Тем временем Шукаку, подстрекаемый жаждой свободы, попытался расшатать контроль своего носителя изнутри.
— Яшамару, ты говорил, что любовь всесильна. Неужели её сила настолько велика? Неужели Наруто, рискуя своей жизнью, защищает тех двоих по любви? — пытался понять точку зрения Узумаки шиноби Песка. — Она не понимает всю серьёзность твоих намерений. Она ещё слишком наивна и открыта. Она до сих пор не поняла, в отличии от тебя, что нельзя верить другим. Надо жить и сражаться только за себя, — тщательно подбирая слова, говорил однохвостый. — Ты? — удивлённо спросил Гаара. — Яшамару говорил тебе абсолютную истину в момент своей смерти. Тебя никогда, слышишь, Гаара, никогда и никто не любил! — воскликнул Шукаку, при этом рассмеявшись. — А знаешь почему? — сузив глаза, продолжил биджу. — Потому что ещё когда ты был в утробе матери, в тебя заключили меня. Меня, Шукаку. Демона, унёсшего множество жизней! При твоём появлении на свет мать умерла не из-за тяжёлых родов, нет. Просто нужна была жертва. И ей стала твоя мать! Ты собственноручно убил её, Гаара! — всё продолжал говорить однохвостый, видя приятную для него реакцию юноши. Взор Шукаку ласкал потерянный тринадцатилетний подросток, опустившийся на колени перед огромной клеткой, погружённой в кромешную тьму. Он рылся в своих огненно-красных волосах, рассеянно мотая головой, будто не веря в слова заключённого в себя монстра. Хотя он и сам монстр… — Да, кстати. Ты, человек, не знаешь почему тебя так назвали? — словно издеваясь, спросил Шукаку, решив добить своим ответом шиноби. Видя, что его носитель не способен дать ответ, Шукаку продолжал. — Имя Гаара тебе дали не из-за любви, нет. Наоборот, из-за ненависти к деревне и к тебе самому. Даже женщина, родившая тебя, не полюбила тебя. Что уж говорить о других? — завершил свою речь биджу. — Дай мне контролировать твоё тело, и я убью всех за тебя! — Нет. Нет! Я не хочу умирать! Я слишком мало прожил! — в безумии закричал Гаара. — Хм. Твоего согласия никто и не спрашивал. Ты уже потерял контроль над собой. Мне и этого хватит, — улыбаясь, говорил однохвостый.Наконец-то заполучив долгожданную свободу, Шукаку позабыл обо всём
— Уха-ха-ха-а-а! О, да! Свобода! Наконец-то! — ликовал Шукаку. — Ты кто такой? — спросила Наруто. — Верни сюда Гаару! — А это ещё что за мошка под ногами? — недовольно проговорил однохвостый, сощурив глаза. — Я — Узумаки Наруто! Будущая каге Листа! — крикнула блондинка так громко, как только могла. — Ну, Узумаки Наруто, прощай! Ты — моя первая жертва! — рассмеявшись, сказал Шукаку. — Песчаная волна!POV Наруто
«О-оу… Опять песок. Что мне делать? Я же не убегу!» — думалось мне. — Что, уже паникуешь? — хриплым голосом спросил меня кто-то. — А, это ты, Лис. Раз уж пришёл, одолжи мне немного своей чакры, — произнесла Наруто в обычной для себя манере при разговоре с биджу. — Опять? Учись экономнее расходовать свою, — начал наставлять куноичи девятихвостый. — Впрочем, ладно. Но расходуй её экономнее, — согласился Кьюби. На что блондинка ответила своей фирменной улыбкой. «Слава богу, успела! Если бы не Курама со своими насмешками, не знаю, что бы я делала…» — Эй, Наруто! Что ещё за шутки? Зачем ты меня призвала? — спросила огромная жаба. — Какие проблемы? — Вон там, — тыкая вперёд указательным пальцем, "многословно" рассказала о проблеме куноичи.