Чёрная роза

Однообразные дни тянулись медленно. Глухое спокойствие, царящее в пустынных степях, пугало ничуть не меньше мёртвой звенящей в ушах тишины. Чувство опасности, так хорошо известное эльфу, с новой и новой пламенной силой вспыхивало в его сознании. Что-то назревало. Но нельзя сказать наверняка, что именно. В столь неизвестном, “слепом” пути невозможно предугадать и следующего мгновения. Но только ли этим были заняты беспокойные мысли принца? Невыносимо прекрасный образ зеленоглазой девы не давал покоя ему. Язвительно отшучивающаяся от его замечаний днём и с грустной нежностью улыбающаяся в его истинно светлых ночных видениях, Она походила на розу, манящую чудесным видом и ароматом. Глуп же тот, кто, позабыв об острых ядовитых шипах, слепо срывает смертельно красивый цветок. Редкий удалец сможет вдохнуть сладостный аромат неприступной розы, неважно, в предсмертной ли то агонии или же в безумной, упоительной радости. В невольной усмешке изогнулись губы. «Что же Вы делаете со мною, леди?» Он мог бы сказать, что не слышал тихих, похожих на шелест опадающей листвы в осеннем лесу шагов. Но это оказалось бы ложью. Холодное лезвие меча коснулось горла Леголаса, заставив эльфа замереть. - Негоже спать на посту, мой принц, - насмешливо произнесла стоящая сзади, - Враг может напасть в любую минуту. Девушка неторопливо обошла юношу вокруг, одарив его издевающимся взглядом бездонно-зелёных, искрящихся азартом глаз. Дрогнули уголки алых губ, сдерживая хитрую улыбку. Остриё меча упёрлось в грудь принца. Невероятно спокоен, даже сейчас, когда она без труда может убить его… - Миледи, не время для глупых игр, - твёрдо отчеканил эльф, пряча в глубине глаз озорной огонёк. - О, право, Леголас, не будьте таким занудой! - фыркнула девушка, удобнее перехватывая Altagil, - Это разминка или тренировка, но никак не "глупая игра"! - И не давая юноше возразить, сделала резкий выпад мечом. С лязгом встретились два эльфийских клинка, осыпая "поле боя" золотистыми искрами. Иронично хмыкнула, отпрыгивая в сторону, Итильвэн, едва сдерживая ликующий возглас. Лихолесец не считал её достойной противницей, что немало ударяло по её самолюбию. Но Эру, как он не прав! Догадывался ли эльф во что ввязался? Вестимо, нет. Его ошибка. Ультэ не умела проигрывать. И в воинском мастерстве её превосходил разве что Боромир. Хотя, были и другие. Отец, да любимый учитель. Учитель, друг, товарищ и просто, её Даэрон… Давно пали в бою два милых её сердцу воина, давно упокоила земля их бренные останки, но как ясны их образы в измученной памяти. Энтэль качнула головой, отгоняя череду страшных воспоминаний. - Итильвэн, Вам нездоровится? Вы очень бледны, - обеспокоенно проговорил Леголас. С немалым удивлением он заметил, как вздрогнула тоненькая фигурка девушки от его слов, но тут же гордо поднялась голова и изящным движением распрямились хрупкие плечи. - Не стоит беспокоиться, мой принц! Я великолепно себя чувствую, - постаралась говорить более непринуждённо Ультэ. - Тогда, я думаю, Вы позволите мне отлучиться к нашим спутникам. Я уверен, им не помешает помощь. Полупоклон и недавний собеседник эльфийки уже пропадает из виду, скрываясь за ближайшей скалой. Энтэль обессилено прислонилась к каменной стене, чувствуя предательскую слабость. ************ Злость смертоносной волной накрыла мужчину. Каким же он был олухом, позволяя Итильвэн отправиться с ним в этот опасный поход. В его правах было запретить ей безрассудно рисковать собой, настоять на том, чтобы она осталась в Раздоле или же вернулась с советниками в Гондор. Эльберет и все Валар, но возможно ли спорить со столь упрямой девицей?! Не привыкла она повиноваться, да и король у неё лишь один. Однако, как быстро она поверила в эту вздорную чепуху! Безродный странник, дунадан и вдруг - король! Никто и не знал о его существовании до этого злосчастного Совета. И она не узнала бы, если бы не лихолесец… Сердце, овеянное ревностью, ударило в грудную клетку. Острый взгляд впился в сидящего неподалёку эльфа, с противной улыбкой объясняющего что-то хоббитам. Ещё секунда и ярость неизбежно поглотила бы гондорца, вконец забывающего о рыцарской сдержанности. - Господа, - до боли знакомый приятный голос дурманно врезался в слух Боромира, - Я думаю, ваши споры здесь неуместны. К чему решать наш дальнейший путь мордорским наречием и криками? Враги найдут нас, где бы мы ни были. Так зачем же точить сердца злобой друг на друга? Наш путь, куда бы мы ни отправились, не может быть безопасным, ибо таких путей ныне не существует. Бровь Боромира удивлённо поползла вверх. Про что она? Ответ пришёл мгновенно. Мужчина так увлёкся собственными мыслями, что не услышал пусть даже сдержанных возгласов горячо спорящих Хранителей. Недовольные ворчания гнома оборвались на полуслове, но гордый потомок Глоина явно не собирался так просто уступать. - Энтэль права, - с нескрываемой досадой молвил Гендальф, непосредственно участвующий в споре, - Не к часу мы погорячились. Проходы на юг под пристальным надзором Сарумана, ни одно живое существо не проскочит незамеченным мимо его соглядатаев. Что же дело до Мории, друг мой Гимли, я не рискнул бы пойти через эти копи, не будь даже иного выхода. И одна у нас дорога остаётся - идти через горы. ************ Снег, подгоняемый сильными порывами ветра, царапал лицо, забивался под ворот рубахи, в капюшон и сапоги. Итильвэн зябко поёжилась. Не любил Карадрас гостей. Обрушивая на головы редких, но оттого не менее несчастных путников сильнейшие метели и многие другие напасти, он каждому уготовил страшную погибель. Эльфы не зря, ещё до появления в Средиземье adanov, прозвали эти горы “Кровожадными”. За все свои прожитые века Ультэ наслушалась множество баек от воинов Гондора и Рохана, о чудном Карадрасе и потерянных душах, скитающихся в вечной мерзлоте. Будучи совсем юной, эльфийка с жадностью, впитывала в себя эти истории, запоминая каждое предложение, каждое слово. Разгорячённый жаждой знаний разум создавал самые невероятные пугающие картины в голове, также тесно пересекающиеся и с рассказами отца. - Не стоит печалиться о прошлом. - Лэймари, - глухо произнесла Ультэ. Из всех Хранителей ведьма была единственной, с кем Энтэль попросту не желала общаться. Странностей любимице Гендальфа было не занимать, как, в общем, и могущества. - Зачем же вновь оплакивать давно оплаканных? – не обратив внимания на тон Энтэль, продолжила Лэймари, - Что–то уходит, а что–то приходит, таков мир. Невозможно воскресить мёртвого, зато можно дать жизнь новому существу. Ограждая себя стеной, скрывающей ото всех, не унимаешь боли, наросшей, подобно коре дерева, за годы пленения в незримой темнице, напротив, делаешь её невыносимой. - Не надо лезть ко мне в душу, - сквозь стиснутые зубы прошипела эльфийка. Зачем она говорит ей это? Пытается помочь, задевая кровоточащую рану? Пусть она катится к Морготу со своей помощью! Колдунья с сожалением посмотрела на Итильвэн. Ярость неясным огоньком разгоралась внутри Энтэль, подчиняя себе гондорскую воительницу. Для неё не была секретом неприязнь эльфийки. Итильвэн не доверяла ей. Так Лэймари и не нуждалась в дружбе с надменной девчонкой! Только невыносимо было порой смотреть на сокрытые терзания Ультэ. - Я не во зло тебе сказала всё это, Энтэль. Не серчай на меня. Эльфийка молчала. Довольно разговоров на сегодня. А ведьма догадлива. Лихо раскрыла все секреты души. Вскрик заставил Итильвэн сорваться с места и броситься бежать за ушедшими далеко за навесы скал Хранителями. Смутное предчувствие обуревало её. - Боромир, отдай Кольцо! – нахмурившись, потребовал Фродо. Ультэ недвижимо замерла, не доходя до гондорца несколько шагов. Безумный, лишённый смысла серый взгляд, с непонятным восхищением уставленный на Кольцо Всевластия. - Столько крови, столько страданий… и всё из–за такой мелочи… из–за кольца, - разобрала Энтэль безумный шёпот. - Мой господин, - тихо позвала мужчину эльфийка, - Сопротивляйся. Не давай Тьме завладеть тобой, - девушка с ужасом наблюдала, как рука Арагорна легла на эфес меча, а Леголас крепче сжал лук, - Боромир! Прошу, сопротивляйся! Не по тебе сила Кольца! Никому, кроме Тёмного Властелина, не обуздать Его! Мужчина обернулся. Серые, снежные глаза, как и прежде. - Забирай, ни к чему Оно мне, - протягивая Кольцо Фродо, сказал Боромир. Нет веры в пустые слова, коими он боле пытался убедить себя, нежели Братство. Поддавшийся однажды не сможешь и вновь устоять пред соблазном, ибо добровольно надел на себя кандалы Тьмы. «Сомнения, страх, отчаяние. Она подавляет волю, диктует свои правила. Смерть движется за вами, не отставая, наступая на пяты. Скоро не останется надежды, и тогда Она поглотит Тебя!» ************ - Мой сеньор. - Говори. - Они собрали Братство Кольца. - Довольно предсказуемый ход. Саурон желает получить назад свою безделушку, не взяв во внимание маленького хоббита, не считая его опасным противником. В последнее тысячелетие я начинаю подумывать, что некромант лишился рассудка, охотясь, подобно голодающему волку, за Кольцом, прозванным Всевластным. Ужас, оно вселяет лживый ужас в сердца жалких людишек. Эльфы бессильны пред столь устрашающей магией. Гномам неважна жизнь поверх земли и происходящие на ней, их интересуют лишь пещеры. Но кто бы мог подумать! Кольцо, Кольцо, порабощающее любого, решился уничтожить невысоклик! Тот, о ком доселе и не слыхивал мир! А что же касается моей маленькой игрушки, ожидания не оказались напрасными? - Нет, мой сеньор. - Глупцы. Они и не догадываются, что унесли из Последней Обители куда более могущественный артефакт, нежели Сауроновское Кольцо. Никто не помешает теперь, когда Она почти у меня в руках. - Господин, он один из Хранителей. - Тем хуже для него. О, сколько же я дожидался расплаты с ним! И наконец, время пришло. Смерть покажется ему непозволительной роскошью, ибо он не умрёт до того момента, пока не преклонится предо мной на колени, умоляя о скончание мук. Давно забытая боль вспомнится, старый долг вернётся кровавой расплатой. С войны дано вернуться далеко не каждому.