Роза Пустыни

Предсказуемо, в «подготовке должным образом» первым пунктом значилось посещение хаммама… Расслабленно вытянувшись на каменном столе парной, Гермиона размышляла о сложившейся ситуации. Ее волшебная палочка осталась на столе в палатке, мысли о побеге она отмела в тот момент, когда Мехмет сообщил ей, что она гостья в этом дворце, и, получается, по восточным законам ей вроде бы ничего не грозит. Ко всему, сбежав, она по тем же законам проявила бы неуважение к хозяину дома. Но устроенная Альфией и Мехметом проверка ее на девственность вызывала страшное негодование и не давала покоя. Гермиона понимала, что если за ней наблюдали, то, значит, была какая-та цель. А еще этот гарем… Связывая все это воедино, она приходила к одному единственному логическому заключению: скорее всего, ее присмотрели как потенциальную наложницу для «господина». Но становиться ей она, естественно, не желала. Да еще одной из многих. Она поймала себя на мысли, что, если на то пошло, ей хотелось бы, чтобы каждую ночь «господин» засыпал именно с ней… «Так – стоп! С каких пор он для тебя «господин»? Он всего лишь местный правитель. Я обязательно должна выбраться отсюда, - одернула Гермиона саму себя. – Я просто попрошу его выпустить меня. Сегодня же!» Гермиона напряглась: она всегда была наблюдательной и здравомыслящей, привыкла анализировать все и не могла не заметить, что ее собственное поведение и даже ход ее мыслей за эти два дня стали крайне переменчивы, что было совершенно на нее не похоже… Она чувствовала, как что-то важное все время ускользает от ее внимания, и именно сейчас она, наконец, смогла выхватить это «что-то». В груди вдруг поднялось теснящее волнение, а в голове сама собой родилась догадка: неужели ей подливают зелье умиротворения? Очень похоже, что именно его. Оно подавляет собственные реальные желания и волю, отодвигая их на задний план и принуждая человека сосуществовать с окружающим его миром в гармонии и во всем этом находить радость и покой для себя. А такие проблески в сознании как нельзя лучше подтверждают такое предположение... Потерявшись в круговороте собственных мыслей, Гермиона не сразу заметила вошедшую в парную Ферузу. Поймав ее злобный взгляд, Гермиона тут же догадалась, что та наверняка в курсе, кто приглашен на сегодняшний ужин, и что ей это решительно не нравится. А Ферузе это действительно было не по нраву. Ведь ужинать с господином будет не она, а новенькая, и это ее не просто огорчало, а неимоверно злило. Феруза любила господина, хотя и понимала, что он ее не полюбит, как не любит никого из прочих наложниц. Все они для утех, не для чувств. Она знала в какие дни к нему ходят другие девушки, но не чувствовала и сотой доли той злости и ревности, да именно ревности, что испытывала к этой новенькой сейчас. Феруза не хотела делиться. Тем более с ней. И тот факт, что новенькую принимали в качестве гостьи, выделив ей служанку и охранника, поселив в отдельном крыле и отдельной комнате – говорил о всей серьезности планов господина на эту самую «гостью». Ничего подобного за те три года, которые Феруза провела в гареме, еще не было. Таляль-Хан Хазлет Лери правил магическим Эр-Риядом неполных пять лет, и за это время было многое сделано для страны. Были налажены межгосударственные связи, отстроены и преобразованы школы для юных волшебников. И если раньше в них могли обучаться только дети из богатых семей, то сейчас такую возможность получили все желающие. Кроме того, теперь школа стала открыта для девушек, получивших разрешение на ее посещение от главы собственной семьи. Феруза родилась и выросла в обычной семье. А когда ее отец попытался открыть свое дело, но разорился, было решено продать Ферузу на рынке, где ее в тот же день и купил Касым-Паша, что, собственно, было неудивительно: девушка унаследовала от матери редкие здесь светлые волосы и притягательные ярко-зеленые глаза и обладала аппетитной типично восточной женской фигурой. Так Феруза стала частью гарема. Дворец нравился ей, и жизнь в нем ее вполне устраивала. Кроме того, он был полон магии, и все в нем буквально дышало ею. Феруза знала, что является волшебницей, только колдовать не могла, потому что ее этому не учили. Магия жила в ней, и Феруза ощущала ее и в себе, и вокруг, но направлять и владеть ей не могла. Сейчас, устроившись на соседнем столе хаммама, Феруза пыталась понять, что же за птица такая – эта новенькая, и что понадобится сделать, чтобы выжить ее из дворца. Однажды ей уже удалось избавиться от одной неприятной соперницы: та была беременна от господина, но срок был очень маленький, и сама девушка еще об этом даже не догадывалась, а вот Феруза узнала первой. Она просто увидела свечение в ауре девушки и подлила ей абортирующее зелье, купленное по ее просьбе служанкой. Вместо одной еще не полученной толком жизни, ее руками было отобрано две: та девушка умерла от кровопотери. Эти воспоминания отвлекли Ферузу, и она не заметила, как Гермиона тихо встала и выскользнула за дверь хаммама. А в это же время по коридору хозяйского крыла дворца к рабочему кабинету направлялись двое мужчин. Как только они вошли внутрь, двери кабинета сами закрылись за ними с глухим стуком. Два отточенных взмаха волшебной палочкой - и маскировочные чары пали, являя вошедшим их истинные лица: вместо правителя Таляль-Хана Хазлет Лери и его верного визиря Касым-Паши, посреди комнаты друг напротив друга стояли Лорд Люциус Абракас Малфой и его бессменный напарник Северус Тобиас Снейп. *** Когда пять лет назад Поттер победил Темного Лорда, весь магический мир Британии, не исключая Снейпа и Малфоя-старшего, вздохнул спокойно. Конечно, после этого долгожданного и принесшего облегчение окончания войны последовала волна разбирательств и многочисленных арестов, не обошедшая стороной и их двоих. Но, к всеобщему удивлению и как бы то ни казалось странным, за них заступился сам Мальчик-который-выжил. В Визенгамоте он дал показания, что и Люциус Малфой, и Северус Снейп служили Лорду вынужденно, каждый - в силу своих сложившихся обстоятельств. Малфой - из-за страха за своего сына Драко и боязни потерять еще и его, ведь Лорд убил Нарциссу только за то, что она, пытаясь уберечь сына, пожелала спрятать его, отослав во Францию, тем самым пойдя против воли хозяина. Снейп и вовсе был шпионом Ордена Феникса, и потому служение Лорду приобретало смысл просто необходимого фарса. Конечно, и Люциус, и Северус понимали, что, несмотря на оправдательный вердикт Визенгамота, в обществе достаточно людей, не понявших и не принявших такое решение суда. А значит, на спокойную жизнь рассчитывать было бы чрезвычайно наивно, по крайней мере, пока – точно. Поэтому они оба приняли решение – уехать из страны. На время или насовсем – тогда говорить было рано. Северус спешно покинул должность преподавателя и директора Хогвартса, а Люциус, не был бы самим собой, если бы не ухитрился в достаточно сжатые сроки наладить контакт с восточными магами, чтобы перебраться в Эр-Рияд для заключения нескольких обоюдовыгодных контрактов и работы по ним. Драко он отправил к родственникам во Францию, где тот, экстерном сдав ТРИТОН в министерстве, поступил на факультет магического права в Магическую Сарбону. Конечно, Люциус обеспокоился будущим Драко не только по вопросу образования и уже вскоре смог организовать помолвку сына с младшей дочерью Гринграссов - Асторией. Ее семья не была запятнана связями с Лордом, не входила в ряды Пожирателей, отличалась чистокровностью, и хотя уступала семье Малфоев в капиталовложениях и банковских счетах, Люциус счел такой союз крайне выгодным для Драко. Перебравшись в Эр-Рияд, Люциус по гостеприимному предложению Азиза-Хан Хазлет Лери - тогдашнего здешнего правителя, а заодно и своего делового партнера, расположился в его дворце. Здесь же поселился и Северус, представленный как помощник Люциуса. Такое соседство устраивало всех. Азиз ценил в Малфое важного инвестора, тот в свою очередь был вполне доволен тем, что ему предлагали. Но однажды случилось происшествие, перевернувшее все. Во время завтрака Азизу неожиданно стало плохо, вызванные колдомедики определили отравление, но никакие противоядия не помогли, и через сутки он умер. Злодея, отравившего правителя, поймали быстро. Им оказался его несостоявшийся партнер - Джангар-Эффенди. Именно ему отказал Азиз в заключении сделки в угоду деловым отношениям с Малфоем. Джангар-Эффенди сам пришел с повинной, каясь в том, что по ошибке не смог убить неверного и погубил правителя. Законы Востока суровы: в тот же день его казнили. В магическом контракте, подписанным Люциусом и Азизом был предусмотрен пункт, по которому в случае гибели одного из участников договора, другому переходит во владение все имущество. На нем настоял сам Азиз, не имевший наследников. Люциус, надежно оградивший все не участвующее в сделке капиталы, переписав их на Драко, не планировал в ближайшее время прощаться со своей жизнью, потому, немного поразмыслив, согласился на этот ход. Так и вышло, что он стал следующим, вернее настоящим правителем Эр-Рияда, а Северуса назначил своим главным визирем. До сих пор они шли рядом, безоговорочно доверяя друг другу, работали слаженно, практически не имея ни споров, ни расхождений во мнениях. Так было до сих пор, пока во дворце не очутилась Гермиона Грейнджер… *** - Умиротворяющее готово? – усаживаясь в глубокое мягкое кресло, спросил Люциус. - Я хоть раз подводил тебя? – в изумлении изогнув брови, сказал Северус и протянул тому наполненный бокал красного вина. – Скажи мне, какого докси тебе понадобилась именно Грейнджер? Неужели в Эр-Рияде мало богатых семей, готовых отдать тебе своих дочерей? А ты выбрал именно ее. - У нее хороший магический потенциал, она умна, молода и красива, - лениво покручивая принятый бокал в руке, ответил Люциус. - Уверен, с ней будет интересно проводить не только вечера, но и ночи, - ухмыльнувшись, отметил он. - Многие девушки в Эр-Рияде обладают магическим потенциалом, так же молоды и красивы, - не унимался Северус. - И, между прочим, служанка Ферузы донесла мне, что та готовит какую-то расправу для Грейнджер, - он выдержал паузу и продолжил: - Или ты забыл, как Феруза обошлась с Эсме? Не боишься повторения ситуации? - Северус, успокойся. Что ты дергаешься как пикси в брачный период? - по обыкновению невозмутимо проговорил Люциус. - Ты сам знаешь, что мне нужен наследник, который в будущем правил бы Эр-Риядом здесь – на месте. На расстоянии делать это невозможно, ты и сам это прекрасно понимаешь. Драко – птица другого полета. Он родился и вырос в Британии, и этот мир будет всегда чужим для него. Вспомни, как нам было непросто здесь осваиваться. Поэтому мне нужен приемник, рожденный и взращенный здесь - на этой земле, который бы с детства впитал эту культуру, традиции и нравы здешнего народа, только так он сможет впоследствии стать достойным правителем Эр-Рияда. - Тогда тем более правильным было бы выбрать в матери местную арабку, - вставил Северус. - Никогда, - все также спокойно ответил Люциус. - Малфои-арабы – это невидаль, невидалью и останется. Кроме того, у местных девиц магия заперта и они попросту не умеют ей пользоваться. Гермиона, - Люциус протянул ее имя, будто пробуя на вкус, - сможет подарить мне нужного наследника: во-первых, сильного волшебника, во-вторых, европейца по крови. Правда, придется применить всю свою хитрость. Очень важно, чтобы она полюбила меня и добровольно пришла ко мне сама. Его прервал стук в дверь, и в кабинет вошла служанка, объявив, что ужин подан и молодая гостья спустится к столу с минуты на минуту.