Синие паруса

Роб проснулась от того, что где-то что-то упало. Во рту у неё словно нагадили кошки, голова нещадно раскалывалась, будучи невероятно тяжелой, а во рту все пересохло. Она разлепила глаза, села… - С добрым утром. Девушка резко подскочила, внезапно осознав, что находится вовсе не у себя в каюте, и что каким-то загадочным образом, Колокольня очутился рядом с нею. - Что ты тут забыл? Где я? Она попыталась вспомнить, что было вчера, но последнее, что вспоминалось – задушевная беседа с Маргери. А дальше… а что было дальше? - Ты на «Черном Призраке», в моей каюте. - с затаенной улыбкой отозвался Грегори, не отрываясь от какой-то карты. «О нет…» - Ты что, похитил меня? У нас было… о господи… - Роб залилась краской, и рухнула обратно на подушку, закрыв лицо руками. - Я тебя не похищал. Ты сама ко мне пришла. - Что?... - Как самочувствие? – Грегори решает сжалиться над ней, и не вываливать на неё всю правду о её вчерашних похождениях. Пусть лучше оклемается сначала. - Отвратительно. – честно признается Роб, и зажмуривается, резко откидывая одеяло. И облегченно выдыхает, поняв, что её одежда по прежнему на ней. – У нас что, ничего не было? - Знаешь, как-то проблематично иметь что-то с девушкой, которая находится в состоянии алкогольного сна. Глубокого сна. Держи. Роб провожает глазами летящую в неё фляжку, и недовольно ворчит, когда прилетает ей четко в центр лба. — Пей! — Яд? — прохрипела Роб, отвинчивая крышку. — Яд, — не стал спорить Грегори. Алкоголь ведь убивает. Просто медленно. Она кивнула и сделала большой глоток, после чего закашлялась, а потом решительно присосалась к фляжке. — Эй, хорош травиться в одиночку, — возмутился, отбирая фляжку, Грегори, — это, в конце концов, невежливо! - А не пошел бы ты… - бурчит Роб, отмечая про себя то, что ей становится лучше. – Спасибо. Я пожалуй пойду… - Мне показалось, что вчера мы с тобой малость не договорили. - Считай, что это была не я. – она пытается открыть дверь, но безуспешно. – Выпусти меня отсюда! Сейчас же отложи свою карту в сторону, и выпусти меня! Не смей меня игнорировать! Я… я буду кричать! - Будешь. – флегматично отозвался Призрак, записывая что-то в судовой журнал. – Но позже. И вовсе не от того, что будешь хотеть отсюда уйти. От удивления Роб даже оставила попытки выломать дверь. - А от чего тогда? Ты что, пытать меня собираешься? - Хм… - он потянулся было за трубкой, но вспомнил, что она потерялась, и выругался. – Зачем так кардинально? Есть куда более интересные методы, чтобы доставить девушке удовольствие. Впрочем, об этом потом, ибо я хочу прояснить пару моментов. Так что сядь пока куда-нибудь, и не мешай мне делать расчеты. Потом договорим, и пойдешь. Если такое желание будет оставаться, конечно же. Роб недовольно фыркнула, но подчинилась, дав себе слово разобраться с ним позднее. А он, казалось, и забыл про неё, полностью погрузившись в какие-то вычисления. После часа ожидания Роб не выдержала. - Что ты там делаешь? - Думаю сделать на корабле кое-какие обновления… Сказал же – не мешай! Мне работы всего на полчаса осталось - А ничего, что меня моя команда ищет?! - Я не намерен уступать интересам своего судна только ради твоей команды. - Ты… - Эгоист, подонок, сволочь, перед обаянием которого не устоит ни одна девушка. – улыбнулся Грегори, вспомнив характеристику, которую когда-то дала ему одна из портовых девиц. Кажется, она была довольно таки милой… - Будь добра, передай мне книжку в синей обложке. Она у меня под подушкой. - От скромности ты явно не умрешь. И чтоб ты знал, мне ты совершенно безразличен. – Роб гордо вздернула нос к потолку. - Что, правда? А вчера ночью ты говорила совсем другое. Роб вздрагивает, отчаянно заливаясь краской. - То есть, у нас все-таки было… но почему?! Ты ведь не любишь девушек! - Да кто тебе такое сказал?! - Ты сам сказал! - Что?! - Показал! Ты меня домогался, когда думал, что я парень, не захотел жениться на девушке и сбежал, а значит – ты любишь парней, и не можешь любить девушек! Что ты бьешься головой о стол? Думаешь, меня так просто провести? С кем ты на меня поспорил? Для чего? Кончай смеяться, это… - на глаза невольно наворачиваются слезы - это подло! - Женщина, скажи мне, что за бред ты сейчас несешь? Какой спор? Какие мальчики? Я в тебя влюблен, идиотка! - Как ты можешь быть в меня влюблен, если я не парень? Конечно, я допускаю мысль того, что ты видишь во мне отражение парня, которым я была, но ведь я не он, понимаешь? Тебе стоит избавляться от этих иллюзий. Для своего же блага. - Ты издеваешься надо мной? - Я просто хочу понять! - Хорошо. – он медленно выдохнул, заставляя себя сесть назад и не делать глупостей. – Хорошо. Представь человека, который всегда стремился к полной независимости от кого либо. В семнадцать лет человек угоняет корабль, и плавает по морям, свободный как ветер, не обременяя себя никакими либо привязанностями, а с женщинами имея дело только в портовых притонах. Связи с мужчинами человеку полностью противны, и тут в его жизнь врывается мальчишка. Странный, дерзкий, наглый мальчишка, переиначивающий всю жизнь человека с ног на голову, и в какой-то момент, много-много времени спустя после знакомства, человек с ужасом понимает, что влюбился. До такой степени, что один раз даже не удержался и поцеловал объект влюбленности, хотя потом его очень долго после этого мутило от отвращения. А потом выяснилось, что все эти странности и нелогичности были от того, что объект оказался девушкой. Человеку это принесло огромное облегчение, и теперь единственная проблема – донести до тебя, идиотки, что ты меня действительно зацепила, сам не знаю чем. - То есть… - Роб изо всех сил пыталась осознать услышанное. – Тебе не нравятся парни? И… - краска резко отхлынула у неё с лица – Но тогда получается… что все это время тогда… и сегодня… ты говорил о том, что влюблен… в меня? - И она наконец-то меня услышала! - Но почему? Грегори почувствовал, как наполнившее его ликование куда-то ушло, уступив место недоумению. - Что почему? - Я ведь… ну, гувернантка часто причитала, что у меня нету ничего из того, что мужчин привлекает в женщинах. Ни роста, ни фигуры… а волосы я обрезала. - Зато у тебя есть уникальный дар выводить меня из душевного равновесия. Для начала этого достаточно. И кстати, дверь открыта. Тебе нужно просто нажать на ручку. - Да ладно? Роб попробовала. Дверь открылась. - Но нам с тобой предстоит решить капитальный по сути своей вопрос. - Я еще не готова выходить замуж. - Я и не зову тебя замуж. Но все равно, нам с тобой надо решить, что мы будем делать, потому что я не согласен оставлять свое судно ради тебя. И взять тебя на свое судно я тоже не готов, потому что если у нас с тобой закрутится роман, а он закрутится, если ты поплывешь со мной, то команда будет негодовать. Мне лишние проблемы не нужны. К тому же, у «Справедливости» должен быть капитан, тем более, что твой предшественник завещал её тебе. Постоянно ходить вместе – не вариант, учитывая, что там, где мой корабль преуспевает, твой недотягивает. И наоборот. - И что ты предлагаешь? Разойтись? - Не совсем. У меня есть одна мысль, но мне надо все как следует взвесить. Если задержишься в порту до вечера, я буду очень тебе признателен. А теперь будь добра, закрой пожалуйста дверь с той стороны. Мне нужно закончить расчеты. Роб кивнула, и сделала так, как ей сказали. На душе у неё было паршиво.