Как пламень
12 мая 2018 г., 23:27
Обещанного завтрака так и не состоялось по каким-то неопределённым причинам, о коих мне кратко, но путано доложил слуга, передавая искренние извинения отца. Признаться честно, в глубине души я даже обрадовался такому стечению обстоятельств. Я не был готов снова смотреть в глаза бьёрну и изображать его недавно почившего сына, ощущая себя при этом последним мерзавцем.
— Ваша светлость, — мои душевные метания были прерваны слугой, — позвольте забрать вашу тарелку.
Опомнившись, я нелепо встряхнул головой и резко дёрнулся, отъезжая на стуле, от чего юноша, сменявший блюда, вздрогнул, боязливо глянув на меня, но не издал ни звука, продолжив заниматься своей работой.
— Да-да, конечно, — с заметным опозданием ответил я, переведя дух.
Рассеянно оглядевшись, я вновь подумал о том, что в один прекрасный день от блеска позолоты и насыщенной яркости стен я ослепну. Во мне всегда рождалось глухое раздражение при виде изобилия мелких деталей, не несущих за собой какой-либо практической пользы. Не обошлось без этого и тут. Как истинный ценитель минимализма в местах своего постоянного обитания, я порой загорался идеей переселиться куда-нибудь в казармы, которые, если верить воспоминаниям Эйвелина, располагались неподалёку от поместья. Я готов был променять пуховую перину на солому, избавь меня это от постоянного зрительного напряжения и тяжести в висках, но, увы, пока что я такой храбрый лишь в своих фантазиях.
— Ваша светлость, — передо мной неожиданно близко возникло лицо накрывавшего на стол парня, во взгляде которого читалось беспокойство. — С вами всё в порядке?
— В полном, — прерывисто выдохнул я, отстраняясь и ощущая жар, внезапно приливший к щекам. Сердце в груди странно дрогнуло от обыденной, казалось бы, близости, и ладони вдруг похолодели и взмокли. Я сглотнул, переживая прилив неожиданного волнения и неясного мне нервного возбуждения, хлынувшего волной от загривка по позвоночнику. Новые ощущения заставили приглядеться к объекту, вызвавшему такую бурю в организме. До этого момента я не утруждал себя особым разглядыванием снующей по поместью прислуги, не до того было, но сейчас…
Парень был высок и крепок, смуглая, красивого оттенка кожа приятно лоснилась на перекатывающихся мышцах оголённых рук. Одет тот был, как и все из черни — просто, удобно и опрятно. Короткие чёрные волосы были перехвачены у основания шеи тонкой серой лентой, однако по обеим сторонам лица оставалось по несколько прядей, выгодно подчёркивающих юношескую угловатость скул. На носу наблюдалась лёгкая, совершенно не портящая общей картины горбинка. Густые чёрные брови вразлёт, широкий рот, щенячий пушок, пробивающийся над верхней губой, волевой подбородок, — готов поспорить, что этот совсем ещё мальчишка разобьёт не мало девичьих сердец, когда вытянется и израстётся, став настоящим красавцем. Идеал многих земных женщин — смуглый зеленоглазый брюнет с породистыми чертами лица. «Однако отчего же я так странно на него отреагировал?» — прислушиваясь к своим ощущениям, подумал я. Возможно ли, что всему виной недостаточная социализация Эйвелина? Да, стало быть дело в этом, такое волнение, как правило, возникает из-за неуверенности. Впредь нужно больше внимания уделить не только физическим нагрузкам, но и общению, пускай даже с прислугой, что, они не люди, что ли?
Погрязнув в планировании своего становления как личности в новом мире, я не заметил, как съел предложенные блюда и остался наедине с собой.
***
За физическими упражнениями и чтением имевшихся в комнате книг время до обеда пролетело незаметно. Я как раз отдыхал, лёжа на полу, после укрепляющего мышцы комплекса, когда в комнату, постучав, вошли. — Ваша светлость, господин желает видеть вас на обеде, — голос прозвучал ровно, можно сказать устало, видимо прислуга уже привыкла к тому, что порой меня можно застукать в весьма странных позах. Я прикрыл глаза, максимально расслабив всё тело, после чего, полежав немного, встал с пола, поправляя одежду. — Вам следует переодеться, у нас гости, — с непробиваемым спокойствием сказал Гарнуф, кажется, наблюдая за моими действиями. — Вам потребуется помощь? — Нет, я справлюсь сам, — не глядя на мужчину, я направился к шкафу, в котором хранились некоторые вещи Эйвелина. — В таком случае я буду ожидать вас за дверью, — прозвучало в ответ и спустя мгновение щёлкнул дверной замок.***
В обеденной народу и правда было многовато. Когда я в сопровождении Гарнуфа вошёл в зал, все присутствующие за столом, как по команде, поднялись со своих мест, что повергло меня в замешательство. — Прошу приветствовать моего сына Эйвелина Дагура, — торжественно произнёс отец, протягивая мне ладонь и, словно даму, усаживая за стол по левую руку от себя. Я по-прежнему пребывал в шоковом состоянии, оттого мыслил заторможенно и позволял делать с собой всё, что заблагорассудится. — Ваша светлость, — незнакомый раскатистый голос с лёгкой ироничностью в интонациях вывел меня из очередного погружения в себя. Я хотел быстро посмотреть на незнакомца, но так и прикипел к тому взглядом. В груди жаркой волной всколыхнулось что-то тёмное, неприязненное по отношению к этому мужчине. — Сын мой, знакомься — бьёрн Толгрим Варриш, мастер огненной стихии второго ранга, — тем временем говорил отец, а я всё никак не мог отвести от незнакомца глаз. — Рад встрече, — не разрывая зрительного контакта, отвечал я больше из вежливости, нежели от желания. — Взаимно, — будто удав глядя, ответил мужчина и осклабился, откинувшись на спинку стула и прекратив наше невидимое противостояние. «Мерзкий старикашка!» — спонтанно родилось в моей голове при первой же мысли о сидящем за столом мужчине. Краем глаза я отметил, что на обеде так же присутствуют Джаролай и Беррил. — Бьёрн Варриш, позвольте, — обратился к мужчине мой отец, пока слуги суетливо подавали первое блюдо, — согласно вашему родовому имени, я склонен полагать, что вы выходец из Варзелиана, это так? — Да, мои предки жили на Варзелианских землях, однако уже несколько поколений нашего рода принадлежат империи Саагнар. Я пытался втихаря понаблюдать за насторожившим меня гостем, однако, стоило только взглянуть в его сторону, как тот моментально реагировал, направляя на меня свои медового цвета глаза. — Исчерпывающий ответ, — произнёс отец, беря в руки столовые приборы. — Прошу простить нас за скромное угощение, мы ожидали вас не ранее чем через трое суток. — Полно вам, не стоит извинений. Мало кто знает, что приказы высшего командования принято исполнять в кратчайшие сроки, — лицо мужчины надтреснуло в искусственной улыбке. Несмотря на то, что гость выглядел свежее и моложе моего отца, впечатления от него были такими же, как от древнего, растерявшего всякий такт и совесть старика. Я не мог объяснить даже для себя подобных ощущений, надеясь всё же на то, что мои впечатления могут быть обманчивы и искажены ещё не сформированной призмой восприятия нового мира. — Ваша светлость, — бьёрн Варриш обратился ко мне, — как мне доподлинно известно, вы состоите в браке. Мужчина явно не договорил, но замолчал, видимо ожидая от меня ответной реакции, которую я предоставил в виде неуверенного кивка. — Тогда где же ваш супруг? — продолжил мужчина. — Он в отъезде по делам империи, — вклинился в разговор Джаролай, посылая волны негодования в сторону гостя. — Хм, я так и предполагал, — неспешно прожевав какой-то овощ, ответил бьёрн и гаденько ухмыльнулся, — я бы тоже нашёл повод уехать от такого супруга. За столом воцарилась наэлектризованная тишина, даже отец перестал скоблить ножом по фарфору в попытках порезать мясо. — Не в обиду вам, ваша светлость, но при таком лице и фигуре, — мужчина изобразил рукой с зажатой вилкой нечто абстрактное в воздухе, — вам хотя бы толику харизмы или обаяния. Вы ведь младший супруг? — Да, — чуть ли не рыча, отвечал за меня Джаролай. — О чём я только думал, — будто сам с собой пробубнил бьёрн Варриш и вновь с непередаваемой наглостью уставился на меня, — с такой плоской задницей никакая харизма, боюсь, не поможет. На миг показалось, что всё вокруг погрузилось в бездушный вакуум, а потом взорвалось громоподобным гневным криком отца, последовавшим за глухим ударом кулака о столешницу: — Что вы себе позволяете?! Я вздрогнул от неожиданности, расплескав всё содержимое ложки. Почему-то запахло озоном, и мне стало не до возмущений и обид на плоские задницы и отсутствие харизмы. Все внутренности неожиданно закрутило и напала удушливая дурнота. Я схватил вскочившего отца за рукав, пытаясь привлечь внимание, но тот не отреагировал, я попытался произнести хоть слово, попросить воды, но изо рта вырвался лишь придушенный хрип. Из глаз уже вовсю текли слёзы, когда на меня наконец обратили внимание.***
Обед закончился, не успев толком начаться, поднявшаяся суета вокруг молодого бьёрна, мигом перебила весь аппетит. Гости были вынуждены разойтись, дав свободу действий набежавшей прислуге и лекарю. Сейчас скромная компания из троих разумных ютилась в небольшой гостиной в северном крыле поместья. Тихо потрескивал камин, шумел за окном поднявшийся ветер и по гостиной расхаживал явно чем-то озадаченный маг-стихийник. — Этот мальчишка, как же его, — Толгрим, разворачиваясь на пятках армейских сапог, прищёлкнул пальцами в попытке вспомнить имя молодого господина. — Эйвелин, сэр, — не выдержал рассерженный Джаролай. — Да, точно. Этот ваш Эйвелин мне категорически не нравится, — припечатал мужчина, выглядя нелепо с маской напускной серьёзности на лице. — Стоит заметить, вы тоже не подарок, и как бы вы ни относились к его светлости, ваше поведение за обедом было непозволительным! — рассерженной змеёй зашипел Беррил из своего угла в тени камина. — О, лапушка, вас-то я и не приметил, — иронично заметил маг, оценивающим взглядом пробегаясь по напряжённой фигуре блондина. — Молитесь, чтобы после сегодняшнего инцидента нас не выставили из Вельма, я этого просто так вам с рук не спущу, сколь бы уважаемым магом вы ни были, — Беррил вышел из себя, и было в его голосе что-то такое, что обещало все кары бездны возможному виновнику. — Всегда любил красавчиков с огоньком! Да и, как я успел заметить, задница у вас что надо, — похабно усмехнулся стихийник, взглянув на блондина по-новому, показывая явную заинтересованность. Беррил от подобных проявлений смутился, сбившись с мысли, лицо его отразило растерянность, что послужило ещё одним поводом для двусмысленных шуточек со стороны Толгрима. Всё ещё рассерженный на мастера Варриша Джаролай наблюдал происходящее со стороны. Усмехнувшись очаровательному смущению на лице вечно холодного блондина, воин укрепился во мнении, что Беррил куда интереснее, чем может показаться. Новые грани личности полукровки завораживали и пугали матёрого воина, не ровен час, тот увлечётся этим хладнокровным занудой, особенно, когда вокруг нарисовались ещё претенденты. — Вас пригласили сюда не для упражнений в красноречии, — пришёл в себя Беррил, недовольно сверкнув глазами. — Да, лапушка, пожалуй, вы правы, — бьёрн Варриш единым мигом скинул с себя весь налёт шутливости, став наконец похожим на того, кто мог бы носить звание мастера огненной стихии. — Может вы всё же возьметесь за труд объяснить, что за балаган вы устроили за столом? — без какого-либо уважения к старшему по званию обратился Джаролай. — Да будет вам доподлинно известно, сударь, пожар в покоях его светлости — дело рук его светлости, — витиевато высказался маг, успокоившись и присев в единственное свободное кресло возле окна. — Но в бьёрне Эйвелине нет искры магии, это подтвердили все, — возмутился воин, позабыв о злости на недавние выходки приглашённого мага. — Искру можно скрыть, вам ли не знать об этом, — медовые глаза мужчины полыхнули огнём на доли секунды, когда тот взглянул на своего оппонента. — Это крайне сложная процедура и её эффект не длится так долго, — рассуждал Джаролай вслух. — Вы правы, мой друг, я тоже об этом подумал, однако иного варианта найти не смог. Сегодняшний, как вы выразились, балаган, был лишь способом вывести бьёрна Эйвелина на чистую воду. — Вы прямым текстом наносили оскорбления роду Дагур! — вновь из своего угла вспылил Беррил. — Лапушка, — начал было Толгрим, но наткнулся на злобное: «Не называйте меня так, или я перегрызу вам глотку!». — Хорош, — блаженно вздохнул маг, обращаясь уже к Джаролаю. — Ближе к делу, — разрушив романтический настрой, сухо отрезал воин. — С вами наследников не нарожаешь, — насупился стихийник и, вновь посерьёзнев, продолжил: — Огонь не любит холодных и рассудительных, он подвластен лишь страстным, импульсивным и темпераментным натурам, тем, кто сам как пламень. Без этого никак. Я хотел вывести наследника рода на эмоции, ни один молодой маг огня не смог бы противиться открытой провокации. — В итоге вы развели на эмоции всех, но никак не Эйвелина, — не заметив, как перешёл на неофициальный тон, подытожил Джаролай. — Этим-то он мне и не нравится, не вписывается в привычные стандарты. Скольких боевых огневиков я повидал на своём пути, но это… — А вы уверены в том, что это было не тщательно спланированное покушение или поджог? — поинтересовался Беррил. — Нет, однозначно нет, — оспорить заключение опытного мага не представлялось возможным. За неимением каких-либо идей все затихли, растворившись в уютном полумраке, под тихие потрескивания углей в топке. — Есть у меня одна рискованная задумка, но мне понадобятся все ваши силы и внимательность на её реализацию. Всё будет происходить в доли секунды, зато мы получим мгновенный и однозначный результат, — Толгрим с каким-то маниакальным азартом смотрел на танцующий в камине огонь. — Надеюсь, в ходе вашей задумки никто не пострадает, — опасливо уточнил Джаролай. — А это уже зависит от вас, — буднично, будто рассуждая о погоде, ответил мастер Толгрим и прикрыл вспыхнувшие безумием глаза.
