Желанный обман.

- Хэй, доброе утро, - Кили бесцеремонно растолкал на своем пути солдат, проталкиваясь к сидевшему на земле Фили, и радостно улыбнулся, поймав его взгляд. Они еще не виделись с утра. Как-то так получалось, что Фили всегда умудрялся встать раньше него, как бы Кили ни старался его в этом обогнать. Даже просыпаясь на рассвете, принц обнаруживал, что палатка его пуста, а Фили уже чем-то занимается в лагере, помогая солдатам собираться в дорогу. Тот поприветствовал принца легкой улыбкой и помог расчистить место, чтобы Кили мог сесть рядом с ним. - Это тебе, - широко улыбаясь, принц смущенно потоптался на месте и протянул ему одну из мисок. Завтракать вместе с некоторых пор стало у них традицией, чему принц был очень рад, посчитав, что их напряженные отношения, наконец, налаживаются. По крайней мере, он надеялся на это. Фили был самым интересным собеседником в гарнизоне, и Кили очень нравилось разговаривать с ним, пусть даже о самых разных пустяках.- Ты ведь еще не завтракал? – спросил он с надеждой, и тревожно нахмурился, словно опасаясь, что Фили уже поел без него. - Как раз собирался. - Здорово, - обрадовался Кили, сверкнув белозубой улыбкой, - тогда я не зря захватил две порции. - Спасибо, - Фили поставил миску себе на колени, не обращая внимания на привычную суету, царившую вокруг, пока другие гномы шумно толпились близ походного котелка, стараясь урвать последние остатки еды. Те, что успели поесть, уже седлали лошадей и готовились в путь. - Не за что, - Кили взял в руку ложку и с завидным аппетитом принялся за еду. - Эх, это, конечно не сравнится с завтраком в Эреборе, - проговорил он с набитым ртом. – Я так скучаю по вкусной еде, кто бы знал! Фили позабавил его вид. Принц так торопливо ел свою порцию, как будто у него вот-вот отберут и эту последнюю еду. Он походил на ребенка в конфетной лавке, уплетая еду за обе щеки. С недавнего времени, против своей воли Фили стал думать о принце несколько лучше, чем раньше, сменив гнев, а точнее неприязнь - на милость. Наследник по-прежнему бывал частенько грубоват и небрежен в обращении с другими, и не сказать, что заметно исправился за время похода. Он не бросил свое увлечение картежными играми, как и обмен сальными шуточками со своими друзьями. Но, когда дело касалось Фили - вся его бесбашенность и бравада куда-то разом пропадали, и принц в его присутствии становился совершенно иным, что не укрылось от внимания самого Фили. Но в остальном принц все также казался ему саркастичным, грубоватым себялюбцем. Но, что странно, командиром Кили оказался хорошим, и постепенно сумел-таки снискать среди солдат уважение. Когда он становился серьезным, то очень напоминал своего отца, Короля-Под-Горой властной и спокойной манерой речи. Видимо, что-то путное принцу все же от него передалось. - Когда я плыл в Эребор на корабле, я видел еду и похуже этой, - Фили заставил себя вернуться в реальность и, окинув его мимолетным взглядом, пожал плечами. – Бывало, приходилось оставаться совсем без ужина. Кили посмотрел на него и с усмешкой приподнял брови: - Неужели все было настолько плохо? Фили изобразил на лице забавную гримасу и, прожевав, ответил: - Поверьте на слово. Особенно когда находишь в тарелке огромного таракана, наполовину съевшего твой ужин. Приходится выбирать: либо есть нахального таракана, либо любезно отодвинуть тарелку, мужественно затянуть пояс и ждать завтрака. Кили поперхнулся едой и рассмеялся: - Не порти мне аппетит! - Не нужно было спрашивать, - невинно усмехнулся Фили, подвигав бровями, и снова занялся своими бобами. Они успели еще немного поговорить до того, как солнце окончательно встало и их войску пришлось снова двигаться в путь. Их гарнизон теперь каждый день двигался вперед без остановок и привалов, только на ночь останавливаясь и разбирая палатки на ночлег. Каждый день на рассвете они вновь все сворачивали, двигаясь дальше, минуя равнины и пересекая глубокие зеленые долины и лощины среди гор. Такими темпами спустя нелегких два месяца после того, как они покинули Эребор, их войско, наконец, достигло своей цели - оконечности северных горных цепей, именуемых Серыми горами или Эред Митрин, за которыми начинались северные пустоши. Эти самые пустоши и облюбовали орки, избрав их местом для возрождения своей возрастающей армии. Теперь было уже не до шуток. Все предчувствовали то, что не хотели признавать раньше, понимая, что первая часть их миссии закончена и впереди ждет неизвестность. На следующий же день, как только они расположились у подножия гор, их лагерь облетела весть, что неприятель заметил их войско, и через пару дней они с волнением наблюдали, как многочисленная армия орков выходит из укрытия горных хребтов и, по всей видимости, готовится к наступлению. "Вот и закончились веселые деньки", - в смятении подумал Кили, глядя на огромное войско в нескольких милях от них. Все они давно ожидали этой войны, но все же это стало неожиданностью. Как же быстро бежит время. Казалось бы, вот только что их войско покинуло Эребор... А теперь им уже совсем скоро предстоит сражение... Кили не был готов к этому. Да и разве можно как-то к такому заранее подготовиться? Когда смотришь на свою жизнь, которая только стала обретать некое подобие смысла, на своих друзей, что обрел совсем недавно... и знать, что можешь все это потерять в один миг от чьего-то клинка. Он с грустью вспомнил своего отца и мать, спрашивая себя: сможет ли он вновь обнять их когда-нибудь? Почему никогда не ценишь то, что имеешь, а когда спохватишься, зачастую бывает поздно? Ведь он так любил их. Он любил свою жизнь и жалел, что тратил ее впустую все это время. К вечеру того же дня Двалин объявил, что через трое суток они выдвинутся вперед и пойдут в наступление, если орки не выдвинутся первыми. Пока же всем нужно было морально и физически приготовиться к предстоящему сражению, и их командир приказал всем хорошенько отдохнуть этим днем. «Пока многие из вас еще живы и могут себе позволить радоваться жизни», - читалось между строк. Потому что потом многим из них может не предоставиться такой возможности. - Могу я посидеть с тобой рядом? - спросил Кили вечером накануне битвы, когда отыскал Фили, сидевшего в одиночестве, недалеко от лагеря. Тот несколько секунд колебался, но потом утвердительно кивнул, и Кили быстро присел рядом на зеленую траву. Некоторое время они молчали, просто сидя рядом и слушая оглушительный стрекот кузнечиков. Кили и не требовались разговоры. Ему просто хотелось побыть с Фили, чтобы привести мысли в порядок. Кили всегда неосознанно искал его общества, всегда садился рядом, когда они ели у костра. Всегда с интересом вслушивался в слова Фили, едва тот начинал о чем-то говорить, ловил каждое его слово, даже не замечая этого... Он рассеянно сорвал травинку и, покрутив ее в пальцах, украдкой поглядел на серьезный профиль своего друга, пока тот не спеша курил трубку, зажав мундштук в зубах. - Можно? - принц кивнул на его трубку, когда Фили вопросительно посмотрел на него. Затянувшись, Кили выдохнул ароматный дым, наблюдая, как его медленно уносит в небо легкий ветер. После этого он протянул трубку назад, и их с Фили пальцы нечаянно соприкоснулись. Это мимолетное прикосновение вызвало у Кили странную, чуть заметную дрожь в теле. Он резко отдернул руку. Потом, немного погодя, покосился на Фили, опасаясь, что тот заметил его реакцию. К счастью, его опасения оказались напрасными, и через минуту принц смог немного расслабиться, ругая себя самыми последними словами за столь глупое поведение. После недолгой паузы, пока они молча смотрели, как солнце медленно садится за горизонт, принц снова украдкой повернул голову и посмотрел на Фили. Его глаза невольно задержались на сильных пальцах, которыми тот обхватил трубку, а потом, как-то сами по себе переместились на губы гнома, и он мысленно отметил, что у Фили очень красивые, чувственные губы. "Несомненно, в прошлом они доставили удовольствие многим женщинам", - мелькнула у Кили мысль, и он ощутил какой-то неприятный укол при этой мысли. Он нервно сглотнул: - Фили... - Да, Ваше Высочество? Принц осекся и умолк, не зная, что же хотел сказать ему. - Я очень рад, что ты поехал в этот поход вместе со мной, - медленно вымолвил он, выдавив из себя улыбку. - С тобой мне... гораздо спокойнее, - добавил он. Это была правда. И в то же время ложь. Фили всегда вызывал в нем странное волнение, но принц упорно не желал признавать этого. Фили его друг, и он рад его присутствию рядом с собой, вот и все... Ведь так? Кили нахмурился, безуспешно пытаясь понять свои ощущения. После его слов на лице Фили появилась одна из его редких улыбок. Он понимал, что Кили пришел к нему, потому что неосознанно искал чьей-то поддержки. Он видел, что принц много разговаривал со своими солдатами из отряда лучников, которыми командовал, настраивая их на победу, вселяя в них уверенность и силу духа, и надо признать, ему это хорошо удавалось. Но сам он, как теперь понял Фили, был напуган не меньше остальных и, скорее всего боялся, что не оправдает ожиданий Двалина, ведь тот возложил на его плечи огромную ответственность. Фили чувствовал, что принц сам не свой, хоть и не подает виду. - Мне сложно в этом признаться, - вновь пробормотал Кили, почесав подбородок, покрытый темной щетиной, - но я сам не свой из-за предстоящей битвы, - он бросил еще один нерешительный взгляд на Фили. - Я... ты будешь насмехаться надо мной, но... я боюсь умереть там, - выдавил он едва слышно, и нервно усмехнулся, тряхнув головой. Фили внимательно посмотрел на него, задержав взгляд на темных волосах принца, с которыми играл теплый летний ветерок. Помолчав, он обратил взгляд на громаду горных цепей, возле которых они сейчас находились. - Только дураки не боятся смерти, - возразил он спокойно, и лицо его немного смягчилось. Он положил руку на плечо Кили и легонько сжал его: - Но мы не умрем. Ни вы, ни я не умрем, вам понятно? - Фили заглянул в карие глаза принца, и увидел в них скрытое волнение. - Я поклялся вашему отцу вернуть вас домой живым и невредимым, и я сдержу свое слово. И я всегда буду рядом с вами, и отдам за вас жизнь, если понадобится. Клянусь. Промолчав, Кили задумчиво смотрел на его красивое лицо, озаренное лучами заходящего солнца, чувствуя, что не может отвести глаз, и в груди его медленно распространялось приятное тепло. Его одолевало столько смешанных чувств: азарт, тревога, волнение, предвкушение... И если бы не постоянное присутствие Фили рядом с ним, то он бы, наверное, совсем растерялся во всей этой обстановке. Но тот каким-то неведомым образом всегда придавал ему сил. Глядя на него, на его спокойствие и уверенность, Кили тоже чувствовал себя гораздо более решительным и смелым, подавляя в себе малейшие признаки страха. Он справится. Завтра он наденет доспехи, возьмет свой лук и стрелы, и поведет свой отряд вместе с другими солдатами в бой. Они переживут этот поход. И вернутся домой. А пока остается надеяться и ждать, - думал он, не подозревая, что ему больше стоит опасаться не предстоящего сражения, а сидящего рядом с ним Фили, из-за которого у него в будущем возникнет гораздо больше проблем, чем на поле битвы.