Операция "развод".

ДонХэ начинает ненавидеть утро из–за мелких монстров, за которыми они с ХекДже приглядывают: каждый новый день начинается с исполнения любимой песни в музыкальный микрофон, который воспроизводит писклявую мелодию, а близнецы наперебой горланят песни из мультфильмов. – Господи… – Хэ пытается спрятаться от отвратительного звука, зарывается лицом в плечо ХекДже, а чувствуя, как его накрывают одеялом, закрывая от «чудесного» исполнения мультяшных произведений, прижимается к бывшему мужу ещё крепче. Хек уже пытался спрятать злосчастный микрофон, убирал его в шкаф, под ванную, в стиральную машину, даже в багажник своей машины, но близнецы находят его и утром начинается всё заново. И сегодняшнее утро не становится исключением. ДонХэ, уверенный в том, что его племянники будущие звезды корейской поп–сцены, с трудом встает с постели и плетется вниз, потирая глаза. – Хэ! Хэ! А у нас хорошо получается? – кричат близнецы, а мужчина только кивает им, даже не понимая, о чём спрашивают дети. Начиная готовить, ДонХэ всё же просыпается, а выпивая чашку бодрящего кофе и вовсе «подзаряжается». ХекДже, который садится за стол, немного удивленно чувствует приятный запах еды: – Не понимаю, как ты столько времени врал мне о том, что не умеешь готовить? – принимая из рук бывшего мужа тарелку, ХекДже зовет детей завтракать - те сразу кидают микрофон на диван и мчатся к дядям. – Это было не сложно, учитывая, что ты всё время был на работе и не видел, как я порчу всё, что готовлю, – ДонХэ заканчивает варить кашу, а близнецы, устроившись на своих местах, начинают обсуждать какой–то мультфильм про космических рейнджеров. – Знаешь, а моя мама часто спрашивает о тебе, – ХекДже внимательно наблюдает за Хэ, а тот, повернув к нему голову, слегка хмурится. ДонХэ очень любит и уважает родителей возлюбленного, у них отличные отношения, никто не знает, как долго мама Хека уговаривала Хэ остаться с сыном, не уходить, но ДонХэ всё же не выдержал и ушел через некоторое время. – Мы иногда созваниваемся. Насколько я знаю, у них всё хорошо, – ХекДже удивленно приподнимает бровь, не веря своим ушам. Он с момента развода не слышал о ДонХэ и слова, а сейчас, оказывается, что его родители всё это время были с ним на связи? Да быть этого не может! – Они знали, где ты? – не понимает Хек. – Я искал тебя, но… – Я попросил не говорить о том, где я живу, – ДонХэ кусает губы, чувствуя неприятный озноб, а малыши, разглядывая старших, переглядываются. СонМи надувает щечки и, держа ложку в руках, спрашивает: – Дядя Хекки, а ты не знал, что дядя Хэ одно время у нас жил? И когда он встретил своего нового противного альфу, мы его первые увидели? – ХекДже качает головой. – Я искал дядю Хэ, но он спрятался от меня. Если честно, то и в голову не пришло искать тебя тут, – блондин начинает завтракать, задумавшись о своем. «Значит, мама не врала, сказав, что пыталась уговорить тебя побыть со мной ещё немного. Она просила потерпеть, думала, я замечу наши поганые отношения и возьмусь за ум. Мама, конечно, молодец, вот только я смотрел туда, куда не надо», – ХекДже с сожалением смотрит на бывшего супруга. Дети тянутся к нему, и только сейчас он понимает, что КюМин пытается накормить его кашей. – Нет, спасибо, родной, я не хочу. Я сегодня отвезу вас к дедушке с бабушкой, а мы с ДонХэ пойдем, поужинаем, – Хэ удивленно смотрит на блондина. Когда он дал согласие на вечернюю встречу? Он уже привык к наглости ХекДже, тот обычно не спрашивает, делает то, что захочет, и сейчас обычный ужин не является исключением. – Точнее… Ты ведь не откажешь мне? ДонХэ удивленно приподнимает бровь, думая, что Хек научился читать мысли, но кивнув в знак согласия, понимает, что Ли ХекДже самый настоящий ребенок, который готов подпрыгнуть от счастья, когда его любимый просто соглашается на ужин в их любимом ресторанчике. *** – Не был тут с нашего расставания, – разглядывая невероятно изменившееся заведение, ДонХэ благодарно кивает официанту, который пытается привлечь всё внимание ХекДже, как про себя подмечает омега – безуспешно. – Да, я тоже тут не был. Если честно, вообще пытался не посещать места, которые напоминали бы о тебе, – блондин кусает губы, прислушиваясь к приятным звукам живой музыки, доносящийся со спины. – Ты… А ты не думал, как мы будем дальше? С малышом, когда Кю и Мин вернутся… Я не смогу вас отпустить. – Пока я стараюсь не задумываться об этом, хотя, если честно, не представляю, как мы снова будем жить вместе… Практически сразу после нашего развода я приобрел квартиру и сейчас выплачиваю за нее деньги, не уверен, что мой босс будет в восторге от декретного отпуска, зная, что я один, без супруга, – ДонХэ немного хмурится, чувствуя лавину проблем, которая появится в его жизни совсем скоро. – Одному с малышом будет… Я пока не знаю, если честно. Пытаюсь не думать об этом. – Жить вместе можно в нашей квартире, Хэ. Ты и я, а после больницы я заберу вас и… В этот раз я буду решать все проблемы, тогда ты ухаживал за мной, носился вокруг, организовывал свадьбу, а в этот раз - позволь мне заняться всеми проблемами. Твоя квартира, переезд, работа, я всё сделаю, тебе и так сейчас тяжело. От тебя нужен только ответ: хочешь ли ты снова быть со мной. Да, тебе тяжело и мы с тобой… – ХекДже замолкает, когда официант ставит перед ними заказ, мило улыбаясь, отчего Хек тихо рычит: – Хватит глазки строить, иначе вызову администратора, – официант сразу нервно кивает и быстро уходит, решая, что такой агрессивный альфа ему не нужен. – Хэ, хотя бы ради малыша мы должны попробовать. Тем более мы всё ещё любим, и я и ты, – с надеждой говорит Хек и, откинувшись на спинку стула, с жадностью вдыхает запах своей омеги. Он только сейчас начинает чувствовать, что их двое, аромат Хэ стал чуть мягче, с добавлением какой–то сладости. – Хек, а как моя мама отреагировала на твоё появление? – блондин немного сконфуженно улыбается. – Знаешь, я почему–то думаю, что всё это недовольство было напускным. Твой отец хочет, чтобы мы были вместе, да и мама… Они злятся на меня из–за того, как мы начали встречаться, что моё поведение было… Малыш, я настоящий дурак, раз позволил тогда тебе почувствовать себя ненужным. Прости? – ДонХэ кусает губы, не зная, что сказать. Он думал, что ХекДже никогда не будет извиняться за столь болезненные для него моменты. – Я безумно рад, что ты всё же утащил меня под венец, только я был дураком, раз стремился построить карьеру, а не нашу семейную жизнь. Надо мной так ребята потом хохотали, когда узнали, что я даже не знаю, где ты живешь, какие фрукты любишь, и я не помнил даты твоего рождения… Мне до сих пор ужасно стыдно, – альфа виновато поджимает губы. – Идем, – ДонХэ встает из–за стола и, утягивая Хека в центр зала танцевать, чувствует, как его мужчина снова немного теряется – инициатива вновь в чужих руках. – Хэ… – младший только смеется, а оказавшись в крепких объятиях, примирительно чмокает бывшего мужа в щеку, обнимая его за шею. – Да ладно тебе, иногда я люблю покомандовать, – посмеиваясь, ДонХэ заглядывает в карие глаза и прикасается к едва заметному желтоватому разводу под глазом мужа – синяк, поставленный самолично Хэ, уже практически исчез. – Знаешь, я скучал по твоей наглой рожице. – Я тоже очень скучал, особенно когда понял, что мне было плевать на всех твоих альф, которые крутились рядом, на то, что у нас нет детей, и ты жутко готовил, я просто хотел обнимать тебя каждый вечер и чувствовать прилив счастья, – ХекДже немного хмурится: – Для меня было ударом поддых, что ты развелся со мной. А я, идиот, пытался задеть за живое, удерживал тебя разделом имущества, надеялся на что–то, – блондин целует возлюбленного в лоб и зарывается носом в его темные волосы. ДонХэ прикрывает глаза от удовольствия и, дыша любимым запахом, с трудом понимает, что у него звонит телефон. Ответив на звонок, он и ХекДже чуть не глохнут от вопля КюХена: – Вы знаете что?! Нет?! Не знаете?! Так я вам скажу! Я снова стал папой! В третий раз! Мой любимый СонМин подарил мне девочку!