Операция Лебедь

Проведя над записями и одному ему понятными диаграммами два с лишним часа, но так и не придя к какому-либо заключению, Генри устало потер глаза. Когда он разлепил веки, взгляд его зацепился за ноутбук. Гм… А это идея. Повинуясь нажатию кнопки запуска, экран мягко мигнул, объявляя о загрузке операционной системы. Открыв в браузере «поисковик», юный Миллс на мгновение задумался. Затем пальцы его бодро застучали по клавиатуре: «Что такое любовь?» Нет, не то. Слишком размыто. Куча философско-романтического бреда и ссылка на Википедию. А если так: «Любовь девушка + девушка» Ой, зря он открыл картинки. Генри почувствовал, что краснеет, и быстро очистил адресную строку. Так, надо сосредоточиться… «Как заставить девушку влюбиться в тебя?» А вот это уже то-то. «Многие парни очень часто задумываются над вопросом, как заставить девушку влюбиться в тебя. Девушки – существа очень недоверчивые и избирательные, поэтому чтобы любимая девушка стала еще и любящей, придется проделать немалый путь. Итак, чтобы ваша избранница поняла, что любит вас, необходимо запастись терпением и достаточным количеством денег. Хоть и многие говорят, что любовь купить нельзя, для девушек любовь покупается цветами, конфетами, плюшевыми медведями морем внимания…»* Скептически изогнув бровь, Генри пытался представить свою мать, сурового мэра, в окружении милых плюшевых игрушек, шоколада и цветочных букетов. Почему-то получалось не очень. И все же выбирать особо не приходилось, поэтому, бегло просмотрев остальной текст, подросток стал более внимательно вчитываться в отдельные пункты. «Первый этап – стань ей другом. Для девушки большое значение имеет доверие. Но доверять молодому человеку, который готов в первый же удобный момент приобнять, поцеловать или и того больше затащить в постель доверять достаточно сложно. Поэтому на первом этапе главная цель – дружба…» Вот с этим уже начинались серьезные проблемы с самого начала. Мама и Эмма ни в какую не желали дружить, сколько бы усилий не прикладывали Генри и Август. Бедный Пиноккио за последнюю неделю так и вовсе выдохся, без конца подстраивая происшествия, которые, по расчетам двух заговорщиков, должны были сблизить родителей юного Миллса. Только получалось из рук вон плохо. И все же одного положительного момента они все же добились – приемная мать Генри могла воочию убедиться, какая Эмма хозяйственная. Правда, парень не был уверен, что это произвело на Реджину должное впечатление. Ладно, что там дальше?.. «Второй этап – понравиться ее родителям. Девушки очень часто знакомят своих друзей (именно друзей, а не молодых людей) с мамами. Объяснить это, в принципе, достаточно сложно, но друзья бывают дома у девушек гораздо чаще их парней. На втором этапе главный принцип – это понравиться ее родителям…» Еще одна проблема. Каким образом Злая Королева, коей являлась Реджина, могла подружиться со своим заклятым врагом – Белоснежкой, матерью Эммы? Не говоря уже о Прекрасном Принце, который, если верить книге сказок, больше всего на свете когда-то хотел казнить Злую Королеву… Нет, это было нечто из разряда фантастики. А где брать родителей самой Миллс, Генри не предполагал. Он даже не знал, где были его бабушка и дедушка с этой стороны. Стало быть, снова прочерк. «Третий этап – дать толчок ее любви к тебе. Так как заставить девушку влюбиться в тебя будет достаточно сложно, нужно сделать так, чтобы она думала, что сама сделала свой выбор. Но для того, чтобы ваши отношения начались, надо подтолкнуть ваши дружбу и доверие в любви. Как это сделать? Да проще некуда! Нужно только один раз при встрече подарить девушке то, что она любит больше всего…» Что Злая Королева могла любить больше всего на свете? Вырывать сердца людям? Брр… Черт, эти советы совершенно никуда не годились. Генри расстроено захлопнул крышку ноутбука и потер переносицу, чувствуя, как впервые за всю жизнь столкнулся с задачей, которая, кажется, была ему не по зубам. Уже в который раз за последнее время мальчика посетило желание плюнуть на все и опустить руки. Но, каждый раз сталкиваясь в школе взглядом с Белоснежкой, которая даже не помнила, кем была, или видя страдания Августа, боли которого периодически были просто невыносимыми, он понимал, что не может так просто отступить. Только не сейчас, когда ему с таким трудом удалось разыскать Спасителя и заставить ее приехать в город, а затем и остаться в нем. Сдаться сейчас, после всех трудов? Бросить несчастных жителей Сторибрука томиться под выдуманными личинами? Ну уж нет. А значит, Реджине и Эмме придется полюбить друг друга, желают они того или нет. Уже в который раз мысленно повторив этот «приговор», Генри решительно отправился спать. Утро вечера мудренее. А завтра он снова встретится с Августом, и доработает свой план. У них еще было время. * * * Эмма одиноко сидела за столиком, неторопливо попивая легкий травяной чай после работы. Какое же все-таки блаженство – вечером в субботу прийти в кафе «У Бабушки», посетители которого всегда вели себя сдержанно (сказывалась тяжелая рука хозяйки заведения), закрыть глаза и просто отдохнуть в тишине, покое и… - Свон! Как жизнь? – раздалось над ухом громкое восклицание, едва не заставившее Эмму пролить на себя половину чашки. Разлепив уставшие веки, она с неприязнью воззрилась на нарушителя своего спокойствия. - Август? – буркнула она, уже представляя, зачем пришел этот странный субъект. Должно быть, снова попытается убедить ее, что его бредовые идеи – не повод посетить кабинет психиатра. - Смотрю, ты мне не рада, - хмыкнул писатель, бесцеремонно подсаживаясь к ней за столик. - Да что ты говоришь, - хмуро бросила Эмма. – Будешь снова убеждать меня, что я Спаситель, а Реджина – Злая Королева? Не трудись, Генри промывает мне этим мозги почти каждый день. Впрочем, в последнее время он что-то притих… - Да нет, просто захотел по-дружески спросить, как у тебя дела, - мужчина сделал невинное лицо, но шерифа было не провести смазливой мордашкой и голливудской улыбкой. – Ты что-то плохо выглядишь. Много работы? - Ну, конечно, - саркастично хмыкнула Свон, складывая руки на груди. – Рассказывай, что у тебя на уме, Август? В последнее время, вы с Генри просто неразлучны. Я хочу знать заранее, из какой очередной передряги придется вытаскивать этого пацана. - Ты преувеличиваешь, - белозубая ухмылка снова появилась на лице писателя. – Давай я лучше закажу нам с тобой по бутылке пива, и ты расскажешь, что тебя так беспокоит. Эмма смотрела все еще недоверчиво, но идея с пивом звучала заманчиво. Кивнув, она откинулась на спинку сиденья. Пальцы Августа немного нервно постукивали по поверхности стола, выдавая легкую нервозность. После того, как Руби принесла два темных пива и, стрельнув глазками поочередно Августу и Эмме, удалилась, покачивая бедрами, Свон без лишних церемоний цапнула свою бутылку и сделала большой глоток. Сил, чтоб изображать из себя пай-девочку, уже не было. «Как хорошо-то, господи…» - мысленно простонала она, наслаждаясь горьковатым вкусом алкоголя и искренне надеясь, что злоключений на ее голову уже выпало достаточно. Знала бы она, как ошибается, - бежала бы отсюда со всех ног… Молча потягивая пиво, они просидели так какое-то время. К удивлению Свон, писатель даже не пытался сегодня парить ей мозг всей этой чушью про заколдованный город. Напротив, он начал неторопливо рассказывать про свои путешествия – Индия, Непал, Тибет, Шри-Ланка, Тайланд, Южная Америка… В какой-то момент Эмма позволила себе полностью расслабиться. Во многом, этому способствовал хмель. На душе стало вдруг так спокойно и хорошо, Август показался вполне приятным собеседником и интересным рассказчиком. Тем более, что самой Эмме кочевой образ жизни был не чужд, да и истории мало чем уступали тем, что рассказывал Бут. Через час Свон уже вовсю смеялась над его шутками. На столе громоздились шесть пустых пивных бутылок. - Как насчет того, чтоб выйти на воздух? – внезапно предложил писатель. Кивнув, Эмма поднялась, чувствуя небольшое головокружение и приятную легкость в голове. Вечерний воздух слегка отрезвил, но не настолько, чтоб пожелать Буту спокойной ночи и мирно разойтись по домам. Вместо этого шериф позволила затянуть себя в паб в паре кварталов отсюда. Август галантно отодвинул перед ней стул и заказал два виски со льдом. - Мне кажется, тебе нужно расслабиться, - подмигнул мужчина, обворожительно улыбаясь. Эмма не возражала, она действительно чувствовала, что заслужила этот небольшой «отрыв». Ее врожденная интуиция сейчас была слишком замутнена пивом и усталостью, чтоб сигнализировать об опасности. Вскоре бокала виски на брата показалось мало, и они заказали бутылку. Они снова глупо хихикали, как два подростка, ведя немного бессвязный диалог. В какой-то момент рука Августа нырнула за пазуху куртки и выудила оттуда немного потрепанную колоду карт. - Сыграем? – предложил мужчина, подмигивая. – На желания, - он коварно улыбался. - Нет, ты точно сегодня какой-то странный, - хмыкнула Свон, впрочем, вполне благодушно. Первые несколько партий «дурак» доставался Буту. Писатель поочередно вынужден был станцевать брейк-данс, купить Эмме выпивки за свой счет и сказать верзиле у соседнего столика, что тот полный кретин. Вернувшись оттуда со слегка припухшим носом, Август уже не выглядел таким веселым. Если бы Свон выпила меньше, она бы заметила, какой сосредоточенностью блеснули его глаза – вполне трезвые и решительные. Четвертая партия осталась за Августом. - Ну что? Мне тоже пойти поругаться с тем парнем? – весело поинтересовалась уже довольно пьяная Эмма, имея в виду их воинственно поглядывающего соседа, разукрасившего Буту лицо. - Ты отведешь Миллс на свидание, - выпалил мужчина, пристально глядя на Свон. Хотя его лицо было при этом серьезным, в глубине глаз плескалось веселье. - Че…го? – внезапно севшим голосом переспросила шериф, чувствуя, как в голове все гуще клубится алкогольный туман. Должно быть, ей просто послышалось. - Ты сходишь на свидание с мэром Сторибрука Реджиной Миллс. И будешь милой с ней весь вечер. Плюс под конец она должна согласиться на второе свидание, - четко произнес Август. За их столиком воцарилась гробовая тишина. Наконец, Свон отмерла. - Бут, ты вообще… нормален? – с опаской медленно поинтересовалась она, на всякий случай отодвигаясь от него подальше. – А то ведь мне сегодня уже начало казаться, что ты адекватный. Я никогда так не ошибалась. - Ну, так что, ты принимаешь условия? Сама знаешь, карточный долг – это святое, - кажется, он вознамерился твердо стоять на своем. - Я просто хочу знать, с какого перепугу… Каким… - Эмма запуталась, стараясь четче сфокусировать взгляд и мысль. Впрочем, она быстро бросила это бесполезное занятие, заявив: – Короче, я не буду этого делать. - Нет, ну так не пойдет, - обиженно протянул Август, по ее примеру откидываясь на спинку стула и скрещивая руки на груди. – Я выполнил все, что ты загадала. Ты проиграла, так что выполняй теперь мое желание. - Вот ведь пристал, - пробурчала Свон. Ее потихоньку клонило в сон, и казалось, что все происходящее не слишком реально. Наверное, потому она и пробормотала: - Ладно. Фиг с тобой, схожу на свидание с этой стервой. Потом сам объяснишь Генри, почему его приемная мать убила его биологическую мать. Она понимала, что несет чушь заплетающимся языком, но глаза уже закрывались сами собой. - Ладно, пойдем, я вызову тебе такси. - Угу… Посадив уже практически спящую Эмму Свон в машину и закрыв за ней дверцу, Август устало, но удовлетворенно вздохнул. Наконец-то дело, кажется, двинулось в нужном направлении. Поморщившись, он привычно потер больную ногу. Весь вечер она противно ныла, словно напоминание о том, что стоит на кону для самого Пиноккио. От того, полюбят ли Эмма и Реджина друг друга, зависела его жизнь. Так что Август готов был на все ради достижения цели, путь даже приходилось использовать такие грязные методы, как шулерство и манипуляция. * * * Предыдущий вечер вспоминался с трудом. Утром страдающую от похмелья Эмму встретил взгляд Мэри-Маргарет. В глазах подруги был неприкрытый укор, но также и сочувствие. Молча поставив перед Свон воду с растворенной в ней таблеткой аспирина, учительница удалилась готовить легкий фруктовый завтрак. Эмма была благодарна ей за тактичность и молчаливую помощь. Порой Мэри-Маргарет доставала ее своей чрезмерной правильностью, но в нужные минуты эта робкая с виду женщина становилась очень понимающей. Усмехнувшись чуть болезненно из-за все еще раскалывающейся головы, Свон вспомнила, как Генри настойчиво называл свою учительницу Белоснежкой. В ней и правда было что-то от сказочной принцессы – ее доброта, заботливость и чуткость. Но что же, черт возьми, было вчера? Эмма попыталась вспомнить… Кажется, гребаный Бут зачем-то напоил ее чуть ли не до зеленых чертей, а затем они играли в карты на желания, а потом… О дьявол. Нет. Нет-нет-нет. - Твою мать, - сдавленно прошептала Свон, нервно озираясь (Мэри-Маргарет не терпела, когда при ней ругались). Она вспомнила свой вчерашний проигрыш и карточный долг. Сумасшедший писатель, чтоб ему с мотоцикла навернуться, загадал какую-то несусветную дичь: сводить Реджину Миллс на свидание! Да мэр ей голову оторвет сразу, как только она рот откроет, чтоб предложить подобную чушь! Не говоря уже о том, что сама Эмма точно не горела желанием делать что-то подобное. Это было… Да это же было попросту унизительно и глупо. Во-первых, кто сказал, что Свон нравились женщины? Ну, допустим, она и правда считала Миллс чертовски привлекательной. Но ведь сексуальности мэра Сторибрука не заметил бы только слепой или отставший в развитии. Однако же Август придумал просто замечательную шутку, гаденыш этакий! Лучшего способа заставить Эмму испытать на себе все презрение и отвращение Реджины Миллс и придумать нельзя. Эмма не питала иллюзий относительно того, что о ней думает Миллс. Та явно считала шерифа недалекой и дурно воспитанной, и всем своим видом показывала превосходство над Свон. Это невероятно бесило, тем более, что сама Эмма всю жизнь стеснялась именно этой своей «неотесанности» - прямого следствия жизни в детском доме. И она с каким-то почти мазохистским удовольствием часто подчеркивала собственные грубые черты характера в обществе Реджины, видя, как неприятно той было от этого. А теперь, вдобавок ко всему, Миллс будет считать ее еще и извращенкой. Просто великолепно. Лучшего и желать нельзя. Особенно если учесть, что Генри находился под полной опекой Реджины. После подобного номера она точно на пушечный выстрел не подпустит Свон к своему сыну. Злобно цедя воду из стакана и чувствуя, как головная боль не то, что не проходит, но даже, кажется, стала усиливаться от таких мыслей, Эмма все сильнее погружалась в состояние уныния. Возможность послать Бута к чертовой матери с его идиотскими идеями она даже не рассматривала. К сожалению, к карточным долгам и к долгам вообще шериф относилась серьезно. Это было делом принципа. Наконец, мрачно ухмыльнувшись, Свон пробурчала себе под нос: - Значит, свидание. Ну и отлично, блин. - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - * Здесь и ниже – цитаты, спертые с сайта знакомств (оригинальные пунктуация и орфография сохранены - для пущего эффекта, так сказать).