24
2 декабря 2015 г., 01:29
Серые девятиэтажные здания, рядами выстроенные друг за другом, в мегаполисе за редкость считать не принято и, возможно, именно поэтому место казалось Северину смутно знакомым. Вампир вышел из темно-синего автомобиля, аккуратно хлопнув дверцей. Машину уже покрыл приличный слой снега — шел он плотной стеной, значительно уменьшая видимость; дорога до пункта назначения была из-за этого тяжелой, но ехал мужчина все равно недолго. Поежившись, Северин втянул голову в плечи и, укрыв шею поднятым воротником кожаной куртки, направился к нужному подъезду.
С железной дверью вампир справился легко. Кода от домофона ему не предоставили, поэтому пришлось приложить некоторые усилия, чтобы рывком сломать магнитный замок, расположенный вверху двери с внутренней стороны. За столько лет люди так и не смогли научиться обеспечивать себе безопасность на должном уровне.
На восьмой этаж Северин решил отправиться пешком. Испачканные в слякоти кожаные челси оставляли на каменной лестнице отпечатки, тишина стояла звонкая, кроме стука небольших каблуков слышно не было ничего. Конечно, из-за дверей доносился легкий шум — где-то работал телевизор, посудомоечная машина, кто-то разговаривал или даже спорил, но это все растворялось, оставляя вампира наедине с собой. Северин медленно поднимался наверх, ощущая, как он отталкивает звуки от себя, не позволяя им достичь сознания. Он шел и чувствовал предвкушение, разливающееся по телу, словно теплое молоко. На тонких губах застыла нейтральная улыбка, руки спокойно висели вдоль тела, зеленые глаза не выдавали ровным счетом ничего, а внутри все торжествовало. Столько лет он совершал убийства, одно за другим, но это ощущение… этот поистине детский восторг перед предстоящей расправой, он до сих пор не исчез, не искоренился привычкой.
Нужная вампиру дверь располагалась слева от лестницы, в конце недлинного коридора с обшарпанными стенами. По правде сказать, пепельноволосый ожидал большего от места жительства Вишневских, но это несильно волновало его сейчас. Загородный дом с территорией в несколько гектаров, роскошный интерьер и дорогие авто на парковке у старой многоэтажки никто не исключал.
Дубликат ключа, выполненного самым простым из доступных способов, покоился в кармане кожанки рядом с сигаретами. Сперва Северин подумал, что неплохо было бы выкурить одну-две, но предвкушение уже поглотило его целиком — он вытащил заготовку с выпиленным на ней уникальным узором и вставил ее в замок. Дубликат встал примерно на середине, с обратной стороны препятствовал оригинал ключа.
Быстро оглядев узкое помещение, мужчина отыскал звонок. Тонкая трель нарушила тишину и все же пробилась в мысли наемника. Он и не рассчитывал, что дома никого не будет — в деле было ясно указано, в какой промежуток в квартире могло быть пусто, но нынешний вариант нравился ему даже больше.
За дверью завозились. Глупого «кто там?» Северин не услышал, что немного его расстроило — это так забавно звучало иногда.
Открыла ему Елена. На фотографии она выглядела однозначно лучше. Короткие темно-русые волосы с косым пробором и челкой, доходящей до самой оправы больших очков, пышные губы, аккуратный нос — все это было на месте, но добавились явные признаки усталости. Покрасневшие белки и синяки под глазами портили общее впечатление.
— Добрый вечер, — женщина вымученно улыбнулась. — Вы ведь к Мирону за заказом?
— Так точно, — Северин скривил губы в ухмылке.
— Он еще не дома, но будет примерно через полчаса. Вы — Алексей, верно? Он говорил, что вы будете к восьми. Сейчас, правда, только семь, но проходите, ничего.
Вампир продолжал улыбаться. До чего же просто с людьми, если вытащить нитку настороженности из их клубка эмоций и обмотать ею запястье, как браслетом.
— Не снимайте обувь, проходите в гостиную. У нас тут все схвачено, так скажем, клиентов на дому всегда много, — Елена указала на деревянную арку в бежевой стене. — Не бойтесь ничего запачкать.
Гостиная представляла собой достаточно просторную комнату. У правой стены стоял трехместный замшевый диван с подушками, перед ним — кофейный столик и два кресла рядом; слева возвышался большой книжный шкаф, заполненный книгами в последнюю очередь. Черный ковер с длинным ворсом стелился поперек всей комнаты и заканчивался у входа на балкон. Дверь со стеклянной вставкой была приоткрыта, из щели шел слабый поток свежего морозного воздуха. Темно-бордовая занавеска чуть покачивалась, лампы горели уютным и неярким желтым светом, цветы на подоконнике пестрели зеленью. В целом обстановка была приятной, но не для Северина уж точно.
— Желаете кофе? Или чая?
— Кофе, — Северин прошел к креслу, чья спинка была обращена к балкону. Плавно опустился, вытянул ноги, насколько это было возможно, и принялся наслаждаться жизнью.
Вампир задумался, каким именно образом он покончит с хозяйкой квартиры. Его любимым способом было удушье, но сейчас он был достаточно голоден, так что можно было и совместить приятное с еще более приятным. Голод напомнил о себе еще в момент встречи с Миленой у лифта. Ох уж эта синеглазая девица. Северин вновь улыбнулся. Мужчина ждал наступления дня, когда страх в ее взгляде наконец исчезнет. Когда она сможет ему довериться или хотя бы усомниться в абсолютной отрицательности его характера. Как только страх пропадет сам по себе — пепельноволосый сможет подобраться еще ближе. А там уже и до цели недалеко.
— Вам с сахаром? — послышалось с кухни.
Северин слегка повел головой, сбивая мысли.
— Без, — мужчина закурил.
Елена поставила перед вампиром небольшую чашку с черным напитком, от которого шел пар, смерила вампира укоризненным взглядом, явно не одобрив курения в помещении, и присела рядом, но на диван. Чашки были обычными, белыми, блюдца тоже не пестрили оригинальностью. На столе появилась также плетеная тарелка с печеньями.
— Поправьте меня, если я ошибаюсь — вы с трехкомнатной на Сретенке?
В том деле, что доверил Северину князь, содержалась информация о профессии Мирона. Он зарабатывал на дизайне интерьеров и принимал клиентов на дому, отказываясь, порой, встречаться в каком-либо другом месте. Статус ему это позволял.
— Да, все верно, — вампир отвечал односложно и сухо, стараясь не сболтнуть лишнего и не ошибиться. Конечно, заказ этот был легче легкого, но справиться с ним хотелось на идеальном уровне.
— Я могу показать вам, что уже готово, — женщина взяла со столика поменьше увесистую книгу с кольцевым переплетом. — Это проектировка вашей спальни. Муж долго над ней работал, можно даже сказать, что совместно со мной. Тут довольно много деталей, вам потребуется достаточно времени на их изучение. Посмотрите пока, что здесь есть.
Разворот пестрил контрастом белого и черного. Спальня выглядела небольшой, Северин бы не захотел спать в такой по своему желанию. Темные обои, светлый пол, вставки из белого дерева в черной глянцевой поверхности перегородок. На взгляд пепельноволосого здесь не хватало чего-то яркого, какого-нибудь акцента, привлекающего внимание.
Вампир сбил пепел на край блюдца.
— Мирон предпочитает практически тот же стиль, что и вы, поэтому ему приятно было работать над этим проектом. Посмотрите дальше, там прикреплены образцы использованных материалов, — Вишневская поправила очки, вампир заметил на ее пальце обручальное кольцо. Скромное, без драгоценных камней, простое золото. — Обратите внимание на обои, они не сплошные — рисунок, выдавленный на них прост в дизайне, но сложен в производстве. Поэтому цена может быть несколько завышенной, но эта проблема исправима, если у вас жесткие рамки бюджета.
Женщина все говорила и говорила. Северин смотрел на ее дрожащие пальцы и понимал, что та сильно волновалась, пусть и вела презентацию довольно уверенно. Лак на длинных ногтях местами потрескался и облупился. Пепельноволосый не любил яркие лаки — лишь на единицах они смотрелись не вульгарно. Елена под число счастливиц не попадала.
— Что… что думаете? — смертная робко посмотрела на вампира. Заметила, что тот не слушал.
Вампир потянулся с сигаретой в зубах. Рукава кожаной куртки задрались, оголив бледные запястья. Руки в этом месте казались такими хрупкими.
— Что я думаю?
Зрачки Северина расширились. Женщина, удивленно воззрившаяся на него, могла четко увидеть в них свое отражение. Вокруг нее принялись парить маленькие искорки подозрительности — в этот момент вампир и вернул ей чувство настороженности, что отобрал вначале. Елена переменилась в лице, его исказили испуг и недоумение.
— Я думаю, что это полное дерьмо, — вампир затушил сигарету, ткнув ею в один из образцов проекта. От серой ткани поднялось облачко дыма.
Голова Вишневской глухо ударилась о кофейный столик, оставив на стеклянной поверхности паутину трещин. На лбу расцвела алая царапина, кровь тонкой струйкой спустилась к брови, а затем мелкой россыпью капель упала в густой ворс ковра. Схватив жертву за горло, Северин отволок ее ближе к арке и бросил на деревянный паркет. Женщина сдавленно охнула, резко набрала воздуха в легкие, но вскрикнуть не успела — он сел на живот смертной сверху, придавив к полу весом своего тела, и вновь сдавил шею тонкими пальцами.
Вампир усиливал хватку постепенно. Из горла умирающей вырывались тихие сипы, голубая радужка на фоне налитых кровью белков смотрелась неестественно, руки блуждали по рукавам кожаной куртки мужчины, в попытке причинить ответную боль. Северин все ждал, когда наконец она захочет расцарапать ему лицо, — все, кого он душил, непременно пытались это сделать — и смертная не подвела, потянулась к черным глазам, обрамленным тонким зеленым кольцом.
Страх заполнил всю комнату — Северину хотелось смеяться, чужие эмоции пьянили голову, заставляли все внутри петь. Улыбаясь, он проворно уворачивался от яростных попыток Вишневской его изуродовать. Должно быть, невероятно обидно умирать от рук такого красавца. Постепенно женщина начала слабеть, ее тело перестало изгибаться в панических судорогах, гримасы ужаса на лице менялись медленнее. Русая челка окрасилась в красный и местами прилипла к коже, лоб продолжал заливаться кровью — в царапине застрял осколок и отчаянное вскидывание тонких бровей наносило дополнительный вред.
Действо подходило к концу. Молящий взгляд смертного, который вот-вот распрощается с жизнью — это и был тот пиковый момент, который так нравился Северину. Сколько прошения в этих глазах, сколько боли и обреченности, непонимания и обиды. Несправедливости. Вампир широко улыбнулся. Разве его улыбка — не самое прекрасное, что можно увидеть перед смертью?
В эти секунды, казалось, можно было почувствовать присутствие самого обладателя острозаточенной косы. Совсем рядом, он стоял возле убийцы и спокойно наблюдал за ним. Как его удлинившиеся когти протыкают тонкую кожу жертвы, как кровь сочится сквозь них и стекает по красноватым костяшкам. Как мужчина чувствует власть над жизнями, почти такую же, как он сам.
Дверь на балкон была широко раскрыта, с улицы дул холодный ветер, бордовая штора довольно высоко поднималась от его порывов. Край ковра и спинку кресла уже занесло снегом, ткань промокла и превратилась из серой в черную.
Северин неподвижно сидел на полу возле трупа и изучал свои ладони. Ногти вернулись в нормальное состояние — лунки все равно были хищными и продолговатыми, но не удлиненными и острыми. Мужчина пытался вспомнить, сколько раз он видел эти руки по локоть в крови.
Энергетический голод был утолен, мужчина даже чувствовал, что переусердствовал с поглощением эмоционального фона Вишневской, а вот с физической стороны ощущения были другими. Перед глазами летали черные мушки, боковое зрение ослабло, а в теле ощущалась псевдо-слабость, которая при возникновении рядом потенциального источника пищи сразу же исчезала. Лежащее рядом тело эту усталость у Северина не прогоняло, поскольку к падальщикам себя вампир не причислял. Он считал, что, во-первых, кровь трупов наносит организму неоценимый вред, а во-вторых — «еще тепленькие» его просто-напросто не притягивали. Кровь должна быть живой, выпрыскивающейся из места укуса под давлением, а не вялотекущей, словно из-под засоренного крана. А эти падальщики, они однозначно на голову больные.
Из коридора послышался шум — ключ вставили в замок, а потом поняли, что та открыта.
— Я дома! — у Мирона был красивый голос. Хриплый, добрый.
Связка ключей тренькнула, упав на поверхность небольшой тумбы.
В воздухе появилась сердитость и усталость.
— Во дворе возился минут пятнадцать, там дегенерат какой-то бросил свою бэху прямо перед подъездом, — зашуршала ткань пуховика. — Опять, наверное, хахаль какой-то к соседке нашей приехал. Когда только она наконец…
Пепельноволосый лениво повернул голову, переводя взгляд на застывшего в проходе мужчину. Мирон был бородат, но несильно, прическа лежала аккуратно и выглядела ухоженной, даже несмотря на то, что волосы достаточно сильно вились. В серых глазах читался шок, который сменился бы горем или отвращением, но Северин резко поднялся и шагнул к дизайнеру вплотную. К стене Мирон полетел в следующую же секунду. Ударившись затылком о кухонную тумбу, он согнулся, обхватив руками голову. Не замешкавшись даже, вампир ударил мужчину коленом прямо в переносицу — тот взвыл, но недостаточно громко, чтобы услышал кто-то посторонний. Смертный скулил, закрывая ладонями лицо, ноги его скользили по белой плитке, дрыгаясь, как лягушачьи лапки. Вампир присел перед ним на корточки. Протянул руку, вцепился в мягкую шевелюру жертвы и рванул на себя. Хрустнули суставы шеи. Звук неприятный, Северину больше нравился хруст костей.
Рот наполнился кислой слюной, клыки удлинились. Из приоткрытого рта они смотрелись, как змеиные, такие же острые, но более широкие и белые.
Пепельноволосый пил, пока Мирон не перестал ерзать в его руках. Обмякшего дизайнера вампир оттолкнул, тот завалился на пол и лежал тихо, словно уже издох, но это было не так. Умер он окончательно, когда кухонным ножом Северин проткнул ему грудь. Лезвие входило плохо, поэтому, прорезав одежду и кожный покров, мужчина с усилием налег на рукоять и провернул нож вправо, дойдя до самого сердца. Смертный хрипел еще пару мгновений, а затем умолк. Теперь уже точно насовсем.
Северин только начал курить, когда в квартиру вошла «чистка», заказанная Кассианом заранее.
Тихие ребята в темной одежде достали из кейсов бутыли с прозрачной жидкостью и принялись поливать тела. Блуза Вишневской потемнела, ткань облепила небольшую грудь и маленький кулон, висящий на шее женщины. Пепельноволосый наклонился, взял украшение за цепочку и дернул вверх. Бусину из лунного камня мужчина убрал в карман кожаной куртки. Таких сувениров у него было не меньше двух десятков. Приятно было пополнить коллекцию после долгого перерыва.
— Как тела поджарятся, полейте здесь и все остальное, — обратился вампир к парням. — Подожгите и позвоните в пожарную охрану. Нужно, чтобы ничего не осталось только от этой квартиры.
— Справимся.
Ополоснув руки в раковине на кухне, Северин переступил через бездыханного Мирона и покинул квартиру Вишневских.
Сунув кулон Елены в бардачок, пепельноволосый завел мотор.
Выезжая из двора, вампир понял, что князь не ошибся. Дело и правда принесло ему несказанное удовольствие. Северину показалось даже, что он проникся к старейшине симпатией, но, все-таки, ему точно показалось.
