Операция "развод".

– Ну, ты же альфа! – Да ты что, какое невероятное открытие! – язвит ХекДже, глядя на друга. Ким Енун недовольно качает головой. Ну, и на кой черт Хек спрашивает его, что делать, если сам огрызается на каждое слово? – Я вообще молчать буду, – угрожающе предупреждает шатен и усаживается напротив друга, который быстро читает документы: – Что ты решил делать с ДонХэ сейчас? – Думаю забрать его обратно в нашу квартиру. СонМин и КюХен вернулись раньше времени, чего я совершенно не ожидал, и мы снова живем отдельно друг от друга… – Ты оставил своего беременного омегу одного? – угрожающе тихо спрашивает Енун, недовольно морщась. – Они очень беззащитны в этот момент и есть извращенцы–альфы, которые как раз охотятся на таких омежек, не дай Бог начнется течка… – Мой Хэ не твой Чонсу, он у меня с характером, ты бы видел нашу течку в прошлый раз, пришлось выламывать дверь, чтобы добраться до него, – Хек откидывает документы на стол. – Я в отпуске, но чтобы не сойти с ума, я сижу тут и занимаюсь всякой ересью, – кивнув на документы, альфа с надеждой смотрит на мобильный телефон. Может, ДонХэ всё же позвонит ему? Когда Хек пытается прорвать глухую оборону возлюбленного, тот не отвечает ни на один звонок. – Просто так приехать и забрать его… Боюсь, это не мой вариант, – признается мужчина, складывая руки на груди. – Езжай к нему и сиди под дверью! Знаешь, мой Чонсу постоянно ругался со всеми во время беременности, а СонМин драться лез, а что может учинить твой Хэ… – Енун разводит руками, в ужасе вспоминая, как его любимый постоянно цапался с соседями из–за какой–то ерунды. – Люблю его, а сделать ничего не могу. Когда Кю вернулся, он словно время назад запустил, мы собирали вещи и, казалось, что только вчера встретились у подъездных ворот, – ХекДже снова набирает номер любимого, но теперь телефон вовсе отключен. – Да чтоб тебя! – набирая домашний номер, Хек пару минут слушает гудки, а когда ему отвечают, подпрыгивает на месте: – Хэ, родной? – М? Хек? Привет, ты чего так рано? – взглянув на часы, альфа удивленно приподнимает бровь – первый час дня. – Рано? Ты всегда был жаворонком, малыш, а сейчас уже середина дня, так что доброе утро и извини, что разбудил, – прижимая трубку к уху плечом, блондин быстро начинает закидывать документы в дипломат. – Родной, а что у тебя с телефоном, почему ты не берешь трубку? Или мы снова играем в прятки? – Я потерял его на пробежке в парке, – от этой фразы у ХекДже чуть телефон в кружку с кофе не ныряет. Возмущенно глядя на Енуна, словно тот в чем–то виноват, альфа восклицает на весь кабинет: – Ты что, бегаешь по утрам беременный?! – Почему по утрам? Я вечером, только меня хватает минуты на три. Представляешь? Вот раньше я мог… – Я сейчас приеду к тебе, – предупреждает ХекДже, скидывая все ненужные вещи в верхний ящик стола. – Не надо, Хек, у меня скоро течка начнется… – тихо бормочет омега, вспоминая, что было в прошлом месяце. Он ещё не хочет признаваться, что хочет к своему альфе и ждет его приезда, но в таком положении… ДонХэ просто не знает, как отреагирует его тело на присутствие любовника в непосредственной близости. – Ну, и замечательно, думаю, малыш будет не против присутствия папы, – воодушевленно заявляет альфа, уже представляя, что его может ждать в ближайшие несколько дней. Выпихивая Енуна из кабинета, ХекДже пытается узнать у любимого, что ему нужно привезти, но услышав весь список, хватает у мимопроходящего сотрудника бумагу и ручку, записывая все пожелания беременного омеги. – Хорошо, понял, уже еду, – убирая телефон в карман пиджака, Хек удивленно смотрит на друга: – Знаешь, если Чонсу скандалил, а Мин дрался, то мой Хэ почему–то бегает по вечерам… – А я тебя предупреждал, что с твоим ДонХэ нужен глаз да глаз, – эта фраза звучит из уст Енуна в формате «я же тебе говорил», на что блондин фыркает, показывая всё своё недовольство. Да, друг прав, за беременными омегами нужно постоянно присматривать, а то не дай Бог, Хэ ещё в марафоне участвовать начнет… *** Несколько месяцев смеха, споров, невероятного терпения ДонХэ, и в итоге Ли ХекДже всё же сделал ремонт в детской! Омега снова заглядывает в комнату, внимательно осматривает её, а найдя Хека у стеллажа с мягкими игрушками, улыбается: Хек будет замечательным папой, ведь лучше большого ребенка малыша никто не поймет. А его бывший муж ничем не отличается от маленьких мальчиков, которые сидят в песочнице, чего стоит только детская комната, которая больше напоминает джунгли. Обои с яркими жирафами и добродушными львами, кресло в виде бегемота, маленькая кроватка, увешанная обезьянками, два больших ярких попугая на люстре и, конечно, большая панда–стеллаж, в котором уже поселились с десяток разных игрушек. Сейчас альфа заканчивает последние приготовления, хотя он не знает, кто у него будет: сын или дочка, но мужчина решил не заморачиваться на столь незначительном вопросе, и просто купил всё и для всех. Теперь ДонХэ уверен: что у них столько одежды для малышей, что можно одеть весь детский сад, а из ассортимента игрушек получился бы неплохой супермаркет. – Ну, красота! – гордый собой, Хек осматривает комнату, а заметив омегу в дверях, зовет его к себе. – Тебе нравится? – Я в детстве и не мечтал о такой необычной комнате, но мне нравится, ты молодец, – заметив несколько книг для начинающих родителей, ДонХэ старается не засмеяться в голос. Сейчас его альфа разительно отличается от того мужчины, за которого он вышел замуж. Получив несколько теплых поцелуев, Хэ крутит в руках мобильный телефон, не зная, как сказать супругу о том, что его ждут на какой–то важный прием, на котором соберутся все его коллеги и друзья. ДонХэ уже догадывается, что ХекДже будет уговаривать пойти с ним, а этого он боится больше всего. После развода он не общался с общими друзьями, хотя, если сказать честно, то они просто думают, что омега бросил своего альфу ради любовника. – Хек… В высшем обществе очень много людей, которые обожают сплетничать и выворачивать все факты наизнанку… – начиная издалека, омега садится в кресло–бегемота, а ХекДже, не понимая, к чему клонит возлюбленный, ставит книжки на полку, поправляя плюшевого медведя. – Да, есть такое, некоторые стервозные омеги обожают перемалывать кости своим коллегам, их супругам, но я не понимаю, к чему ты это клонишь, – блондин садится на пушистый ковер в ногах любимого. – Ты уже получил приглашение на этот званный вечер, да? – Так ты знал? – качая головой, ДонХэ кидает телефонную трубку на подлокотник. – Я не хочу туда идти, тем более, что я с животом, а половина твоих дружков с супругами будут и… – И мне плевать на них, мы с тобой будем самой красивой парой. Тем более ты носишь нашего малыша, и я хочу поделиться со всеми своей радостью! Да, они будут сплетничать, говорить кучу всякой ерунды, но наши с тобой знакомые будут очень рады увидеть тебя с животиком, да и вообще увидеть нас вдвоем. Знаешь, многие очень скучали по тебе, – ХекДже кладет подбородок на колени любимого и мягко улыбается. – Поэтому я очень хочу с тобой сходить на этот прием, чтобы заткнуть рты тем, кто будет вякать и порадовать тех, кто соскучился по твоей очаровательной мордашке. – Значит, всё же надо идти, – надув щеки, Хэ тяжело выдыхает, уже представляя неприятную перспективу времяпрепровождения. – Всё будет хорошо, это наш первый совместный выход в свет, они все увидят, что мы вместе, а когда поймут, что ты с нашим малышом… – Половина будет думать, что я нагулял его на стороне, – уже зная, как многие омеги обожают сплетничать и делать непонятные выводы черт знает из чего, ДонХэ кладет ладонь на живот. – Не хочу, чтобы о нашем малыше судачили подобное. – Они всё равно будут сплетничать, но лучше пусть начнут сейчас, чем нежели потом сразу узнают о том, что мы стали родителями, – ХекДже берет омегу за руку и, чувствуя, как тот вздрагивает и немного смущенно улыбается, целует его ладошку. – Только вот они будут спрашивать о нашем статусе… Женаты ли мы вновь или нет… – Мы с тобой сейчас встречаемся, а о свадьбе говорить рано, не хочу, чтобы это было как в прошлый раз, – ДонХэ наклоняется и, поцеловав Хека в щеку, поднимается со своего места. – Мы опять хотим кушать, а это ещё один повод не идти на этот жуткий вечер, дорогой: я ем как слон, перемалываю еду как мясорубка и, причем, неважно, какую именно! – А мне нравится, что ты набрал пару килограммов, теперь не похож на скелета, и твой животик стал ещё симпатичней, – посмеиваясь, ХекДже видит смущенную улыбку, а про себя думает, что они, и вправду, сейчас не походят на супружескую пару. Просто два влюбленных парня, которые ждут малыша, и на удивление ему это безумно нравится. *** – А тут красивенько! – СонМи забегает в детскую и, затащив за собой брата, показывает ему стеллаж–панду. – О… Какой симпатичненький! – малыш сразу решает, что ему необходимо покорить эту неприступную вершину и, взобравшись на кресло–бегемота, кивает близнецу. Тот, подпихивая его под попу, помогает вскарабкаться сразу на третью полку. – Так, сейчас я кому–то… – СонМин не успевает закончить, как близнецы тут же прекращают шкодить и мчатся к папе, который держит на руках их сестренку. – Кю, положи малышку пока и глянь за этими шалапаями, – дети хихикают и, усевшись к папе на колени, сразу озадачивают его вопросом: – А когда у нас будет ещё братик или сестренка? Когда дядя Хэ снова будет худеньким? Нам долго ещё ждать? – ХекДже тихо смеется, зная, что Чо уже не может отвечать на эти вопросы: близнецы так рады, что их семья разрастается, что задают подобные вопросы по двадцать раз на дню. – Уже немножко осталось, а вообще спросите об этом дядю ХекДже, мы к ним в гости приехали, вот его и мучайте! – близнецы сразу мчатся к дяде, а обняв его за ноги, задают совершенно другой вопрос, очаровательно улыбаясь: – Дядя Хекки… А когда вы поженитесь опять? Мы хотим на свадьбе побывать. Мама сказал, что там красиво очень, и что на каждой свадьбе есть большой–большой тортик! А ещё там можно есть шоколадки и конфеты сколько захочешь! – воодушевленно заявляет КюМин, пытаясь показать размеры торта руками. – Да, кстати, отличный вопрос: когда ты снова сделаешь моему брату предложение? – КюХен незаметно улыбается, делая глоток кофе. Ещё перед выездом сюда он дал своим мальчишкам точные указания, какие вопросы задавать и что именно нужно делать. Они уже проверили спальню ДонХэ и ХекДже, тихо сказав СонМину, что кровать у них большая и мягкая, а теперь приступили к следующей фазе: выяснение даты следующего торжества. – Как СонМин вообще позволяет тебе детей воспитывать? – поражаясь тому, как ловко КюХен создал себе маленьких дьяволят–помощников, Хек накрывает на стол, всё так же облепленный детьми. – Как? Вообще–то, я их отец, – посмеиваясь, Кю кивает мальчишкам, и те, усевшись на стулья, получают от папы по конфете. За качественно выполненную работу. – Я пока не знаю, когда мы поженимся. ДонХэ пока не торопится, да и мне очень комфортно на этой стадии отношений. Я люблю его, а это главное, – на кухню заходит Хэ и СонМин, причем последний сразу понимает, что муж уже что–то придумал и они с близнецами успели проверить нервы ХекДже на прочность. – Как прошел прием? – интересуется Мин, садясь рядом с КюХеном, заметив, что ДонХэ немного покраснел, он смотрит Хека: – Что–то не так? Или вы неприлично вели себя? – Чо посмеивается, видя возмущенного ХекДже и смущенного брата. – Да ладно вам, нашли что скрывать. – Всё прошло как нельзя лучше, ну, если не считать то, что я съел практически весь шведский стол, – признается омега, а близнецы сразу двигают к нему тарелку с тортом и несколько чашек чая. – Кушай, мы тебе своё отдаем, а то наш братик… – Сестренка! – возмущается СонМи. – Братик! – хмурится КюМин, и взрослые чуть не глохнут от крика близнецов, которые уже пытаются стукнуть друг друга, пытаясь доказать, кто у них скоро появится. – Мальчики, мы ещё сами с дядей ХекДже не знаем, кто родится, поэтому давайте не будем ругаться и столько торта я не съем, – отдав детям их порции, Хэ слышит, как его альфа тихо смеется, прикрыв рот ладонью: – Что ты ржешь? – Это тебе три куска торта не съесть? – скептично приподняв бровь, Хек пододвигает близнецов ближе к столу и получает от любимого подзатыльник. – Ладно, ладно, я пошутил!