Желанный обман.

Всю следующую неделю Кили был крайне рассеян. И причину сей рассеянности объяснять не имело смысла. Тот проклятый эпизод с Фили просто выбил его из колеи. Перед его взором все стояло лицо Фили, его голубые глаза... этот взгляд... и… И он все еще ощущал его обжигающее прикосновение к себе... Ауле, что с ним творится! - Эй, Ваше Высочество, чего такой хмурый? Кили нервно сглотнул и потряс головой, отгоняя наваждение. Потом посмотрел на ехавшего рядом гнома из отряда лучников, которыми Двалин недавно назначил командовать принца. - Отвали, Энджи, - буркнул ему Кили. С Энджи - долговязым малым, весьма острым на язык, они с некоторых пор были товарищами. Тот ничуть не смутился и подался к принцу, не забывая посматривать на дорогу: - О чем тоскуешь, о девицах, небось? - хмыкнул гном. Он понимающе вздохнул, не обращая внимание на его молчание: - Великий Дурин, я бы сейчас все отдал, чтобы заночевать с какой-нибудь милахой, а не в обнимку с доспехами, - сказал он, после чего смачно сплюнул под копыта лошади. - Думаешь, ты один такой? - подал голос другой его друг, по имени Дэл, подмигнув принцу. - Я тебя прекрасно понимаю. Но принцу нашему, скорее всего, труднее. Судя по слухам, вы, Ваше Высочество, перебрали всех свободных девиц в Эреборе, не так ли? Могу представить, как вы страдаете без женского тепла в походе! - хохотнул он, не заметив, как Кили вдруг стушевался и покраснел. Если бы его друзья знали настоящее положение дел, они бы точно подняли его на смех. - Парни, я сейчас пытаюсь обдумать стратегии для предстоящей битвы, которая уже не за горами, - буркнул он хмуро, - так что был бы признателен, если бы вы заткнулись хоть на пять минут и убрали свои физиономии от меня куда-нибудь в другое место. Его товарищи заржали, но больше приставать с разговорами не стали. Кили тяжко вздохнул и, зажав поводья в одной руке, другой поправил ремень с висевшим за его спиной колчаном стрел. Против воли он постоянно посматривал на Фили, который ехал в другом ряду. В отличие от принца, тот был абсолютно спокоен и невозмутимо разговаривал со своим соседом на серой кобыле. Кили неслышно выругался. И чего ради он так пялится на Фили? Пора уже выкинуть из головы тот день. Понятно же, что Фили хотел поддеть его, вот и все. Честно говоря, ему это удалось на все сто: теперь Кили больше не решался на прежние шуточки. Даже Двалин заметил, что его поведение стало немного другим, более сдержанным и серьезным. - Ты что-то слишком тихий, - с подозрением проговорил его командир на днях, когда на вторые сутки после инцидента в палатке Фили их войско вновь остановилось на ночлег и они с командиром стояли рядом. Солнце уже коснулось своим диском горизонта, Кили в тот момент издалека наблюдал, как его телохранитель сражается с одним из солдат из их гарнизона. Сквозь переговоры вокруг и привычные звуки их огромного лагеря до ушей Кили доносился звон мечей и приглушенный смех Фили, когда его соперник изредка возмущался на его хитрые выпады. Судя по всему, кисло подумал Кили, его оруженосец отлично проводил время. - Просто не высыпаюсь, - пробормотал принц, отвечая Двалину и рассеянно отдав назад миску с недоеденной похлебкой их походному повару. У него внезапно пропал аппетит. Губы Кили сжались в жесткую линию, в то время как карие глаза его неотрывно следили за плавными и отточенными движениями рук и гибкого тела Фили, блестевшего от пота и, как обычно, обнаженного по пояс, несмотря на прохладный ветер, трепавший его светлые волосы, спадавшие до плеч. Когда тот на минуту остановил бой, заговорив о чем-то со своим соперником, - кудрявым высоким шатеном, - Кили вдруг ошеломленно застыл, впервые увидев, как на обычно серьезном лице светловолосого гнома появилась улыбка. Словно из-за туч выглянуло солнце. Да и смеха его он раньше никогда не слышал. Во всяком случае, в своем присутствии. Кили невольно был пригвожден к месту этим зрелищем. Чего он не мог понять, так это почему Фили никогда ему так не улыбается? Вернее, почему он никогда не улыбается в присутствии Кили? "Чем я хуже того парня, с которым ты сейчас говоришь?" – с досадой подумал он, скривившись в недовольной гримасе. Понаблюдав за Фили еще с минуту, Кили извинился перед командиром и, оставив его, прошел вперед, чтобы немного приблизиться к интересующим его целям. Видимо, его телохранитель уже успел обзавестись друзьями. "Как мило", - кисло подумал принц. Фили умудрялся всегда быть вежливым с ним и сохранять равнодушную учтивость, но при этом Кили всем нутром чувствовал, что он до сих пор не нравится своему собственному телохранителю. Хоть ты убейся! Как это так? Кили мог обаять любого, вполне сознавая степень своего неотразимого обаяния, под которое подпадали все без исключения, стоило ему просто захотеть. Он обладал веселым нравом, в компании был заводилой, мог обольстить и очаровать любую особь женского пола своими карими глазами и ямочками на щеках, но не мог расположить к себе своего упрямого подчиненного, черт подери! И почему вообще это его так волнует? Подумаешь, какой-то жалкий оруженосец. Кили присел на землю и занялся своим луком, сделав вид, что сосредоточенно проверяет свое снаряжение, лишь бы не пялиться на Фили так откровенно. Закрепляя тетиву понадежнее, он продолжил исподлобья мрачно поглядывать на объект своих мыслей. Фили не подозревал, что за ним наблюдают, и с улыбкой продолжал разговаривать со своим собеседником. Очевидно, тот сказал ему что-то забавное, потому что в следующий момент принц увидел, как Фили запрокинул пшеничную голову и снова громко рассмеялся, хлопнув собеседника по плечу. Смех его оказался очень красивым. "Они что, настолько близкие приятели? - Кили не замечал, с каким мрачным видом он сидит. Про лук он уже забыл, обратив все внимание в ту сторону, где стоял Фили. Он даже не заметил, в какой именно момент начал раздражаться, продолжая сверлить его загорелую спину тяжелым взглядом. - Почему он упорно игнорирует мою дружбу, а с этим тупоголовым солдатом хохочет на всю округу? Чем тогда я так плох для него?" Взгляд Кили скользнул по натруженным рукам Фили, и он вспомнил, как этими самыми руками тот не так давно дотрагивался до его тела. Кили снова стало не по себе. Даже больше, - он был смущен и сконфужен. И ведь сам избегал Фили всю эту прошедшую неделю, прекрасно понимая, что в тот день, когда произошел этот инцидент, он сам напросился на неприятности. Кили избегал его - и в то же время не мог найти себе места, тогда как Фили вел себя как обычно, словно ничего не произошло, и это сбивало Кили с толку. Он думал, что это Фили будет чувствовать неловкость, а в итоге получилось наоборот… Что за чертовщина! Он был сам не свой всю эту неделю, вспоминая, что вел себя с Фили как последний глупец, и, понимая это, все больше злился на себя. Он бывал и в более глупых ситуациях до этого, но почему-то сейчас ему было особенно неловко. Неловко перед Фили, потому что тот наверняка считает его каким-то глупым дураком. И Кили неохотно признал, что его ужасно раздражало, что о нем так думают, хотя раньше ему всегда было плевать на чужое мнение. Он не хотел, чтобы именно Фили считал его каким-нибудь развращенным идиотом, ведь он же просто шутил… но шутка вышла из-под контроля, и теперь Кили стыдился происшедшего между ними, чувствуя себя совершенно по-дурацки. А он не привык к этому странному ощущению, оттого и маялся, не зная, как все исправить. Вечером, возвращаясь в свою палатку, Кили заметил, что его оруженосец устраивается на ночлег под открытым небом и расстилает на холодной земле свой спальный мешок. Поддавшись необъяснимому порыву, Кили вдруг двинулся в его сторону, сам не зная, зачем. Однако ноги не слушали разум и несли своего хозяина прямиком к Фили, пока принц не остановился позади него. Кили негромко кашлянул, привлекая к себе внимание, и Фили тут же обернулся, с недоумением обратив свой взор на его неуверенное лицо. - Устраиваешься на ночлег? – спросил Кили, не зная, как начать разговор. Не выдержав внимательный взгляд голубых глаз, он отвернулся, сделав вид, что увлеченно рассматривает землю под ногами. И зачем он вообще сюда пришел? Что, ну что он тут делает, скажите хоть кто-нибудь? Тем не менее, Кили продолжал стоять перед ним, затаив дыхание в ожидании хоть какого-нибудь ответа. Потому что в глубине души ему очень хотелось снова наладить с ним контакт. Он был единственным здесь, кто больше всего интриговал принца. Кили очень нравились его прямота и честность. А еще Фили был очень загадочным и неприступным, разжигая этим интерес к своей персоне. - Это вроде бы очевидно, - с недоумением ответил Фили, снова вернувшись к подготовке ко сну. Кили разочарованно вздохнул и потер подбородок. Контакт у них явно не ладился. Промаявшись рядом с ним еще с минуту, он не выдержал: - Прости. Фили выпрямился, прервав свое занятие, и вопросительно посмотрел на него: - За что вы извиняетесь, Ваше Высочество? - За все, - Кили неопределенно махнул рукой. - За все? И что же это? Мне кажется, у вас нет причин, чтобы извиняться за что-то, в особенности передо мной. Я всего лишь ваш телохранитель. - Фили, - голос принца стал тихим, он серьезно посмотрел на него, - я вел себя как дурак, я знаю. Я бы хотел, чтобы мы стали друзьями и забыли о прошлых недоразумениях. У меня здесь нет настоящих друзей или товарищей и… короче, давай начнем все сначала? Фили посмотрел на его протянутую руку и несколько секунд колебался, прежде чем крепко пожать ее. После этого Кили заулыбался, явив миру вышеупомянутые ямочки на щеках. Он посмотрел на импровизированную кровать гнома и покачал головой: - Зачем ты спишь среди этой пыли? О, а знаешь, что? - он оживился, словно ему в голову пришла идея. - Пошли ко мне в палатку? Ты же все равно должен всегда быть рядом, раз ты мой телохранитель, и как я сразу об этом не подумал! - он с досадой хлопнул себя по лбу. - В вашу палатку? Фили с подозрением покосился на него, и Кили тут же спохватился: - Ты не подумай ничего плохого. Знаю, я раньше шутил про всякое… но это были только шутки, клянусь. Мне нравятся девушки, и я никогда на самом деле не притрагивался к парням и все такое… Умолкнув, Кили неловко замялся и скрестил руки на груди. И чего ради он оправдывается перед Фили? Что с ним творится в последнее время, что он постоянно пытается оправдываться перед ним? Как мальчишка, честное слово! - Ну что ж, - произнес Фили, когда он замолчал, - тогда я, наверное, согласен. Благодарю вас, Ваше Высочество. Кили с невольным раздражением отметил, что даже эту короткую фразу он умудрился сказать так сухо, как будто это он делал одолжение принцу, а не наоборот. И все же Кили почувствовал облегчение и радость. С чем это связано, он не стал разбираться. Просто настроение улучшилось - и неважно, из-за чего. Ночью, когда все солдаты разошлись по палаткам, Кили дождался, пока все вокруг утихнут, и, поерзав, повернулся на спину. Несколько секунд он лежал в звенящей тишине, слушая стрекот ночных насекомых и искоса поглядывая на своего соседа по палатке, не зная, спит тот или нет. Плюнув на собственные сомнения, которые его уже доконали, он нарушил тишину: - Ты спишь? Кили повернул голову, вглядываясь в темноту. Некоторое время стояла тишина, затем послышался вздох. - Нет, Ваше Высочество. Кили почувствовал облегчение, услышав его голос. Он и сам не знал, чего опасался. Может, он думал, что Фили после того дурацкого случая больше не захочет особо разговаривать с ним. Но его обращение уже выводило Кили из себя. - Фили? - Что, господин? - Прекрати это. - Что именно, Ваше... - Вот это! – раздраженно воскликнул Кили и приподнялся на локте. - Я хочу, чтобы ты обращался ко мне по имени. Тишина. - Я не могу. - Почему? - Потому что... это слишком личное обращение. На службе я предпочитаю сохранять дистанцию, - голос Фили стал натянутым. Кили разглядел в сумерках палатки его лицо. Гном лежал на спине и хмуро смотрел куда-то наверх. Кили перевернулся на бок и оперся на согнутый локоть, не сводя с Фили глаз. - Зачем тебе сохранять дистанцию? Фили заложил руки за голову, по-прежнему глядя в темноту: - Привычка. Кили умолк, всматриваясь в очертания его лица, которое скорее было похоже на бледное пятно в темноте. Но принцу не было необходимости видеть его лицо, которое он и так помнил наизусть. - Знаешь, - смущенно усмехнулся Кили после долгой паузы, - я хочу извиниться за свое поведение при нашем первом знакомстве… тогда я тоже вел себя, как последний идиот… Обычно я более адекватный. - Что-то слишком много извинений за этот вечер. К тому же, я уже говорил, что не вправе судить о вас, я ваш подчиненный, - ровно ответил Фили, так и не глядя на него. - Брось, ты считаешь меня разгильдяем, - с сарказмом возразил Кили, - и ты прав, потому что таким я и являлся. - Являлся? А теперь нет? – судя по тону, Фили точно был о нем не лучшего мнения. - Просто… - Кили запнулся. – Не знаю, я устал, что ли… - он перевернулся на спину и, закинув руки за голову, задумчиво уставил глаза в темноту. – Я чувствую, что устал от своих друзей, пирушек, никчемной жизни и славы ветреного повесы. - Кили говорил с ним откровенно, чувствуя, что может полностью доверять ему. Почему он так думал, он и сам не ведал. Просто он подсознательно знал, что Фили верный и надежный и ему можно доверить все, включая свою жизнь. – Может, вдали от дворца и, ну, знаешь, всей этой расфуфыренной роскошной жизни у меня вдруг выветрилась дурь из головы, но верь-не верь, а мне очень хочется взяться за ум и хоть чего-то добиться в своей жизни. Здесь, в военной обстановке среди солдат, в преддверии битвы, я чувствую себя хоть немного нужным и полезным и готов пойти в бой в любой момент, чтобы очистить наши земли от нечисти и защитить свою родину. Я действительно хочу этого... даже сам удивлен, - добавил принц нерешительно. Фили не прерывал его. Он слушал Кили, и его искренние пылкие эмоции вызвали у него невольную улыбку. Он повернул голову и, наконец, посмотрел в его сторону. - Если вы хотите услышать мое мнение, то я искренне восхищаюсь вашими талантами относительно вашего мастерства в бою. Я видел некоторые ваши приемы и слышал ваши предложения относительно предполагаемых сражений, что нам вскоре предстоят, и... был очень удивлен, что за вашей маской кутилы и картежника кроется блестящий ум. Кили резко повернулся в его сторону, не ожидав такого комплимента. Никогда еще похвала не вызывала в нем такого удовольствия. Какая глупость. Его похвалил оруженосец. Но как приятно… Помолчав пару минут, Кили решил сменить тему: - У тебя есть семья в Железных холмах? Фили ответил не сразу и с явной неохотой: - Нет, - голос его был сухим. - Нет? Долгая пауза. - Я сирота, - буркнул Фили. - Правда? Я не знал, - тихо пробормотал Кили. - А как вышло, что сейчас ты служишь моему двоюродному дяде? И снова долгая пауза. Потом раздался вздох, и Кили обратился в слух. - Даин подобрал меня совсем еще ребенком на рыночной площади в городе, - ровно проговорил Фили, - когда я хотел стащить у него монет, чтобы не умереть от голода. Его охранник поймал меня и хотел забить кнутом или лишить руки в наказание, но Даин остановил его и сохранил мне жизнь, - Фили запнулся. - Это было так давно… но я всегда помню, что обязан своему господину всем, что у меня есть. - И что же потом? - тихо спросил Кили, тронутый его рассказом. Перед его глазами стоял маленький, светловолосый, испуганный мальчик, пойманный на воровстве, и он понял, что ужасно сочувствует тому ребенку, каким Фили был когда-то. Кили даже представить не мог, каково это: не иметь никого на свете и жить на улице, среди бедняков, карманников и бандитов, что обычно наводняют улицы крупных городов. Странно, что Даин пожалел его. Кили слышал, что в королевстве его дяди очень суровые нравы. - Даин отдал меня на воспитание в ученики одному из его воинов. Вот и вся история, - Фили замолчал, припомнив, что взамен спасенной жизни он еще не раз бывал побит. Его наставник был суровым воином и презирал любые намеки на слабость. Если Фили не мог выполнить требуемого – он был наказан. Если он падал от усталости во время тяжелых тренировок – его лишали ужина и ему полагалось десять ударов розгами… Его детство, в отличие от детства принца, было лишено всего того, что окружает обычных детей. Фили и сам много раз задавался вопросом: зачем Даин спас его? Но, какова бы ни была причина, Фили был предан ему всей душой, и Даин поручал именно ему одному самые ответственные поручения и передачи тайных посланий, потому что полностью доверял ему - и это наполняло молодого гнома невольной гордостью. Фили знал, что Даин полностью полагается на него и Бильбо, потому что они работали на него много лет и четко выполняли свою работу. Кили заметил, что его собеседник погрузился в какие-то невеселые думы, и решил отвлечь его первым, что пришло на ум: - У тебя есть жена или дети? - Нет, - коротко ответил Фили. Кили был разочарован его лаконичным ответом. Он понял, что хочет узнать о Фили побольше, его мучил острый интерес насчет всего, что касалось его строгого неприступного телохранителя. И чем больше Фили замыкался в себе, тем сильнее становился интерес к нему принца. - У тебя есть девушка или любовница? - Не думаю, что моя личная жизнь - подходящая тема для разговора. - Брось, что в этом такого? - небрежно хмыкнул Кили. Он приподнялся и сел, расставив колени для удобства и положив на них свои крепкие руки: - Если хочешь, я расскажу о своих девушках. Я встречался со многими из гномок в Горе, - сказал он, не скрывая гордости в голосе. – Кого у меня только не было: я встречался с замужними дамами и пару раз чуть не столкнулся с их мужьями… опасное это дело, скажу я тебе, но зато сколько страсти в этих дамочках, особенно когда с двумя сразу… советую попробовать, - усмехнулся Кили, не отдавая отчета, зачем он завел этот хвастливый разговор. - Благодарю за совет, - сухо произнес Фили. – Запишу себе где-нибудь, чтобы не забыть. Кили неловко умолк, раздумывая, почему его сосед не хочет отвечать на вопрос о девушке. Он вдруг снова вспомнил, как Фили прижал его к себе в тот день. «Может, - внезапно подумал Кили, - он не шутил тогда? Великий Дурин... Что, если он и вовсе не интересуется девушками?» От этой неожиданной мысли Кили окаменел. Во рту у него вдруг пересохло, а палатка показалась вдруг ужасно тесной и душной. - Доброй ночи, Ваше Высочество, - раздался в темноте спокойный голос. Объект его смятенных мыслей отвернулся, и вскоре Кили услышал его ровное глубокое дыхание. Кили медленно лег обратно, предчувствуя, что сегодня ему не заснуть. «Если я прав… И что с того, даже если я прав? Но… это значит, Фили нравятся мужчины. Или же я просто ошибаюсь». Но эта мысль не давала ему покоя, как он ни старался выкинуть ее из головы. Эта мысль будоражила его кровь, она волновала его. Сейчас Кили всем существом чувствовал присутствие рядом Фили и мог думать только о том, что его телохранитель спит полуобнаженным, хотя раньше подобные мысли никогда не занимали его голову. Нужно заснуть. Просто заснуть, а завтра это пройдет. Все это странное состояние пройдет… Но Кили против воли вспоминал, как грубоватые руки Фили недавно дотрагивались до его тела, и его бросало в жар от этих воспоминаний. Он с отчаянием схватился за голову, предчувствуя, что эта ночь будет очень долгой.