Хозяин Черного Зеркала

Черт, как же я ненавижу эту пыль. От нее постоянно свербит в носу и чешутся пальцы. А еще в пыли живут пылевые клещи, которые могут забираться под кожу и жить там. Мило. Очень мило. Я стану целым миром хоть для кого-то. Вот для клещей например. А заодно и местом жительства и пропитанием. Отжав мокрую и мерзко пахнущую тряпку прямо на деревянный пол, покрытый пылью и засохшим птичьим пометом, я огляделась. В принципе уютный чердачок, если бы не царивший в нем бардак. Наверно, я даже смогла бы здесь жить. Только поставьте мне нормальную мебель уберите всю эту пыль и противные белые кляксы. Черт возьми, порой моя брезгливость достигает невиданных высот и ее уровень улетает в стратосферу. Вообще я любитель деревянных домиков и их чердачков. И я искренне радовалась, когда папе предложили купить небольшой домик на берегу речки с каким-то постоянно выскальзывающим из памяти названием. До города полчаса езды. Это тоже плюс, поскольку я с детства любила ездить на автобусах и маршрутках. Странным было то, что продавец, какой-то непонятный, бомжеватого вида мужичок с бородой и в старом кафтане, подозрительно быстро продал нам этот домик. Не было проволочек с документами. Не было длительных торгов и желания урвать побольше денег за эту дачу. Ничего этого не было. И это настораживало. Черт возьми, да он просто хочет поскорее избавиться от этого дома. На все расспросы о доме он только застенчиво пожимал плечами и говорил нечто вроде: «А шо? Та я тут полжизни прожил и усе нормально. Чего вам не нравится? Покупаете али нет?» Да вот только глаза его бегали, как шизофреничные мыши в панике. Он врал, и это было видно слишком явно. Я подошла и пихнула отца в бок. - Посмотри на его глаза! Он нам врет. Что-то тут не так. Пап, я не хочу жить в доме, где живут призраки, или где кого-нибудь убили, или где трупы под полом, или… -Агнесса, замолчи. – нетерпеливо перебил меня отец. – В этом доме максимум, кого могли убить, так это мышей за кражу печенья. И их же похоронить в подвале. Бойся, что ночью к тебе будут приходить призраки невинноубиенных Микки Маусов. Стоявшая рядом мама расхохоталась, а продавец усиленно делал вид ,что он совместил в себе качества сразу трех обезьянок: той, которая ничего не видит, той, которая ничего не слышит, и той, которая никому ничего не расскажет. Отец вежливо ему улыбнулся и кивнул на меня ,как на душевнобольную, попутно бормоча всякие извинения вкупе с соглашениями на покупку дачи. -Я скину вам десять тысяч! –громогласно объявил продавец, словно надеясь, что от этой новости мы впадем в нирвану. -Ой, отлично. Видишь, Агнесса, как хорошо. Ты же давно себе хотела новый телефон или что-ты там хотела. –быстро защебетала мама. –Теперь у нас есть свободные десять тысяч и ты можешь его себе позволить. Я задумчиво почесала нос. Ну почему меня никто никогда не слушает да еще и подкупить пытается? Это так удручает. Ну хотя новый телефон никогда не бывает лишним… -Короче делайте, что хотите. Я пойду птичек погляжу. – пробурчала я и гордо удалилась, краем уха слыша, как папа с продавцом обмениваются любезностями и отец отсчитывает наличку. Как-то странно все это. Впрочем, это было неделю назад и я уже стала забывать подробности. Да и зачем мне их помнить. За эту неделю в доме не произошло ничего из ряда вон выходящего и я морально более-менее успокоилась. Ни трупов в подвале, ни призраков я не обнаружила. И вот теперь, после недели проживания, пока мы привыкали к новой обстановке, мама объявила, что не может жить в этом ужасном и диком сраче и что его надо устранять. На все предложения вызвать домработницу какую-нибудь или наиграть на тарелках мистера Пропера она отвечала твердым отказом и командировала отца разбирать кучи хлама в сарае, а меня-чистить чердак. Я искренне не понимаю ,ну зачем его чистить?! Чердаки для того и созданы, чтобы на них был срач и чтобы сваливать сюда все старые и ненужные вещи. Ну вот как например кучу пахнущих нафталином пальто, которые я обнаружила в старом сундуке времен, наверно, капитана Флинта. Да и пальто были тех же времен, они настолько просрочились, что их даже моль брезговала есть. Или старые книги. Обнаружив сложенные неаккуратной стопкой книги, я обрадовалась. Я всегда любила читать и читала запоем. Как книжный наркоман. Читать всегда, читать везде, читать все. Я могла надолго зависнуть перед афишей или какой-нибудь рекламкой с большим количеством текста. Впрочем, это было во мне с рождения и вряд ли лечилось. И вот теперь, обнаружив стопку книг, я решила немедленно переселить их в свою комнату. Будет чем заняться на досуге. Я продолжила разгребать кучи хлама. Может, вся эта экспедиция на чердак была задумана только для того, чтобы найти какие-нибудь полезные и нужные для дома вещи? Хотя, не думаю, что прошлый владелец был настолько непрактичен, что сваливал на чердак хорошие и нужные вещи. Внезапно мои пальцы наткнулись на какой-то гладкий и холодный на ощупь предмет. Похоже на стекло, но откуда здесь стекло? Хотя, повторюсь, на этом чердаке можно было найти абсолютно все, наверно, даже черта лысого вместе с его бабушкой. Откинув покрывавшие стекло слои ветоши, я обнаружила, что это не просто стекло, а зеркало. Причем зеркало огромных размеров. Откинув подальше лежащие на нем предметы и одежду, я постаралась его поднять. Ширина зеркала оказалась такова, что я едва смогла раскинутыми в стороны руками дотянуться до краев рамы. Она была кованая, красивая. Я так и не поняла, из какого металла она сделана. Может, потому, что я никогда в металлах не разбиралась. А может хрен его знает почему. Наверху раму венчала корона, по краям были мрачные горгульи из какого-то темного, почти черного металла. Зеркало весило, наверно, центнер. Так мне показалось, когда я его попыталась поднять в первый раз. Но у меня получилось только немного приподнять его. Но, как ни странно, с третьей попытки у меня получилось его немного приподнять и прислонить к стене. Затем я с диким грохотом просто начала его толкать, чтобы оно встало вертикально. Наконец у меня получилось сделать и это. Рукавом вытерев с лица пыль и противную паутину, я возмущенно чихнула и подняла с пола тряпку. Переборов подлое желание написать на пыли, покрывавшей поверхность зеркала, какую-нибудь пошлятинку, я просто резкими движениями вытерла стекло. Из зеркала на меня смотрела более-менее симпатичная девушка с длинными каштановыми волосами и серыми глазами. На щеке-небольшая родинка. Улыбнувшись и помахав своему отражению, я протерла его окончательно, решив переселить зеркало в свою комнату. Я всегда любила старинные вещи, а здесь мне попался самый настоящий раритет. Такую возможность нельзя упускать. Интересно, зачем владелец дома закинул на чердак столь красивую вещь? Отбросив подальше надоевшую грязную тряпку и оставив остальной хлам неразобранным, я с громким топотом спустилась вниз, попутно едва не навернувшись с лестницы. После долгих уговоров мне удалось уговорить отца перетащить тяжеленное зеркало в мою комнату. Так у таинственного зеркала появилось новое место обитания, более приятное, нежели старый и пыльный чердак. *** 26 июня. *выдержки из дневника* «Сегодня ночью мне было так страшно, как, наверно, не было страшно никогда в жизни. С зеркалом что-то не так. Можно считать это шизофреничным бредом, но там кто-то есть. Какой-то худощавый мужчина, в капюшоне. Его руки почему-то обожжены. Он хотел снять капюшон, но я закричала и он исчез. На крики прибежали родители, которые мне, конечно же, не поверили. «Агнесса, тебе стоит смотреть меньше ужасов и виснуть на сайтах с паранормальщиной!» Черт возьми, да за кого они меня принимают!? За конченую наркоманшу, которой бред всякий видится? Или за кого? Пообещали сводить меня к психиатру. Ну да… Да здравствуют бредовые диагнозы. Всегда мечтала быть шизофреничкой. Я должна как можно скорее рассказать обо всем этом кому-нибудь, кто мне поверит, иначе я свихнусь.» *** -Макс, я тебе хотела рассказать одну историю. – я застенчиво крошила в руках кубик рафинада, намереваясь стереть его в порошок. Рядом с моими руками уже лежала горка белого порошка, в который я превратила куски сахара. –Ты любишь страшные истории? Мы сидели в небольшой уютной кафешке в центре города. Красные стены и столы действовали на меня возбуждающе, я заметно нервничала. Если бы я курила, то передо мной уже, наверно, высилась гора окурков, не вмещающихся в маленькую хлипкую пепельницу, безуспешно выдающую себя за дорогую и чуть ли не мраморную. Макс, мой лучший друг, оказался, пожалуй, единственным человеком, которому я могла рассказать всю правду о той странной ночи и который мог бы мне поверить. Макс усмехнулся: -Ты опять видела зеленых человечков? -Макс, прекрати. Я серьезно. У меня личная трагедия, а ты.. -Тебя бросил домовой? –парень откровенно заржал. Я обиженно кинула в него сахаром. Он умудрился поймать его на лету ртом и с наглой рожей сидел и хрустел рафинадом. -Я серьезно. – нетерпеливо повторила я. –Помнишь, я рассказывала тебе про зеркало, которое нашла на чердаке? -А, да помню. Красивое, кованое, огромное. Да, помню. –Макс тряхнул челкой и зевнул. Поставив на стол чашку с горячим чаем и предварительно отпив из нее, я нервно хрустнула пальцами и покачнулась на хлипком пластиковом стуле. Парень поморщился: -Несс, я же просил тебя так не делать. -Да, Макс, прости. Я забыла. Кажется, я схожу с ума. Он каждую ночь на меня смотрит. И смеется. Он в зеркале, а я слышу его смех. – я продолжала нервно крошить в руках кусочек сахара-рафинада. Тряхнув головой, я неаккуратно высыпала его в и так сладкий чай, окончательно превратив его в приторный сироп, достойный мечт Винни-Пуха и прочих всех-всех-всех. На столе остались мелкие сахарные крошки. -Несс, ты просто перенервничала. Это все переезд, он тебя вымотал. Тебе просто нужно отдохнуть. Может, съездим как-нибудь на природу? – ободряюще улыбнулся Макс. -Да.. Давай. Возьмем остальных. Ты прав, мне нужно отдохнуть. – соврала я. Все события, происходившие со мной, были правдой. А иначе почему я схожу с ума и меня мучают кошмары? -С ним что-то не так. Оно.. Проклятое что-ли. – я задумчиво пожевала губами. –Ты же слышал про то, что зеркала могут впитывать сущность владельцев? -Да, вроде что-то слышал. И вроде как поэтому зеркала завешивают тканью,если в доме кто-то умер. – Макс закивал, как китайский болванчик. -Да, ну так вот. Я сегодня ночью проснулась от того, что на меня кто-то смотрит. Я сначала боялась открыть глаза, а потом, когда открыла, увидела, что в зеркале он. – мой голос сорвался и задрожал. -Кто он? – подозрительно спросил Макс. -Мужчина. В черном балахоне. Знаешь, мне кажется, такие балахоны носили алхимики. Или чародеи какие-нибудь, чернокнижники. И руки… Его руки были опаленные и все в волдырях. И сам балахон был опален. И он, этот чернокнижник, начал поднимать руки, чтобы снять с лица капюшон. Я почувствовала, что нельзя позволить ему сделать это, и я закричала и он пропал. –я с надеждой воззрилась на парня. –Как думаешь, я схожу с ума? Макс улыбнулся и положил руку мне на плечо, приобнимая. -Несс, мне кажется, ты просто переволновалась. Я снова вздохнула: -Вам так просто это говорить. «Ты просто переволновалась». Ну действительно! Нет,чтобы помочь мне разобраться с проблемой.. Хотя, впрочем, сама разберусь. -Все будет хорошо. Мы уедем и этот жуткий чувак из зеркала тебя не достанет. – рассмеялся парень, придирчиво рассматривая кусок пирожного на предмет наличия там волос, мусора и вредных бактерий из-под ободка унитаза. Убедившись в их отсутствии, он с явным удовольствием откусил сразу половину пирожного, решив не мелочиться. – Я тебя щашишу. –пробормотал он с набитым ртом, радостно роняя на стол крошки бисквита. -Да.. Да. Защитишь. Я верю. – я слабо улыбнулась и до боли сжала в руках пальцы Макса. Он снова поморщился, но вырывать пальцы не стал. Вместо этого парень спешно зашарил взглядом по столу в поисках пластиковой подставки с бумажными салфетками. Салфеток не нашлось и Макс, переживая за стерильность своего рта, громко позвал официанта. Поскольку он уже успел запихнуть в рот вторую половину пирожного, то крикнуть у него получилось только что-то вроде «Ошишиант! Ошишиант! Фафетки!». Я впервые за все время искренне улыбнулась и, пошарив в бездонной сумке, где все всегда теряется, неожиданно для себя нашла пачку влажных салфеток ,которые тут же протянула Максу. Парень быстро вытер губы и сунул скомканную салфетку в чашку. Я, обжигаясь, спешно допила чай и схватила сумку. – Мне пора. - Я провожу! – подорвался с места Макс. - Нет, не надо. Я дойду сама. – я легонько оттолкнула его. Круто развернувшись на каблуках, я вышла из помещения. Сев в небольшой дряхлый автобус выпуска девятьсот лохматых годов, я прислонила пульсирующие болью виски к прохладному стеклу. Я слышала, что в зеркала может вселяться сущность предыдущих владельцев зеркала. А зеркало старое, возможно, оно даже средневековое. Хотя кто знает.. Значит, этим зеркалом владел какой-то чернокнижник и его душа после смерти вселилась в зеркало. Черт, что за бред. Хотя, впрочем, уже было много закадочных зеркал, в которых иногда показывались какие-то силуэты. Но не больше. Не думаю, что хотя бы один из этих силуэтов стоял, и, нагло ухмыляясь, пытался показать свое страшное лицо. Нет, ему явно от меня что-то нужно.. Но вот что. Я должна выяснить.. Или разбить это чертово зеркало! Теряясь в догадках и путаясь в липких нитях собственных мыслей, я не заметила, как уснула. Меня разбудил грубый голос немолодого водителя, который стоял рядом и тряс за плечо. Я поморщилась от исходившего от него сильнейшего запаха Тройного одеколона. Он Что, в нем купается? И его же внутрь, вместо водички. Покруче нашатыря будет. Я тряхнула челкой и с силой провела руками по лицу, размазывая тушь. -Девушка, конечная! Выходить будете или со мной на базу? – водитель ухмыльнулся и гадко подмигнул. -Ннет.. Нет, я выхожу, как раз моя остановка. –я пугливо прижала сумку к груди. Я всегда боялась подозрительных типов, и оставаться с проспиртованным водителем в одном автобусе вдвоем мне не улыбалась абсолютно. Мужик усмехнулся и поскреб недельную щетину, которая издала громкий шуршащий звук. - Осторожнее будь! А то места здесь глухие, мало ли что. Девушка ты красивая, много кто позарится. – задумчиво пробормотал водитель. От его хмурости не осталось и следа, как будто ее стерли мокрой тряпкой. Он прикалывается? Он только прикидывался хмурым мужиком? Зачем? Странный какой-то. Я вежливо улыбнулась и махнула ему рукой с зажатой в ней сумкой. - Спасибо! Я буду осторожна! Удачи вам!