In nomine Patris

- Сегодня знаменательный день, мистер Тодд! - Том прошествовал мимо меня, поправляя воротник белоснежной рубашки, к огромному зеркалу в резной раме. Он накинул себе на шею ленту, для того, чтобы завязать бант. И снова. Опять мистер Тодд. В последнее время Том называл меня так все чаще, но для меня это так и не перестало быть странным. Хотя больше всего меня волновало другое... - Я весь внимание. Я закутал руки глубже в рукава вязаной кофты. Последний месяц осени, поэтому на улицах протухшего Лондона становилось все холоднее с каждым днем. Как ни странно, камин совсем не грел меня. Отражение Тома, глядя мне прямо в глаза, улыбнулось кривой улыбкой. Он всегда улыбался криво, улыбка его была коса на левую сторону, отчего шрам на его лице менял форму. - Сегодня мы наконец-то завершим начатое! - воскликнул Том, приглаживая волосы. Последнее убийство? Сегодня произойдет последнее убийство? А, значит, сегодня я наконец узнаю, где же находится моя, милая сердцу, Джоанна? У меня участилось дыхание и озноб прошел по моему телу, хотя я и так продрог до костей. Волнение пульсировало у меня в крови, я даже не мог поверить, что все, наконец, закончилось. - Правда? - спросил я, не удержавшись. Обычно я старался держать с Томом некоторую дистанцию, но радость помутнила мой разум и в итоге позывы надежды вырвались наружу. Том улыбнулся, повернувшись ко мне. - Наточите свою бритву поострее, мистер Баркер. Сегодня ей предстоит сделать очень много работы. Полиция уже давно установила, что порез горла и ранения на теле проституток совершены одним и тем же инструментом. Они считали, что это какой-то специальный нож или скальпель, но, да, на самом деле это была моя бритва. Я вытащил ее из кармана и раскрыл лезвие. О, мой друг, сколько крови смешалось на твоем стальном покрытии, сколько жизней поглотило это острие... Наверное, ты уже устал быть венцом людского существования в моих руках. Но не волнуйся, вскоре ты сможешь обрести покой, осталось совсем немного, ты лишь только потерпи. Нам нужно лишь только потерпеть... Я закрыл глаза и бритву в своих руках. - О, спуститесь с небес на землю, мистер Баркер. Пребывать в мечтаниях сейчас совсем нет времени. Я глянул на него с вопросом в глазах. - Пока я буду отсутствовать, находясь на приеме, вы должны приготовить все к сегодняшнему ритуалу. Одна из моих бровей дернулась вверх: он собирается проводить обряд прямо сегодня. Из чего состоит этот ритуал? Стало быть, именно сейчас я это и узнаю. - Вы должны раздобыть для меня лауданума и сухой травы, - то, что он говорил мне, напоминало содержание каких-то ведьмовских обрядов. Он же не заставит меня принести ему сушеную голову летучей мыши? Однако Том не продолжил речи. - Это все? - с удивлением спросил я. - Да, ведь основное мы с вами уже сделали. Я ожидал, что он улыбнется, но Ричардсон был серьезен. Он взял с полки какую-то большую книгу и вытащил из нее потрепанную карту. Он положил ее на стол, развернув, и взял кусочек угля. - Смотрите, - сказал он, тыча кусочком в точку, подписанную Бакс-Роуд. Он провел ровную линию до следующей точки - Хэндбери-стрит, оттуда - к Датфилдс-ярд, затем к Митр-Плэйс, к Филдгейт-стрит, а последней линией вернулся к точке изначальной. Я с удивлением обнаружил, что получился рисунок. Точнее, пентаграмма, представляющая собой звезду. - Так это все было сделано не просто ради того, чтобы полиции труднее было обнаружить местонахождение преступника.... - Разумеется. Том накинул плащ, надел цилиндр и быстрыми шагами направился к двери. Открыв ее, он на мгновение застыл, затем обернулся. - Мистер Тодд... - Да, сэр? - Будьте осторожны. И Том скрылся за дверью. К чему это он? Но я не смог более сосредоточить внимание на его словах, все мои мысли заполнила Джоанна. Сегодняшнее убийство было, в некотором смысле, особенным. Том сказал, что убить проститутку нужно будет в помещении - чтобы провести там обряд. Все необходимое он приказал взять с собой, что я безропотно и выполнил. Все мое естество переполняло нетерпение и предвкушаемая радость. Но я должен ждать, должен... Щелкнул замок. Я повернул голову. Том толкнул дверь внутрь, и она открылась. Он шагнул вперед, а я, привычно держа руку у правого кармана, проследовал за ним. В комнате было темно, поэтому я не сразу смог различить силуэт спящей на кровати девушки, а подле нее силуэт высокого мужчины - Тома. И ведь именно девушки. На вид ей было около двадцати пяти. Это самая молодая из жертв. Том провел рукой по рыжим волосам девушки и вздохнул. Он снял цилиндр и передал его мне. Я, в свою очередь, положил его на стул, что обнаружил рядом с собой. Том сев на кровать, склонился над девушкой; через несколько секунд на его лице появилась улыбка. Он поднес руки к шее девушки и с силой сдавил ее. От такого девушка в один момент проснулась и попыталась закричать, но у нее этого не вышло: из горла смог прорваться лишь сдавленный хрип. Девушка, закатив глаза к потолку, барахталась и пыталась ударить Тома, а тот был спокоен, словно удав. В конце концов ее движения становились все менее энергичными, а потом и вовсе прекратились. Девушка обмякла. - Прошу вас, - произнес Том, вставая с постели. Я, вытащив бритву из кармана и раскрыв ее, медленно зашагал вперед. Почему в этот раз он задушил ее? Однако, мой интерес к этому был не так велик, гораздо большим было мое желание завершить все это. Без промедления перерезав горло девушке, я, уже по усвоенной привычке, отдал бритву Тому. Том немного удивил меня тем, что не вспорол проститутке живот а коснулся лезвием лица и провел им по нему. Нанося новые раны, он напевал что-то себе под нос. Нет, это убийство не было таким, как другие. Том изрядно поиздевался над трупом. Он не только изуродовал все ее лицо, отрезав нос и содрав кожу почти до кости, но и отрезал ей груди, причем слева он старался более всего; вскоре я увидел в руке Тома сердце. Он улыбнулся безумной улыбкой и положил орган в котелок, попросив меня теперь добавить туда травы, лауданума и спирта. - Иначе оно не сгорит, - сказал он, хотя я ничего и не спрашивал. Пока я делал то, что он приказал мне, Ричардсон продолжил зверствовать над мертвым телом. Ноги и руки девушки в несколько мгновений превратились в кровавые куски. Да, я помогал Ловетт с обрубанием некоторых частей тела, но, во-первых, это были мужчины, во-вторых - мы не уродовали тела, а просто бросали их в мясорубку. Закончив с конечностями, Том приступил к привычному - потрошению. Вспоров проститутке брюхо, он извлек оттуда кишки, затем поиздевался над внутренними органами, некоторые из них он вытащил наружу. Наконец, удовлетворившись, Том вытер кровь со своего лица простыней, бросил ее на пол и подошел ко мне. Я удивился, как еще на меня не попала кровь, которая была везде: на полу, на стенах, на кровати и вещах подле нее. Лицо и руки Тома были в крови, а вот одежда - нет. Мастерски сработано. Том взял у меня из рук котелок, поднес к нему огниво. Содержимое моментально вспыхнуло. Повесив котелок на каминную решетку (как он еще не обжегся, пока держал его в руках?), Том, сложив руки, с улыбкой принялся наблюдать за ярко-горящим пламенем. А я смотрел на Тома. Я никогда не мог понять, что же у него на уме. - Это все? - спросил я, когда огонь погас. - Да, - Том, надев перчатки, взял котелок в руки и надел на голову свой цилиндр. - Пойдемте, сэр. Я, осторожно перешагивая кровавые лужи, забрал свою бритву, оставленную Томом на постели, и поторопился пойти за ним. Я хотел задать ему вопрос который интересовал меня вот уже почти три месяца: где моя дочь?