Парень, который наводит на меня страх

POV Хейли Адамс. — Ч-что? — я попятилась назад, не понимая, что происходит. До сих пор не могу переварить то, что сказал Худ. Значит, у него ничего не болело... Меня обдал холод, потому что я не знала, для чего он тогда сюда заявился. Калум прижал меня к стене, повернув к себе спиной. Он заломил мои руки за спину, не давая делать ни единого движения. Резкая боль пронеслась по телу, но она не настолько сильная, как адреналин и страх, буквально кипевшие в моих сосудах. Я его боюсь, я боюсь, что он меня убьет, я боюсь умереть, не успев даже испробовать вкус жизни. Это, наверное, мой самый главный страх, который брюнет вот-вот воплотит в реальность. — Родители тебя не учили, что чужих в дом пускать нельзя? — прошептал он, приставив что-то холодное к моей голове. Это, кажется... дуло пистолета. — Итак, милая, сейчас ты ведешь меня туда, где побольше чего-нибудь дорогого, и тогда твой мозг останется в порядке. Возможно. Я начала тяжело дышать из-за безысходности. Что мне делать?! Самые дорогие вещи — это наследство от бабушки, которое лежит в моей комнате под кроватью. Знаю, не самое лучшее место для хранения, но сейчас мне было абсолютно не до этого. В моей голове потихоньку созревал план, и я решила жертвовать всем, лишь бы не оставшимися "воспоминаниями" и собой. Я сделала несмелые шаги в сторону комнаты родителей, и там почти ничего нету. Там стоит только мебель. Мама и папа очень переживали за свои сбережения, поэтому пытались оставлять их при себе и нигде не оставлять. Калум шёл сзади, держа мои руки, чтобы я не вырвалась. К сожалению или счастью, это рано или поздно случится. Стоило мне открыть дверь в комнату, как брюнет тут же меня отпустил и зашёл внутрь. Я стояла около двери, не смея даже подойти к нему, или буду пристрелена. Я даже не предполагала, как этот парень так ловко спрятал свое оружие, что я о нём даже не подозревала. Он рылся в серванте, а я уже отсчитыла секунды, начиная с десяти. Калум пытается найти что-то ценное. Пять. Теперь он возмущен. Четыре. Он хочет подойти ко мне, но не делает этого, дальше роясь в сервантах и шкафах. Три. Осталось лишь драгоценные три секунды, и этот парень получит по заслугам. Два. Остается совсем мало времени. Прикладываю руку рядом с выключателем, который находится внизу. Один. Резко нажимаю на кнопку рядом ним, и по всему дому раздается сирена, оповещающая о взломе. Парень зажал уши и зажмурил глаза, пытаясь не слышать этого до дикости громкого звука. Мне нужно как можно быстрее уйти из комнаты и пройти вперед по гостиной, чтобы оттуда уже побежать на улицу. Я открыла дверь и вышла за пределы комнаты, но не успела я её закрыть, тут же она снова открылась, и в проёме появился разъяренный Калум, пытавшийся открыть чёртову дверь. Со всей мощи я захлопнула её обратно, закрывая на замочек, который случайно поставили не изнутри, а снаружи, и каждый проходящий мимо человек мог запереть спальню. Я бежала по коридору, пытаясь не задевать предметы. Слышала, как Калум уже почти выламывал дверь, и поэтому бежала по дому еще быстрее. Всё происходило настолько быстро, настолько непредсказуемо и до жути страшно, что я почти ничего не могла сообразить. Идти через главный вход — не самый лучший вариант, а до черной лестницы уже поздно добираться. Кажется, придется лезть через окно, но они закрыты слишком плотно, чтобы я, своими хиленькими ручками, смогла вовремя их отпереть. Я всё-таки решилась выйти через главный вход. Уже оказавшись около выхода, и я услышала сирены полицейских машин, которые с каждой секундой приближались к моему дому. Я собиралась уже открыть дверь, но тут же мое запястье перехватила сильная рука и развернула к себе. Всеми силами пытаясь вырваться, я почувствовала, с какой силой давит на меня парень, и чуть взвыла от боли. Он посмотрел в окно, где у двора уже были видны копов, и тут же впился в мои губы, прижимая к стене. Я пыталась отвернуться, сопротивляться, потому что это слишком противно для меня. Грабитель твоего же дома просто берет и целует тебя при виде полицейских машин! У меня сразу появилось тошнотворное отвращение, и я тут же отталкнула его, и в дом в этот же миг вбежали патрульные. — В чем про... — хотел спросить мужчина, при виде положения, в которое поставил меня парень, озадачиваясь, пока его подчинённые одним взглядом спрашивали, ложный ли вызов. — Ни в чем, мистер, случайно задели в спальне сигнализацию, — брюнет не высвобождает меня, приветливо улыбаясь мужчине в полицейской форме. — Вы уверены? — Да, — после ответа Калума копы по очереди ушли, но я не могла просто взять и оставить всё, так ничего и не сказав. — Стойте! — вскрикнула я, побежав за полицейскими, но брюнет тут же притянул меня к себе и толкнул в стену. Я видела только то, как один и сотрудников обернулся, а затем голова начала неимоверно болеть, и я просто спустилась по стене, крепко держась за неё обеими руками. Парень что-то ответил им и резко запер дверь. Он подошел ко мне и резко поднял вверх за воротник моей кофты, который начал слегка сдавливать мою шею и причинять боль. — Ты пожалеешь о том, что сделала, — ухмыляясь, говорил Калум, долго смотря мне в глаза. Я нащупала рядом с собой какую-то деревяшку и попыталась незаметно её взять, пока брюнет концентрировал на мне свой взгляд. Взяв её в руку, пододвигаю к себе. Калум начинал приближаться, и я резко ударила его по ноге, от чего он начал шипеть, падая на пол. Парень держался за ногу, прищуриваясь от боли, которая пробегалась по всему его телу, а я, пользуясь временем, быстро вскочила с пола, но тут же потеряла равновесие и чуть не упала. Сейчас мне наплевать на ужасную боль в голове, в ногах, я просто пытаюсь бежать прочь от своего дома, но что-то меня будто не отпускает. Я не могу бежать настолько быстро, насколько позволяет адреналин, потому что я не понимаю, что тянет меня обратно в дом, к Калуму, который был простым и жалким подонком, обворовывающим дом какой-то незнакомой девки. Подсознание будто кричало, чтобы я бежала оттуда как можно быстрее, но ноги не позволяли. Будто управляет мной не мой мозг, а тело. Эта тяга на секунду напомнила мне стокгольмский синдром, но я тут же выкинула это из головы. Что ещё за чушь? Какой ещё, мать твою, стокгольмский синдром?! Я убеждала себя всеми силами, что эта мысль такая же идиотская, как и та, что вынудила меня не бежать прочь от собственного дома. Может быть, это страх того, что Калум на этот раз точно возьмёт то, за чем пришёл? И даже если это так, то какого чёрта я стою здесь, посреди дороги, а не бегу в дом, чтобы остановить его, или же наоборот -- убегаю? Почему я застыла на месте? Что-то заставило меня остановиться после всех тех попыток, когда я пыталась заставить себя уйти. Может усталость (хотя я даже толком не бежала), может быть, подсознание перестало бороться с чувствами и эмоциями и просто поддалось. Я не понимала сейчас абсолютно ничего, кроме того, что просто вынуждена стоять на месте от безысходности. Я опустила голову вниз. Это выглядит слишком глупо: лишь пару минут назад девушка бежала от своего дома прочь, и тут же остановилась, опуская голову вниз из-за того, что не понимает, что с ней. Но я не могу ничего предпринять. Я такая жалкая. У меня даже ничего нет. Ни телефона, ни запасной одежды, ничего абсолютно. Я не хочу возвращаться в дом, как сильно мне бы этого ни хотелось. Мне хотелось просто сесть на бордюр и зарыдать из-за собственной ущербности. Эти два месяца слишком безумны для меня. Как и для Ханны. Только около часа назад я думала, что она думает только о себе. Теперь мне кажется это сплошным бредом. Стрельба, теперь ещё и этот недоделанный грабитель, от которого я даже не в силах убежать. Это абсолютный, чёрт возьми, бред! Как и хотела, я села на бордюр, прижимая к себе ноги. Голова всё еще кружилась, но уже не так сильно, как было, когда я выбежала на улицу. Внутри меня была какая-то чертовски странная пустота, которую никак нельзя было объяснить. Меня чуть не убили. Меня чуть не ограбили (хотя ничего не отменяет, что парень делает это прямо сейчас, а я, дура, даже не делаю ничего, что могло бы его остановить). А я же вместо того, чтобы разрываться от эмоций, сидела на дороге, как какой-то плаксивый ребёнок, и не могла найти себе места. Я просто идиотка. Я отвлеклась на знакомые голоса, которые слышала совсем недалеко отсюда. Женский показался мне до боли знакомым, и мне хватило секунды, чтобы понять, кто разговаривал на повышенных тонах. Встав с земли, я, не отряхиваясь, побежала на звук, который доносился до меня оттуда, где я шла с чёртовым Калумом ещё несколько минут назад. Это Ханна, и с ней наверняка Люк.