Carry On

Сэм прилетает на зимние каникулы и привозит с собой Джесс. У Дина тоже каникулы, и он не брал дополнительных часов в мастерской, чтобы провести время с братом. Он думал отпроситься и у Каса. Но раз прилетает Джесс, ему вряд ли достанется много Сэма. Кроме того, Кас будет видеться с семьёй, так что у Дина всё равно будут выходные. Кас идёт на это без явной радости, что понятно с учётом последних событий, но всё же идёт. Майкл достаточно влиятелен, чтобы при желании сделать Каса несчастным, так что Кас идёт и будет хорошо себя вести, надеясь этим его умилостивить. Кроме того, он хочет встретиться с Анной, а это возможно только на крупные праздники. Дин забирает Сэма и Джесс в аэропорту и клянётся, что Сэм вымахал на четыре дюйма. Он просто теряется в его объятиях и вежливо улыбается Джесс, но и она его обнимает. Дин отвечает на объятие, потому что так требуют приличия, но свирепо смотрит на брата. Он не из таких. Может, она и встречается с его братом, но она незнакомец. Дин не обнимается с незнакомцами. - Сэм рассказывал о тебе, - говорит Джесс, пока они идут к парковке. – Он сказал, ты учишься на учителя. - На помощника, - поправляет Дин, - но да. Хочу работать с детьми. Она улыбается, и в уголках её глаз собираются морщинки. - Это мило. Сэм говорил мне, что ты присматривал за ним, когда он был маленьким. Уверена, у тебя всё получится. Дин пожимает плечами и свирепо смотрит на брата: ну что он за трепло? Сэм не замечает: он всё оглядывается, а при виде Импалы его плечи опускаются. Подойдя ближе, он кажется совсем разочарованным. - Что? – Дин забрасывает сумки в багажник. – Надеялся на лимузин? Сэм закатывает глаза. - Просто думал, что будет папа, вот и всё, - он пожимает плечами, будто делая вид, что ему всё равно, что папа за ним не приехал. - А, - Дин бледнеет. Он так и не рассказал Сэму. Не знал, как. И он всё ещё зол, что это он должен рассказывать. - Дин? – Сэм слишком наблюдателен себе на голову, и в его голосе проскальзывает обеспокоенность. - Дома поговорим, - это не утешает, но Дин не собирается говорить, что всё хорошо, а потом пояснять, что папа ушёл от них. И разговор явно не для аэропортской парковки. Что, если Сэм сядет на ближайший рейс до Калифорнии? Дин вздыхает и забирается на водительское сиденье, проведя ладонями вверх и вниз по рулю, чтобы детка помогла ему успокоиться. Он хорошо доехал досюда и хорошо доедет обратно. Застегнувшись, он опускает окна, отпуская нежеланные мысли вместе с колючим зимним ветром. - Дин? – снова спрашивает Сэм, явно беспокоясь, но на этот раз за Дина, а не папу. - Как прошёл полёт? – резковатая смена темы, но Сэм понимает. Он забирается на заднее сиденье с Джесс, и Дин чувствует себя шофёром, но зато никаких больше вопросов о папе. - Долго, но не ужасно, - отвечает Джесс. - Дин ненавидит летать, - поясняет Сэм. – Что бессмысленно: не то чтобы мы когда-то много летали. - Нельзя просто не любить что-то без причины? – ворчит Дин. Сэм смеётся. - Сразу начинает защищаться. Наверное, стесняется, - он снова смеётся, когда Дин отмахивается, и они заговаривают о перелёте и экзаменах и вскоре подъезжают к дому Бобби. - Тебе повезло, что у меня такое же расписание, как у тебя, - говорит Дин, выгружая вещи и поднимаясь наверх. – Не знаю, кто бы тебя забирал. В мастерской страх какая загрузка, - Дин роняет сумки Сэма на матрас, и они, подпрыгнув, оседают. – Так, э, матрас я могу забрать, если он вам мешает. Если только вы не хотите на нём спать, потому что он больше, или… - Разве вы не живёте в одной комнате? – перебивает Джесс. – Не хочу выгонять тебя из собственного жилища. Дин хмыкает. - Да ничего. Я всё равно сплю здесь только по субботам, так что лягу на диван, или… - Дин не позволяет этой мысли зайти дальше. - Или? – настаивает Сэм. Дин пожимает плечами. - Ну, устраивайтесь. Я хотел сделать ужин, но Бобби решил куда-нибудь вас сегодня сводить, - Дин пятится, но Сэм стоит в проходе, перегораживая дверь. Он стал пошире в плечах, трудно этого не заметить. - Дин, что происходит? Ты тараторишь и скрытничаешь насчёт папы. Дин бы снова сменил тему или сбежал, но понимает, что оттягивал так долго, насколько это возможно. Сэм здесь, он кое-что заметил, и скоро увидит, что папы нет. - Ладно, - говорит Дин, бросая взгляд на Джесс. Сэм удивляет его, притянув её к себе. - Всё, что ты хочешь мне сказать, можешь сказать и ей. Дин колеблется: папа ведь не просто напился и уснул где-то или уехал из-за болезненных воспоминаний о маме и вернётся небритым, грязным и голодным. Это настоящая беда, и, хотя он злится, что Джесс отнимает у него Сэма, он видит, что они хорошая пара. Не хотелось бы, чтобы она сбежала из-за того, какая у него семья. Джесс переплетает пальцы Сэма со своими и смотрит на Дина широко раскрытыми искренними глазами. - Всё хорошо. Поверь, моя семья тоже не сошла с картинки, и мы с Сэмом много говорили о наших родственниках. Что случилось с вашим отцом? Дин знает, что проиграл, и устало опирается на спину. - Он ушёл. - Ушёл? – переспрашивает Сэм. – Что значит – ушёл? - Что это может значить? – огрызается Дин. – Значит, ушёл. Ты уехал, и он решил, что ловить тут больше нечего, - Сэм открывает и закрывает рот, растеряв все слова. Дин продолжает. – У него новая семья. Нашёл какую-то женщину во время разъездов и устроил себе попытку номер два стать отцом. Сэм почти целую минуту собирается со словами: - Папа ушёл, а ты и не подумал мне сказать? - Я не подумал тебе сказать? Я не подумал тебе сказать? – Дин так сильно ударяет по стене, что Джесс подпрыгивает от неожиданности. – Какого чёрта я обязан говорить тебе, что папа меня бросил? Я не должен. Он попросил меня об этом, потому что он чёртов трус, да он и мне-то не сказал. Он написал письмо. И да – я думал тебе сказать. Думал каждый раз, когда ты звонил. Думал, может, сегодня, но молчал, потому что ты всегда казался таким счастливым! Я не хотел всё портить. Потому что ты был в чёртовой Калифорнии, и я не хотел говорить по телефону. Потому что, - Дин замолкает, и голос опасно дрожит: - Потому что я думал, что он вернётся, и мне не придётся. - Дин, - начинает Сэм, но Дин качает головой. Он делает глубокий вдох и распрямляет плечи. - Ну, теперь ты знаешь. И твоя девушка здесь, так что можешь поплакать у неё на плече или что там. Сэм протягивает руку, но Дин ускользает и сбегает по лестнице, перепрыгивая через ступеньку. Он хватает зимнюю куртку и набирает номер прежде, чем успевает понять, что кому-то звонит. Интересно, кому. - Алло? – хрипло спрашивает Бенни. - Привет, - говорит Дин. Не сказать, чтобы он удивился. Он может поговорить об этом только с Бенни и Касом, а на Каса он уже порядочно вывалил. – Э, - горло ужимается, и он трёт мокрые глаза. – Можно завалиться к тебе на ночь? Могу поспать на диване, просто… здесь мой брат с девушкой, а я не могу спать в папиной комнате. - Конечно, - говорит Бенни. – Мне тебя забрать? - Не, доеду сам. Бенни ждёт его с чашкой горячего шоколада и пакетиком маленьких зефиринок. У него небольшая квартирка на окраине, не самое милое место, но и не сарай. Третий этаж, и домофона нет, но приходится постучать и подождать, пока Бенни откроет. В маленькой гостиной стоит диван из всего двух подушек, но зато раскладной, как показывает Бенни две минуты спустя. Дин отставляет чашку и помогает ему застелить простыни (ему ведь здесь спать), потом они возвращают на место подушки и матрас и садятся смотреть какой-то университетский футбол. Всю первую четверть они молчат. Дин таращится на экран, но понятия не имеет, кто играет, и не вспомнит ни за какие коврижки. Люди бегают по полю туда-сюда, комментаторы болтают, а мысли о Сэме и папе не вылезают. - Так Сэм вернулся из колледжа? – спрашивает Бенни, когда начинается реклама. Дин уже допил, но не выпускает пустую чашку из рук. - Ага. Я забрал их с девушкой из аэропорта пару часов назад. - И они уже тебя достали? – хихикает Бенни, но тут же серьёзнеет, потому что Дин не отшучивается и даже не улыбается. Дин пожимает плечами и крепче сжимает чашку. Она кремовая, без рисунков или слов – простая керамическая чашка, явно не стоящая его пристального внимания. - Сэм хотел знать, где папа. Бенни настораживается. - Ты ему не говорил? Дин пожимает плечами. - Не было подходящего времени, - он сползает, пока не оказывается лежащим на диване с неудобно вывернутой шеей. - Отстой, - говорит Бенни. Дин согласно кивает, притягивает подушку к груди и прижимается к ней. Они снова смотрят футбол, но Дин ещё менее внимателен, а глаза всё закрываются, всё на большее и большее время, и вот он уже только слушает, а потом исчезают и звуки. *** Проснувшись, Дин оказывается распластанным по кровати, под одеялом, под которым он явно не засыпал. Какая-то тайна; с кухни пахнет едой, а он вчера не поужинал. Чёрт. Он пропустил приветственный ужин Сэма. Сэм обидится, Бобби будет ворчать. Нужно вернуться домой с чем-нибудь хорошим, чтобы пережить это. Но это потом. Сейчас он голоден как волк. Проведя рукой по волосам, он идёт на кухню. Бенни у плиты, переворачивает французские тосты и тычет лопаточкой бекон. От запаха корицы у Дина текут слюнки. Желудок печально стонет, напоминая, что пуст, и Дин пытается стянуть кусок тоста из кучи, но получает шлепок по руке. - Ещё не готово. - Но я вчера не ужинал. - И кто виноват? – и всё же Бенни пихает ему тост. Дин ест руками, но зато понемногу, и жуёт с закрытым ртом. Одного кусочка мало, чтобы утолить его голод, напротив, он только больше осознал, как хочется есть, но вряд ли Бенни снова расщедрится. - Что помочь? – ему неловко, что он мешается, а ещё хуже, что Бенни делает ему завтрак. Бенни кивает на соковыжималку и горку апельсинов. - Мышцы у тебя есть? Дин благодарно улыбается и идёт делать сок. Они работают молча. Бенни что-то насвистывает, заполняя тишину, и от этого делается уютно. Завтрак восхитителен. Бекон поджарен как надо и хрустит при каждом укусе, а ещё нужно попросить у Бенни рецепт тостов, потому что таких вкусных он не ел в жизни. Тут он думает о Сэме, и в желудке рядом с завтраком тяжело оседает вина. - Схожу за телефоном, - говорит Дин, оглядываясь на гостиную. Всего пара метров, но диван будто слишком далеко. – Сэм, наверное, переживает. - Нельзя вечно его игнорировать, - соглашается Бенни. Он не читает Дину заслуженных лекций и не говорит ему, что делать. Просто сидит, спокойно и расслабленно – его сдержанность просто неестественная. Или Дин завидует. Его эмоции бурлят, и он не может сдержать ни одну из них и довести что-нибудь до ума. Злость на папу переходит в сожаление, вину и смутное желание позвонить ему и узнать, как он. Раздражение на Сэма сменяется виной и сожалением – что-то знакомое. Но после этого эмоции уже не видоизменяются, и он остаётся с виной, сожалением и обидой и не знает, что делать, разве только отдаться им, что нездорово. Мытьём посуды он выигрывает ещё немного времени, потом они снова складывают диван – а потом наконец сталкивается с ответственностью и берёт телефон. Там два пропущенных звонка и три сообщения – всё от Сэма. Сообщения стандартные: Где ты?, Прости меня и Не делай ничего глупого. Дин вздыхает и захлопывает телефон. - Попытка поговорить о папе номер два, - может, они достаточно уже остыли, потому что Дин хочет уделить этому десять минут и забыть до конца каникул. Он перестал надеяться, что папа вернётся, и справляется. Ну, он игнорировал это, а прилёт Сэма оживил всё это в памяти, так что нужно быстро поговорить и вернуться к деланию вида, что ему плевать. Вот только это Сэм, так что краткого разговора не выйдет. И одноразового тоже. Сэму нравится говорить. О мыслях и чувствах, что и так плохо, но хуже то, что он любит говорить о том, что ему не подвластно. Папа и его отсутствие как раз им не подвластны, Дин не может его вернуть, если бы мог, он бы вернул, но он не может, так что просто принимает это. Но для Сэма это не ответ. Или ответ? Этого Дин и боится больше всего. Потому что если Сэму плевать, если он просто умоет руки, значит, Дин снова застрянет между ними. А они оба переехали – и оба могут не вернуться. - Дин, - Бенни хлопает его по плечу, тепло и успокаивающе – это именно то, что нужно сейчас Дину. Ему бы свернуться в комочек и услышать, что всё будет хорошо, но у него нет такой роскоши. Бенни не папа и не Бобби. Он просто парень, по ошибке затесавшийся к Винчестерам. - Не надо, - говорит Дин, отводя взгляд к бессистемной горке DVD у домашнего кинотеатра. Пальцы чешутся расставить их по порядку или хотя бы поправить, чтобы они не валялись так криво, залезая друг другу на головы. - Он не думает, что нужен тебе, - говорит Бенни. – Он всегда считал тебя самым сильным в семье. Поэтому он и ушёл тогда. - Ну, он ошибся, - Дин выныривает из-под его руки и суёт кошелёк в карман. – Спасибо за диван. И за завтрак. Бенни пожимает плечами. - В любое время. Дин останавливается уже в дверях. - У нас, наверное, будет что-то вроде ужина. Всего пара человек. Приходи. - Посмотрим. Дин кивает и выходит. *** Бобби опирается на кухонный шкафчик с чашкой кофе в руках. Он смотрит на вошедшего Дина, но ничего не говорит. Это хуже, чем если бы он стал орать. Остановившись посреди кухни, Дин опускает голову. - Прости, что пропустил вчерашний ужин. - Сэм сказал, вы поссорились? Вроде бы вопрос, но смысл скорее утвердительный. Бобби знает, что они поссорились спустя менее двух часов после возвращения Сэма из колледжа. Неудивительно, что Сэм возвращается, только когда ему приходится. - Ага. Мне не стоило уходить. Как прошёл ужин? - Джесс хорошая девушка. Сэму повезло, - Бобби колеблется. – Ты приведёшь Каса познакомиться с ними? - Нет. - Дин, - начинает Бобби, но Дин не хочет этого разговора. Не сейчас. Никогда. Но особенно не сейчас. - Мне лучше поговорить с Сэмом. И Дин трусливо исчезает, пока Бобби не надавил. Потому сейчас он выглядит придурком. Нет никакой причины не познакомить Каса с Сэмом. Кроме тех, о которых Бобби не знает. И именно поэтому Дин не хотел знакомить Каса с Бобби. Ни с кем из своей семьи. Семья и работа должны быть разделены. Поднявшись, Дин замирает у закрытой двери. Ему хочется потянуть время, но нельзя откладывать ещё больше. Сэм заслуживает правды. Не его вина, что отец ушёл, и не его вина, что отец ждал его отлёта. Дин стучит – негромко, потому что не хочет разбудить Сэма и Джесс, если они ещё спят. Раздаётся шуршание, и дверь распахивается. Сэм в клетчатых пижамных брюках, а Джесс за его спиной одета в крохотные шорты и ещё более крохотный топ со Смурфами. - Я вёл себя вчера как придурок, - говорит Дин. – Прости. Лицо Сэма искажается – неловко, болезненно, и Дин вспоминает, почему они не извиняются друг перед другом. - Дин… - Нет. Ты только вернулся, и мне не стоило так уноситься. Давай вы оденетесь, и мы поговорим. - Куда ты уехал? – спрашивает Сэм. Джесс протягивает ему футболку, и он надевает её через голову. – Машины не было. Пожалуйста, скажи, что ты не ночевал где-нибудь на парковке. Джесс набрасывает рубашку Сэма и застёгивает её. Она длиннее, чем её шортики, но она находит и какие-то брюки. - Я не идиот, - говорит Дин. Ночь была слишком холодная для ночёвки в машине. - Я завалился к Бенни. - Бенни? – Сэм поднимает брови. – К папиному спонсору Бенни? - Ага, к нему, - Дин небрежно пожимает плечами. – Он ничего, хотя и согласился быть папиным посланцем, - переход к нужной теме просто идеальный, но всё же Дин колеблется. Он убегал от этого разговора месяцами. Он не готов. - Здесь? – Сэм шире открывает дверь. – Или перейдём куда-то? - На кухню. Вы, наверное, голодные. - Дин… - Знаю. Я не откладываю, - он хочет, но пришло время столкнуться с этим и пережить. – Я просто… - ему нужно чем-то занять себя во время разговора. Ему нужно не сосредотачиваться на слетающих с губ словах. Он спускается, перешагивая через ступеньку, и не встречает взгляд Бобби, входя на кухню. Увидев Сэма и Джесс, Бобби тут же испаряется. Трус. Хотя Дин просто завидует. Вынув яйца и молоко, он снова лезет в холодильник за овощами и остатками ветчины. Молчание становится напряжённым, и он, повернувшись к плите и начав творить омлет, заговаривает, только когда доходит до разбивания яиц. - У папы есть сын, - он не поднимает взгляда и не прекращает взбивать яйца. – Ему четыре года. Зовут Адам. Его папа и навещал, когда у него отняли права. Видимо, Кейт, мать Адама, давила на папу, чтобы он стал частью жизни Адама, - нет необходимости помешивать яйца вилкой, но Дин не может остановиться. – Наверное, он решил, что раз ты улетел в колледж, он нам больше ничем не обязан, - его тело так напряжено, что он боится, что оно треснет и рассыплется. Он беспорядочно хватает ингредиенты - кубики ветчины, лук, пара грибов – и швыряет их в яично-молочную смесь. - Так что папа ушёл, - Дин вываливает содержимое миски на сковороду. – Не знаю, вернётся ли он на этот раз. - Дин. Дин наконец поднимает взгляд на брата – он не так убит, как он ожидал. Дин был несчастен, узнав. Он едва справлялся. Но Сэм… Он скорее чувствует облегчение. - Нет, - говорит Дин, обрывая его не начатую речь. – И не думай сказать «Я же тебе говорил». - Я не собирался. Дин верит. Всё слишком серьёзно, чтобы вот так его поддевать. Но у Сэма это на лице написано, в его плечах, в его сочувствующем взгляде. Там нет слёз – только сожаление в адрес слишком глупого Дина, не предвидевшего это. Дину приходится отступить от плиты, пока он не обжёгся. - В любом случае, всё это я узнал из письма, которое папа передал через Бенни. И я должен был сказать тебе раньше. Гнев и вина закипают в нём, наполняя доверху, натягивая кожу, и Дину кажется, что он сейчас взорвётся. Ему нужно убраться из дома. Пробежаться, проехаться, сделать что-нибудь, что выжжет эту деструктивную энергию, пока она не поглотила его с головой. - Он должен был сказать тебе лично, - говорит Сэм. Папа много чего должен был сделать, но сейчас уже ничего не исправишь. - Все мы ошибаемся, - говорит Дин, проводя рукой по волосам и преодолевая искушение потянуть за них. Он как раз в настроении «причини или ощути боль». Ему нужно убраться отсюда. Подальше от семьи. Он проводит ладонями по джинсам. – У нас всё нормально? Сэм кажется озадаченным. - В плане? - Если хочешь ещё поговорить, задавай вопросы. Если нет, я пойду. Он не пускается в подробности, а Сэм не спрашивает. Просто кивает. - Да нет. Иди. Мне просто помешивать? Дин оборачивается на забытую плиту. - Я готовил. Точно. Тогда пока не ухожу. - Я разберусь, - говорит Джесс, легко вклиниваясь между Дином и плитой, и улыбается так, будто не осознаёт опасности, которой подвергается. Дин сглатывает и усилием воли заставляет руки не сжиматься в кулаки. - Ага, я слышал о ваших завтраковых свиданиях, - он изображает улыбку, которую ни один человек не посчитает искренней. Никто его не уличает, и он поднимается в комнату Сэма переодеться. Внизу Джесс или спасает начатый Дином бардак, или готовит омлет по новой. В любом случае Сэму больше не нужна забота Дина. Джесс, как и Бенни, занимает его место, но Дин не падёт так низко, как в прошлые разы. Он не будет ссориться с Джесс и не будет провоцировать Каса. Он пойдёт на пробежку и справится со всем сам.