Top Gear

      Новый день начался с совершенно не похожего на себя Хидана. Будто взяли и подменили этого умалишенного на нормального человека. Ни издёвок теперь, ни «уёбков». - Привет, Шикамару! – Да он же бедного Шикамару по имени назвал. По имени, чтоб его. И улыбчивый такой, сука, прям светится. Нара своего сообразительного ума не приложит, где Хидан, и что этот его добрый близнец с ним сделал. Ребята тоже заметили, спросили: « А че происходит-то?», на что брюнет пожал плечами. Вообще-то он тут почти ждал зажиманий по углам и «я тебя трахну, уёбок». Ан нет, получай, Шикамару, радужного няшу. Докапывается к тому же, мол, друган, зацени, тут тормозные колодки в труху, хаха. Конечно, друзья же, лет сто как. И так до вечера. А почему – неизвестно. В голове у Шикамару роились несколько догадок, но он решил подождать. Как делал всегда в непонятных ситуациях, которых, к слову, для его мозга нашлось всего две. Политика и Хидан. Единственного, чего он не понимал в политике, так это решений государственных деятелей по делам страны и их отношения к народу. Да, впрочем, не так важно. Важнее то, что Хидан сегодня был куда непонятней политиков. Традиционная вечеринка после рабочего дня закончилась рано. После шоу парни поболтали с пару часов и разбрелись по домам. Не все, конечно. Хидан, например… да и Нара тоже. Не иначе сама Вселенная с таким совпадение постаралась. Шикамару-то всегда уходил позже всех, поэтому Асума давно вверил ему ключи от мастерской. Сегодня он остался возиться с электрикой в той же многострадальной «Тойоте». Не хозяева на ней ездят, а звери. Хидан остался, потому что: «Ребят, на той Хонде тормоза стерлись, срочно заменить надо. Срочно. Прямо сейчас этим займусь» И занимается упорно. Старательно развалился на диване, лениво переключая каналы. - Йо, друг, – как бы невзначай, будто только сейчас вспоминает о существовании Шикамару. – Не хочешь до парковки прогуляться? Покажу кое-что. Нара ржет. Мысленно. Более предсказуемого человека, чем Хидан, сложно найти. - Почему бы и нет. До парковки идти недолго, и, очевидно, в молчании. Парковка огромная, вся заставлена машинами на любой вкус и цвет. Хидан ведет по лабиринту куда-то вглубь. Либо насиловать привел, либо убивать. А может и то, и то. Хотя на улице еще светло, пока не до темных дел. - Смотри – указывает на шикарнейший Мустанг Шелби, годов шестидесятых. Темно-серый с двумя красными полосками на кузове. И странным знаком на капоте. У Хидана на шее кулон с этим же символом, вера, говорит, и все такое. – Моя крошка, только недавно починил. Шикамару его не слушает, Шикамару пожирает авто глазами. Обходит вокруг, ведя рукой. Тачка не просто хороша, она чертовски хороша. Раритет. А Нара обожает старинные авто. Да у него даже пара плакатов дома висит, а увидеть вживую такое – поистине чудо. - Приехал на ней сегодня, – продолжает блондин, – хотел сначала тебе показать, а потом ребятам. - Потрясающая… Ты где её достал то?- глаза засветились, заблестели, от былого равнодушия ни следа, вот он, искренний интерес. Хидан невольно заулыбался, никогда ведь не видел такого выражения лица у Шикамару. - От деда досталась. Пылилась в гараже, пока я за нее не взялся. – Открывает капот, поясняя, - переделал всё, что можно, она теперь и топлива жрет меньше и мощности побольше… - Шестьдесят седьмого года, да? - Ага. -Охренеть. – Вынес вердикт Нара. Оба замолчали. Хидан стоит, взгляд опустил, чуть ножкой не шаркает, волнуется, наверное, спросить что-то хочет. Ну чем не школьник. -Шикамару, ты…- решается наконец.- …ты не хочешь со мной поехать куда-нибудь на ней? Ааа…Так вот в чем дело… Нара то думал… Мог только догадываться, но теперь уверен. Да эта школота влюбилась же по самые уши. Значит, не просто физическая тяга, он что-то чувствует к Шикамару, вон как разволновался. Если бы…если бы это был не Хидан, то тогда еще можно было подумать, что нихрена это не влюбленность. Но это вот он. Простой и непонятный, вроде взрослый суровый мужик, а чувства выражает как малолетка. Так значит вот к чему сегодняшнее поведение. Хидан просто боялся. Боялся, что его отвергнут, что Шикамару опять будет его игнорировать. За щечки бы тебя потрепать, сука, да лепестками сакуры осыпать, просто треснуть от умиления, какой лучистый пирожок, стоит тут, растерялся. - А за руль пустишь? - Без проблем, – улыбнулся, просиял. Шикамару мог только молить богов, чтобы блондин не всегда вел себя так. Все-таки он не на такого Хидана запал, а на психованного и непредсказуемого. Но хочется подойти и обнять. Поэтому Нара просто подошел и обнял, уткнувшись носом в шею. Блондин опять теряется, даже, кажется, слышно, как его суставы рук скрипят, пытается в ответ обнять, значит. Он, определенно, вызывает у Шикамару чувства, доселе незнакомые. Нара не умеет влюбляться, умный же. У него есть обостренное чувство товарищества, за друга, если что, и жизнь отдать не жалко, а вот любовь его сердцу не доступна. Наверное. Даже в детстве он говорил: «Я никогда не женюсь». Ну, теперь он и вправду никогда не женится. Слишком «по-гейски», как сказал бы Хидан. Да Шикамару спрашивать и не собирался, потому что действительно по-гейски и потому что не смирился еще с тем, что он теперь с парнем. Этот полоумный же не отвяжется, натура такая. Но Наре нравится, вообще-то. Другой он не видел – Хидан пока еще в одежде. Но даже так видно, что натура что надо.