Давай бояться вместе?

- Слишком. Много. Свободного. Пространства. - отчеканил Айзек. - Меня это смущает. - Тебя не понять. То тебе не развернуться, "уберите кто-нибудь этот хлам", то пространство мешает... - Всего должно быть в меру, - противясь доводам журналиста, упрямился вояка. Вдруг через стекло дальней стены на них пролился яркий свет, заставивший обоих возмущенно айкнуть и зажмуриться. Тот, кто направил на них этот свет, заговорил тихо и каким-то заговорщическим тоном: - Слава Богу, ты выжил. Я боялся, что эти мирские маньяки испотрошат тебя, как и остальных. Встретимся снаружи. Мы уже закрылись, - этим "гадом", как выразился Морган, оказался ни кто иной, как отец Мартин, и разговаривал местный святоша в данной ситуации исключительно с Майлзом, не обращая на Айзека ни капли внимания. Как только священник удалился, спецназовец упёр руки в бока. - Ну, и что это сейчас было? Апшер, виновато потупившись, запустил пальцы в волосы на затылке, о чём немедленно пожалел, с жалобным тихим стоном тут же отдёрнув руку. - Это... отец Мартин... был... - репортёр постарался как можно более обезоруживающе улыбнуться, как улыбался всегда, когда нужно было что-то узнать или кого-то уговорить. - Нам бы это... на улицу выбраться... - Боже... ты слушаешь этого маразматика? Он же просто очередной псих, вбивший себе в голову, что он - священник! - Я знаю... но я не могу не подчиниться. Так или иначе, он заставит меня сделать то, что ему нужно... - Да, я помню твой рассказ... и про голых мужиков тоже помню... а может, если это люди этого "священника" и ты ему так нужен, они не тронут тебя? - Меня-то, может, и не тронут, - Майлз задумчиво закатил глаза. - Хотя это маловероятно. Но вот что с тобой будет? Айзек пропищал, изображая девицу: - Ты же меня защитишь, правда? Репортёр, будучи на голову ниже спецназовца, скептически посмотрел на того снизу вверх. - Очень смешно. - Да ладно тебе. Но во всяком случае, за этим психом мы не пойдём. - Но... - Но если так хочется - то иди, - Морган равнодушно хмыкнул. Он и сам не хотел оставаться один - уж больно полезная у журналиста была камера, да и присутствие живого разумного существа, которое с тобой заодно, под боком, очень успокаивало, но недавняя истерика, произошедшая с Майлзом, давала возможность хитрому вояке немного повлиять на его решение. И Айзек не прогадал. - Хотя... ты прав, - замявшись, ответил Апшер, - не стоит его слушать. - Вот и молодец, - победно усмехнувшись, спецназовец потрепал репортёра по растрепанным каштановым волосам. Тот, поморщившись, с шипением увернулся от его рук. - Не надо. Знаешь, сколько раз я этой головой об пол приложился? Не знаешь... - Извини, - Морган сочувственно и немного виновато уставился на него, будто бы он самолично избивал Майлза. Про себя он отметил, что журналист действительно пострадал больше спецназовца. Забывшись, он начал пристально разглядывать лицо спутника, чуть приподняв его за подбородок. Репортёр же ошарашенно молчал и ждал, чем всё это кончится. Увиденное вояке настроения не придало. Всё лицо Апшера было покрыто кровоподтёками, ссадинами и засохшей кровью. Когда Айзек провёл пальцем по разбитым губам, Майлз наконец не выдержал: - Какого хрена? От ответа спецназовца спас звук шагов откуда-то сзади и приглушённые ругательства. Вояка моментально развернулся и принялся вглядываться во тьму. То же самое сделал и Майлз, выглядывая из-за широкой спины. На всякий случай Айзек выхватил нож и приготовился атаковать, однако этого ему не понадобилось. Из тьмы прямиком на них шёл, прихрамывая, человек в одеждах пациента, в одной руке державший камеру, похожую на ту, что была у Апшера, а другой нелепо размахивая в попытках удержать равновесие. Едва завидев эту специфическую парочку, он остановился и, широко распахнутыми глазами посмотрев на них (а особенно на нож в руках спецназовца), заговорил как вполне адекватный человек: - Ребят, я нормальный... правда. - Чем докажешь? - Айзек перекинул нож из руки в руку и обратно. - Ну, я... попал в пациенты только потому, что... попытался отправить письмо одному журналисту о том, что здесь происходит... я хотел, чтобы все узнали, что в лечебнице происходит на самом деле, и... - Стоп, - прервал его репортёр, - этого журналиста случайно не Майлзом Апшером кличут? - Да, так... - в голосе недопациента прозвучало удивление. - А что... - Айзек, будь так любезен, дай нож. - Майлз, не отрывая взгляда от пришельца, требовательно протянул руку. Морган, странно покосившись на Апшера, аккуратно вложил рукоять в его ладонь. - А теперь иди сюда, сука! - журналист бросился было на виновника своих бед, но ему помешали сильные руки, обхватившие его талию. - Морган, скотина ты такая, а ну пусти! Я ему сейчас покажу, где раки зимуют!.. - Эй, да что с тобой? - Так это вы... - парень добродушно усмехнулся. - Всё-таки дошло... - Ещё как дошло, скотобаза ты этакая! - Майлз, успокойся, - кряхтел Айзек, пытаясь понять, откуда у репортёра, по сравнению с самим спецназовцем выглядящего даже хрупким, взялось столько силищи. - Скорее всего, этот... этот... чувак не знал, что здесь такое произойдет. Не знал же? - "пациент" с готовностью закивал. - И отправил тебе это письмо ещё из нормальной лечебницы... - Да, я работал здесь... - Вот видишь... он не знал... и не мог знать. Перестань кусаться, Бога ради! Вдруг, словно приняв к сведению слова вояки, Апшер успокоился. - Айзек, пусти, - попросил он совершенно ровным тоном. - Смотри, я уже спокоен... - Не верьте ему... - парень настороженно отшатнулся. - Отпущу, только нож мне верни, - Майлз скрипнул зубами. - Хорошо, держи, - оружие снова перекочевало в руки спецназовца и тот, с облегчением выдохнув, отцепился от журналиста. - Я его голыми руками придушу! - репортёр снова сорвался с места, но его опять остановили. На этот раз за шиворот. - Апшер, мать твою, прекрати! - Морган не знал, как угомонить журналиста. Слова на него не действовали. Показав бывшему работнику лечебницы большой палец, Айзек не без труда развернул воинствующего репортёра к себе и мягко, явно больше для эффекта, едва коснулся своими искусанными губами разбитых губ журналиста. Майлз моментально замер, впав от таких выкрутасов военного в астрал. Со стороны недопациента донесся лишь звук разбиваемой об пол камеры.