Глава 3.
16 августа 2014 г., 00:25
— И что ты будешь делать со мной? — спросила я, стоило Стражу выйти из помещения, настороженно глядя на моего нового знакомого.
— Сначала обработаю тебе укус на шее и остальные раны, — совершенно спокойно ответил тот, задумчиво потирая подбородок двумя пальцами. — И кто же тебя так? Неужели Хулт'ах?
— Он самый, — со злобой фыркнула я и заметила огромное изумление в глазах аттурианца.
— Странно. На него не похоже.
— А что не так? — не поняла я, опираясь на стол, стоящий позади.
— Хулт'ах никогда бы не укусил в шею самку, которая дерзит на каждом шагу. — Опять задумался лекарь, а затем отвернулся и подошёл к одному из шкафчиков, взял какие-то жидкости, мази и вернулся.
— Это что? — снова с настороженностью посмотрела я на аттурианца.
— То, что поможет заживить за короткое время все твои раны.
***
Ничего себе! Я даже и не подозревала, что аттури настолько продвинулись в медицине. Эти препараты действительно регенерировали все ранения, оставив лишь маленькие шрамики. Когда у нас даже самый лучший эликсир из очень редкого растения, предназначенного для заживления, помогает в течение одного-трёх дней, в зависимости от степени тяжести повреждений. Прошло примерно около двух часов, и всё зажило! Я в шоке. За это время я успела помочь Хирону с расфасовкой препаратов и колб с жидкостями разных цветов и предназначения, расставляя их по порядку, указанному аттурианцем, на шкафах, полках и тумбах. Хирон постоянно интересовался о моей жизни, как я вообще попала в руки Хулт'аха, но я не слишком вдавалась в подробности, не рассказывая всех своих бед, лишь поверхностно объясняя мой нынешний статус в виде рабыни в руках аттурианца. Хоть этот лекарь и располагал к себе какой-то теплотой и добротой, я не стала изливать душу тому, кого знаю пару часов. Но, признаться честно, я более не чувствовала настороженности или страха, находясь рядом с ним, словно проблемы и печаль улетучились. Этому способствовали его частые шутки и смешные истории. Я вновь смеялась в голос, забыв обо всём. Лишь одна из проблем внезапно дала о себе знать, когда я стала подниматься по лестнице, чтобы поставить одну из колб на самую верхнюю полку шкафа. В этот момент голова пошла кругом, и всё поплыло перед глазами, покрываясь чёрными пятнышками. Из руки выпала колба и вдребезги разбилась о пол, на который рядом приземлилась и я, упав в обморок. Слишком часто моё сознание стало покидать меня. Очнулась я от резкого запаха чего-то и увидела перед собой расплывчатое лицо Хирона, который облегчённо выдохнул и клацнул жвалами. — Что стряслось? — потёрла я ушибленный лоб, которым, видимо, шарахнулась об пол. — Это я у тебя хотел спросить, самка, — склонил в любопытстве голову лекарь, требуя немедленного ответа. А он прозвучал в виде голодного урчания моего желудка, после чего я смущённо хмыкнула, хватаясь за живот. — Ты давно ела? — Наверное, дня три-четыре назад, точно не помню, — обречённо проговорила я, отворачиваясь и мысленно заставляя желудок заткнуться. Да только без толку. — Понятно. Истощение, — изрёк диагноз Хирон и, скомандовав, чтобы я вставала и следовала за ним, направился к выходу. — Только без глупостей и не убегать! — предупредил он. — Хулт'ах всё равно отыщет тебя, так ещё и мне всыплет. — Хорошо, — хихикнула я и поплелась вслед за аттурианцем. А пришли мы в какое-то огромное помещение, где стояли столы и стулья. В общем, всё напоминало общую столовую. Тут и там, за столиками, восседали другие аттури, попивая какой-то напиток из высоких сосудов. Многие из них, при виде меня, оборачивались и что-то стрекотали друг другу. Обсуждают. Но я очень удивилась, увидев здесь уманок и несколько яуток другого клана, которые обслуживали всех, разнося напитки. Это что, типа бара у уманов? Моему ошеломлению не было предела, что успел заметить и Хирон, утробно смеясь, завидев выражение моего лица и округлённые глаза. — Откуда они тут? — не успев оказаться за столом напротив лекаря, спросила я, не отрывая взгляда от самок, торопливо передвигающих стройными ножками. — Они тоже попали сюда в роли рабынь, — как ни в чём не бывало, сказал Хирон. — Некоторых похитили аттури, на других проводят эксперименты учёные, ярусом ниже. — Что?! — воскликнула я, опешив. — Да, и такое есть, как бы ужасно не смотрелось с твоей стороны, яутка. Некоторые пленённые самки порывались сбежать и даже умудрялись убивать аттурианцев, которым принадлежали, после чего в наказание отправлялись в руки учёных, а они – безжалостные аттури, готовые на живую распарывать животы подопытных и вынимать органы. — Ужас. — Передёрнуло меня после таких подробностей. — А самые послушные рабыни могут добиться такого уважения и заслуг хозяина, что обретают свободу или становятся помощницами и неприкасаемыми личностями у аттурианцев. — Но, получается, и я тоже в роли помощницы сейчас, — призадумалась я, ожидая ответа Хирона. — Ты ещё не заслужила большого уважения у своего Шикло. И поверь, ещё долго не заслужишь, если будешь перечить Хулт'аху и не подчиняться требованиям. Он очень придирчивый аттури. И суровый. — Ага, подчинюсь я этому прихвостню. Держи карман шире! — гневно изрекла я и нахмурила брови, сжимая кулаки. — Я лучше заставлю его подчиниться. — Ну и дерзкая ты яутка, — рассмеялся Хирон, опрокидываясь на спинку стула. — Я в удивлении от того, почему Хулт'ах спас тебя и до сих пор не отрубил голову. И в это мгновение упомянутая личность влетела в помещение, оглядываясь по сторонам и пронзая всех колким взором. И я могла поклясться, если бы его взгляд имел силу плазмомёта, все бы лишились головы, упав замертво на пол. Заприметив нас, аттурианец зашагал в нашу сторону, сжимая кулаки, сведя надбровные дуги к центру. Его жвала гневно растопырились, а из горла вырвалось устрашающее шипение. Меня даже дрожь пробрала от его угрожающего вида. Я ощутила, как холодная испарина проступила на лбу, а мурашки пробежали табуном вдоль позвоночника, сводя живот от ужасного волнения. Я невольно сжалась в комок, когда тень разъярённого воина нависла надо мной. — И какого к'жита она тут делает, Хирон? — грубым рыком произнёс смуглый, и меня вновь передёрнуло. — Вообще-то, я собрался её накормить, — объяснил лекарь, глядя на товарища. — Я же сказал не спускать с неё глаз! — взревел Страж, повернувшись к серому аттурианцу. — Да она в обморок упала от истощения! — в том же жаргоне заорал Хирон, подрываясь с места. — Ты хоть кормил её? — Нет, — слегка растерялся Хулт'ах, потупив глаза. — Вот и помалкивал бы, — уже спокойно добавил лекарь, усаживаясь обратно и приглашая собрата тоже присесть. И, на удивление, тот подчинился, примостившись на соседний стул. — Хотел самку голодом заморить? — снова спросил Хирон, на что аттурианец ничего не ответил, лишь отвернувшись в сторону. Через мгновение к нам подошла одна молоденькая уманка, мельком взглянула в мою сторону и, узнав пожелания, шустро понеслась выполнять заказ. Не, ну точно, как в баре уманов! Смуглёныш на протяжении всего времени не спускал с меня глаз, сложив перед собой руки. Спустя время принесли два блюда, на одном из них лежало жареное мясо, источая манящий, умопомрачительный запах, а на втором были овощи и фрукты. Затем донесли три больших сосуда со сладко пахнущим напитком, поставив возле каждого. Желудок угрюмо взвыл, требуя пищи, после чего я просто накинулась на еду, наслаждаясь упоительным вкусом. Как же я давно не ела. Хулт'ах и Хирон пристально наблюдали за тем, как я жадно поглощаю мясо и фрукты, запивая всё это сладким напитком, который ещё больше нагонял аппетит. Мне было всё равно, что на меня уставилось две, а может и более, пар глаз. Сейчас я хотела насытить свой организм питательными веществами, которые дадут энергию и бодрость. — Ты это сильно не налегай на этот напиток, — внезапно предупредил Хирон, заметив, что я уже наполовину опустошила сосуд, почти заканчивая трапезу. — А что это? — Оторвалась я от напитка и посмотрела на лекаря. — К'нтлип, разбавленный водой, — объяснил тот и издал короткий смешок, дёрнув верхней жвалой. — Хочешь сказать, что я скоро опьянею? — насмешливо спросила я и хмыкнула, тотчас почувствовав головокружение, придавшее телу лёгкость. — Оу, по-моему, в целях безопасности не надо было мне давать это, — адресовала я своё высказывание смуглому и весело хихикнула, заметив, как напряглись его мышцы. Всё, меня развезло. Никогда в жизни не напивалась. А тут с голодухи выхлебала уже целый сосуд. Да и плевать. Главное, поела. Вот теперь-то я готова потрепать нервы своему Шикло. Лёгкая ехидная ухмылка тронула мои губы, когда я поставила пустой сосуд на стол и довольно потянулась всем телом, ощущая сытость. — Пошли, Квей, — сухо скомандовал Страж, вставая с места. — Как прикажешь, Смуглёныш, — проворковала я, гаденько ухмыльнувшись, вызвав у Хирона новый приступ смеха, который он всеми силами старался сдержать, заметив убийственный взгляд собрата, еле-еле сохраняющего зазин, то сжимая, то разжимая кулаки. В конечном счёте, не выдержав, смуглый бесцеремонно водрузил меня к себе на плечо и, что-то буркнув лекарю, куда-то понёс прочь. В этот момент мне было так хорошо: голову наполняло дурманом, тело лёгкостью, а самой было просто начхать на то, что происходит вокруг. Безумно хотелось сделать какую-нибудь пакость, особенно наглой аттурианской морде, что продолжала, молча, нести меня на себе. Правда мой настрой изменился в другую сторону, стоило заметить, как при ходьбе каждая мышца спины аттурианца изгибается, приковывая взгляд. Я даже немного протрезвела, тряхнув головой, дабы отогнать такие ужасно нелепые и глупые мысли. Но глаза снова и снова натыкались на эти извивающиеся под смуглой кожей мускулы, в некоторых местах исполосованные шрамами. Пальцы сами потянулись к светлым полосочкам и коснулись слегка шершавой, горячей кожи, от чего аттурианец вздрогнул, недовольно заурчав. А мне было всё равно. Я один за другим ощупывала шрамики, очерчивала ноготками коричневые пятнышки. Опять происки Сезона, как пить дать. Но против природы не попру даже я. Хотя в мыслях выявилась одна здравая, напоминая о том, кем является эта морда. После чего я со злостью вонзила ногти ему в кожу, проводя вверх и оставляя зелёные бороздки. Гневно взревев, Страж скинул меня с плеча, от чего я со всего размаху ударилась головой об стену, взвизгнув от боли и схватившись за ушибленное место. — Вот же бпе! — пропищала я, потирая затылок. — Ты что вытворяешь, глупая яутка? — окрысился Хулт'ах, подойдя вплотную ко мне. Я собиралась снова отвесить какую-нибудь колкость, да только аттурианец больно схватил меня за валары и сделал так, чтобы я встала на колени, задрав голову вверх. Я вновь увидела этот убийственный огонёк в алых глазах, и кончики пальцев похолодели от нахлынувшего страха. Послышался звон металла, и длинный клинок устрашающе блеснул в полумраке. Тогда я поняла, что теперь он настроен серьёзно. Молодец, Эврид. Всё же напросилась, снова найдя на свою пятую точку неприятностей. Но я даже не дрогнула, глядя «палачу» глаза в глаза. Я обещала сама себе, что ни за что не покажу слабость или страх. Я вмиг смирилась с тем, что произойдёт дальше, пока аттурианец медлил, разминая кисть. Увидев, как клинок взлетел вверх, готовясь к атаке, я вытянула шею, ещё больше запрокидывая голову и прикрывая веки. Значит, такова воля Кетану… Но спустя несколько секунд не последовало ни единого движения, лишь тяжёлое дыхание аттурианца разбавляло тишину коридора, а после раздалось его громкое, закладывающее уши, рычание, отразившись эхом от стен, к одной из которых меня припечатали спустя мгновение. Распахнув глаза, я встретилась с разъярённым взглядом смуглого, нервно сглотнув. — Пошла в отсек, — строго скомандовал он и толкнул к двери, находившейся в двух метрах от нас. Когда Хулт'ах открыл её, я просто влетела в помещение, мигом оказавшись на своей кушетке, испуганно глядя на аттурианца. Вот и вся моя смелость, блин. Не покажу страха… А что делать, если этот страх неконтролируем в присутствии такого властного хищника, который одним лишь взором заставляет сердце замереть на месте. Я даже Но-Кхана в начале нашего «интересного» путешествия с уманами не боялась так. Злюсь на себя за то, что всё равно слаба и уступаю смуглому в превосходстве. — Тебе стоит напомнить правила поведения, или сама вспомнишь? — заговорил аттурианец утробным голосом, вызывая нервную дрожь. — Н-нет. — К'жит! Я начала уже заикаться. Сделав глубокий вздох, словно успокаиваясь, Хулт'ах снова взглянул на меня и что-то пробурчал нечленораздельное. Видимо, ругается. Ничего не сказав, он снял с себя ожерелье и кинул на кровать, а затем скрылся в душевой. А меня сразу заинтересовала брошенная хищником безделушка. И я опять приобрела бывалую смелость, стоило уйти с поля зрения Смуглёнышу. Наклонив в любопытстве голову набок, я пристально рассматривала украшение. Но мои пальцы аж закололи, до умопомрачения желая коснуться меха. Я даже не сообразила, как оказалась на кровати самца и взяла в руки ожерелье. Да, тёмно-коричневый мех, как я и ожидала, оказался очень приятен на ощупь. Я наслаждалась его мягкостью, прислонив к щекам, чтобы вдоволь понежиться об этот клочок меха, но в следующее мгновение в ноздри ударил притягательный, дурманящий запах аттурианца, сохранившийся на этом украшении. Я ощутила, как тёплый трепет прокатился по телу, учащая сердцебиение и дыхание. Помутнение рассудка удивило и насторожило, но этот мускусный аромат самца манил и чуть ли не вызывал тихие стоны. Внизу живота мгновенно заныло, какое-то томительное желание разлилось там горячей волной. Вот такого я не ожидала от самой себя. Но была просто не в силах устоять и продолжала вдыхать приятный запах аттурианца, подкатывая глаза от некого удовольствия. И как же я до усрачки испугалась, когда Смуглёныш вышел из душевой, увидев меня с ожерельем в руках, преспокойно сидящую на его ложе. От его гневного рыка у меня затряслись поджилки. Сжавшись в комок, продолжая держать украшение в руках, я не отрывала испуганного взора от аттурианца, который стоял напротив, сжимая кулаки и тяжело дыша от злости. Я думала, что он сейчас взорвётся, начнёт отчитывать меня и орать, а там может и разок огреет по черепушке, но через мгновение смуглый изменился, стоило ему сделать более глубокий вдох. Прикрыв глаза, он на секунду перестал дышать, я даже заметила мелкую дрожь, прошедшуюся по его мускулистому и такому, к'жит подери, соблазнительному телу. Рйет! Этот Сезон… А затем самец распахнул веки, и в его багровых глазах промелькнул подозрительный огонёк, некая искорка, прошедшая по моему позвоночнику, стоило встретиться нашим взглядам. Я могла поклясться, что буря эмоций внутри, распирающая всё естество, коснулась и аттурианца, приведя его в полное ошеломление и растерянность. Так как он глядел на меня и не знал, что сказать или что-либо сделать. А мускусный аромат, исходящий от него, вскружил голову, вызывая эйфорию и приятную тянущую тяжесть внизу живота. Я еле сдержалась, чтобы не подняться и подойти к нему вплотную. Спустя миг смуглый тряхнул валарами, словно отгоняя наваждение, и, снова рассвирепев, резко отобрал ожерелье. — Вали в душ! — зарычал аттурианец, указывая когтем на дверь, опять еле сдерживая ярость. — Но я ведь… — хотела я было возразить, как вдруг когтистая лапа нагло схватила моё запястье, а уже через мгновение Хулт'ах бесцеремонно запихнул меня в душевую и с грохотом захлопнул дверь, оставив меня в недоумении от его реакции.***
— Вот же к'житова самка! — рычал смуглый, выйдя из отсека и направившись опрокинуть бокальчик к'нтлипа, дабы успокоить нервишки. То, когда он, выйдя из душа, увидел мерзавку на его кровати с его же ожерельем в руках, было ничто, по сравнению с тем, что пришлось ему испытать, стоило ощутить странный, сводящий с ума, сладкий и манящий аромат самки. Видят Боги, аттури даже покрылся мурашками, когда приятный разряд прошёлся по телу. Это однозначно был аромат её возбуждения, в этом самец не сомневался, но чтобы настолько сильный, ударяющий в голову, не хуже алкоголя, затуманивающий рассудок и подчиняющий. Такого запаха он не ощущал ни от одной аттурианки, яутки, которых немало встречал на своём жизненном пути, а уманках он вообще молчит. — Надо с ней быть на стороже, — подвёл итоги Хулт'ах и зашёл в обширное помещение, служившее местом отдыха для аттурианцев. А здесь уже о чём-то воодушевлённо общались несколько его знакомых, включая Хирона, сидящих за большим столом, попивая опьяняющий напиток. Завидев Первого помощника Вожака, Хирон встрепенулся и жестом позвал его, предлагая присоединиться, что и сделал смуглый, усаживаясь в общую свиту и заказывая появившейся тут же яутке один бокал напитка. — А что от тебя так и разит мускусом? — навострился внезапно лекарь, вопросительно глядя на собрата, который тотчас разозлился, раскрыв жвала и зашипев в негодовании. — Это всё эта дрянь! — со злобой стукнул Хулт'ах по столу кулаком, да так, что чуть не опрокинул стоящие на столе сосуды. — Она меня с ума сведёт. — Она с тобой всего один день, а ты уже весь на взводе, — решил съязвить Хирон, утробно засмеявшись. — Так отруби этой дерзкой яутке башку, — предложил сидящий рядом аттурианец. — Поверь, пытался. — И? — с великим любопытством в серых глазах спросил Хирон. — Меня словно что-то остановило, — поник смуглый, укоризненно качая головой. — Смотри, Хулт'ах, если дашь ей возможность запутать мозги, она будет из тебя верёвки вить, — изрёк глубокомысленно Бакууб и следом его слова поддержали кивком остальные аттури. — Я свою сразу на место поставил, теперь не рыпается. — И как же? — усмехнулся смуглый, прищурившись и прожигая собрата алым взором. — Овладел ею, — с гордостью заявил Прямое копьё, складывая руки в замок и опрокидываясь на спинку стула. — А может она тоже соблазнила тебя своим манящим ароматом? — съехидничал Хирон, отпивая из бокала. — Я узнал, что у этих самок совсем скоро начнётся Сезон слияния. Наверное, поэтому наш суровый и неподступный Хулт'ах тоже успел почувствовать на себе это влияние. — Заткнись, Хирон! Или хочешь получить по жвалам?! — сразу взревел смуглый, подскочив и угрожающе зарычал на лекаря. Тот же неожиданно отпрянул назад, настороженно пялясь на Первого помощника. — Видят Боги, твой яростный и пронизывающий до костей голос любого аттури заставит дрожать от страха, даже меня, — признался Хирон. — Этот голос достался от отца, который тоже был не робкого десятка, — фыркнул смуглый и успокоился, присаживаясь обратно. — Но всё же ты попал под влияние притягательного аромата той дерзкой яутки, — подытожил лекарь, вызвав новый приступ бешенства у Хулт'аха. — Смотри, а то ещё подчинит себе и будет вертеть, как захочет. — Посмотрим, кто кого подчинит, — с коварством проговорил смуглый и довольно застрекотал, сощурившись и клацнув верхней жвалой. — Ну-ну, — усмехнулся Хирон и снова отпил из бокала, с ехидством глядя на аттурианца.
