"Ты никогда не сможешь..."

Татьяна Алексеевна наблюдала за тем, как ее дочь в бессознательном состоянии погружали в машину. Вот уже второй раз за такой короткий промежуток времени, она видит такую картину. У нее не осталось сил даже плакать и, если бы ни друзья Вики, то она бы не смогла со всем этим справиться. Когда ей подсунули документы на отказ от лечения, она даже не понимала, что подписывает. Ей только оставалось слепо верить Максиму и его отчиму. Больше ни одного шанса на спасение дочери у нее нет. К Татьяне Алексеевне молча подошел Максим. Она всегда считала его не самым лучшим другом для своей дочери и никогда не доверяла ему. Сейчас она была готова поменять свое мнение. Он искренне переживал за ее дочь и всеми силами пытался помочь. Макс стоял рядом с Татьяной Алексеевной и смотрел как Вику погружают в машину. Он понимал состояние мамы Вики и молился, чтобы все быстрее закончилось. Он надеялся, что люди Князя смогут разобраться с состоянием Вики. -Максим, - позвала его Татьяна Алексеевна. -Да? - тихо произнес Морозов. -Что произошло в школе? Все скрывают от меня правду, а когда я задаю этот вопрос, все отворачиваются от меня. Максим не знал, что сказать. Он понимал, что если он скажет правду Татьяне Алексеевне, то навлечет на них еще большую беду. -Все было нормально, ничего из того, что не происходит в обычных школах. Любовь, дружба, ссоры - все, как у всех, - нагло врал Морозов. -Любовь? И кого же выбрала моя дочь? - поинтересовалась Викина мама. "Того, кого не стоило выбирать" про себя подумал Максим. -Она выбрала информатику, - усмехнулся Максим, - Вы же знаете любимое занятие своей дочери. На свете нет мужчины, который затмит эту ее любовь. -Я вот думала, когда вы прекратите из меня идиотку делать? - спокойно спросила Татьяна Алексеевна, - Информатика, да. И школа сама спокойствие. Наверное, именно поэтому в прошлом году погиб один ваш друг. Максим, я обязана знать правду. Моя дочь умирает. Сегодня ночью у нее остановилось сердце, а ты говоришь мне о том, что она все два года информатикой занималась. Максим опешил. Он не думал, что Вика рассказала своей маме о том, что Тема погиб. Теперь все его слова будут выглядеть простой отговоркой. Конечно, помимо правды. -Я не думаю, что могу говорить что-то, пока Вика не будет чувствовать себя лучше, - Максим замолчал на секунду, - Там было много всего. И вспоминать это… Образовалась неловкая пауза. Татьяна Алексеевна была рада, что хоть кто-то из друзей Вики решил рассказать ей правду, пусть и немного позже. Она готова ждать. Может быть, если она узнает, что было в Логосе, она лучше сможет понимать свою дочь. -Я понимаю, Максим. Спасибо, - она легонько сжала ладонь Макса. *** «Твои друзья думают, что могут помочь тебе». Друзья. Вика сейчас больше всего хотела увидеть своих друзей. Даша обняла бы ее, и Вике сразу стало бы спокойнее. Шутник Рома обязательно рассмешил бы всех. Все было бы хорошо, если бы не ее состояние. Они окончили школу, и должны быть счастливы оттого, что избавились от всех этих проблем, что теперь наступает совершенно другая взрослая жизнь. «Ты станешь последней». Вика молилась, чтобы голос дал ей отдохнуть. Она больше не могла слушать о том, что скоро она умрет. Некоторое время назад голос сменил тактику и решил все чаще упоминать в своих словах ее друзей, маму, любимых людей. А потом, когда она уже практически была уверена, что ее друзья спасут ее, он говорил ей, что она будет последней. Он запрограммировано сводил к нулю все ее надежды. -Дайте мне голос, - безмолвно умоляла Вика. «Зачем?» -Я хочу слышать свой голос, чтобы не сойти с ума. Я все равно скоро умру, разрешите мне хоть это. «Нет». -Я ненавижу, ненавижу вас. «Никто и не просил тебя любить меня. Ты все равно скоро умрешь». Вика закрыла глаза. Главное успокоится. Она смирилась со смертью. Она сможет принять ее. *** Илья стоял за спиной врачей, которые смотрели на датчики. Вот уже тридцать минут он не может добиться от них ни одного вразумительного ответа. Он не хотел подставить Максима и ответить ему той же неизвестностью, которой его мучили в городской больнице. Илья очень надеялся на Вику, только она может помочь Максу принять новую реальность. Она должна помочь ему войти в жизнь, где нет богатого папы, где есть простая жизнь и простые земные проблемы, с которыми надо бороться своими силами. Он вспомнил, как вчера Маша умоляла его помочь, как она переживала за судьбу этой девушки. Он не мог подставить и ее. Один из врачей повернулся к Илье. Странное выражение лица и тяжелый вздох не сказали Илье ни о чем хорошем. -Ее надо срочно разбудить, - Илья вопросительно посмотрел на врача, - у нее такая мозговая активность, что потом она просто может сойти с ума. -Так в чем проблема? Вы не можете ее разбудить? Врач отрицательно покачал головой, - Мы не можем вывести ее из сна, потому что ей вкололи слишком большую дозу бензодиазепина. По нашим подсчетам она проснется сама в течение двух часов, но мы не уверены, что ей в данном случае будет зачем просыпаться. -Что вы имеете в виду? – испуганно спросил Илья. -Для ее состояния два часа во сне – это просто катастрофический срок. На данный момент ее состояние крайне тяжелое. Не в физическом, а только в психическом. Ах, да, - врач на мгновение задумался говорить или нет, - у нее появляются раны, - Илья вопросительно поднял бровь, - Сначала раны были только на руке, на запястье – как от веревки, а потом проявились раны на ногах – тоже как от веревки. -Что вы думаете? -Я повидал на этом свете многое, ты сам знаешь, но это… Главное, сейчас вывести ее из сна, а там будем думать. Но больше всего я склоняюсь к тому, что Максим прав, и это программирование. Теорию 25 кадра изучал? То же самое, только с отрицательным эффектом. -Если я не ошибаюсь, так программировали в спецслужбах? – уточнил Илья. Врач кивнул и оба задумались о том, что случаев исправления подобного эффекта программирования им известно не было. Врач положил руку на плечо Ильи, - Крепитесь. И Максу скажи, что его информатор попал в точку. -Да уж информатор, что надо, - саркастично отметил Илья. *** Максим снова кружил по стадиону. Илья не взял его с собой в лабораторию и он не знал, куда деть себя от беспокойства. Он бросил курить и, поэтому сейчас все свободное время проводил именно здесь, выгоняя свои отрицательные мысли физической нагрузкой. Он предпочитал не разговаривать с ребятами и предупредил, что звонить ему стоит только в экстренных ситуациях. Он не хотел, конечно, терять их дружбу, но видеть сейчас их по парам было для него не просто ударом – постоянно смотря на их сплетенные руки, на грустные взгляды, он думал о своей неполноценности, а потом тут же вспоминал Вику. Почему Вику, он и не понимал. Все переживания по поводу ее здоровья, привели его к тому, что он начал задумываться о своем отношении к Виктории. Он не мог говорить точно, что это, но прекрасно понимал, что не простит себе ее смерть. Никогда. Прибежав домой, он не застал там Ильи. Маша сидела на диване и молча смотрела в пустоту. Максим, привыкший видеть только положительные эмоции на лице Маши, искренне удивился. -Маш, привет. Что-то случилось? – он сел в кресло напротив. Она повернула голову в его сторону и отрицательно покачала головой. – Ты кушать будешь? -Мам, какой куша… - Максим остановился. Он первый раз назвал ее мамой, и это получилось спонтанно. Маша, опешив от его слов, посмотрела в его глаза. -Я, - Макс не знал, что сказать. -Ничего страшного, Максим, если тебе не хочется, ты можешь дальше звать меня по имени. Это ничего, - грустно сказала Мария. -Да нет, не в этом дело. Просто непривычно. У меня столько времени был только отец и не было мамы, а сейчас, - Макс посмотрел в окно, - Илья не звонил? -Он позвонил. Никаких положительных сдвигов пока нет. Максим сжал кулаки. Он так надеялся на Илью. -Он не сказал, где они? -Максим, я не думаю…- Машу прервал телефонный звонок, - Да, родной. Маша долго слушала Илью, а потом просто попрощалась с ним. Максим ничего не понимал, и это его уже начинало доставать. -Ну, что там? – нервно спросил он. -Они разбудили ее. Максим, это ужасно. -Да что там случилось? Мам, не молчи, - Морозов был уже рядом и схватил Машу за плечи. -Она, кажется, умирает. Максим отпустил ее и посмотрел в сторону. На его лице застала гримаса страха и гнева одновременно. Он так надеялся. -Где они? – потребовал Макс. -Максим… -Я спросил, где они? -Ты не поможешь, понимаешь? – пыталась докричаться до сына Маша. -Мне плевать. Ты ни черта не понимаешь, я должен быть рядом с ней. Она умирает, черт, мам, - Максим снова опустился в кресло, - Мам, почему она? -Сын, - она опустилась около него на колени, -никто в этом не виноват. -Виноват. И я знаю, кто. Но почему она? Почему? Потому что она любила меня? Всем, кто любит меня суждено страдать, да? – Макс был на грани отчаяния. -Максим, тебе надо успокоиться, - она погладила его по волосам, - Прийти в себя. Вам с ребятами сейчас надо быть сильными. -Ага, с ребятами. Мам, скажи мне адрес. Я прошу тебя. Маша раздумывала несколько секунд. Она не может не помочь своему сыну, тем более в такой ситуации. -Территория Института Педиатрии, - обреченно произнесла Мария, - Максим, только прошу, не натвори глупостей. Максим поднялся с кресла и накинул ветровку, которую незадолго до этого успел снять. -Мам, мы натворили за свою жизнь столько глупостей. Спустя несколько секунд хлопнула дверь квартиры. Маша, до сих пор сидевшая у кресла, облокотилась на него спиной. Господи, как она хотела чтобы этот кошмар быстрее закончился, чтобы ее сын снова был счастливым молодым человеком, а не мужчиной у которого за спиной столько ужасных дней. Она просила, чтобы Вика осталась жива и подарила ее сыну счастье. Ведь, они оба заслуживают быть счастливыми.