Пожалуйста, только живи

Бонни с большим трудом удалось вырвать кол из груди Дэймона. Она тщетно пыталась обнаружить у вампира признаки жизни. Он не шевелился. – Дэймон, очнись! – Закричала ведьма. – Ты не можешь так умереть! – Знаешь, а я впервые с тобой согласен, – мужчина открыл глаза и заключил девушку в объятия. – Ты идиот, Дэймон Сальваторе, – Бонни залилась слезами. – Дорогая, оплакивать меня или слишком поздно или слишком рано, – вампир усмехнулся. – Никакая я тебе не дорогая, – возмутилась Бонни, отталкивая его, – да, я огорчилась, когда подумала, что ты умер. Но это ничего не значит. Стефан подошел к своей девушке. Она стояла на коленях у тела Элайджи. – Елена, оставь его. – Ты не понимаешь! – Она вскочила на ноги, – он любил меня. А я! Как я могла поступить так с ним?! Елена снова зарыдала. – Ну же, успокойся, – Стефан обнял ее. Девушка прижалась к нему, но плакать не перестала: – У меня не было выбора. Я не могла позволить ему убить тебя. Младший Сальваторе просто крепче обнял ее. Дэймон поднялся на ноги и подошел к ним. – Елена, ты правильно поступила. Не стоит так переживать. Девушка оторвалась от Стефана и повернулась к его брату: – Нет. Всё это не правильно! Вы не должны были приезжать. Элайджа не хотел моей смерти! А теперь… Она не договорила. – Определись, наконец, – Кэтрин перебила ее, – с кем ты? – А ты? –резко ответила Гилберт. – А что делать с ним? – Кэролайн решила предотвратить начинающуюся ссору и показала на Древнего. – Выбор у нас не очень большой. Опять запрем в подвале, только стеречь надо лучше, – предложил Дэймон. Бонни почувствовала себя покинутой. Казалось, еще минуту назад Дэймон принадлежал ей, но стоило появиться Елене, и всё, она забыта. Ведьма тихо вышла из комнаты. По пути ее нагнала Кэролайн. – Бонни, как ты думаешь, а Тайлер еще где-то здесь? – Я не знаю, Кэр! – Устало и немного раздраженно ответила ведьма и вышла на улицу. Дэймон и Стефан вынесли тело Элайджи и положили в багажник. Бонни уже разговаривала по телефону: – Да Джер, всё хорошо. Скоро мы вернемся. Я тоже соскучилась. Старший Сальваторе замер, он не мог поверить. Но ведьма не заметила боли в глазах вампира, она слишком была занята, скрывая свою. *** Когда они вернулись, Джереми ждал их в особняке. Бонни сразу же попросила отвести ее домой. Дэймон мрачно посмотрел им вслед и ушел к себе. Елена решила остаться на ночь у Стефана. – Замечательно. Но не требуйте от меня опять ночевать в ее доме, – съязвила Кэтрин. – Я вернулась, и это больше не понадобится, – отрезала Елена. – Да? Мне даже жаль. Изображать тебя было совсем нетрудно, – усмехнулась вампирша. Елена с ненавистью посмотрела на нее. *** Елене не спалось. Под утро девушка выскользнула из объятий Стефана и спустилась в подвал. Ей необходимо было увидеть Элайджу, хотя она и не могла объяснить себе, зачем. Елена открыла дверь и вошла. – Зачем ты здесь? Девушка вздрогнула, услышав этот тихий женский голос. Из темноты выступила Кэт. – А ты? – с вызовом ответила Гилберт. Кэтрин горько усмехнулась: – Размышляю о жизни. Девушка удивленно посмотрела на собеседницу, ее поразила боль в голосе вампирши. – Скажи, – продолжала Катерина, – почему они все выбирают тебя? Елена покачала головой: – Мне кажется, ты ошибаешься, Дэймон явно уже … – Я не о нем, – нетерпеливо перебила Кэт, – его чувства никогда для меня ничего не значили. – Но, тогда о ком? – удивилась Елена, – кроме Стефана, конечно. – Я говорю об Элайдже, – холодно ответила вампирша. Девушка изумленно молчала. – А он что, ничего тебе не сказал? – Кэтрин насмешливо посмотрела на нее, – хотя, зачем же тратить время на разговоры обо мне. – Мы говорили, но… – Рассказывай, вряд ли ты сможешь уязвить меня еще сильнее. – Элайджа сказал, что ты не оценила его заботу, предала и подставила его. – Вот значит как. Неужели он так ничего и не понял? – Не понял чего? – Удивилась Елена. – Элайджа был самой большой любовью в моей жизни. Девушка с еще большим изумлением посмотрела на Кэт: – А Стефан? Та нетерпеливо покачала головой: – Я говорю о своей жизни, до того как я стала вампиром. – А как же отец твоего ребенка? – О, это было совсем не то, – отмахнулась Катерина, – я всегда подозревала, что была не в себе, сотворив такое. И только став вампиром, осознала, в чем было дело. Клаус поручил это своим приспешникам. Они внушили мне отдаться тому парню. Древнейший хотел быть уверен, что в случае неудачи, после моей смерти останется потомство. Но он не успел забрать мою дочь. Родители очень быстро отдали ее в другую семью. К счастью, он так и не узнал, куда. Даже я не знала. В глазах вампирши блеснули слезы, но она сразу пришла в себя. – Но всё это не важно. Когда я познакомилась с Клаусом, он очаровал меня. Я решила, что поймала удачу за хвост. И вдруг увидела Элайджу. И мне было безразлично, что он не так богат и влиятелен, что он служит Клаусу. Я полюбила. И когда именно Элайджа открыл мне правду, я вообразила, что эти чувства взаимны. Но он отверг меня. И вдруг я узнаю, что он предложил тебе то, в чем так безжалостно отказал мне! Елена, молча, слушала. Впервые у нее появились какие-то добрые чувства к Катерине. – А я была лишь средством. Элайджа лгал мне, хотел использовать, чтобы расправиться с Клаусом, – с горечью продолжала вампирша. – Нет, – возразила Елена, – он бы спрятал тебя. Он не хотел снимать проклятие. – Да? – Удивилась Кэт, – ну что же. Что сделано, то сделано. Я жаждала мести. Мой выбор не случайно пал именно на Тревора. Он был другом и доверенным лицом Элайджи, а мне хотелось ужалить побольнее. Очаровать этого жалкого вампира не составило труда. Кэтрин вздохнула: – Потом я долго скрывалась. Встретила и полюбила Стефана. Я почти забыла Элайджу, пока не увидела его снова, тогда в пещере. И испытывала лишь страх. Пока не осознала, что он любит тебя. – Он не знает, – прошептала Елена. – О чем? – О твоих чувствах, – продолжила девушка, – он всегда считал тебя обычной эгоисткой. – Ты тоже так думаешь? – Нет, – Елена опустила глаза, – теперь нет. – В любом случае, рано или поздно, нам понадобится этот нож. Для Клауса. – Вампирша усмехнулась, – и кому-то придется его достать. Я бы, пожалуй, рискнула. Как ты думаешь, есть у меня шанс? – Какой? – Занять твое место в душе Элайджи, также, как ты смогла заменить меня в сердце Стефана? Елена помолчала: – Я не знаю, – призналась она. *** Утром Джереми подъехал к дому Бонни – Нам нужно поговорить, – начал парень, когда ведьма впустила его – я очень беспокоился за тебя. Ты не позволяешь мне быть частью твоей жизни. Относишься как к ребенку. Так больше не может продолжаться. Мне необходимо знать, что я нужен тебе. Пока я этого не чувствую. Некоторое время девушка задумчиво молчала. – Джереми, я доверяю тебе, – наконец заговорила она, – и хочу, чтобы ты первым это услышал. Я знаю, как убить Клауса. *** Утром Елена все же решила вернуться домой. Там девушка застала весьма нервную обстановку. Дженна пребывала на взводе. – Ты вернулась, – Джон Гилберт вздохнул с явным облегчением, но Елена не обратила внимания на очередное проявление его отцовских чувств. Тетя некоторое время присматривалась к ней, но потом успокоилась. Они ели мороженое, когда в дверь позвонили. Дженна спустилась открыть, ее племянница пошла следом. На пороге стояла красивая брюнетка: – Ты, вероятно, Дженна? – Спросила она, – А я – мать Елены. – Изабель, – испуганно прошептала Елена Гилберт, Вампирша с нежностью и болью посмотрела на свою дочь.