Betrayer

Обычная глава без отвлеченных рассуждений. Просто мясо, которое хотелось устроить в эпизоде с Бараганом. Однако аффтар нашел еще нескольких личностей, нуждающихся в живительной эвтаназии. Помним о жанрах и предупреждениях в шапке фф. ___________________________________ - Интересно получается: шинигами убивают, чтобы очищать души грешников, пустые делают это, чтобы набить брюхо, а квинси несут какую-то чушь про свой священный долг. И при том все они считаются себя чуть ли не всемогущими… Вот есть у нас Король Духов… Скажи мне, Хитсугая, на кой ляд ему сдались те же пустые? Почему все Боги такие воинственные засранцы, у которых шило в заднице застряло? Они ведь сидят у себя там, наверху, и не поймешь, существуют ли они на самом деле или нет, а мы режем и убиваем, чтобы им было приятно? Хитсугая?! Эй, мелочь! Я с тобой говорю! Зараки Кенпачи битый час старался выдавить из своего «коллеги» хоть какой-то намек на реакцию. Капитану одиннадцатого отряда, который и без того изнывал от скуки, требовалось либо как следует набить кому-то морду, либо отвлечься на мало-мальски занятный разговор, чтобы скоротать время. Отряд шинигами безрадостно месил ногами колючий пустынный песок, пытаясь приблизиться к цели… Юный гений десятого отряда в ответ на слова Зараки лишь обреченно прикрыл глаза да тяжело вздохнул, отворачиваясь. Тоуширо отнюдь не желал заводить беседу с главным маньяком Сейретея, и дело было отнюдь не в том, что последний выбрал довольно скользкую и неприятную тему… Не дождавшись ответа, Кенпачи озадаченно приподнял бровь, а затем оскалился в спину низкорослому спутнику, после чего смачно сплюнул на песок, рассерженно ускоряя шаг. - Разумеется… белоручки, чтоб вас всех… Слишком сложные, чтобы не капать никому на мозги, слишком благородные, чтобы просто срать и подтираться лопухом. А когда доходит до дела, прячетесь за чужие спины и корчите физиономии… Мацумото испуганной ланью отскочила в сторону, уходя с пути рассерженного лидера одиннадцатого отряда. Ячиру самозабвенно посапывала на плече «Кенчика», просматривая, наверное, уже десятый сон. Исане украдкой осуждающе покачала головой, не одобряя такого поведения, а Нему лишь флегматично проводила взглядом высокую фигуру капитана, не предпринимая никаких действий. - Одни бабы… Надо было захватить хотя бы Иккаку… - презрительно глянув через плечо на растянувшуюся цепочку шинигами, следующих за ним, Зараки фыркнул рассерженным котом. Проход между мирами открылся совсем не там, где ожидалось. Шипящий и брызжущий слюной Маюри воздевал руки к небу и призывал все мыслимые и немыслимые кары на нестабильность фона реяцу вокруг дворца среди пустыни, однако его третий офицер, Акон, лишь с сомнением покачивал головой, сосредоточенно рассматривая показания приборов: в произошедшем чувствовалось не только и не столько влияние простого случая или неожиданного совпадения. Кто-то очень умело сумел исказить сигнал, отразив его обратно гораздо раньше, чем требовалось. Кроме того, немало настораживала серьезно барахлящая связь с отрядом: проблемы начались с той самой секунды, когда шинигами вышли за пределы Дангая. Многочисленные помехи делали процесс передачи данных настолько трудоемким, что далеко не слабые процессоры из лабораторий Научного отдела неплохо перегревались, честно пытаясь справиться с поставленной задачей. Обратные сообщения и вовсе поступали в таком виде, что на расшифровку самого короткого уходило непозволительно много времени. Наблюдатели могли разве что отслеживать примерное местонахождение бойцов по радару, который, ехидно попискивая и подмигивая, периодически отказывался передавать сигнал на дисплеи. Офицерам Готея оставалось только ждать.

***

Бескрайние дюны. Серые, тусклые. Среди них не спрятаться и не скрыться, как это можно сделать в лесу среди зарослей или в горах среди множества скал и валунов. Пустыня держит на виду все свои достоинства и богатства. До той самой поры, пока ей не захочется скрыть их от любопытного глаза луны, бесконечно следящего за своей давней гордой соседкой. Во всяком случае, Тоуширо был убежден, что их отряду удастся засечь присутствие врага и не дать захватить себя врасплох. Тоже… до времени. Неизвестные напали бесшумно. Не было ни отрывистых команд, ни бряцанья стали, ни даже шелестящих звуков, с которыми клинок покидает ножны. Лишь в один миг ночное небо пересекли множество ярко-зеленых точек, огромным роем зависших в высшей точке полета, а затем обрушившихся прямо на беспечно бредущих шинигами. Первой рухнула Исане, с коротким вскриком, перешедшим в хриплый болезненный выдох, схватившись за пробитую насквозь грудь: толстая и короткая стрела из реяцу прошила ткань одежд и плоть, оставляя на песке несколько темно-бурых подтеков, которые, впрочем, довольно быстро впитались. Зараки недрогнувшей рукой выдернул из левого плеча снаряд, сохраняя недовольное выражение лица: он любил открытый бой, этот капитан, а не удары из засады. Высвободив немного своей реяцу, шинигами попросту растворил в ней остальные стрелы, защитив себя и Ячиру от обстрела. Сам Тоуширо, успевший уйти в шунпо прежде, чем смертоносный град обрушился на место, где он стоял, тревожно оглянулся в поисках оставшихся двух спутниц. А спустя мгновение, мысленно от души выругавшись, ринулся на помощь Мацумото, зажимающей поврежденное бедро. Не так далеко от нее пыталась отползти в сторону Нему. Той повезло куда меньше: стрелы угодили в бок и предплечье, заодно зацепив голень. Приземляясь рядом, Хистугая отмахнулся уже активированным занпакто, создавая широкую стену изо льда и готовясь при необходимости усилить барьер, если обстрел продолжится. Однако необходимость в том отпала, как только в нескольких десятках шагов от дезориентированных шинигами с впечатляющей скоростью выстроилась сплошная стена щитов. Полупрозрачных, с неприятно режущим глаз зеленоватым оттенком: передние ряды опустились на одно колено, давая вторым возможность держать на прицеле громоздких арбалетов небольшой отряд. Поражало даже не то, с какой легкостью эти твари смогли так близко подобраться и нанести столь серьезный урон за одно нажатие спускового крючка на своих проклятых машинах для убийства. Куда сильнее настораживало полное отсутствие различий между нападавшими, облаченных в просторные белые одеяния и импровизированные шлема-черепа с пустыми темными глазницами. У них не было знаков отличия, никто не отдавал им словесные команды… управляющий ими мог находиться сколь угодно далеко отсюда и не нуждался в том, чтобы вести своих бойцов вперед… Тоуширо стиснул зубы: их окружили, взяв в сплошное кольцо из щитов и наконечников стрел. Первый залп, несмотря на всю опасность, был явно предупредительным, потому как никто не пытался продолжить атаку и превратить шинигами в подобие ежей. А ведь они могли… Быть может, сам Хитцугая продержался под барьером из льда и прикрыл Мацумото с Нему, но насколько бы его хватило? Будь Исане сейчас не хладным трупом, у них имелся шанс залатать друг друга и попытаться прорваться… Нет. Бесполезно было даже рассчитывать на то…. Живым смог бы уйти только Зараки со своей мелкой… Было… больно. И кривился капитан восьмого отряда отнюдь не из-за того, что легкая ссадина на предплечье противно ныла, частично забирая реяцу на саморегенерацию. Сейчас слова Зараки казались чертовски правильными… Строй «черепов» разомкнулся, пропуская двух новых действующих лиц. Крепко сжав рукоять меча, Хитцугая затравленно наблюдал за тем, как приближаются высокая смуглая женщина с золотистыми волосами и непонятное гуманоидное существо с телом человека и вытянутой колбой с красноватым раствором внутри вместо головы. А в той колбе… Тоуширо с трудом подавил желание брезгливо прищуриться, глядя на два сморщенных шарика, бултыхающихся в жидкости и задорно пускающих пузыри. Эти порождения больной фантазии безумного доктора перемигивались узкими глазками и демонстрировали улыбки, достойные самых страшных садистов… - Кто вы такие?! – направив лезвие на приближающихся врагов, нашел в себе силы выкрикнуть Хитцугая, тревожно оглядываясь на постанывающую Мацумото. - Владыка предупреждал, что шинигами появятся... - визгливый голос донесся прямо из сосуда, вызвав целый рой пузырьков со стороны одного «шарика». - Хорошо, что мы оказались рядом... - на сей раз запищал его сосед, подмигивая презрительно сморщившемуся Зараки. - …он ведь говорил, что с капитанами нужно быть осторожными? – обратился к нему «первый». - …мы и не таких жрали! – толкнул его в ответ «второй», сопровождая процесс мерзким хихиканьем. - Просто сделайте свою работу, - высокий воротник заглушал речь, не позволяя понять, осуждает ли женщина беспричинное веселье своих «спутников» или же нет. – Съесть их вы всегда успеете. - Как скажете, Тия-сама! – в один голос воскликнули «шарики», заливаясь хохотом. Крутанувшись прямо на ходу и подняв целое облако песка, тело с колбой извлекло длинный трезубец, вращая тот с бешеной скоростью, после чего, зажав древко подмышкой, указало лезвием в сторону Зараки, с явным неодобрением отнесшегося к такому представлению. – Ты наш, малыш! - Аквариум на ножках… - Кенпачи даже не нужно было подзадоривать различными выходками, чтобы спровоцировать. – Ячиру, отойди-ка!.. - Повеселись, Кен-чан! – помахав великану ладонью с сжатым в ней занпакто, девочка резво спрыгнула с плеча капитана и шустро засеменила прочь, нимало не смущаясь ни союзников, ни противников. - Я никогда не нападала на ребенка, - словно извиняясь перед Хитцугаей, блондинка достала из ножен широкий клинок с прямоугольным отверстием посреди лезвия. – Но я могу представить, как опасны дети, подобные тебе. Возразить было нечего. Тоуширо чувствовал пристальный изучающий взгляд зеленых глаз, цепко отслеживающих каждое его движение. Эта женщина отнюдь не недооценивала его… ей хватало одного взгляда на белоснежное хаори, чтобы понять, каким непростым противником окажется невысокий шинигами с неестественно смотрящимися седыми волосами на фоне юного лица. Оставалось лишь понять, насколько опасны сами их противники. Первым сорвался с места Кенпачи, высоко занося руку с клинком. Его оппонент, желчно хмыкнув, легко ушел в сторону, обрушивая удар древка на не озаботившегося защитой шинигами. Рукоять легко стукнула гиганта по затылку, задевая зашедшихся истерическим плачем колокольчики, а после крепко приложила мужчину по филейной части. Собиравшийся что-то съязвить Зараки мигом озверел, чувствуя ничем не прикрытую насмешку противника над таким незадачливым подходом. Слова замирали на языке, не желая срываться, в то время как глаза застилала плотная пелена ярости, которую никто и не думал контролировать. Меч описал широкую дугу, когда шинигами разворачивался в сторону врага. Аррониро поднырнул под замах, оказываясь сбоку от противника и метя в беззащитное бедро. Отступив на шаг, Кенпачи отвел лезвие трезубца в сторону, после чего вновь попытался сократить дистанцию резким рывком вперед. Понимая, что на выпад не хватит времени, шинигами ударил кулаком, в то место, где секунду назад находился «аквариум» - тот отпрыгнул, одновременно ударяя древком в солнечное сплетение. Хрипло выдохнув, Зараки ухватился за древко, дергая со всей силой на себя. Едва не потерявшему равновесие арракнару пришлось спешно падать на песок, чтобы пропустить над головой свистнувший меч. Успев откатиться в сторону, пустой не отказался воспользоваться моментом, тяжелым носком сапога ударяя между ног шинигами, вогнавшего в небольшую вмятину, образованную спиной Аррониро, свой клинок. Взвыв, Зараки провел длинную борозду, надеясь располовинить наглеца. Лезвие, впрочем, лишь оставило глубокую зазубрину на древке, которое пустой еле-еле смог выхватить из ослабевших пальцев Кенпачи. - Убью!!! Взревев, шинигами попытался повторить атаку, однако не преуспел: пустой давно оказался на ногах. Ринувшись вперед, Зараки замахнулся клинком, инстинктивно сжимая его уже двумя руками, когда спустя мгновение замер, с удивлением понимая, что у него не получается продвинуться дальше. Что-то мешалось, не позволяя повернуть головой и узнать причину… Тоуширо пораженно замер, наблюдая за тем, как сильнейший шинигами поколения был остановлен на полном ходу вонзившимися в горло лезвиями трезубца. Арранкар, уперший свое оружие в песок, явно с трудом выдерживал давление оппонента: руки Аррониро заметно дрожали, выдавая колоссальное напряжение. Прошла одна секунда. Две. Третья… Выдернув трезубец из горла врага, пустой отскочил, позволяя наконец Кенпачи пронестись вперед, выставив вперед занпакто. Не теряя времени, арранкар вновь поразил противника, на сей раз пронзая шею шинигами со стороны левого плеча. Мгновение спустя, Аррониро вытянул оружие из жуткой раны под аккомпанемент отчаянного визга Ячиру и громкого хрипа самого Зараки. Оббежав врага по полукругу, пустой, ухватившись за древко на манер пикинера, набросился на Кенпачи сзади, в прыжке опрокидывая тело гиганта лицом в намокший от крови песок своеобразной арены, вдавливая все три лезвия с такой силой, что даже издалека было слышно, как трещат ломающиеся позвонки… - Твоя очередь, мальчик, - вывел Тоуширо из ступора нейтрально-вежливый тон светловолосой женщины. ________________________________________ • Отряд Тоуширо и Зараки выдвинулся из Сейретея до того, как Владыка совершил нападение на Готей (ни тот, ни другой не в курсе, что Ичиго взял амплуа Зеро Эспады).