Желанный обман.

Фили хмуро смотрел в свою глубокую миску с прозрачным куриным бульоном. Зажав ложку в руке, он зачерпнул горячий суп и поднес к губам, чтобы подуть. Сам он восседал на кровати, его спина удобно опиралась о подушки, а тело до пояса укрывало пуховое одеяло, под которым, к слову сказать, ему было ужасно жарко. А тут еще и горячий бульон... Кили точно сведет его в могилу. Испустив вздох, Фили быстро расправился с завтраком и поставил пустую миску на поднос, что лежал у него на коленях. Кили в комнате не было, он вышел, сказав, что ему нужно уйти по делам, а перед уходом поставил перед Фили поднос с едой и наказал ему все съесть. Честно говоря, Фили это даже забавляло. Неужели это тот самый принц, которого он знал? Тот самый тщеславный эгоист, отпетый лгун и разгильдяй, которого он когда-то впервые повстречал в Эреборе? Фили покачал головой и отставил поднос в сторону. Ему все равно, даже если Кили исправился, это не имеет значения. Кили предназначен не для него, а для какой-нибудь хорошенькой девушки, подходящей для его статуса и положения. "И тебе все равно, если он когда-нибудь женится?" - возник в его мыслях противный голосок, который Фили не стал слушать. Он откинул одеяло и, поморщившись, сел и спустил ноги на деревянный пол. Рана на его животе почти полностью затянулась, и надобность в повязках уже отпала. На месте раны остался только красноватый шрам. Фили мрачно усмехнулся. На нем всегда все заживало, как на собаке. Он мог бы еще вчера сказать Кили, что уже не нуждается в его заботе и признаться, что полностью здоров, но так хотелось продлить этот маленький рай, хотелось побыть с Кили хотя бы еще один день, почувствовать на себе его заботу... Небольшую комнату заливал серый дневной свет, за окном кипела жизнь. Сейчас, открыв ставни пошире и выглянув наружу, Фили увидел, что жители Дейла, как обычно, прохаживались по улицам. Некоторые из них торопились на работу, некоторые домой или в гости... В комнату залетали различные голоса, слышался лай собак и грохот колес повозок по улицам. Внезапно на другой стороне шумной улицы он увидел Кили. Тот шел откуда-то по направлению к гостинице. Походка его была легкой, как у большинства лучников, и в то же время небрежной, как у уличного хулигана. Интересно, куда он ходил? Фили следил за ним, пока принц быстро шагал по тротуару с каким-то непонятным свертком под мышкой. На половине пути к Кили подбежал какой-то пес и радостно завилял хвостом, когда принц остановился и начал что-то доставать из свертка, отдав собаке все его содержимое. Очевидно, это была какая-то бездомная собака, и Кили прикупил ей что-то вкусное. Все это происходило довольно далеко, но Фили отчетливо видел, как принц с улыбкой сказал псу несколько слов, потом похлопал его по морде - и только после этого пошел дальше. Теперь Фили был обязан ему своей жизнью за спасение. Если бы не Кили, то он бы, наверное, уже отдал концы тут в одиночестве. Кили спас его, выплатил его долги, ухаживал за ним, пока Фили лежал беспомощным, одевал его, менял повязки, кормил... Как теперь расплатиться с ним за все это? Как выпутаться из той мягкой, обволакивающей паутины, что он оплетал Фили, привязывая к себе все крепче и крепче, лишая воли и разума, лишая желания свободы? Кили привязывал его к себе так незаметно, но так сильно, что Фили начинал забывать, почему должен ненавидеть его. Да и разве на самом деле он когда-нибудь ненавидел Кили? Но он должен был, должен! Задумчиво нахмурив брови, Фили отошел от окна. *** - Итак, настало время поговорить, как мне кажется. Ты не расскажешь мне, как ты оказался в Дейле? Я думал, что ты вернешься в Железные холмы и останешься там, - спросил его Кили вечером, собрав посуду, оставшуюся после их ужина, и отдав ее прислуге. Фили долго молчал, не имея никакого желания отвечать. - Я больше никогда не вернусь туда, - мрачно ответил он, поправив подушку за спиной и со вздохом откинув голову назад. Лицо Кили посерьезнело. Он поставил стул рядом с его кроватью и внимательно посмотрел на замкнутое лицо Фили. - Расскажи мне, как ты жил после того, как уехал из гарнизона. У Фили вырвался непроизвольный вздох. Он почесал подбородок и рассеянно посмотрел в сторону, прежде чем медленно проговорить: - Я много странствовал. Побывал во многих городах и деревушках... Слонялся повсюду, если в двух словах. Он замолчал, и Кили несколько минут смотрел на его мрачный профиль. - Дир уехал вслед за тобой из гарнизона... Ты виделся с ним за это время? - спросил Кили после паузы. Фили повернул голову в его сторону и бросил на него хмурый взгляд, на лице его мелькнула тень. Потом он снова отвернулся. - Да, - коротко ответил он. - Когда путешествовал с Железных холмов на юг. Мы случайно столкнулись в одной таверне. Что-то в его голосе заставило Кили замереть. Он долго смотрел на Фили, прежде чем выдавить из себя следующий вопрос: - Ты... - Кили сглотнул, но заставил себя закончить вопрос. - Ты спал с ним после того, как мы расстались? Как же ему хотелось, чтобы Фили сказал "нет"! Но тот молчал, глядя куда-то в сторону. - Это не твое дело, - только и сказал Фили после долгого молчания. И это лишь подтвердило догадку Кили. Сжав зубы, принц отвернулся и со злостью сжал кулаки, сдерживая внутреннюю ярость. - Ясно, - тихо произнес он, удрученно опустив голову. Его спина была напряжена. В комнате установилось молчание. За стеной послышались громкие голоса, как будто кто-то ссорился из постояльцев гостиницы, но через пару минут снова все стихло. - Даин так и не простил меня, - прошептал Фили с горечью. - Я виделся с ним один раз, перед тем, как его отправили в колонии. Кили вскинул голову, позабыв про свою злость. - Фили, пойми уже, что он настоящий ублюдок, он не заслуживает твоих сожалений! Это он заставил тебя заниматься шпионажем. Это по его вине ты оказался в таком положении! - с жаром воскликнул он, уже не зная, как донести до Фили эту мысль. Но Кили был решительно настроен переубедить его, даже если ему придется в буквальном смысле трясти его до потери сознания! - Я знаю, - услышал вдруг Кили его тихий голос. - Можешь не тратить время, Даин сделал за тебя всю работу, раскрыв мне глаза о своей сущности. Кили нахмурился: - Как тебе удалось с ним встретиться? Что он сказал тебе? - О, он много чего рассказал, - Фили с горечью рассмеялся. - Я много лет задавался вопросом, кто моя мать и отец, все думал над этим. Даже Даина спрашивал, но он всегда отвечал мне, что о моих родителях ему ничего не известно. А тут выяснилось, что это далеко не так, - Фили угрюмо смотрел в сторону, вновь ощутив шок и унижение. Те чувства, которые он испытал, услышав правду. В голове все еще звучали холодные жестокие слова: "Я всегда знал, что ты окажешься предателем. Чего еще ждать от бастарда уличной шлюхи!" Когда Фили потребовал объяснений, тот выдал ему страшную правду: он взял Фили к себе из-за чувства вины, потому что у матери Фили была связь с одним из людей Даина. - Когда я приехал в Эребор, покинув войско, - заговорил Фили, устремив глаза в окно, - мне сказали, что Даина обвинили в заговоре и держат под стражей. Я попросил твоего отца пустить меня к нему... - голос Фили прервался. - И что произошло? - спросил Кили, заранее зная, что ничего хорошего там не было. - Твой отец позволил мне увидеть его... Даин с трудом выслушал меня. Я рассказал ему про тебя, что я сломался и не выполнил задание... Он... он сказал, что лучше бы я умер. У Кили защемило в груди, когда он увидел несчастное лицо Фили. Так хотелось обнять его, сказать, что все будет хорошо. Кили хотел укрыть его своим телом, чтобы никакие невзгоды и печали больше не коснулись Фили... - И заодно Даин рассказал о моей матери, когда я уже хотел уйти, - Фили горько усмехнулся и покачал головой. Голос его был усталым и каким-то безжизненным. - Он сказал, что она была горничной при замке. Потом один из вассалов Даина наградил ее ребенком и вышвырнул на улицу. Она скончалась при родах, - голос Фили упал до шепота, наполненного болью. Сейчас перед Кили был не холодный и сильный воин, каким обычно был Фили, а сломленный горем юноша, который отчаянно нуждался в его утешении. - Я убил ее, Кили... Забрал у нее жизнь, появившись на этот свет... - Фили закрыл лицо рукой, опустив голову, боясь показать прорвавшиеся эмоции. Кили мгновенно оказался рядом, схватив его за плечи. - Не говори так! Слышишь меня? Ты ни в чем не виноват, пойми это! - в отчаянии воскликнул он, не зная, как убедить его. Страдание Фили разрывало ему сердце. Он быстро наклонился и обхватил плечи Фили, крепко прижав его к себе, не переставая шептать, что все будет хорошо. Кили судорожно гладил его светлые волосы, покрывая быстрыми поцелуями любимое лицо, шепча на ухо бессмысленные нежности... Но Фили оттолкнул его, быстро взяв себя в руки и снова став холодным. - Нет, оставь меня, - глухо попросил он. - Дай мне побыть одному... Кили очень хотелось остаться, но он знал, что Фили не позволит. Вздохнув, он кивнул и заставил себя покинуть комнату, захлопнув за собой дверь. Вернулся он только к ночи и, войдя в темную комнату, увидел, что Фили уже спит. Либо он просто притворялся таковым, чтобы избежать разговоров. Кили постоял немного, потом скинул одежду, оставшись в одних штанах, и лег рядом, не касаясь его, в надежде, что Фили позволит ему просто побыть рядом. Повернув голову, он смотрел на неподвижную спину Фили, наполовину укрытую одеялом. В тишине было слышно его ровное дыхание. Поколебавшись, Кили поерзал, потом устроился удобнее и закрыл глаза, попытавшись заснуть. Через несколько минут, когда он начал дремать, Кили вдруг почувствовал, как кровать прогнулась: это Фили перевернулся на спину. Не открывая глаз, Кили не шевелился, решив, что лучше тоже притвориться спящим. Но тут он снова почувствовал, как Фили пошевелился, а в следующий момент на своей щеке принц ощутил его теплое дыхание. Теплые пальцы нежно скользнули по его лицу, и, не выдержав, Кили открыл глаза. Затененное лицо Фили оказалось совсем рядом. Дыхание Кили участилось, он боялся пошевелиться, не зная, чего ожидать, и умирая от желания прикоснуться к нему. - Что ты делаешь? - прошептал он, тяжело дыша. Не ответив, Фили наклонился еще ниже, терзая его сердце тщетной надеждой. Длинные светлые волосы коснулись лица Кили, и он затаил дыхание, боясь поверить в происходящее и нарушить притяжение, возникшее между ними. В темноте он не мог разобрать выражение лица Фили, но зато слышал его тяжелое взволнованное дыхание. В следующую секунду губы Фили нашли его рот, и Кили порывисто вздохнул, открыв рот и впустив внутрь его настойчивый язык. Фили целовал его так бережно и нежно... в этом поцелуе было сокрыто столько смысла, что в груди что-то защемило. Кили осторожно обнял его, когда Фили прервал поцелуй и уткнулся лицом ему плечо, словно нуждаясь в его поддержке. Кили безмолвно обнимал его, прижимая к себе, прекрасно понимая, что в душе Фили сейчас идет ожесточенная борьба. Он гладил Фили по волосам, по могучим плечам, по спине... Ему не требовались слова, чтобы понять состояние Фили, понять его муки. - Как это возможно, Кили? Я запутался в себе, окончательно запутался... Кили едва разобрал его приглушенные слова. Фили поднял голову и начал покрывать его лицо торопливыми поцелуями. - Ты здесь, ты рядом... снова рядом. Ты в моих мыслях... Я пытаюсь заставить себя ненавидеть тебя, но не могу... просто не могу... Кили притянул его голову, заглушив его слова жадным поцелуем. В этот момент они нуждались в друг друге как никогда и остро чувствовали тот безумный голод, что пожирал их обоих изнутри. Страсть поглотила их, вспыхнув мгновенно, словно искра, превратившаяся в пожар. Это было похоже на внезапное помутнение. Минуту назад они старались быть чужими друг другу - и вот уже сходят с ума от безумного желания и неудержимой тяги... - Ты нужен мне, Фили... всегда был нужен, понимаешь? Ты мой, только мой... прости меня... умоляю, прости... прости... - сдавленно шептал ему Кили, судорожно обнимая его плечи. Фили лег на него сверху, и Кили снова нетерпеливо прижался к нему и потерся бедрами о его бедра, вызвав у Фили приглушенный стон. - Я жить без тебя не могу... я дышать без тебя не могу, - выдохнул Фили ему в губы. - Кили... я так тоскую по тебе... Они грубо целовались, от нежности не осталось и следа, ее заменила ослепляющая страсть. Фили быстро снял с него остатки одежды, и вскоре они уже лежали полностью обнаженные поверх простыней, после чего Кили ощутил внутри себя его пальцы. Фили начал осторожно подготавливать его тело к вторжению. Его пальцы были нежными, но в то же время настойчивыми, мгновенно заставив Кили возбудиться, проникая все глубже в тело принца... сначала один палец, затем второй... - Фили... - Кили выгнулся и начал двигаться им навстречу, пока Фили быстро спускался губами по его груди вниз, опаляя дыханием его кожу, облизывая и посасывая горошинки его сосков и опускаясь все ниже и ниже... Кили шепотом умолял его поторопиться, изнемогая от болезненного желания. Через минуту Кили не сдержал громкого стона, когда рот Фили вобрал в себя его восставшую плоть и начал изощренно ласкать ее губами и языком. При этом пальцы Фили продолжали оставаться в нем, пока Кили парил от эйфории. Фили умело гладил и ласкал его свободной рукой, и в то же время его рот выделывал с Кили невообразимые вещи, заставляя принца метаться на простынях и исступленно повторять его имя, пока голова Фили находилась на уровне его бедер. - Я больше не могу... не могу, - простонал Кили, тяжело дыша и закрыв глаза. Его кожа блестела от пота, а стройное мускулистое тело беспомощно дрожало, готовое к скорой разрядке. Это было невыносимо... Только Фили удавалось разжигать в нем такое всепоглощающее пламя, только с ним Кили испытывал такие чувства, когда внутри нарастает буря, словно вот-вот взорвешься от наслаждения, смешанного с болью... Подготовив его к своему проникновению, Фили быстро поцеловал колено Кили, не переставая гладить его бедра. Кили перевернулся и встал коленями на кровать, уперев руки в мягкий матрас. - Фили, я хочу... - Шшш... я знаю, чего ты хочешь, - услышал он в ответ. Сказав это, Фили подсунул под него руки и, немного приподняв, медленно вошел в него, продвигаясь дюйм за дюймом, наполняя полностью... Кили казалось, что его тело просто не сможет вместить его твердую плоть. Он уже и забыл, каково это, забыл, как это больно... и в то же время так хорошо... Это было ни с чем не сравнимо - ощущать, как их тела сливаются воедино, становятся одним целым... Фили начал двигаться в нем. Сначала медленно, потом все быстрее и быстрее, и Кили, забыв о боли, начал подстраиваться под его ритм. Из его губ вырывались стоны. Их бедра терлись друг о друга. Фили на мгновение вышел из него, но только для того, чтобы снова резко толкнуться в него... еще и еще.. Кили спрятал лицо в складках одеяла, кусая губы до крови. Он подался вверх, навстречу Фили, и с каждым таким ритмичным движением по его телу прокатывалась новая обжигающая волна. - Прошу тебя, сильнее, ну пожалуйста, еще сильнее... Еще... - стонал он, словно мучимый неутолимой жаждой. Наконец, по телу Кили пробежала сильнейшая судорога, и он издал протяжный стон. Вскоре Фили тоже издал глухой стон и, уткнувшись лицом в его шею, излил в него обильное семя. Тело Кили продолжало содрогаться под ним. Потом Фили откатился в сторону и лег рядом. Повернув голову, он смотрел на расслабленное лицо Кили, который лежал на животе и молча смотрел на него. Фили протянул руку и немного придвинулся ближе, чтобы провести кончиками пальцев по его небритой щеке, очертив полураскрытые губы. - Прости, нам не следовало этого делать, - тихо произнес Фили. Его рука заскользила вдоль длинного тела Кили, прошлась по его спине и остановилась на пояснице Кили. - Но я бы соврал, сказав, что не хотел этого. Кили привстал и оперся на локти, глядя на него сверху вниз. - Я ведь не переставал о тебе думать с тех самых пор, как ты покинул войско, - признался он, опустив взгляд. Потом снова обратил на него глаза. - Если я позову тебя с собой в Железные холмы, ты пойдешь со мной? - тихо спросил принц, взволнованно вглядываясь в его лицо. - Скажи да... только одно слово, и... и мы сможем все начать сначала. Фили задумчиво смотрел на него сквозь рассеянный полумрак. - Не спрашивай меня... - Почему? - Я не могу дать тебе тот ответ, который ты ждешь, - натянуто ответил Фили. Ему было нужно о многом подумать прежде чем дать Кили ответ. Он должен был решить для себя кое-что раз и навсегда, но на это требовалось много времени. Вздохнув, Кили ничего не ответил. Потом положил голову на грудь Фили, и тот крепко прижал его к себе. В этот момент Кили отчаянно боролся с собой, чтобы не сказать вслух, как сильно он его любит. Вместо этого он молчал, раздираемый желанием крепко схватить Фили и умолять его остаться всеми способами, наплевав на гордость и достоинство. Нет. Он сдержался. Потому что знал, что это не поможет. Пока Фили сам не поймет, что ему нужно, пока не переборет в себе всех демонов, он не останется с ним. Это ведь Фили. Гордый, упрямый, независимый странник... Таких, как он невозможно удержать рядом, если только они сами этого не захотят. Прошло какое-то время и Кили почувствовал, что начинает засыпать и сквозь сон ему послышался чуть слышный голос. - Ты должен знать, что я люблю тебя, - прошептал Фили, рассеянно поглаживая его плечо. - Но ты достоин лучшего... Услышав его тихие слова сквозь дрему, Кили замер и нахмурился, не подав виду, что проснулся. Это прозвучало так, будто Фили прощался с ним. Может быть, так оно и было. Но Кили ничего не мог сделать. Все, что ему оставалось - это запомнить те драгоценные минуты, что он смог провести с Фили. И он был благодарен богам за этот подарок, сжимая Фили в объятиях, вдыхая его запах, чувствуя его тепло, пока совсем не сморил сон. А на следующее утро Кили проснулся один, обнаружив, что Фили исчез, забрав свои немногочисленные вещи и одежду, не оставив о себе ни единого воспоминания, кроме смятой постели, носившей на себе следы их занятий любовью. Его слова и правда были прощанием... Эта ночь была прощанием. Кили тщетно прождал его три дня, надеясь, что он вернется, одумается... но Фили так и не объявился. Он снова исчез. *** Два месяца спустя Кили сидел в большой зале замка своего двоюродного дяди и, подперев щеку рукой, смотрел в большой полыхающий камин. Возле кресла, в котором он сидел, на небольшом коврике спал рыжий потрепанный пес, которого Кили привез из Дейла и наградил кличкой "Хитрюга". Теперь, когда небольшие восстания и мятежи последних сторонников Даина были подавлены, этот замок полностью принадлежал Кили, и он являлся его полноправным хозяином. Вернувшись в Железные холмы, принц выступил перед народом на центральной площади в городе, что расположился прямо перед замком, официально поговорив с народом и объявив себя новым хозяином всех владений своего дяди, рассказав жителям, что Даин Железностоп был схвачен и осужден за грязные заговоры и побежден в честном бою Торином Дубощитом. Объявив себя здешним правителем, Кили заверил народ, что позаботится о них и постарается решить накопившиеся проблемы, которых в королевстве Даина было, скажем прямо, не так уж и мало. Было непривычно владеть собственным огромным замком и знать, что отныне ты в нем хозяин и тебе готовы подчиняться все его обитатели. Понятное дело, что Кили окружала точно такая же обстановка и в Эреборе, но там все было по-другому, потому что там всем заправлял отец. Здесь же Кили оказался перед лицом ответственности, о которой и подумать не мог. Но отец твердо заявил, что полностью доверяет ему этот замок и вверяет Кили все земли Даина и его народ. От такой нежданно свалившейся власти любой на месте Кили мог бы потерять голову и пуститься во все тяжкие, но, как ни странно, на принца это подействовало совсем наоборот. Отец доверил ему огромную ответственность, включая жизни гномов и людей, живущих на этих землях, и Кили был горд, что отец по-настоящему ценит его и доверяет ему. И принц поклялся, что приложит все силы, чтобы оправдать его доверие и не запятнать честь отца. Кили положил руку на подлокотник своего массивного кресла, рассеянно скользя глазами по каменным стенам залы, где были развешаны железные щиты и различное оружие. Мысли его продолжали витать далеко отсюда. Королевство Даина было, конечно, небольшим, если сравнивать его с Эребором, но чтобы управлять им, требовалась твердая рука и много сил. А также смекалка и ум, как у его отца, который, по мнению Кили, от природы был одарен всеми качествами достойного короля. Даин, понятное дело, был всю жизнь нечист на руку, как и в управлении своими землями, запустив дела в замке и вне его. Кили не сомневался, что ему предстоит впереди много работенки, прежде чем он разгребет всю ту грязь, что осталась в подарок от его двоюродного дяди. Но Кили решил наплевать на все предрассудки и сомнения. Раз отец верит в него, значит, это чего-то стоит и он справится с правлением в замке Даина, будь он проклят! Но в то же время, что ни говори, а одному в чужом краю было очень тоскливо. Кили был рад услышать, что матушка обещала через месяц навестить его здесь. Если бы не ее подбадривающие письма, то он бы, верно, совсем захандрил. Если бы только Фили был рядом! Он всегда вселял в принца уверенность в себе. С ним Кили ощущал себя настолько сильным, что мог горы свернуть... Как же Кили жаждал, чтобы он был сейчас рядом. Почему Фили исчез, почему не пошел вместе с ним, почему?.. Часто принц ходил по замку, рассматривая многочисленные залы, помещения, и невольно думал о Фили, который рос в этом замке. Иногда Кили казалось, что он чувствует его присутствие, как будто холодные стены замка хранили память о нем... Вот миновал еще один холодный день. Было начало декабря, сейчас за окнами стояла зима и землю уже покрывал первый снег, но в полутемной зале, где сидел Кили, было довольно тепло, не считая гулявших здесь сквозняков. В зале, кроме него, никого не было. Супруга Даина, маленькая скромная гномка, имевшая весьма неприметную, даже серую наружность, после ужина зашла пожелать Кили доброй ночи и тоже исчезла, оставив принца в абсолютной тишине. Был довольно поздний час, когда Кили услышал звяканье металлических шагов. В следующую минуту в зал вошел начальник стражи замка. - К вам посетитель, Ваше Высочество, - прогудел он. На вид гном был весьма грозной наружности. Хитрюга, хоть уже и привыкший ко всей челяди замка, поднял голову и глухо зарычал на него. - Неужели? - безразлично ответил Кили, не постаравшись даже повернуть голову. Он успокоил пса, похлопав его по голове. - Так пошли его куда подальше, пусть приходит утром. Здесь не проходной двор, чтобы все слонялись по ночам. - Я пытался прогнать наглеца, но он упрям, как стадо мулов и просит у вас несколько минут для аудиенции. - Сейчас у меня назначена только одна аудиенция - с моей мягкой и удобной кроватью, - скривился Кили. - Но есть еще вариант свидания с урной, потому что здешняя кухарка явно намерена отравить меня своей стряпней. Я уже сто раз пожалел, что не взял с собой Рори. Командир терпеливо выслушал его недовольное бурчанье, понимая, что хозяин снова не в духе. Так же, как почти все два предыдущих месяца, как вернулся сюда из Эребора. - Что прикажете делать, прогнать его, господин? Кили несколько минут раздумывал, и гному показалось на миг, что о нем забыли. Но тут Кили небрежно махнул рукой: - А... черт с ним, - пробормотал он, вытянув длинные ноги и грея подошвы сапог у камина. - Валяй. Пусть его проведут ко мне, раз ему так неймется и он не может подождать до утра. Мне даже любопытно стало, что там за настырный малый такой. - Как скажете, господин, сейчас приведу этого парня, - пробасил начальник стражи, после чего развернулся и вышел. Через несколько минут в коридоре снова раздались звуки шагов и в зале появились два здоровенных стража, стуча подошвами сапог о каменный пол. Хитрюга неуверенно заскулил и повел носом. Кили скептически выгнул бровь, гадая, что за гость к нему пожаловал, не утруждаясь, чтобы подняться с кресла и продолжая сидеть все в той же вальяжной позе. За их спинами кто-то шел, но Кили не мог разглядеть, кто именно, пока стражи не остановились посреди залы и не расступились. Кажется, сердце Кили пропустило удар. А может, и все два, пока он смотрел, как Фили - а это был именно он - опускается на одно колено и низко склоняет перед ним голову. При виде него, Кили порывисто вскочил с кресла, едва не опрокинув его при этом. На несколько секунд он застыл, боясь шевельнуться. С трудом разлепив пересохшие губы, Кили резко обратился к стражникам: - Оставьте нас. Через минуту они с Фили остались вдвоем. Фили молчал и не поднимал головы, все еще находясь в коленопреклоненной позе. Хитрюга подбежал к нему и начал с интересом обнюхивать, даже не зарычав, хотя незнакомцев он обычно недолюбливал. Кили сделал ему знак, и пес обиженно уселся на свое место, наблюдая за ними на расстоянии. - Ты все-таки пришел... - прошептал Кили, сделав к Фили нетвердый шаг. Он попытался выдавить из себя усмешку, с трудом сохраняя спокойствие: - Но ты задержался. Странно, но... Кили до последнего верил, что еще увидит его. Почему-то он был уверен в этом. Словно некое предчувствие жило в нем с их последней ночи. - Встань, - тихо попросил он. Фили медленно поднялся, и их глаза, наконец, встретились. - Ты слишком долго шел сюда. - Путь был долгим, - тихо произнес Фили. - Да, - принц медленно кивнул, не отводя глаз. - Путь был очень долгим. Но я рад, что он все же привел тебя сюда. Воздух между ними как будто стал сгущаться. Вот они стоят друг напротив друга, пройдя через столько испытаний, через все, что судьба заставила их пережить... И что же теперь? Кили вглядывался в его серьезное усталое лицо, не зная, что сейчас может услышать. Кто его знает, возможно, Фили снова пришел попрощаться, как он сам когда-то пришел к нему. Или скажет сейчас, что зашел просто поздороваться, проезжая мимо этих краев. Нет, это было бы слишком жестокой шуткой с его стороны. - Я думал, что ты ушел той ночью, потому что все еще ненавидишь меня, - произнес Кили, нервно сглотнув. Во рту его пересохло от эмоций. В ответ Фили негромко вздохнул и печально улыбнулся: - Я ушел, потому что понял, что ты достоин лучшего, чем я. Ведь я ничего не могу дать тебе взамен, - Фили поднял руку, когда Кили хотел прервать его. - Я не достоин того, что ты хотел дать мне... - Фили с горечью усмехнулся. - И тем не менее почему-то я здесь, хотя не должен был приезжать к тебе. Наверное, я эгоист, раз не могу оставить тебя свободным и позволить тебе жить своей жизнью. Кили хмуро смотрел в его глаза и Фили снова заговорил. - В этих стенах я рос с самого детства, - тихо произнес он, оглянувшись по сторонам. - Но я никогда не считал этот замок своим домом. Я считал Даина своим вторым отцом, но и это было большой ошибкой с моей стороны. Я всегда ошибался в нем, - сказал он, глядя в настороженные глаза Кили. - Я тешил себя заблуждениями и сам виноват во всем. Я сам виноват в том, что все потерял. Потому что на самом деле у меня ничего не было до встречи с тобой... - в его голубых глазах сверкало пламя. - Мне потребовалось много времени, чтобы понять простую истину: в тебе я обрел все, что мне нужно в этой жизни. Потому что все, что мне нужно - это ты. Без тебя... без тебя меня просто нет, - закончил он хрипло. Кили опустил голову и закрыл глаза, ощутив ком в горле. Он услышал, как Фили пошевелился, и посмотрел на него, увидев, что Фили снова опустился на колено. - Если вы когда-нибудь найдете в себе силы простить меня, Ваше Высочество, то прошу, возьмите меня к себе на службу, - тихо произнес Фили. - Ты хочешь снова быть моим телохранителем? - слабо переспросил Кили, не зная, смеяться ему или упасть на колени и обнять этого упрямца. Его глаза предательски защипало. - Если ты дашь мне шанс. Потому что дороже тебя у меня никого нет на этом свете. И я хочу всегда быть с тобой. Всегда, - Фили посмотрел на него своими непроницаемыми глазами, и Кили почувствовал, что куда-то плывет. Его медленно накрыла горячая волна, растапливая тот лед, что долго сковывал сердце. Он опустился рядом с ним на холодный пол и, схватив его, крепко прижал к себе, наплевав на то, что кто-нибудь может войти и увидеть их. - Ты ужасный тугодум, Фили Стальной кулак, но, пожалуй, это твой единственный изъян, так что я постараюсь тебя от него избавить в самое ближайшее время, - пробормотал он, уткнувшись лицом в шею Фили, чтобы тот не увидел его глаз и не посчитал слезливым слабаком. - Мне не нужна свобода. Мне нужен ты, как ты не можешь этого понять? Зачем мне весь мир, если тебя нет рядом. - Будь на моем месте кто-то более благородный, то он бы сказал тебе, что это полная чушь и ты не соображаешь, что говоришь, отчаянный безумец, - Фили тихо рассмеялся, обняв его в ответ. - Но я не столь благороден, поэтому, не стану пробовать разубедить тебя в этом. Кили взял его лицо в ладони и крепко поцеловал. - Я люблю твой смех. Хочу, чтобы ты каждый день смеялся. Хочу сделать тебя счастливым, - прошептал он чуть слышно. Глаза Фили стали теплыми. Он прижался лбом к его голове. - Я потребую с тебя сотню клятв и контракт, подписанный кровью, в присутствии толпы народа, чтобы ты больше никогда не посмел от меня сбежать, - пробормотал Кили, стиснув отвороты его туники руками. - А вдобавок привяжу тебя к себе веревками. Ты все равно будешь моим телохранителем, так что это никого не удивит. Фили в ответ снова тихо рассмеялся. Потом осторожно поцеловал его губы и заглянул в карие глаза принца. - Кили? - Что? - Я люблю тебя, - хрипло прошептал он, не отводя глаз, - и больше никакая сила не заставит меня покинуть тебя. Потому что рядом с тобой мой дом. В тебе я нашел все, что искал. Просто я не хотел этого признавать, - Фили нежно провел по его щеке подушечкой большого пальца. - Я пытался забыть тебя, но сердцу не прикажешь. Без тебя в моей груди словно огромная дыра, которую ничем невозможно заполнить. Только ты можешь исцелить мои раны. Позволь мне остаться с тобой и искупить свою вину за все, что я сделал... - Замолчи... - Кили мягко приложил пальцы к его губам. - Давай навсегда забудем о том, кто кого обманывал... давай начнем все с чистого листа, идет? Фили сжал его пальцы и бережно поцеловал: - Идет. - Я сделаю все, чтобы это место стало для тебя домом, - тихо произнес Кили, взяв его лицо в ладони. - Я клянусь, что сделаю это. Фили улыбнулся и крепко прижал его к себе. - Ты уже это сделал, - прошептал он ему на ухо.