Твой яркий свет

      «Здравствуйте. Я Гермиона Грейнджер, и я героиня войны. Возьмете меня на работу?»       Каждый день Гермиона формулировала в голове одну и ту же фразу, думая лишь о том, что на работу её, конечно же, никто не возьмёт. Вы спросите: «Как же так?» И на самом деле ответ прост. Героиня войны, которая много раз спасала Гарри Поттера и его друзей, может найти работу в различных сферах магического мира. Однако Гермиона Грейнджер, всегда стремившаяся достигать невообразимых высот во всём, не могла смириться с тем, что не сможет устроиться на, скажем так, работу своей мечты.       «Если бы я могла сдать ЖАБА и поступить в Академию...»       Сова, будто выжидая удачного момента, постучалась в окно юной волшебницы. Через несколько мгновений девушка уже трангрессировала к своим друзьям, чтобы порадоваться вместе с ними столь приятному известию. Снова в школу! Однако её ожидало лишь большое разочарование.

***

      «Здравствуйте. Я Драко Малфой, и я бывший Пожиратель Смерти. Возьмете меня на работу?»       Семья Малфоев находилась не в лучшем положении после войны. Вечные суды, которые просто не могли закончиться ничем хорошим, добивали Драко. И без того неустойчивая психика юноши, очевидно, плохо справлялась с тем, что чёрная метка на его запястье останется там навечно.       Малфой-старший сейчас... Если честно, Драко даже и не интересовался, где находился его отец. Бросив жену и сына, он отправился колесить по миру, ища укрытия в стране, которая сможет предоставить ему убежище.       «Он действительно считает, что после всего, что он сделал, ему позволят избежать наказания?»       Мать Драко всегда была очень сильной женщиной с огромной выдержкой и стальными нервами. Жизнь вынудила Нарциссу стать такой. И, когда война закончилась, она решила остаться дома со своим сыном, дожидаясь лишь приглашения в Визенгамот.       И вот этот день настал. Финальное слушание по делу бывших последователей Волан-де-Морта, Драко и Нарциссы Малфой, прошло 28 июня. Зайдя в круглую комнату, юноша сразу же заметил много знакомых лиц. И в первую очередь Поттера, для которого теперь все двери были открыты. И, конечно же, её. Гермиона Грейнджер тоже присутствовала на его суде, смотрела по сторонам, но не поднимала головы.       «Неужели ей не хочется даже смотреть на меня?» — пронеслось в голове у Драко, вынуждая юношу начать удивляться собственным мыслям.       Человек в серой потёртой мантии провёл Драко к стулу с высокой спинкой, стоящему посередине комнаты. Нарцисса опустилась на другой, точно такой же, стоящий в полуметре.       Через полчаса, когда приговор был полностью оглашён и когда Малфою-младшему уже казалось, что всё должно закончиться, случилось то, чего он никак не ожидал. После он, обдумывая поступок своего «заклятого врага», пришел к выводу, что у Поттера просто сработала непонятная гриффиндорская тяга к справедливости.       Справедливости? Да какого чёрта?       Оправдали. Мать и его самого. Безусловно, они не остались без наказания. Но. Их не отправили гнить в Азкабан. Благодаря Поттеру. Святой Поттер. Теперь и Драко начал верить в это.       Выходя из зала, Малфой заметил, как его мать благодарно посмотрела на «Избранного» и улыбнулась ему. Он же улыбнулся ей в ответ. Или выдавил некое подобие искренней улыбки. В конце концов, почему слизеринец должен разбираться в эмоциях этого «спасителя волшебного мира»? Именно так теперь называли Поттера в «Пророке».       В это время Драко встретился глазами со спутницей Поттера. Гермиона буквально прожигала его своим взглядом, в котором читался испуг, смешанный с презрением. После такого хотелось окунуть голову в ёмкость со льдом. Или полностью облить себя холодной водой. Просто чтобы забыть о том, что девушка, которая всегда пробуждала в нём столь сильные эмоции, может так сильно его ненавидеть.       А он сам? Ненавидел ли он её так сильно, как пытался доказать всем в течение стольких лет? В первую очередь самому себе. Увы, тщетно, потому что, когда он смотрел на неё, он не видел нечто противное и грязное. Её грязная кровь никогда не была для него решающим фактором. Лишь прикрытием от своих собственных эмоций и желаний, которые она в нём пробуждала каждым своим поступком. Одним только внешним видом. И он ненавидел. Себя. За то, что не мог, как любой другой ученик Не-Змеиного-Факультета, подойти к ней и попросить помочь с домашней работой. Например, по той же травологии. Просто не мог. Не имел права.       Уже по прибытии в Малфой-Мэнор Нарцисса абсолютно точно решила начать всё сначала. Пусть будет сложно, но она справится. Их семья обязалась выплачивать огромную сумму денег на благо магического сообщества. Получилась своего рода принудительная благотворительность. Их счёт в банке всё ещё был достаточно внушительным, но и Нарцисса, и Драко понимали, что в скором времени ситуация может обернуться для них не в лучшую сторону.       Таким образом, мы вернулись к столь понятным в данной ситуации размышлениям Драко о поиске работы. Но кто захочет брать его на прилично оплачиваемую должность? Конечно, у Малфоев много материальных ценностей. Но сколько ещё они смогут прожить в достатке и комфорте без прежнего уровня доходов? К тому же без нормального образования сейчас не подняться вверх по карьерной лестнице. А Драко был всё же наследником древнего рода и хотел достигнуть определённых высот.       Внутренний голос противно вещал в голове у юноши: «Не стоило пытаться убить директора школы, в которой ты учился».       Спасительная сова залетела в открытое окно, возвещая о том, что в этой жизни многим даётся второй шанс.