Заклятые друзья

      - Со мной все будет хорошо, Мито-сама! - прокричала Кикути и закрыла седзе.       Как только сияющая мордашка Мито скрылась за седзе, Кохэку не удержалась и радостно подпрыгнула. Счастье переполняло ее, казалось, что она захлебнется им. Скоро, совсем скоро она выйдет замуж, а через девять месяцев у нее будет полноценная семья. Мама, папа и ребенок! Кохэку пошла по коридору, стараясь не побежать, счастье, что переполняло ее должно выплеснуться куда-нибудь. Больше всего хотелось оказаться на улице и закричать, кричать об этом событии, чтоб все в Деревне Скрытого Водоворота знали о ее радости! Но забывать о работе не стоит, поэтому Кохэку пошла в сторону кухни, по пути встретив Сетоши-сама, она проводила его встревоженным взглядом. Надо ли предупредить Мито-сама? Такой вопрос возник в черноволосой голове женщины, но вспомнив о ком идет речь Кикути перестала тревожиться. Мито-сама найдет выход, уж она-то знает насколько ее госпожа изворотлива и иногда хитра. В какие-то моменты Кохэку кажется, что госпожа похожа на лисенка, лисенка с умными черными глазами. Кохэку это сравнение показалось забавным, воображение тут же нарисовало лисичку с огненно-красной шерстью, черными глазками и задиристым характером.       - Берегись!       Не успела Кохэку повернуться на крик, как была сбита с ног. Сверху на нее упал ворох тканей и кое-что потяжелее, минуту женщина пыталась выбраться из шелкового плена и, возможно, не выбралась, если бы ей не помогли.       - Простите, пожалуйста, простите - тараторил нежданный спаситель. - А Кохэку-семпай это Вы.       - Фух, Амаи! Куда ты так несешься?! - спросила женщина, оглядывая стоящую перед ней дочку ее подруги.       "Каштановолосое недоразумение" так прозвали девушку, в шутку, слуги, за ее неловкость и нелепый вид. Тенгу Амаи милое создание, добродушная и наивная. Она сразу же завоевала расположение всех слуг особняка Узумаки, работать в доме главы Тенгу стала около трех месяцев назад. На первых порах девушка рвалась исполнять все приказы господ, но после первой же неудачи ее пыл немного поутих. Как оказалось Амаи почти не готова к роли слуги, неудержимое рвение к работе в ее случае выходило в минус. Поэтому Кохэку взяла над ней шефство, обучая основам служения клану Узумаки, к счастью, Тенгу все схватывала на лету. А старание, с которыми она выполняла данные ей поручения не могли не отметить, правда девушке все еще не давали заданий по сложней. Ей еще многому учиться, хотя бы тому, что нельзя бегать по коридорам.       - Скоро приедут гости! Сенджу Буцума и его сын! - с готовностью ответила Тенгу. - С самого утра подготовка идет, Вы разве не знаете, Кохэку-семпай?       - Конечно знаю, - сказала Кикути, отводя взгляд, ей утром как-то не до гостей было. - Знаешь, если будешь так носится, то и гостя сбить можешь, - строго произнесла она.       - В-вы так думаете?! - испугано пролепетала Амаи, собирая ткань и оглядываясь, в поисках гостей, которые притаились за углом и ждут, чтоб какие-нибудь Тенгу Амаи в них врезались.       - Глупенькая, - рассмеялась Кикути, - не воспринимай все так серьезно.       - Хорошо! - крикнула девушка, после чего смущенно добавила. - Можно мне идти?       - Иди, - разрешила женщина.       Кохэку хотела сказать что-то еще, но Тенгу уже след простыл. Пожав плечами, Кохэку возобновила свой маршрут. Найти кухню не составит труда, хотя бы потому что из нее всегда пахнет чем-то вкусным. Запахи всегда разнообразные и очень сильные, наверно, это из-за того, что в блюда почти всегда добавляют много специй. А специи в семье Узумаки очень любят, что взрослые, что дети.       - Кохэку! Где ты ходишь?       Не успела женщина переступить порог кухни как на нее накинулись сидящие там служанки. В миг Кикути оказалась в плотном кольце из толкающихся тел.       - Что? Что она сказала? Она разозлилась? Сильно? Что теперь будешь делать? - вопросы посыпались на Кохэку.       - Она согласилась! - прокричала женщина, радость, переполнявшая ее, наконец-то, выплеснулась. Ее крик подхватили и другие служанки, она кричали и прыгали, обнимали Кохэку и целовали, без конца осыпая поздравлениями. Когда же находившемся там поварам это надоело, они выпроводили шумных женщин из кухни. В коридоре же все служанки разбежались по особняку, желая по скорее передать радостную весть, напоследок еще раз, на этот раз вместе, обняв невесту.       - Собери по-больше мяты, гвоздики и герани, и по мелочи, сама знаешь, - давал ценные указания Кикути лекарь.       - Хорошо.       Женщина, подхватив корзинку, отправилась к выходу для слуг. Там получив сотню поздравлений, выбралась из особняка и направилась в центр деревни. Жизнь в Узушиогакуре кипела, как чайник на огне, везде слышались крики, зазывавшие купить то шелка, то сладостей, то книг, где-то пахло мясом. Дети стояли возле прилавков с игрушками, что постарше засматривались на оружие шиноби, девочки крутились около магазинчика с платьями. Недалеко женщина спорила с продавцом о свежести рыбы, возле них же другой продавец кричал о фруктах. Мужчины перетаскивали вещи и ящики, иногда перекрикиваясь между собой. Центр всегда был и будет шумным местом во всей деревне, Кохэку проскользнула в проулок и оказалась в месте, которое называли "Кузнечной улицей". На этой улице жили и работали лишь кузнецы, повсюду слышался звон железа и виднелись всполохи огня. Кикути направилась к закуточку, что находился напротив проулка, из которого она вышла.       - Хотару, - позвала она, - Хотару!       Звон еще какое-то время продолжался, но потом стих. Из закутка вышел мужчина, он возвышался над Кохэку, коротко остриженные черные волосы, сильные руки сжимали полотенце, которым он вытирал смуглое лицо. Увидев девушку, мужчина улыбнулся и сказал:       - Что ты здесь делаешь, Кохэку?       - Она согласилась! Слышишь? - женщина будто не услышала вопроса, вместо этого она кинулась на шею мужчины, чуть не сбив с ног. Хотару же схватив Кикути за талию, закружился вокруг своей оси, смеясь. Кохэку смотрела на него сверху вниз и по ее лицу текли слезы, катились по щекам, падая на лицо жениха.       - Чего ты плачешь? - спросил кузнец, когда опустил девушку на землю. Он протянул руки к ее лицу, вытирая слезы, но стало только хуже, руки у мужчины оказалась не очень чистые, из-за чего грязь и влага смешались и запачкали лицо женщины. На это Кохэку только рассмеялась.       - Просто я счастлива! - сказала она, улыбнувшись и кладя свою руку на его, сильнее прижимая к щеке.       - Отец! Мама! - закричал Хотару, - Вы все! Разделите же с нами наше счастье!       Из закутков стали показываться люди, они хохотали, кричали и поздравляли молодоженов, женщины и мужчины обнимали Кохэку и Хотару. Мать и отец Хотару расцеловали сына и будущую невестку, оба улыбались сквозь слезы. Еще никогда на "Кузнечной улице" не было так оживлено, казалось еще чуть-чуть и здесь станет еще шумней чем в центре. Но кому до этого есть дело, сейчас все жители этой улицы радуются вместе с двумя людьми, счастье которых неописуемо!

***

      - Сетоши-сама и Ваш отец не смогут присоединиться к вам, но просили передать, что не задержатся, поэтому просили их немного подождать.       Сказав это, Нанами-сан вышла из комнаты, тихо закрыв седзе. Она тут же направилась прямиком в сад, где, как ей сказали, находится Сетоши-сама и гость. Идти было не далеко, просто пройти до конца коридора, свернув налево и еще раз до конца коридора. Там Киоджи отворила седзе и увидела чинно прохаживавшихся по саду господ.       - Буцума, ты ужасный упрямец, - произнес Узумаки, смотря на мужчину. - Я ведь уже сказал, что не собираюсь принимать во всем этом участия.       - О, прекратите ломать комедию, играть в чертовых нейтралов! - сказал Буцума, оглядываясь вокруг. - Я прекрасно знаю, что вы помогаете Учихам! Это, позвольте сказать, уже не какой не нейтралитет!       - Я тебя поправлю, мы помогаем как клану Учиха, так и клану Сенджу. При чем, хочу заметить, мы оказываем только медицинскую помощь, и только тяжело раненым бойцам. - Оба мужчины дошли до пруда, на поверхности которого плавали лилии. - Вы завели просто ужасную привычку устраивать свои стычки на нейтральной территории, а мне, откровенно говоря, весьма не приятно находить на землях моего клана бездыханные тела с гербом Учиха и Сенджу.       - Именно поэтому я предлагаю Вам сотрудничество, чтобы вы не тратили времени и сил на, так сказать, "зачистку". - произнес Буцума, глядя на пруд, где то и дело появлялся и исчезал водоворот.       - О, поверь мне, я лучше буду тратить время и силы на "зачистку", чем позволю моим людям гибнуть, наравне с твоими. - жестко ответил Сетоши, поджав губы. - Это только твоя война, Буцума. И прошу тебя, прекрати ее, заключи мир с кланом Учиха...       Закончить Узумаки не смог, так как был перебит злым смехом собеседника.       - Ты слышишь, что говоришь?! - воскликнул Буцума, сверкнув глазами. - Мир?! Мир! Не бывать этому, заключить мир с теми, кто лишил жизни твоих сыновей?! С теми, кто готов всадить нож в спину в любой момент! С теми, кто равняет тебя с навозными жуками! Ахах-ха-ха, ты выжил из ума, старик?!       - Выжил из ума здесь только ты, - холодно проронил Сетоши, в его глазах сквозило разочарование, - ты, как твой отец. Ослепленный яростью и жаждой мести, тебя ждет такая же судьба как и Дайкоку, но прежде ты погубишь свой клан. - и совсем тихо добавил - Все это случится, если не найдется тот, кто сможет открыть вам глаза.       - Старики и правда забавны, - ответил Сенджу, он не услышал последние слова Узумаки - но вернемся к цели моего прибытия. Значит отказ?       - Значит.       - Что ж, я с самого начала не надеялся на положительный ответ, - усмехнулся мужчина, рассматривая старика - Ты тоже ужасный упрямец, Сетоши-сан.       - Прошу прощения, - неожиданно перед Узумаки и Сенджу появилась Нанами-сан, она поклонилась обоим мужчинам, - мне только что сказали, что все готово.       - Прекрасно, - улыбнулся Сетоши. - Буцума, ты должно быть голоден. Думаю вам следует отобедать с нами, прежде чем вы покинете нас. - сказал Узумаки, тонко намекнув Сенджу.       - Всенепременно. - прорычал мужчина.       Далее все трое зашли под навес и ведомые Нанами-сан отправились в место, где должны были поесть. Женщина старалась сохранять спокойствие, но ее так и подмывало сказать какой-нибудь едкий комментарий в адрес их гостя. Это было бы в отместку за то, что гость позволил назвать Сетоши-сама стариком. Не то, чтобы Киоджи подслушивала, делать ей больше нечего что ли? Просто гость оказался очень эмоциональным, поэтому почти все его возгласы были хорошо слышны. Оскорбление, что Буцума нанес Узумаки, никак не повлияло на Сетоши. Но очень сильно покоробило Киоджи, ее, особе помешанной на манерах и этикете, подобное ужасно разозлило. Мало того, что этот гость обращался к Сетоши-сама на "ты", посмел перебить его, смеялся над словами господина и, наконец, оскорбил его! Причем самым гнусным образом, заявив, что Сетоши-сама, в силу своего возраста, сошел с ума. Да если бы он только знал, насколько умен и разумен Узумаки, то точно бы взял свои слова назад.       Погрузившись в свои размышления, Нанами-сан не сразу заметила, что дошла до гостиной совершенно одна. А все из-за того, что в обоих мужчин врезались двое детей именно тогда, когда до назначенного места оставалось всего лишь пара метров.       - Мито? Хаширама? - хором произнесли Сетоши и Буцума, глядя на детей.       Мито сильно перепугалась, насколько нужно быть невезучим человеком, чтобы после совершения преступления наткнуться на судью. Это все закон подлости, надо же было ему заставить Узумаки совершить ошибку, потом составить ее беспорядочный маршрут так, чтобы девочка повстречала одзи-сана. Какой подлый закон, этот закон подлости! Однако, чего ж сетовать на его да винить. Надо придумывать как из всей этой ситуации выпутываться.       - Одзи-сан, вот ты где, - сказала Мито, старательно игнорируя испепеляющий взгляд Нанами-сан, который так и говорил:"Ну, погоди у меня, Мито-сама!" - а я тебя искала.       - Почему ты бегаешь по коридорам? Неужели моя внучка настолько не воспитана, - начал отчитывать девочку Сетоши - прошу прощения, Буцума. - обратился он к мужчине, хмуро глядя на Мито.       - Извините, - вдруг подал голос Хаширама, прямо смотря на старика, - Мито-чан устроила мне экскурсию по особняку, а после я предложил ей сыграть в догонялки. В том, что мы чуть не сбили вас с ног полностью моя вина. Мито-чан здесь не виновата.       Девочка удивленно посмотрела на Хашираму, уж вот от кого она не ожидала заступничества так это от рохли. Ты смотри-ка, вот это взгляд, такой уверенный. Ну никак не вяжется он с его видом, весь взмыленный, запыхавшийся, раскрасневшийся. Правда она сама не лучше, но не в этом суть. Ну и глуп он, конечно! То, что наказание для мальчиков намного жестче, чем наказание для девочек ни для никого не секрет. Чего он добился этой выходкой? Ничего, не считая такого же удивленного взгляда только от одзи-сана. Мито хмыкнула, она даже прониклась к нему уважением, совсем чуть-чуть, капельку. Но прониклась.       - Раз так, - произнес Сетоши, - то, пожалуй, это моя вина. Я должен был понять, что детям будет невмоготу сидеть на одном месте. - продолжил он, тон мальчика немало его изумил. Странное заступничество за внучку, неужели они успели так сдружиться. За такой, не что короткий, микроскопический срок. Хотя у детей все всегда происходит намного легче и быстрее.       - Думаю, вы проголодались, - вставил свои пять копеек Буцума - мы как раз шли обедать. Хорошо что встретили вас.       - Прекрасно, - просияла Мито, онигири, что Ко-чан принесла, конечно, заморили червячка, сидевшего у девочки в желудке, но для полного восстановления сил скудного завтрака мало. Компенсируем скудный завтрак сытным обедом!       Хашираме эта идея тоже понравилась, он, ведь, так и не поел после тренировки. Беднягу сразу же отправили переодеваться, а после посадили в паланкин и отправили в гости. В дороге его сморила усталость, так внезапно навалившаяся на мальчишечьи плечи. Когда, спрашивается, он смог бы поесть? Поэтому желудок скручивало от одного упоминания еды.       - Раз так, пожалуй, не будем мешкать, - произнес Сетоши, направляясь к Нанами.       Как только они зашли в зал, в нос ударил аромат пряностей, рот сразу же наполнился слюной. Стол ломился от обилия еды: горячие гедза, суши с приправой из маринованного имбиря, короккэ из морепродуктов, натто (как же без него), окономияки, запах которого Хаширама почувствовал еще до того как они зашли, сашими с соусом васаби и многое другое.       Господа начали рассаживаться, Сетоши сел во главе стола, Буцума хотел сесть рядом с сыном по левую руку старца, но каково же было его удивление, когда он увидел, что место уже занято. На изумленный и удивленный взгляд Узумаки и Сенджу Мито мило улыбнулась, слегка покраснев, это ее улыбочка стала ответом на все немые вопросы взрослых. Детишки подружились, поэтому и хотят быть вместе, ничего особенного. Сенджу-старший сел напротив девочки, ему-то что, все равно где сидеть, ничего не измениться. Как же он оказался не прав, кое-что все-таки изменилось, теперь Мито сидела рядом с Хаширамой и могла спокойно его подкараулить, все для того, чтобы забрать свиток. Секреты клана должны оставаться секретами и, уж точно, не становиться сувениром на память.       Если взрослыми девочка улыбалась, то Хашираме она посылала угрожающе-мрачные взгляды. От этого наследнику клана Сенджу становилось не по себе, не то чтобы он ее боялся, вот еще, он не трус! Бояться девчонок, смех, но конкретно эту он опасался. То что Мито в случае крайней необходимости и в лоб дать может, в этом мальчик не сомневался, проблема была в том, что он вряд ли сможет ударить ее в ответ. Не по-джентельменски это. А ведь она будет лезть, пока не добьется своего, упорная. Остается только постараться не быть с ней наедине, надо держаться людей. На людях она точно драться не полезет.       Все плохо. Все очень плохо. Нет, все ужасно - думала Мито, так ей не везло никогда, ну кто ее заставлял идти на экскурсию? Почему Ками-сама не наделила ее проницательностью и мудростью, надо же было попасться на ту уловку. Что теперь делать? Одзи-сан здесь, ест сомэн и не знает насколько его внучка глупа! Зато актриса хорошая, если она не вернет свиток на место и все раскроется, то ее, возможно, выгонят из дома, и придется скитаться по миру, потом устроиться в захудалый театр, будет играть там, зарабатывая на пропитание. Потом ее заметит какой-нибудь посол из какой-нибудь страны, восхититься актерским мастерством Мито, предложит играть на большой сцене. Дальше слава, богатства, поклонники. О! А жизнь-то налаживается!       - Мито, почему ты не ешь? - спросил Сетоши, тем самым вырывая Мито из лап ее бурного воображения, в котором она уже звезда всего мира. - Ты не голодна? - предположил старик, подозрительно посмотрев на внучку.       - Я очень голодная, - ответила Узумаки, действительно она одна не ест, - я задумалась.       Сказав это, девочка решила отбросить пока все проблемы и насладиться едой. Еда лучшее успокоение. А свиток она заберет после.

***

      - Надеюсь увидеть тебя снова, Буцума, - произнес Сетоши, прощаясь с мужчиной.       - Все зависит от Вас, - оскалившись ответил Сенджу.       Поклонившись, Буцума погрузился в свой паланкин и тут же четверо сильных мужчин взвалили на плечи свою ношу и направились в обратное путешествие к дому.       - Я был очень рад познакомиться с тобой, Мито-чан, - улыбнувшись, сказал Хаширама, футляр казалось прожигал ткань его одеяния или же это мальчик горел от нетерпения и любопытства. Так сильно хотелось узнать что же там, что за свиток и что за секрет он скрывает. Поэтому мальчик желал как можно быстрее оказаться дома.       - Я тоже очень рада, - скрепя зубами, ответила Мито. Судьба сегодня оказалась не на ее стороне, ну кто же знал, что они отобедав, сразу же отправятся назад. Свиток заполучить так и не удалось, все то время, что было до отбытия Сенджу были вместе. Но вот сейчас просто прекрасная возможность. - Я хотела сказать "Спасибо" за то, что ты не раскрыл меня, - добавила Узумаки.       - Не благодари, - Хаширама взглянул на нее сверху вниз, и его глазах всколыхнулись искорки расчетливости, - ты теперь должна мне.       Девочку словно ток прошиб, она пораженно взглянула на мальчика, чуть приоткрыв рот словно хотя сказать что-то. Что он сказал? Она не ослышалась, этот рохля специально заступился за нее. Ками-сама, теперь Мито точно будет выступать в театре!       - Надеюсь еще увидимся, - махнул рукой мальчик, не без удовольствия смотря на ошарашенное лицо девочки. Погрузился в паланкин, и отправился следом за отцом.       - Все зависит от тебя, - ухмыльнулась Мито, в глазах которой плясали бесенята.       Этого Хаширама не услышал.

***

      - Ну, и что это? - спросил Мадара, разглядывая футляр. - И откуда он?       - Ты что? Не понимаешь, это - ключ! - воскликнул Хаширама, подпрыгивая на месте.       - Ключ к чему? - чтоб не обидеть шатена спросил Мадара, изогнув бровь.       - К моей Ультра-Неповторимо-Крутой технике, - с готовностью объяснил мальчик, его немного обижало такое равнодушие друга. Он ведь специально не стал открывать футляр, его ждал. Думал, Мадара разделит его энтузиазм, но брюнет не оправдал ожиданий.       - И как это тебе поможет? - мальчик повертел в руках вещь, как следует рассматривая, Мадара заметил пыль на футляре. Где же Хаширама достал это. - Как по мне, так это барахло. Ненужное, старое барахло. А ты, - он пальцем указал на друга, - барахольщик.       - Обзываться нехорошо, - помрачнел Хаширама, сидя на корточках, обхватив колени руками. Над ним словно сгустилась атмосфера, стала такой удрученной. Мадара недовольно цокнул языком, вот всегда он такой. Стоит немного надавить, сразу опускает руки. Наверно, это надо исправить.       - Ладно, - протянул брюнет, садясь на траву, - давай откроем.       Лицо Хаширамы вмиг просветлело и на губах заиграла улыбка, вот так бы сразу. А то столько не нужных вопросов. Взяв в руки футляр, мальчик повертел его, пытаясь найти крышку, когда крышка нашлась, одним легким движением от открыл футляр. Из его недр на подставленную ладонь упал свиток, довольно тяжелый, пергамент в некоторых местах совсем обветшал. Тяжело сглотнув, Хаширама осторожно взял край свитка и попытался его развернуть. Тут-то случился конфуз, ветхая на вид бумага оказалась прочнее стали, прочнее и тяжелее, как ни пытался Хаширама развернуть свиток ничего не получалось. На третей минуте в его голове промелькнула мысль, а что если он совсем ослабел, ну так же бывает, мало ли вражеская техника. Надо проверить.       Наблюдавший за этим Мадара никак не мог понять почему друг валяет дурака. Сколько он уже пыхтит, пытаясь развернуть свиток, думает это смешно? Нет, конечно, краснеет он правдоподобно, и руки трясутся как будто он ими пытается щель в земле сделать, и вода с него течет как настоящий пот, интересно сколько он готовился? Это очень мило, что Хаширама пытается его развеселить, но кажется, шатен переигрывает.       - Попробуй ты, - вдруг сказал мальчик, протягивая свиток.       Мадара недоуменно на него посмотрел, но свиток взял, схватил край и попытался развернуть.       - Какого черта! - вспылил брюнет на пятой минуте попытки. - Что с этим свитком? Что за черт!       - Знаешь, я думаю это - фуиндзюцу, - осведомил Хаширама Мадару. Он должен был догадаться о таком развитии событий. Узумаки мастера печатей, естественно у них на всем печать, может даже на зубных щетках.       - Я тоже так думаю, - оставив в покое свиток, сказал Мадара, - ну, и как у тебя с фуиндзюцу?       - Полный ноль, - повесил голову Хаширама.       - У меня тоже.

***

      Солнце медленно катилось к горизонту, от чего тени становились все длиннее и темнее. В Узушиогакуре на улицах становилось все пустынные, люди расходились по домам, сворачивались лавочки, закрывались магазины. В окнах и фонарях зажигался свет, Деревня Скрытого Водоворота готовилась к наступлению ночи. При чем к ночи готовились не только гражданские, но и люди "в форме".       - Такеру, ты и Джиро патрулируете на востоке окраин в квадрате С6, капитан Тедука, ваша команда прочесывает лес, - раздавал приказания мужчина пожилого возраста с полностью седыми волосами. - Тоширо, пусть твои ребята патрулируют квадрат С4, В3, А7 и S1.       В просторной комнате, в которую проникали лучи заходящего солнца, находились четверо. Двое молодых людей на вид лет двадцати-двадцати пяти, с горящими карими глазами и немного глуповатыми лицами. Еще двое: первый выглядящий старше всех, сидел за большим столом,на котором в беспорядке лежали папки с документами, мрачно глядел на подчиненных, второй по-моложе босса, но по старше близнецов, стоял возле стены, на которой располагалась карта Узушиогакуре. На самой карте в круги были заключены участки деревни с приписанными к ним названиями, на площади этих участков были пришпилены миниатюрные синие флажки, еще карта немного охватывала близлежащий лес, там был закреплен красный флажок. Синими флажками помечались относительно безопасные и спокойные районы, красными опасные, еще в столе в второй полочке снизу в мешочке лежали зеленные флажки, они означали угрозу. Например если в районе, за которым закреплен синий флажок, обнаруживалась подозрительная активность, туда крепили зеленый флажок, за этим районом устанавливалось наблюдение и если это ложная тревога, то зеленый флажок снимался, если же нет, то заместо зеленного крепился красный. Вот такая цветасто-флажковая система полиции Узушиогакуре.       К счастью ни зеленых, ни тем более красных флажком на территории деревни уже давно не крепились. Однако недавно лес около деревни ознаменовался красным флажком.       - Все поняли. - скорее утверждал чем спрашивал мужчина.       - Да. - хором сказали близнецы. После чего покинули комнату.       - Тебе что особое приглашение нужно, - угрожающе заговорил босс.       - Макено-сан, виновника так и не нашли, - спокойно сказал Тедука.       - Конечно не нашли, а как найдут если ты здесь! - закричал Макено Шу. Да так что капитан Тедука не вольно весь сжался, - И вообще это не твое дело, марш выполнять приказ иначе разжалую до рядового!       Капитана и след простыл. Мужчина устало откинулся на спинку кресла. Это скорее его разжалуют до рядового, старый чурбан! На пенсию пора, это надо же так зажраться, что допустить кражу прямо из особняка Узумаки Сетоши, хорошо хоть кроме него, Тедуки и лучшего друга об этом пока никто не знает. Если повезет никто и не узнает. Но такая оплошность сильно ударила по репутации и трудолюбию Макено, такое у него впервые за тридцать лет службы. С нескрываемым раздражением мужчина открыл вторую полочку снизу, откинул вглубь мешочек с зеленными флажками и выудил один красный флажок, потом подошел к карте и трясущимися руками вытащил синий флажок и приколол красный к району S1. Тут же отскочил словно карта загорелась, это красное пятно так сильно выделялось среди множества синих флажков, так сильно, что мужчина отвел взгляд, опять уселся за стол и решил погрузиться в отчеты. Выходило плохо, отчеты-то он разбирал, но отвлечься не мог. Все сильнее размышляя как преступнику удалось проникнуть в особняк и в библиотеку.       В дверь постучали, Макено вздрогнул, нахмурился и крикнул:"Войдите!". В помещение вошел хмурый капитан Тедука.       - Чего тебе? - грозно спросил Шу.       - Макено-сан, мои ребята обнаружили труп в километре от деревни.       Взгляд мужчины переместился с подчиненного на вторую полочку снизу, а в голове стучала лишь одна мысль, найдется ли там еще один красный флажок.