Телешоу

После прогулки наступило утро, но от этого действия Хен Чжуна не стали для меня понятнее. А значит ни фига оно не мудренее, чем вечер. Внутри все кипело. Я была растеряна и расстроена, то ли от обиды, то ли от неудовлетворенного желания, так неосмотрительно разбуженного соседом. Я же не железная, а он симпатичный парень и целуется так, что захватило дух. Потому гормоны несмотря на мое неприятие ситуации бушевали всю ночь. Подкидывая мне сладострастные картины завершения вечера, если бы отношения, как и обстоятельства между нами были иными. И все эти романтические дорамы, будь они неладны, что забили мне голову всякой ерундой. Он же мне даже не нравится. Внутренний голос хмыкнул о том, что я вру себе. С рычанием я накрыла голову подушкой. Недовольная уже собой и своей реакцией на происходящее. Ну подумаешь поцеловала. Фан сервис, наверное. Все для шоу. А так завелась, словно впервые поцеловалась. Странным было, что каким - то образом вчерашняя прогулка перевернула вектора. Сбив мне настройки и перестроив на романический лад. Я же сама подсознательно романтизировала вчерашний день. И несмотря на это не могла даже мысли допустить, что певец ко мне с романтикой. Неет. Не может быть. Так с заинтересовавшей тебя девушкой себя не ведут. Внутренний голос продолжал хмыкать. Я перевернулась и теперь уже устроилась на подушку сверху, а не под. Недовольный взгляд буравил потолок. В голове мельтешили мысли и догадки, за которые я не могла уцепиться. Эмоции перетягивали канаты моих нервов то к одному полюсу, то к другому. Но я смогла взять себя в руки и поклявшись выбросить всякие глупости из головы, решила посмотреть на то, как будет себя вести артист. А для этого нужно было выйти из комнаты и привести себя в порядок. С чем не переметнули возникнуть проблемы. Поврежденная нога отозвалась ноющей болью, как икры и бедра, за вчерашние прогулки они были мне совсем не благодарны. Каждое движение отзывалось болью в натруженных мышцах, но такое уже бывало, а значит можно было и перетерпеть, прихрамывая я направилась проводить утренние ритуалы. В гостиной тихо шелестел телевизор, а значит Хен Чжун уже проснулся. Горячая вода расслабила ноющие мышцы и единственным последствием вчерашних гуляний осталась только хромота и неловкая злость. Ко вчерашнему поцелую было принято решение отнестись философски, вообще философски - это то, как я отношусь к этому человеку и его действиям, о какой романтике между нами может быть речь, если я всерьез периодически сдерживаю себя, чтобы его не убить или не нанести увечий. Поскольку время приближалось к обеду, а мной сегодня был пройден марафон сна, то привычным кофе было не обойтись. Не здороваясь, похромала к кухне, несмотря на всю философию разговаривать с артистом желания не было. В животе ощущался легкий дискомфорт и свалив его на голод я залила кипятком быстро растворимую овсянку и долго гремела шкафчиками и ящичками, но свою любимую кружку найти не могла, пока из гостиной не раздался задумчивый голос певца. - Она здесь. Как там, неужели убрать забыла?! И так как на соседушкину сознательность рассчитывать не приходится, пошла забирать ее из гостиной. Только зря, блин. Кружка стояла на столике наполненная горячим напитком. Опять! Решив сразу не замалчивать ситуацию: - Что это значит, Чжун? – в секунду закипев прорычала я. Подавляя в себе желание опрокинуть ему ее на голову. Снова-здорово. И хорошо, что подавила. Не отрывая голову от каких-то своих записей, певец поднес ко рту другую кружку, заполненную горячим напитком, поднял недоуменный взгляд на меня, перевел на мою кружку и сказал. - Привычка. – И невозмутимо продолжил заниматься своими делами. Рина, ты превращаешься в истеричку, ведь и на самом деле за две недели, что я передвигалась на костылях и после пока разрабатывала ногу, именно певец занимался завтраками, обедами и ужинами, а также перекусами и кофе. Шарик злости сдулся, но подозрительность осталась. Я вернулась в кухню за овсянкой. И устроившись напротив певца в кресла демонстративно, не позволяя себе забыть о вчерашнем обеде, прищурившись с ехидством спросила. - Признавайся, ты в нее плюнул? – и выжидательно уставилась на соседа. Он не отреагировал и тогда потянувшись я пнула его по ноге под столиком. Он поднял взгляд, выразительно посмотрев на меня отпил из моей кружки. И протянул мне. -Как - будто если ты в нее плюнул, то не стал бы из нее пить, но хотя бы версию со слабительным отметаем. - И я потянулась за собственной кружкой в руках артиста. Ухватившись задела его пальцы и в книге бы это описали, как электричество, что проскочила между нами, но меня и в самом деле стукнуло током. -Ой, - резко отдернула руку, проливая при этом кофе на стол и певца.-Током бьешься. – обвинительно оправдалась я. Мол сам виноват. Ставя кружку на стол, сосед недовольно посмотрел на меня, блин, похоже кофе попал и на его записи тоже. Отложив блокнот в сторону, он встал и отправился в свою комнату переодеваться. Было неловко но это не удержало меня от любопытства и не заглянуть в блокнот и посмотреть, чем же он был так занят пока я спала, на чем и была поймана с поличным. Что особенно досадно я совершенно ничего не успела разобрать, но зато своими глазами увидела, что непоправимого ущерба записям не нанесла. -Прости, я хотела проверит ущерб, - практически не соврала я. Вернула в протянутую певцом руку блокнот и отправилась на кухню за ветошью, чтобы протереть стол. Когда вернулась застала недовольного артиста, просматривающего свои записи. - Хочешь, я по сушу. – испытывая необъяснимое чувство вины спросила у Чжуна, он только отрицательно дернул головой. И я проступила к овсянке. За собственной неуклюжестью и вспышкой злости я отвлеклась от мыслей о вчерашнем поцелуе. К счастью. Певец тоже делал вид, что ничего не было и меня в комнате не было тоже. Но у него такое бывало, особенно, когда он с этим блокнотом сидел. Иногда я наблюдала за ним, вместо привычного чтения или ответов на скопившиеся смс от друзей и знакомых. Мне было интересно знать, о чем он думал, замирая и беззвучно постукивая по ближайшей поверхности пальцами. Что означали те символы, что он писал или чертил. Но, чтобы спросить об этом мы были недостаточно близки. Мы уже несколько недель прожили вместе, но нисколько не подружились, и оставались, по сути, совсем чужими. К нам регулярно приходили ведущие и мы играли в настольные игры, давали интервью, выполняли задания. И почти не общались, если только артист не вредничал, а я не злилась на него. Вчерашнюю прогулку можно назвать прогрессом нашего общения, потому, мне и непонятен его поцелуй. Я не стану об этом больше думать. Иначе снова что-нибудь испорчу. -Я придумал желание. - Раздалось задумчивое от певца. Я почти забыла об этом, так давно казалось была та игра. -Какое? - погасив волне обоснованную подозрительность нейтрально спросила я. -До конца шоу посуд моешь ты. – вставая с дивана сказал Чжун. И отправился к себе. -Оу, ну ладно, - уже в спину согласилась я - но не слишком ли долго? – решила уточнить, осознавая масштабы исполнения. А в ответ тишина. Ну еще бы, он же все сказал. Я закатила глаза. Пообщались. Мне кажется, если бы не мои неудачи, то сама идея шоу провалилась и его должны были уже закрыть. Но рейтинги были на высоте, видимо из-за популярности певца, а потому пытка продолжалась. Сегодня нас ожидало интервью, в котором артиста попросили рассказать над чем он работал в последнее время. А вечером после интервью мне стало плохо. Мы как раз доедали приготовленные совместно жаренные куриные крылышки я в кисло-сладком соусе, певец сам сделал себе соус по острее. Когда мой поджуживающий с утра желудок пронзила острая режущая боль. Так, что я согнулась, обмазывая соусом скатерть на столе одной рукой пытаясь схватится за его край, другую с силой прижимаю к беспокоящему сильной болью месту. Кажется, на глаза снова выступили слезы. Хен Чжун сначала замер, а потом потянулся в карман за телефон, он даже не спросил, что со мной просто набрал скорую помощь вызвал к нам в шоу. Внутри все горело огнем и резало и боль уже разливалась по всему животу. Я бросила край стола и согнувшись уже обе руки прижимала к нему. Скатилась со стула и поджав колени к груди раскачивалась от боли. Сил встать не было. Но я обратила внимание, что певец не выглядел растерянным. Скорее собранным и сосредоточенным, только разве ж по нему поймешь. Отложив телефон на стол, он подошел и взял меня на руки. Отмахнуться не удалось, разрешением он тоже не озаботился и перенес на диван, где я, глотая невыплаканные слезы тут же свернулась клубком. Закончив транспортировку, он хотел сделать, что - то еще, но я не дала, схватив соседа за руку, попросила: -Не уходи. Больно было ужасно, и мне одинаково хотелось остаться одной, и чтобы кто-то был рядом. Чжун видимо вняв моему красноречивому виду сел рядом не отдергивая руки. Меня начало тошнить. Первый рвотный позыв удалось сдержать, и я несмотря на боль стала порываться встать. Не позволив мне это сделать ХенЧужун встал и быстро принес мне какое-то ведро. Где он только его нарыл. На обычное уборочное оно похоже не было. И все время до приезда скорой пока меня рвало, артист поддерживал мне волосы. Господи, как пережить этот очередной кошмар. Билась в голове мысль. И другая уже смешливая, все как в дораме, после этого я просто обязана на нем жениться и никак иначе. Когда в квартиру вошли врачи я была мокрая как мышь и выжатая как лимон. Вид у меня был еще тот. О чем - то расспросив певца, нам предложили проследовать в госпиталь. Мне поставили укол, но все равно до машины артист меня практически тащил на себе. Такая была слабость. Он поехал со мной. И всю дорогу я не отпускала его ладонь, а он продолжал поддерживать при необходимости мои волосы. Мы расстались в госпитале, когда меня увезли на обследование.