Боги Спасения

Гермиона знала, чем обернется тот конфликт и тот вечер, что она провела с богом магии. Она не могла попасть ни в Хогвартс, ни в Мэнор, ни в Лондон вовсе. Радужный Мост не пускал ее туда. Из-за этого она начала только больше нервничать за Драко. Из-за это ей снова стало плохо.

***

- Вернулась. - Я немного утомилась от всех этих волшебных причудливых штучек. Леди Локи встряхнула волосы, снимая с плеч пальто и перекидывая его через спинку кресла. - Ты не должна была вообще там быть. - Правда? Девушка обернулась, а после подошла к Лафейсону, прикладывая ладони к его плечам и наклоняя голову, чтобы посмотреть в его глаза и позволить ему увидеть свою ядовитую улыбку. - Ты сам дал мне возможность жить. Ты сам дал мне сердце, которое способно биться без твоей воли. - Не забывай, что я могу также спокойно вырвать его. Локи взял девушку за запястье, а вторую руку приложил к ее шее, некрепко сжимая, словно показывая, что ее едкости пойдут ей лишь во вред. - Ты должна обладать очень хорошей информацией, чтобы я оставил тебя в живых и не прикончил прямо сейчас. - Ты не сможешь. Локи резко оттолкнул девушку и та упала на пол, шипя от боли. Он подошел к ней и наклонился, хватая ее за волосы и заставляя отклонить голову, чтобы заглянуть в ее слезящиеся глаза. - Повтори. - Ты не сможешь. Не сможешь избавиться от меня, зная, что она не твоя. Я нужна тебе, нужна, нужна... - Заткнись. Мерзкая шавка. Он отпустил ее волосы и выпрямился, отходя в сторону, словно испытывая отвращение от нахождения рядом с ней. Леди Локи не подняла голову, а губы вновь скривились в ядовитой улыбке. - Да, ты зависим от меня. Как льстит это осознание. Как оно убивает тебя, ведь так? Оно ранит тебя. Потому что я - единственная, кто может заменить тебе эту слепую недотрогу. Эту тупую... Договорить она не успела. Рассчитывая на то, что этими словами она унизит Лафейсона, она добилась немного обратного эффекта. Он вышел из себя. Поэтому та пощечину, что он отвесил ей, была заслуженной. Девушка открыла рот в немом изумлении, при этом закрыв глаза, чтобы он не увидел боли, что затаилась в них. - Ты никогда, слышишь меня, никогда не сможешь заменить мне ее! Его шипение, то, как он тряс ее за подбородок, все вызывало в ней судороги и боль. как снаружи, так и глубоко внутри. - Я распорю тебя, порву на куски, если ты даже позволишь себе думать об этом, ясно? Ты должна слушаться меня и делать то, для чего я тебя создал. Локи встал, а после осмотрел девушку, что продолжила держать руку у щеки. - Ты вернешься туда и узнаешь все, что сможешь. В ином случае - можешь не возвращаться, если конечно не осознаешь, что наконец-то заслужила смерть. Девушка повернула голову, а после проводила Локи взглядом. Он вышел из комнаты, а она улыбнулась, относя ладонь от щеки и закрывая глаза. - Лафейсон... ты не осознаешь, какой марионетке ты дал жизнь. И нескоро осознаешь, что сам стал ею.

***

Уголек оставлял пятна на пальцах. Волосы были небрежно растрепаны, а одна туфелька упала на пол, из-за чего на листе бумаге появилась одна кривая линия, которую, в конечном счете, удалось превратить в часть рисунка, на который Гермиона потратила столько времени. Кого она рисовала? А не глуп ли этот вопрос, если все мысли этой девушки занимает Дориан? Если после его смерти она не на минуту не может выкинуть его улыбку из своей бедной головы. Да, она рисовала его непередаваемую красоту в черных тонах. Она прорисовывала его удивительные глаза, его губы, волосы... каждая деталь его роскошного образа, что появлялась на листке, тут же отзывалась "живым" воспоминанием в ее голове. Она вспоминала, как целовала эти губы, смотрела в эти глаза, запускала руку в эти волосы... ее сердце трепетало от каждой детали. Поэтому, наверное, он и получался таким "живым" на рисунке. Портрет был пропитан ее воспоминаниями, впитывал всю ее тоску, воплощал потерянный ее глазами образ. За окном темнело, голоса в коридорах стихали, а она не могла остановиться. Лишь к поздней ночи она закончила этот рисунок, которому уделила весь свой день. Она уже не видела результата, но он излучал тепло. А большего ей и не было нужно. Она легла на кровать, даже не накрываясь одеялом, а после прижала портрет к себе, закрывая глаза и приоткрывая глаза, чтобы в который раз за день прошептать его имя. Тихо, словно молитву, которая так полюбилась ее устам. Царство Морфея было милостиво к бедной путнице и забрало ее в свой Рай. Но никто не клялся ей, что в этом Рае не будет кусочка Ада. Ей приснился сон. Реалистичный, обхватывающий душу, как плюшевую игрушку. В нем была она. В роскошном белоснежном платье, в прохладном туманном лесу. И в нем был Дориан. Он был за туманом. Но она слышала его голос, словно сумасшедшая. Она видела его лицо, что растворялось, как призрак. Ее сердце билось неритмично, его шум эхом отражался от деревьев. Она едва могла дышать, а его голос становился все четче и четче. Это была каша из признаний, откровений и сожалений. Она упала на траву, потеряв равновесие, а после закрыла глаза, впиваясь когтями в коленки. - Хватит, хватит... Дориан, словно услышав ее молитву, стих, а после она начала ощущать ласки, что холодом отдавались на коже. Нежные прикосновения к плечам, к талии, к животу... она откинула голову, приоткрывая глаза и вздыхая, А прикосновения не стихали, буйные призраки леса продолжали вводить бедную жертву в транс. Гермиона глубоко вдохнула, а после ласки пропали. С выдохом она открыла глаза и ее глазам предстали кроны деревьев, укутанные туманом. - Дориан... Девушка опустила голову и оглянулась, а после встала на ноги, что продолжали дрожать от ее страха. В груди бился, подобно безумцу, крик. И он сломал девушку, он вырвался наружу. - Дориан! Биение сердца было громче ее крика. Тот растворился в кронах деревьях, так и не распространившись по лесу. - Я умоляю тебя, Дориан... Дориан... И она снова упала на колени, на этот раз опуская голову и впиваясь пальцами в землю. Ее тело дрожало, как листья, что весели над ее головой. Ей казалось, что она умирает. Она не знала, что Царство Морфея пытается спасти ее от этих иллюзий, вытащить обратно, в реальность, что ранит меньше. Но оно оказалось бессильно, когда подлый прием темных сил лишь глубже стал топить жертву. - Я здесь. На этот раз голос Дориана прозвучал прямо над ухом и девушка обернулась, cердце перестало биться и лес наполнился тишиной. Она увидела его. Так близко, как и хотела, как мечтала... - Дориан... Ее грудь вздымалась, как будто зверь продолжал сидеть в ней, сводить ее с ума. Словно того крика ему было мало. Рука Дориана легла на ее щеку, он наклонил голову, тепло улыбаясь. - Я... ты... - Тсс... Дориан положил палец на ее губы. Он посмотрел в ее растерянные глаза, а после резко притянул ее к себе, целуя. Дальнейшие его действия были неясными. Светлая сторона могла позволить девушке ощутить его заботу, его тоску. Но темная могла подарить ей его порочность и жестокость. Они разрывали ее сознание, как тряпку. И казалось, что осталось еще чуть-чуть, последний шов... но они не успели. Она была вырвана из сна Лафесоном. Он спас ее от очередной боли.