С ног на голову

Шерлок последние несколько минут смотрел на свою идеально застеленную кровать и приходил к выводу, что погорячился. Очень сильно погорячился! Более чем! Джон, каким-то совершенно непостижимым образом, вытащил из него эти эмоции, это чувство праведного гнева, которое заставило Холмса выйти из себя и наговорить целую кучу совершенно неправильных вещей. Шерлок никогда не делал необдуманных поступков, но, в силу свалившихся на них проблем, он просто сорвался на Джоне. Холмс все еще стоял и взирал на свою кровать. Он вообще никогда не заправлял свою постель, считая подобное действо совершенно бессмысленным. А тут — идеально гладкая поверхность покрывала прямо-таки манила смять все это и разбросать подушки в разные стороны. Холмс подавил в себе это желание и пришел к окончательному выводу: он был неправ! Но и Джон тоже хорош! Так отзываться о его теле! И вовсе он не долговязый, и совсем даже не болезненно худой, а уж про всё остальное Джон вообще мог бы не говорить. В конце концов — это верх неприличия! Раздался стук в дверь. Шерлок не шелохнулся. Дверь тихонько приоткрылась и показалась голова Джона, то есть, конечно, голова Шерлока, с мыслями Джона внутри.  — Шерлок… Я… Прости меня, пожалуйста.  — И ты. — Я не хотел ссориться, просто вся эта ситуация… - Да, я знаю. — Я сам не свой.  — Очевидно! Оба хохотнули, посмотрели в глаза друг другу и согнулись пополам от смеха. Отсмеявшись, Шерлок произнес:  — Я никогда не заправляю постель.  — А я не ношу обтягивающих рубашек на голое тело. Давай, выбери то, что считаешь нужным, я надену. Джон махнул рукой, предоставляя Шерлоку свободу выбора, и тот с радостью распахнул створки шкафа. Джон казался себе каким-то угловатым и неуклюжим в теле Шерлока. Эффект усиливало еще и то, что Холмс ни на секунду не отвел глаз от всего процесса переодевания.  — Ты смотришь на это так, будто никогда не видел собственное тело. Джон заправлял в брюки фиолетовую рубашку, на которую пал выбор Холмса.  — Конечно, я не видел себя со стороны, Джон. И потом, я вполне могу позволить себе любоваться собственным телом.  — И всё же, ты меня смущаешь…  — Отчего? Что в этом такого? — Шерлок сузил глаза и тут же понимающе усмехнулся, — твой уровень либидо достаточно высок и тебя может возбудить чужой взгляд. Джон постарался с максимальной точностью воспроизвести позу Шерлока с положенными на пояс руками, и произнес:  — Мне в принципе не нравится, когда на меня пялится мужчина! - О, Джон, это глупость. Я не пялюсь на тебя, я пялюсь на себя!  — Хорошо, теперь пойдем ко мне, я покажу, что тебе лучше надеть.  — Но разве мой выбор тебе не нравится?  — Конечно, нет! Ты стоишь с голым торсом, в одних джинсах, причем я вижу, что нижнее бельё ты даже не удосужился поискать, а у меня, знаешь ли, очень чувствительная кожа на, — кашлянул Джон и продолжил, — головке, так что, давай, поднимайся наверх. Спустя несколько минут Шерлок скептически оглядывал себя в зеркале, когда Джон протянул ему кружку с чаем.  — Спасибо! Как могут нравиться такие джинсы, Джон?  — Зато в них удобно.  — Но это…  — Не начинай снова, просто пей свой чай. В этот момент дом огласил звонок. Друзья сидели в креслах и прислушивались к голосам в прихожей.  — Добрый день, инспектор, проходите. В этот момент Шерлок вдруг сообразил, что сидят они не на своих местах и быстро, рванув руку Джона на себя, усадил его в кожаное кресло, упав в кресло напротив. И очень вовремя. Вошел инспектор Лестрейд и с порога произнес:  — Шерлок, это он? Холмс и Ватсон одновременно посмотрели на предмет, лежащий в пластиковом пакете, и едва сдержали эмоции, коротко взглянув друг на друга.  — Привет, Грег.  — Инспектор… Лестрейд опустил руку с уликой и вперился взглядом в Джона, который смотрел на него глазами Шерлока.  — Как ты сказал? — все еще не веря собственным ушам, спросил полицейский.  — Я поздоровался.  — Ты назвал меня по имени?  — Инспектор, что это у вас? — вступил в беседу Шерлок в образе Джона и, пытаясь изо всех сил жестами заставить того замолчать. Лестрейд выглядел таким ошарашенным, что, продолжая глазеть на Джона в обличье Холмса, уселся на самый край дивана.  — Я на самом деле всегда думал, что ты не знаешь, как меня зовут. Ватсон закрыл глаза, сдерживая рвущийся наружу ответ, но лишь медленно кивнул, предоставив действовать Шерлоку.  — Что это? Бумеранг? О, это и есть орудие убийства?  — Именно. Как вчера Шерлок предположил, мы нашли его в пруду. - Оу! В своей обычной манере Шерлок сложил пальцы домиком и приложил к губам, в задумчивости рассматривая орудие убийства.  — ДЖОН! Шерлок прикрыл глаза.  — ДЖОН! Ватсон вскочил со своего места и потряс Холмса за плечо. - Что? Джон в теле Шерлока округлил глаза, показывая на сомкнутые пальцы и недоуменное лицо Грега, которое отражалось в зеркале над камином. В комнате повисла неловкая тишина, и, чтобы как-то разрядить обстановку, Ватсон произнес: - Чай! Давайте пить чай! Теперь уже Шерлок смотрел на Джона, как на умалишенного. К счастью, Лестрейд был достаточно сильно ошарашен увиденным и замахал руками, отказываясь от предложения:  — Нет-нет, спасибо. Ты только расскажи, наконец, как произошло это странное убийство. Шерлок в образе Джона остановился перед Лестрейдом и затараторил:  — Это случайность, непреднамеренная случайная смерть. Пассажир — турист Чарльз Маккартни, утром прилетевший из Австралии и решивший сэкономить на такси до города. Шофер, тот самый коммивояжер Билл Краудер, человек недалекого ума, решил прокатить пассажира через Хампстед. Машина заглохла, и пока водитель возился с двигателем, Маккартни, движимый желанием побыстрее испробовать купленную игрушку, вышел в поле. Шерлок в образе Джона прикрыл глаза на миг и продолжил: — Он запускает бумеранг и внимательно за ним следит, но когда раздается громкий звук, подтверждающий окончательную кончину автомобиля, пассажир переводит взгляд туда, и в это время бумеранг, а это был именно он, влетает на огромной скорости ему в голову, убивая насмерть. Лестрейд слушал всю эту тираду, выданную доктором Ватсоном, и даже не пытался понять, что только что произошло.  — Джон, но откуда… А Джон, восседающий в кресле Холмса и в его теле, понял одно — именно сейчас инспектору может многое стать понятным. И произнес:  — Я рассказал ему вчера об этом деле, Грег. Джон щекой почувствовал на себе свирепый взгляд Холмса и исправился:  — Лестрейд, да, инспектор, он в курсе. Так это он и есть? А что с отпечатками? Грег все еще недоуменно переводил взгляд с одного на другого.  — Ничего, он пролежал в воде почти сутки, так что никаких отпечатков нет. Если Лестрейд и заметил, как Джон и Шерлок облегченно выдохнули, то не придал этому значения.  — Можно? Холмс в образе Джона взял в руки пакет с бумерангом и внимательно принялся его рассматривать.  — Единственное, что мы обнаружили на бумеранге — это пара букв. Обрати внимание, Джон, это WJ. Джон, который находился в теле Шерлока и сидел в его кресле, судорожно сглотнул. На Касатке виднелись насечки в виде букв. Шерлок повернулся спиной к инспектору и кинул красноречивый взгляд на Джона. Испарина выступила на лбу Ватсона.  — Мы подумали, что Чарльз Маккартни вез бумеранг кому-то в подарок и решил заклеймить его инициалами будущего обладателя. - Нет! - Что? Этот возглас вырвался одновременно у Джона и Грега. - Нет, это не подарок, этот бумеранг он привез себе, а заклеймил его потому, что участвовал в соревнованиях по метанию бумерангов и это всего лишь его никнейм, псевдоним своего рода. Это может расшифровываться как угодно! Например… О! Ватсон Джон, или … Доктор в образе детектива чуть не грохнулся об пол. Лестрейд ошалело взглянул на Шерлока в теле Джона и, покачав головой произнес:  — Джон… Ватсон… И вправду тебе подходят эти инициалы. - Да, а еще Уолтер Джеггинс, Уинстон Джойс, и еще пару сотен вариантов. Джон подошел к окну, чтобы перевести дух и разработать план убийства своего соседа по квартире.  — Это может быть все, что угодно. Лестрейд, оставьте нам эту штуку, — произнес Шерлок. - Нет, Джон, я не могу, это улика, вещественное доказательство. Мне сегодня нужно сдать её в хранилище. Грег удивленно взирал на Ватсона, из уст которого исходила эта просьба, и чувствовал себя практически предателем. — Пожалуйста, ГРЕГ! Лестрейд нахмурился и отрицательно покачал головой: — Прости, Джон, но нет, я не могу сделать этого. Шерлок Холмс, находящийся в телесной оболочке Ватсона, быстро подошел к стоящему у окна Джону и пихнул того в бок. Джон ойкнул, но понял манипуляции соседа.  — Послушай, эээ, …те. Мне бы хотелось провести пару тройку эксре..экспеме…  — Экспериментов, Шерлок, что с тобой такое сегодня? — возмущенно выкрикнул Джон.  — Да-да, именно. Нужно измерить все параметры Касатки…  — Как ты сказал? — вдруг оживился инспектор. Джон почувствовал, что если бы Шерлок мог, то всенепременно испепелил его взглядом.  — Он сказал — Касатка. На рисунке изображена касатка, взгляните. Грег нахмурив брови вгляделся в рисунок.  — И вправду, какая-то рыба. Это касатка? И бумеранг тоже так называется? - Да! Именно!  — Но откуда ты, Джон, так много знаешь об этом бумеранге? - Я? О! Это — детская мечта, так что… Шерлок пытался придать своему лицу наивно-детское выражение, и это ему удалось. Джон едва сдерживал смех, и чтобы совсем не спалиться, быстро развернулся и направился в свою комнату. Наверх.  — Шерлок? Куда ТЫ собрался? Холмс говорил с нажимом, понимая, что Ватсон по привычке решил уйти от греха подальше к себе, только это «к себе» было теперь не этажом выше, а всего в двух шагах от гостиной. - О! Да, конечно… В аккуратно закрытую дверь были устремлены две пары глаз.  — Слушай, Джон, что это с ним? Уж не заболел ли он?  — Очевидно! - Что?  — То есть, я хотел сказать, что надо поставить ему термометр и измерить температуру тела, возможно, она повышена, а потом подобрать необходимое количество препаратов, чтобы к завтрашнему дню он был в форме. Лестрейд недоуменно взирал на Джона. Что тут происходило между этими двумя до его прихода, инспектору оставалось лишь гадать. Грег приблизился к Шерлоку в обличье Джона и протянул руку за пакетом, собираясь забрать вещдок. - Нет!  — Отдай мне это, Джон.  — Я не… отдам, мне нужно…  — Джон, отдай мне бумеранг. Дело закрыто, ничего исследовать больше не надо, так что…  — Но он нам просто необходим!  — Да что такое с вами обоими сегодня? Вы тут с ума сходите, как я посмотрю! Лестрейд выхватил улику из рук Джона, хотя тот до последней секунды цеплялся за полиэтилен, надеясь, что инспектор все же передумает.  — Мне пора, а вы тут выпейте лекарства, что ли. Вы оба, кажется, не в себе. Лестрейд ушел, а Шерлок заметался по гостиной.  — Джон! Джон! Тот будто не слышал окриков друга и не выходил из комнаты. Тогда Шерлок рывком открыл дверь и воззрился на Ватсона. Тот стоял перед шкафом с рубашками.  — Что ты снова делаешь? На кровати валялись несколько сорочек, в том числе и фиолетовая, а Джон перебирал пальцами вешалки.  — Я вспотел от напряжения. Мне жарко в костюме, понимаешь? Мне тесно в этом твоём скафандре, мне кажется, у меня развивается клаустрофобия от этих твоих брюк и рубашек с пиджаками! Дай мне хотя бы твою пижаму, она посвободнее. Шерлок застонал и, вытащив из шкафа пижамные штаны, кинул их на кровать.  — Отвернись! — потребовал Джон, смотря на друга.  — С чего бы это? Это, вообще-то, моё тело!  — Выйди отсюда, иначе я сам тебя вышвырну. Холмс хмыкнул, но подчинился требованию друга. Когда Джон появился в гостиной, то было очевидно, что он даже дышать стал свободнее. Шерлок медленно снизу вверх осматривал своё тело, находя собственный внешний вид вполне удовлетворительным.  — Мы едва не попались…  — С Майкрофтом этот фокус не пройдет, он не Лейстрейд, Джон. Мы должны вести себя осмотрительнее. Ты — это я, и ты должен быть МНОЙ!  — А ты не должен быть СОБОЙ, Шерлок! Что это была за демонстрация твоих способностей в моём теле? Шерлок вздохнул, развалился в кресле и прикрыл глаза. Джон улыбнулся, видя своё тело в такой расслабленной неге, и подумал о том, что вполне себе нормально выглядит. Вообще, Джон Ватсон никогда не считал себя привлекательным мужчиной, и чаще не понимал, что такого в нем находили все его женщины. Теперь, глядя на себя со стороны, он начинал понимать представительниц женского пола. Голова расслабленно покоилась на спинке кресла, морщинки были практически не видны, и лицо казалось моложе, свежее. Футболка обтягивала грудь, крепкие загорелые руки свисали вдоль кресла, пальцы едва подрагивали. Джинсы натянулись спереди и демонстрировали весьма внушительных размеров выпуклость…  — Что ты делаешь? Джон вздрогнул от грозного рыка Шерлока.  — А что я делаю?  — Ты таращишься на меня вот уже почти пять минут!  — Во-первых, я смотрю на своё тело, во-вторых, не прошло и пары секунд, как я…  — Ты едва не прожег во мне дыру, Джон. Ватсон аккуратно устроился на диване, вытянул скрещенные ноги на подлокотник и откинул голову назад. - Я, как и ты, не видел своё тело со стороны. Интересно себя рассматривать.  — Ты рассматриваешь меня! — воскликнул Шерлок и встал над Джоном. - Нет, себя! До тебя, честно говоря, мне нет никакого дела!  — Врёшь! Шерлок принялся мерить шагами гостиную, время от времени бросая взгляды на вытянувшуюся фигуру на диване. А Джон задремал.  — Ты сделал насечку на бумеранге. Тишина.  — Джон, зачем ты сделал насечку на бумеранге? - А? Что? Я? Оу! — спросонья Джон не понимал, о чем идет речь.  — Ты высек свои инициалы на бумеранге, и мы едва не попались. - О, да! — потирая шею, отозвался Джон. — Особенно было чудно, когда ты упомянул моё имя. Холмс пожал плечами.  — На очевидное никто никогда не обращает внимания.  — Не знаю, что на меня нашло в тот вечер! Слушай, Шерлок, как бумеранг попал в пригород Лондона? Явно же, что не я его туда забросил.  — В этом как раз и заключается вся мистическая составляющая случившегося с нами. Ты запустил бумеранг, подумав обо мне как раз тогда, когда и я думал о тебе. Потом произошло нечто, не поддающееся логическому объяснению, и мы оказались в телах друг друга. Значит, мы должны проделать все еще раз, и тогда, с вероятностью в девяносто процентов, мы вернемся в свои тела. Нам нужно достать бумеранг.  — Но как? Джон встал с дивана и развел руки в стороны, не понимая, что подразумевает Шерлок.  — Мы должны… одолжить бумеранг на некоторое время в Скотланд-Ярде.  — И как ты себе это представляешь? Каким образом мы можем одолжить вещдок, хранящийся в архиве под семью замками?  — Всего три. - Что?  — Три замка.  — Нееет, нет, я не пойду на это… Ватсон затряс головой и ушел на кухню.  — Мне одному не справиться, Джон. Да и потом, это весело. Я так делал пару раз.  — Когда?  — Еще до тебя… Шерлок следил за другом, в душе которого боролись желание вернуть все на круги своя и стремление оставаться законопослушным гражданином. - Ох, Шерлок, у меня ведь нет выбора?