Betrayer

Кира Изуру почтительно склонил голову, опускаясь на одно колено, одновременно упирая сжатый кулак в пол. Несмотря на то, что теперь формально его собеседник не имел офицерского звания и полномочий, стоило выказать свое уважение. Этикет не требовал именно такого приветствия: в конце концов, сам лейтенант третьего отряда не были простым выходцем из Руконгая. Однако… К этому человеку невозможно было обращаться иначе. - Кучики-доно, вы желали меня видеть? – голос едва заметно дрогнул, когда шинигами произносил громкое, если не легендарное, некогда имя. - Желал, - выждав несколько секунд, с достоинством кивнул аристократ, соизволяя обратить взгляд на склонившегося перед ним молодого человека. Тот не рискнул изменить позу, продолжая держаться в прежнем положении. Он был нерешителен, этот Изуру. Сомнение, непонимание и растерянность слишком явственно просматривались в его движениях и словах. Он все еще не был уверен, мальчишка… Впрочем, это даже к лучшему. Безвольная кукла хороша для грубой и грязной, но никак не для тонкой работы, к которой Гинрей собирался привлечь этого человечка. - Готей изрядно изменился с тех пор, как мне довелось оставить свой пост, - решив начать издалека, заговорил Кучики, при этом не давая Изуре ни малейшего намека на то, что разрешает тому подняться. – Скандалы вспыхивают один за другим, капитаны открыто не подчиняются Главнокомандующему, а неведомые пришельцы легко вмешиваются в дела шинигами, наводя здесь свои порядки… Готей был настолько слаб перед внешним врагом только около сотни лет назад, когда половина офицерского состава выбыла из строя благодаря экспериментам отступника Урахары… - Я уверен, что это лишь временные трудности, - без особой доли веры в правдивость собственных слов ответил Кира. Было видно, что он не слишком сильно горит желанием обсуждать вопросы, связанные с недавними событиями. – Готей силен как целое. Утрата той или иной части всегда восполняема. - Возможно, - согласно кивнул старик, сильнее сводя вместе густые брови. – Однако на все это требуется изрядное время. Много ли сейчас тех, которые могут возглавить отряды? А сколько потребуется новым людям на адаптацию? Отряд – это единый механизм, где каждый четко знает свои функции. И одна испорченная деталь может вывести из строя всю конструкцию. Ремонт или подгонка потребуют крайне… дорогостоящих мер. - Вы полагаете, что следует действовать более радикальными методами? – Изуру осмелился поднять взгляд на лицо собеседника. - В текущей ситуации это единственный действенный выход, - сказал Гинрей, вновь замечая перемену во внешнем виде лейтенанта. – Неужели ты удивлен? Не забывай, что я все еще шинигами, хоть и не капитан. Мой внук – глава одного из отрядов, приемная внучка – лейтенант в другом. Кроме того… кто вообще делал тайну из того, что происходило в Сейретее за последнее время? - Но… ваш внук, Кучики-доно, - неуверенно пробормотал Кира. – Он же… - Арестован по подозрению в измене? – с наигранным удивлением спросил глава клана. – Разумеется, это станет новостью только где-нибудь в восьмидесятом районе Руконгая. - Прошу прощения, но разве вы не собираетесь оспаривать обвинение? – на время отбросив тактичность и осторожность, обратился к старику блондин. - Хм… Молодежь… - недовольно пошевелил бровями Кучики. – Я прощу тебе подобную грубость и даже отвечу в знак расположения: нет, я не собираюсь помогать теперь уже бывшему главе моего клана. Бьякуя за последние годы совершил ряд слишком серьезных промахов, чтобы можно было легко закрыть глаза на подобный расклад. Ты ведь и сам из благородной семьи, Кира, поэтому должен понимать, что значит для членов клана репутация его старшего звена. Ни я, ни совет старейшин не желаем для нашего дома участи Шихоин или Шиба. - Разумеется, Кучики-доно, - слегка растерянный, ответил Изуру. – Благодарю за оказанное доверие… - Пустое, - лениво пошевелил ладонью Гинрей. – Одни лишь слова. Они не имеют важности по сравнению с тем, о чем я собирался поговорить с тобой изначально. - Внимательно слушаю вас, - в очередной раз склонил голову шинигами. - В скором времени Генрюсай-доно обратится ко мне с предложением вновь возглавить шестой отряд. Мальчишка-лейтенант хоть и достиг банкая, но слишком неопытен, чтобы руководить отрядом в преддверие войны. Поэтому вопрос моего восстановления чисто символический. Куда больше меня беспокоит положение дел внутри Сейретея: мы почти не готовы к грядущей войне. Меры нынешнего Главнокомандующего, бесспорно, имеют веские основания, но не всегда своевременны. Готей, особенно в отсутствие Совета Сорока Шести, нуждается в твердой руке, которая сумеет направить и удержать меч, а не бессмысленно хранить его в ножнах. Я буду с тобой предельно откровенен, Кира: я знаю господина Генрюсая с тех самых лет, когда впервые получил офицерский шеврон. И я немало привязан к нему самому. Но я не могу позволить, чтобы из-за моей симпатии шинигами проиграли в грядущем бою. Сейчас среди капитанов нет никого, кто мог бы открыто пойти против Главнокомандующего: Укитаке, Кьераку и Унохана слишком привязаны к господину Ямамото, впрочем, как и Комамура Саджин. Хитсугая молод, Маюри и Зараки – маньяки своего дела и ничем более не интересуются. Широкого фронта оппозиции сходу не создать. Вот почему мне нужен именно ты: лейтенанты всегда в курсе дел своих капитанов, их настроения и мыслей. Ты имеешь превосходные отношения со многими из них и можешь легко наладить поток информации. Большего от тебя не потребуется. Разумеется, кроме молчания о наших делах. Не переживай, я не требую немедленного ответа. Я понимаю, как тяжело может даться тебе подобный выбор. Однако я взываю в первую очередь к твоему здравому смыслу и чувству долга: я верю, что для тебя это не пустой звук. Ты мне нужен Кира, необходим. Сейчас я выложил перед тобой все свои карты. И рассчитываю на твою сознательность. К тому же… если ты все же примешь мое предложение, я готов обещать тебе, что твое овладение банкаем и капитанским хаори будет лишь вопросом времени. Подумай, мальчик мой, и очень тщательно все взвесь: исключительно благодаря тебе дом Изуру поднимется и займет место, достойное Четырех Великих кланов. - Я… я прошу дать мне время, - запинаясь и едва заметно дрожа, лейтенант чрезмерно быстро вскочил на ноги и, не дожидаясь прощальных слов и жестов, резво заторопился к двери, бормоча под нос какие-то маловразумительные извинения. Когда звуки шагов затихли вдалеке, Гинрей Кучики позволил себе приоткрыть глаза, расслабить прямую спину и широко усмехнуться. Пожалуй, таким довольным и живым он не чувствовал себя уже очень и очень давно… Мальчишка принадлежал ему с потрохами.

***

В великолепно обставленной беседке на берегу небольшого озера расположились два старых друга, неразлучных, наверное, с тех самых пор, когда в первый раз осознали всю привязанность, установившуюся между ними. Они часто собирались здесь, в одном из самых живописных и в то же время тихих мест, где можно было легко и спокойно поговорить о насущных проблемах, волновавших каждого из них. Как, впрочем, и скоротать время за чашкой чая или рюмкой саке, болтая о малозначимой ерунде. Сегодня повод был отнюдь не пустяковый. Ни один из них до сих пор не притронулся к чашам. Ни один не позволил себе невинной шуточки или дружеского похлопывания по плечу, не начал разговор со свежей сплетни, пробежавшей по отрядам… Сегодня они был слишком серьезны, чтобы отвлекаться на мелочи. - Яма-джи снова затевает нехорошую игру, - первым решил нарушить молчание Кьераку, с недовольством глядя на широкую лужу, которую его товарищ почему-то упорно называл озером. – И обставляет все как само собой разумеющееся. - Ты про рейд в Уэко Мундо? – поднял взгляд Укитаке, до этого задумчиво изучающий резьбу на невысоком чайном столике. - Именно, - кивнул Шунсуй, неторопливо почесывая щетину на подбородке. – И все это… слишком странно и неопределенно. - Тебе не кажется, что ты преувеличиваешь? – с сомнением спросил Джуширо, редко лично критиковавший действия бывшего наставника. – Вполне взвешенный и разумный выбор… - Это с какой стороны посмотреть, - устало вздохнул капитан восьмого отряда, невесело глядя на друга. Укитаке недоверчиво осмотрел друга, выглядящего необычно мрачным и даже… обреченным? - Например? - Именно этот выбор кандидатов на разведку в пустыню, - сердито фыркнул Шунсуй, теребя край накидки. – Сам подумай: неужели не нашлось бы других? Но ведь нет… Отправили двух самых неподходящих именно для сбора информации бойцов. Двухметровый амбал, который наплюет на все планы Куротсучи и пойдет искать врага посильнее. Да еще и мальчишка, который легко вспылит и запросто наделает глупостей, стоит только напомнить ему о Хинамори-чан… Если Айзен или Гин покажутся ему на глаза хоть на секунду… шансы парня и так невысоки, а с этим… Гиблое дело. - Но ведь лейтенанты… - попытался возразить Укитаке, сам чувствуя зыбкость своих доводов. - А что лейтенанты? Ячиру не заставит Кемпачи повернуть назад. Мацумото в лучшем случае сможет какое-то время прикрывать его спину. Сам знаешь, боец она посредственный. Если все настолько плохо хотя бы в половину от того, как мне кажется… вернутся только Зараки и его девчонка. В лучшем случае. - История повторяется, - откликнулся на слова друга Укитаке, с искренней скорбью прикрывая веки. - А мы вновь не в силах этому помешать…

***

Исида привычным движением натянул лук, накладывая тонкую стрелу из реяцу. Прицелившись, квинси взял небольшую поправку, прищурился, а затем резко отпустил почти невидимую тетиву, посылая смертоносный снаряд вперед. Пустой даже ничего не почувствовал. Наверное. Выстрел прямо в середину маски, почти мгновенная смерть и разложение на духовные частицы, затянувшееся разве что на пару-тройку лишних секунд. Интересно, что вообще ощущают пустые, когда кто-то разбивает их маски? Урю устало поправил очки на переносице. Бессонница стала для него почти привычным делом, но это было… неправильно? Он никогда не чувствовал себя отдохнувшим, свежим и полным сил. Легкое недомогание и тупая ноющая боль в висках стали его постоянными спутниками, разделяя каждую проходящую секунду времени. Все было слишком иррационально, чтобы считать происходящее «привычной жизнью». «Я слишком быстро меняюсь, пытаясь перегнать молнию. Это действительно странно: чем выше я поднимаюсь над остальными, тем ничтожнее кажусь сам себе. Возможно, это происходит потому, что даже вознесшись над остальными, я продолжаю глядеть на себя их глазами? Право дело… чем дальше звезда, тем незаметнее она для человека, наблюдающего за небом. Та, что не светит ярко, не достойна радовать его взор, не так ли? Ничтожно то, на что мы не обращаем своего внимания? Я никогда не знал, к чему стремился. Что двигало мной в тот момент, когда я отправился спасать девчонку-шинигами? Когда защищал Орихиме? Когда сражался с Куротсучи? Я желал смерти? Я успокаивал себя мыслью о том, что на своей высоте встречу того, кто ответит на мои вопросы. Поможет мне встать на верный путь. Глупости… Я ждал, когда низринусь вниз и разобьюсь вдребезги. Меня останавливала только зависть. Я завидовал ему… а он продолжал идти вперед, словно бы даже не замечая, как сильно я хочу понять, каким образом ему удается сохранить и восполнить себя в таком мире? Чем он настолько отличается от меня? В чем ошибся я, а он – оказался прав?..» - Ты неплохо справляешься, Урю, - раздался позади него звонкий женский голос. В нем отчетливо звучала насмешка, осознание собственных слов того, кто был уверен в своем превосходстве. Но кроме этого… заинтересованность? - Кто ты? – решив не оборачиваться, задал вопрос Исида. Его враг был… Враг? Но с чего бы? Разумеется, обстановка и обстоятельства не слишком располагают к доверию, но с чего бы неизвестной является именно его врагом? Она дала себя обнаружить, первой пошла на контакт и не стала размениваться на демонстрацию силы. Ей это было не нужно… значит ли это?.. - Я рада, что не ошиблась в тебе, - судя по интонации, незнакомка вполне искренне усмехнулась. – Но к чему этот вопрос? Мое имя тебе ни о чем не скажет, так ведь? - Ты… квинси? - Мы – квинси, - с нажимом произнесла собеседница. – Понимаешь? - Зачем я вам нужен? – сейчас не было смысла скрывать свою настороженность. - Мы наблюдали за тобой с тех самых пор, как ты начал использовать свой крест, - ответили ему. – Не солгу, сказав, что долгое время твоя оценка была ниже средней. Однако последние события все же дали понять, что ты представляешь для нас немалую ценность… - Мое согласие, судя по всему, не требуется? - Разумеется, - с голосе незнакомки, тем не менее, почувствовалась изрядная доля холодности. – Ты нужен нам. Мы нужны тебе. Ты согласился, когда заговорил со мной, Исида. - Что вам нужно? – устало выдохнул Урю, внутренне готовясь к самому непредсказуемому ответу. - Ты чист. Ты умен и дальновиден. Твой потенциал ограничен далеко не теми рамками, которые ты сам себе обозначил. Для нас ты превосходная заготовка, из которой можно воссоздать тот самый идеал, к которому стремились многие поколения квинси. Кроме того, ты не терпишь над собой чьей-либо власти. Твое неприятие системы превосходно сочетается с твоим внутренним поиском, который только-только начинает превращаться в четкий вопрос. Для нас обоих твое участие – огромный шаг вперед. - Что у вас на уме? - Квинси долгое время скрывались от обычных людей и шинигами. Однако мы никогда не рассматривали подобные меры как долгосрочные. Наша раса в скором времени должна выйти из тени и ассимилировать окружающий мир. Все признают наше превосходство. И только таким образом мы обеспечим достойное развитие нашей расе. Наблюдение за тобой и твоим развитием даст нам бесценную информацию. - Рассчитываете, что все остальные такие дураки и ваш план пройдет гладко? – попытавшись придать своему голосу сходство с отцовским, спросил Исида. Вышло, мягко говоря, жалко: вместо непоколебимой уверенности и легкого презрения раздались слова неуверенного юноши, который боялся услышать ответ на собственный вопрос. А тем самым ответом ему стал неожиданный безудержный смех его невидимой собеседницы. Искренний, громкий и задорный… пожалуй, она действительно могла заражать других собственным настроением. Но только не в этот раз. - Исида… Исида Урю… продолжай! Продолжай в том же духе! Делай все, что угодно! Борись, бунтуй! Развивайся! И помогай Вандеррейху стать сильнее!..