In nomine Patris

...У Эбберлайна встали дыбом волосы, когда он увидел труп проститутки Мэри Келли. Это месиво из кусков мяса и крови даже трудно было назвать трупом. Кровь была повсюду, но больше всего ее было именно у кровати, в которой, стало быть, и убили девушку. Однозначно, убийца - зверь. Разве человек в здравом уме и адекватном состоянии способен совершить такое? Он же просто-напросто искромсал ее... Эбберлайн глубоко вдохнул. Он подошел ближе к камину. Нет, ему не показалось. От камина действительно пахнет сгоревшим деревом, будто кто-то зажигал его ночью. Зачем убийце понадобилось разжигать камин? - Здравствуйте, сэр, - в комнату зашел констебль. - Здравствуйте, констебль, - поприветствовал его Эбберлайн. - Кто обнаружил труп? - А... Владелец дома. Он собирал квартплату. Когда он пришел к Келли, та не открывала. Он толкнул дверь, а та и открылась. Эбберлайн внимательно рассмотрел замок. - Дверь взломали, значит, он не был ее клиентом. - А это может нам как-то помочь? - спросил констебль. - Возможно. Возможно... - Вот, - Том передал мне листок с адресом. Я в буквальном смысле выхватил его из его рук. - Они уехали из Лондона? - спросил я сам себя. - Правильно сделали, - одобрил Том. Я не смог сдержать улыбки. Дело осталось за малым - просто отправиться в Шеффилд. - А откуда вы сами смогли узнать его? - спросил я. - Пусть это останется секретом, - Том улыбнулся. В самом деле, какая разница? Главное, что я, наконец, смогу отправиться к своей дочери... Я глубоко вздохнул. А что я скажу ей? Вот я, отец? Вернулся? Она ведь ничего не знает обо мне... Да и я о ней. Энтони. Возможно, он поймет и выслушает меня. А тогда и сможет понять Джоанна... Моя дорогая Джоанна... Внезапно я ощутил страх. Предчувствие чего-то плохого. Что-то заставило меня шагнуть в сторону, и я смог увидеть, как Том хватает руками пустой воздух. В его руках была моя собственная бритва, которую я положил на стол, как только Том написал адрес моей дочери. Некоторое время я не мог сообразить, что происходит, а потом все понял. Том улыбнулся. - А вы весьма проворны, мистер Тодд. - Почему вы хотите меня убить? - спросил я, не использовав ни "сэр", ни "мистер". Какая же жертва возымеет уважение к своему убийце? Том вновь усмехнулся. - Поразмыслите сами. Мне не нужны такие свидетели, как мой собственный сообщник. Я немного не понимал его. - Но чего вы добьетесь тем, что убьете меня? Том улыбнулся своей косой улыбкой. - Уберу важного свидетеля. А вину могут свалить на какого-нибудь брадобрея, - Том пошевелил бритвой. - Все вполне логично, мистер Тодд. Я пытался найти какой-нибудь выход. Что мне сделать? - Простите меня, сэр, - и Том набросился на меня с прытью взбесившейся собаки; мы с грохотом упали на пол. Я схватил его запястье своей рукой, чтобы он не мог даже коснуться лезвием моей шеи. Тоби и в подметки не годится человеку, который обладает посильными знаниями в анатомии. Том приложил большую силу и лезвие оказалось еще ближе к моей шее. Я напряг запястье и попытался придумать, как выбить бритву из его рук. Мое внимание привлекла ножка дубового стола, стоявшего около нас. Я пошевелил ногой, совершив отвлекающий маневр, ее тут же прижало к полу колено Тома. - Не пытайтесь вырваться, мистер Тодд. Том ухмыльнулся. Я собрал в правую руку как можно больше силы и резко отвел руку Тома вправо. Его запястье ударилось прямо об ножку стола, пальцы разжались, бритва упала на пол. Том попытался схватить ее, но я оказался проворней, однако Ричардсон тут же прижал меня к полу и захватил мою шею правой рукой, не давая мне возможности вдохнуть. В моих глазах потемнело от боли и нехватки воздуха, но я собрался с силами и попытался перевернуть Тома на спину. С первого раза ничего не вышло, но я попробовал во второй, и тут мне повезло. Пока Том опоминался, я быстро подошел к нему сзади, захватил левой рукой, а правой совершил резкое движение рукой по горлу. Кровь хлынула фонтаном, забрызгав рукава моей рубашки. Я встал, отчего мертвый Ричардсон свалился на пол. Вот больше и нет знаменитого Джека-потрошителя, и никто никогда не узнает, кем он был на самом деле. Я снял окровавленную рубашку и, предварительно отерев ею кровь с бритвы, бросил ее в горящий камин. Нужно заметать все следы, так он говорил? Закрыв бритву, я положил ее в правый карман. Ну вот и все, мой друг. Это кровь последней твоей жертвы. Будь спокоен теперь. Найдя в шкафу чистую рубашку, я надел ее на себя, накинул сверху плащ и направился на станцию. Джоанна, дорогая, скоро мы снова сможем быть вместе.