирилась.       Я уже не плачу.       У меня нет сил плакать.       Я больше не могу.       Хуже уже некуда...       Я сдаюсь...       Мама говорит, что я закрылась. Это, в какой-то степени ошибочно, ведь я иногда разговариваю. И ничего, что сама с собой. Это тоже можно назвать диалогом. Сама спрашиваю, сама отвечаю. Ничего особенного...       - Эй, - слышу я голос из автоответчика. – Это я – Женя. Ты дома? Пф... Конечно, дома, где же тебе еще быть? Тогда, почему ты не берешь трубку? Ты все-таки посеяла мобильник? Да нет, это невозможно. Как можно потерять телефон, никуда при этом не выходя? Блин, слушай, ответь, а? Я же беспокоюсь... Короче, перезвонишь мне. Пока...       Дослушав сообщение я беру мобильник, до этих пор спокойно лежащий под подушкой. Двадцать пропущенных. Ну, Женька как всегда...       Мой палец застывает над кнопкой вызова. Позвонить? Не знаю... Это должно мне помочь. Как говорит моя мама: «Общение помогает от депрессии не хуже, чем шоколад». И все-таки я нажимаю на кнопку...       После одного гудка Женя поднимает трубку.       - Привет, - без эмоций произношу я.       - Твою ж мать! – вопит в ответ подруга. – Я приеду через пять минут!       - А..., - начинаю я, но в трубке слышно только гудки.       Почему-то я не удивлена...       Ровно через пять минут я слышу звонок в дверь. Хм... Кто бы сомневался? Лениво встаю с дивана и ковыляю к двери. Открываю.       - Я убью тебя! – кричит Женя, кидаясь обнимать меня. – Нет, серьезно, зарежу!       - Пожалуйста. Я не возражаю, - спокойно пожимаю плечами я.       - Ах ты ж! Так! А ну-ка пошли! – командует подруга, хватая меня за руку, и тащит в гостиную, бормоча что-то себе под нос.       Я не особо-то и возражаю. Мне все равно. Пусть делает, что хочет.       - Милена! - восклицает Женя, когда мы садимся на диван. - Это вообще как называется?!       - Эмм... Депрессия, наверное, - пожимаю плечами я.       - Хватит тут мне плечами пожимать! Да, ты права, что это депрессия, но это же надо как-то решать!       - Зачем?       - «Зачем»?! Тебя, что, устраивает быть вечно грустной какашкой?       - Не знаю... Я ничего не хочу...       - Это все из-за них? - спрашивает Женя, указывая пальцем на лежащие на столе плакаты. – Это все они виноваты, да? Это вот эти четыре козла...       - Перестань! – прерываю я ее. – Они никакие не козлы!       - Да что ты говоришь?! Ты же ревешь целыми днями из-за кого? Из-за них!       - Я не реву..., - чуть слышно произношу я. – Больше не реву.       «Но Женя в чем-то права...».