Глава 10.
24 февраля 2015 г., 23:58
«Вот я и влипла», — подумалось мне, и я нервно сглотнула, боясь обернуться, ибо уже точно знала, кто там стоит. Но выбора не оставалось, как и не было возможности слинять куда-то. Передо мной титановая дверь, а позади рассвирепевший и тихо рычащий аттури.
Всё же осмелев, я медленно обернулась и узрела Шикло, стоящего в двух метрах от меня, то и дело сжимающего и разжимающего кулаки, словно пытаясь сдержать нахлынувшую ярость. Окончательно растерявшись, я замешкалась, не зная какие слова сказать в своё оправдание.
— Я… оказалась тут случайно, — подала я голос, закусив нижнюю губу от ужасного волнения, от которого даже ладони успели вспотеть. — А тут какая-то дверь загадочная нарисовалась, — нервно захихикала я, указывая взглядом на преграду позади. — Ты не знаешь, что за ней?
Но ответа не последовало. Лишь напряжённое молчание, заставляющее страху от представления, что произойдёт далее, разлиться по жилам холодной жижей. Я хотела снова заговорить, да только Хулт'ах неожиданно сорвался с места и резко припечатал меня к холодной двери, схватив одной ручищей оба запястья и заведя их вверх над головой, от чего я тихо пискнула, ощутив прилив ещё большего ужаса.
— Зачем ты здесь? Что ты задумала? — прорычал прямо в лицо смуглый, обдав жарким дыханием.
— Я!.. Я… — заикаясь, пролепетала, но не нашла достойного ответа на эти вопросы, глядя во взбешённые алые омуты, схожие на данный момент с раскалённой лавой. — Ничего! Клянусь Кетану, ничего такого! — завопила я что есть мочи, пытаясь освободить запястья. — Я, правда, случайно оказалась здесь.
— Но ты ведь с какой-то целью направилась на нижние ярусы? — продолжал допытываться Хулт'ах, угрожающе сощурившись и ещё больше сжав мои конечности. — И зачем ты пыталась открыть эту дверь?
— Чисто из интереса! — тотчас изрекла я и сразу зажмурилась, сжавшись в комок, при этом ожидая реакции Шикло.
— Вот как, — спустя минуту произнёс аттури и неожиданно отпустил, отойдя на шаг назад. — Значит, хочешь знать, что скрывается за этой дверью?
— Д-да, — как-то неуверенно промямлила я и закусила нижнюю губу.
— А ты уверена, что не пожалеешь об этой просьбе? Там может быть то, что тебе явно не понравится.
— И что же там такого? — вопросительно подняла я бровь, уставившись на смуглого.
Но Хулт'ах только тяжело вздохнул, а затем подошёл к панели задач. Его чёрные острые когти молниеносно набрали код, да так, что я толком ничего не успела уловить, а затем дверь с громким «пшик» стала приоткрываться. В этот момент я почувствовала, как волна волнения накрыла с головой, участив сердцебиение. Словно сейчас я узнаю то, что никто никогда не знал, кроме самого хозяина этого отсека.
Загадочное помещение встретило меня кромешной тьмой, но стоило по настоянию Шикло вступить внутрь, как от моей ноги на полу загорелась прямоугольная лампа, затем ещё одна и ещё, превращаясь в некую дорожку из света. Сразу по бокам этой «дорожки» загорелась ещё одна подсветка в углублениях, а вслед за всем этим свет перекочевал на стены, рассеяв мрак. И меня тотчас одолело ошеломление от того, что предстало передо мной: на правой стене сплошь висели черепа различных чудищ, животных и инопланетян, какие только могут существовать в этой Галактике; на левой же – множественное количество холодного и огнестрельного оружия: кнуты, плети, мечи, кинжалы, клинки, метательные диски, плазменные пушки и пистолеты, сеткомёт, ки'чти-па, копья, маленькие бомбы и лазерные ловушки, – всё это разных форм, размеров, и у каждого своё назначение.
— Неужели это всё твоё? — ошалев, поинтересовалась я, взглянул на аттури, узрев абсолютно спокойное выражение лица с поджатыми к клыкам мандибулами. Да только в глазах промелькнуло некое беспокойство. — И ты говорил, что мне это придётся не по нраву? — усмехнулась я и восхищённо ахнула, рассматривая то трофеи, то оружие, делая шаг за шагом вглубь, обходя колонны, что как исполины возвышались через каждые пять метров.
Пройдя почти большую часть помещения, я внезапно увидела черепа, принадлежащие науду. И их было немалое число. Почти возле каждого из таких черепов висели маски и оружие, видимо взятые тоже как трофей.
— Неужели ты стольких убил? — совсем не удивляясь количеству, полюбопытствовала я, да только Хулт'ах снова ничего не ответил, лишь опустил глаза в пол и прошёлся до колонны, зайдя за неё. А когда вышел, его взор остановился на чём-то, что было за моей спиной. Проследив траекторию его взгляда, я медленно повернулась, увидев место на стене, возле самой двери, что вела, возможно, во второе помещение отсека. Это место представляло собой квадрат, выступающий на десять сантиметров вперёд и подсвеченный двумя лампами, что свисали, словно фонари сверху. Но стоило мне увидеть то, что они освещали, как сердце оборвалось…
Ноги в одночасье стали ватными, сердце начало биться о рёбра, будто рвалось наружу. А рвалось оно именно к тому, чью до боли знакомую маску я увидела внезапно в таком неожиданном месте. Моё дыхание перехватило от немого шока, но я смогла прошептать его имя: «Но-Кхан!» А затем медленным шагом, на негнущихся ногах, я добрела до того самого места, глядя на такую родную маску Рла, на эти иероглифы на лобной части, повествующие историю воина яута, что не раз был на волоске от тей-де, но заслуживал пощаду Кетану.
Воспоминания его последнего вздоха нахлынули, как волна на песчаный берег, принеся за собой пронзающую боль в сердце и слёзы, что капля за каплей полились по щекам. Но я не пискнула. Лишь губы стали предательски дрожать, и я поспешила закрыть их ладонью. Однако я всё равно не смогла сдержать порыв нахлынувшей истерики, после чего невольно всхлипнула, а затем ноги подкосило, и я упала на колени, всё ещё продолжая созерцать маску Но-Кхана и висящий рядом с ней кинжал. Тот самый, которым я порывалась прирезать его убийцу.
— Почему? — вырвалось из горла, в котором стоял ком боли и горечи. — Почему эта маска здесь?! — закричала я уже на весь отсек и осмелилась заплаканными глазами посмотреть на Хулт'аха, что стоял в нескольких шагах от меня. — Ведь ты не убивал Но-Кхана. Этот трофей не может принадлежать тебе!
— Потому что я его заслужил, — коротко ответил смуглый, приводя меня в ещё больший шок.
— Что? — не веря, произнесла я и встала с колен. — В каком смысле? — Но Хулт'ах промолчал. И это сработало, как щелчок. — Это ведь тот ублюдок убил моего Рла! — заорала я, почти рыча и отчаянно тыча в маску Но-Кхана. — С чего тогда она весит на стене с твоими трофеями? И вообще, что она вообще тут делает? Почему вы её забрали и тем самым осквернили?! — последние слова я просто выплюнула в истерическом крике, почти задыхаясь от эмоций, от той боли, что разрывала нутро, горечи и скорби, пронзивших моё сердце вновь, заставив только зажившие раны снова кровоточить. Слёзы ручьём текли по щекам, всхлипы вырывались из горла.
А Хулт'ах не сказал ни слова, отведя взгляд в сторону. И только часто вздымающаяся мощная грудь выдавала его волнение. Подождав ответа ещё пару минут и не дождавшись, я снова подошла к маске Рла и коснулась её холодного металла. Более не вспыхнут линзы, что скрывали янтарные глаза, не услышу рык из-под маски стальной. Его больше нет, и я осталась в этом мире одна. А печаль захлестнула меня с головой.
— Почему она здесь? Скажи! — совсем тихо промолвила я, снова посмотрев на своего Шикло. И только после этого он взглянул на меня, пронзая взором, а затем двинулся навстречу.
— Я повторюсь, — начал Хулт'ах твёрдо. — Я заслужил её! — утвердительно заявил он, подойдя вплотную, глядя сверху вниз на меня. — Потому что спас своего Вожака дважды от смерти, которую ты намеревалась подарить ему. И в награду попросил именно маску твоего так называемого Рла.
— Зачем? — прошептала я, не сводя с него глаз и не понимая сути.
— Чтобы затем отдать дань памяти падшего доблестного воина, поместив его маску и оружие на самое почётное место среди трофеев на этой стене.
Его слова кольнули ещё больше, от чего я потеряла дар речи. Я не могу поверить в то, что аттури так почётно отнёсся к погибшему яуту. Это не укладывается в голове.
— Эврид, — позвал меня Хулт'ах, и я от удивления округлила глаза. — Хорош жить прошлым! — гаркнул он, и его надбровные дуги хмуро сошлись посредине. Да только я не могла отойти от шока, переваривая услышанное. — Пошли, — скомандовал он и, схватив за локоть, потащил к двери, заводя во второе помещение и включая свет. — Я слышал от Манулы, что ты скучаешь по тому месту, где любила проводить свободное время.
И вот тут я мгновенно стала серьёзной, следя за тем, как Страж ловко когтями щёлкает по панели задач в этой комнате. А через минуту помещение изменило свои формы, ввергая меня в новый шок. И было чему дивиться. Ведь передо мной в голографическом искажении возник родной закат Красного гиганта, одинокое дерево вдали от города, в котором я жила ранее, и тот самый камень с ручьём у его подножья, что служил для меня местом освобождения от всех удручающих мыслей, воссоединяя с дыханием природы. Воспоминания потоком ворвались в сознание, наполняя ностальгией. Я фактически ощутила тот самый ветерок, что шелестел кроной одинокого дерева, в точности чувствуя его прикосновение к щекам, мокрым от нового потока слёз. Это было так восхитительно и одновременно больно. А затем нежное и тёплое прикосновение сильной руки к плечу вывело из раздумий о прошлом, где не было таких проблем и душевных ран, как сейчас. И я положила поверх ладони Шикло свою руку, ощутив его горячее дыхание на шее.
— Спасибо тебе, — промолвила я тихо дрогнувшим голосом. — За то, что так удивил этим пейзажем и дал возможность снова увидеть его.
Где-то около получаса я стояла в одном положении и смотрела на родные просторы своей планеты. И могу признаться, что это помогло, как и прежде, развеять грусть, печаль и боль. Помогло забыть о том, что здесь, в этом отсеке, висит маска моего Рла. Да что там. Я успела переосмыслить всё за это жалкое время. А именно то, что Хулт'ах прав. Не стоит жить прошлым, надо двигаться дальше, в будущее. И если я зациклюсь на этом, то просто сойду с ума. Хотя меня до глубины души удивило и поразило то, что Хулт'ах взял маску Но-Кхана для того, чтобы отдать ему почесть.
— А откуда ты узнал, как именно выглядит это место? — вдруг решила поинтересоваться я, всё также стоя спиной к смуглому, что продолжал держать свою горячую ладонь на моём плече.
— Из записей маски и рассказов твоей подруги, — совсем не тая, признался он, и я мягко улыбнулась, шмыгнув носом и вытирая слёзы, что казались теперь глупым проявлением слабости.
— И это ты сделал для меня? — сразу посерьёзнела я, опустив взгляд. — Почему?
— Я сам затрудняюсь ответить, — тихо прорычал Шикло, и я, наконец, обернулась, встретившись с его проникновенным багровым взглядом, от которого сразу побежали мурашки по спине, а сердце многократно увеличило ритм. Я почувствовала странное и удивительное тепло, что разлилось в грудной клетке, волнением отразившись на дыхании и остановившись где-то в области живота, скручивая внутренности. Да что со мной? Тотчас отвернувшись, я пыталась найти логическое объяснение своего состояния на данный момент. Но мои размышления внезапно прервались, когда Хулт'ах неожиданно поднял меня на руки и направился к выходу.
— Ты что творишь? — почти пропищала я от ошеломления, испуганно глядя на него и хватаясь руками за мощную шею, чувствуя, как чёрные валары щекочут запястья.
— Тебе пора отдохнуть, — совершенно спокойно отчеканил Шикло, выходя из помещения. А вслед за ним исчезла голограмма, и потух свет. То же самое произошло и с первым помещением. Я лишь успела украдкой ещё раз взглянуть на маску Рла, что в одночасье погрузилась во тьму.
Буквально через мгновение мы покинули секретный отсек, и двери, словно по велению мысленных приказов аттурианца, сомкнулись, вновь скрыв загадочное место от посторонних глаз. Мне же было уже всё равно. Я каждой клеточкой ощущала жар тела Хулт'аха, чувствовала его запах, что приносил умиротворение. Его мерное сердцебиение и спокойное дыхание. И мне до умопомрачения захотелось прижаться к нему ближе, чтобы сполна насладиться этим спокойствием, что дарили его нежные руки. Я даже не заметила, как пошла на поводу собственных желаний, сомкнув веки и уткнувшись носом в мех украшения на его шее, услышав при этом довольное гортанное урчание аттури. А затем и вовсе не заметила, как погрузилась в дрёму, слыша, словно через толщу воды, его тяжёлые шаги по металлическому полу и тихое стрекотание над ухом.
***
Пока Хулт'ах нёс хрупкую яутку на руках, она успела задремать. Но при этом даже не почувствовала того, что творилось у него внутри. То самое чувство, тот удивительный трепет, обволакивающий сознание и выбивающий из привычного серьёзного поведения аттурианца, что каким-то образом успел подчиниться этим ощущениям, наслаждаясь тем, что просто находится рядом с этой доставучей и вечно бесящей самкой. Да, он изменил отношение к ней. И это уже необратимо. Как бы Страж не старался. Дойдя до своего отсека отдыха, смуглый аккуратно, чтобы не тревожить Эврид, открыл дверь и вошёл внутрь. Та продолжала сладко посапывать в его руках, вызвав невольное довольное урчание у аттури. Его взгляд упал сначала на кушетку, но за секунду Хулт'ах пришёл к решению положить самку на своё ложе. Пусть хотя бы сегодня она поспит нормально, на мягкой постели. Рядом с ним. И почему он так мыслил? Известно лишь Богам. Сам он просто шёл на поводу собственных чувств и желаний. Осторожно положив яутку на мягкие шкуры, Хулт'ах пронаблюдал за тем, как она довольно улыбнулась во сне, потёршись о мех щекой, и глубоко вздохнула, продолжая быть в мире грёз. И снова этот тёплый трепет, что жаром разлился возле сердца аттури. Он уже не первый раз ощущал это, будучи рядом с ней. И следом Страж решил воплотить в жизнь свою маленькую шалость, что тотчас возникла в мыслях. После чего он ловко и бесшумно забрался на ложе и навис над спокойно спящей самкой, усевшись верхом, но при этом, не давя своим весом, стараясь перемещать его на руки, которыми упирался в постель. Хулт'ах пристально разглядывал яутку, вдыхал её сладкий и ставший родным запах, что манил и пленил одновременно. Он слышал, как её сердечко мелодично выстукивало ритм жизни, разнося твей по жилам. Спокойствие, умиротворение. А ведь она всегда испытывала лишь страх и растерянность, когда видела сны. Неужели на этот раз самке не видятся кошмары? Чтобы убедиться в этом, Страж осторожно проник в её сознание и увидел красочный пейзаж, который недавно показал Эврид в своём секретном отсеке, оказавшись у неё за спиной, в то время как она восседала на том самом камне, задумчиво глядя вдаль. «Значит, она действительно смогла успокоиться», — подумал про себя Хулт'ах и вновь взглянул на спящую самку, покинув её сознание. — Если бы ты только знала, как стала дорога мне, — тихо проговорил аттури, склонившись к шее Эврид и вдохнув опьяняющий аромат её кожи. — Как бы я хотел тебя сделать своей, овладеть тобой… Да только не посмею. Потому что ты этого не желаешь с аттурианцем. После этих слов смуглый провёл нежно горячим языком от ложбинки груди Эврид до шеи, сорвав с её губ стон удовольствия, но это даже не разбудило самку. Тихо проурчав, Хулт'ах отпрянул от яутки и улёгся рядом. В это же мгновение Эврид вновь довольно улыбнулась, а затем перевернулась на бок, спиной к аттури, и продолжила пребывать в царстве Морфея…***
После восьми часового блаженного сна, Эврид разомкнула глаза и приятно потянулась. Но затем сразу пришло осознание того, что что-то сильно стискивает её талию, мешая нормально двигаться, а через секунду взгляд упал на шкуры, на которых она лежала сейчас. Коснувшись меха, она убедилась в правдоподобности своих видений, ошеломлённо округлив глаза. Следом её взор переместился вниз, и яутка открыла рот от шока, узрев когтистую лапу смуглого аттури, что преспокойно лежала на талии Эврид. И в тот же миг она обернулась, увидев позади себя Хулт'аха. Завизжав на весь отсек, она молниеносно соскочила с кровати и упала на пол, испуганно смотря на самца, что со всей серьёзностью в глазах наблюдал за ней. — Почему я спала на твоей постели?! — яро закричала яутка, прерывисто дыша. — И с чего вдруг ты прижимался ко мне? — А затем Эврид осмотрела себя и убедилась, что одежда на месте, устранив мысль о том, что что-то могло быть между ними. — Вставай, Квей. Пора в кехрите, — скомандовал с ходу Хулт'ах и, поднявшись, направился к выходу, даже не удостоившись ответить на вопросы самки.***
Зал тренировок встретил нас привычным галдежом воинов. Одни уже боролись друг с другом, другие наблюдали за ними, выкрикивая слова поддержки. Но стоило Стражу оказаться в помещении, как все затихли и уставились на него. А уж после Хулт'ах стал отдавать привычные распоряжения насчёт того, кто с кем будет соревноваться, приступив к тренировке и показу приёмов для новичков. — Как чувствуешь себя? — прогремел над головой голос, и я испуганно обернулась, увидев Тодинда. — Не зачем так подкрадываться, Весельчак, — выдала я и отвернулась, глубоко вздохнув. — Может, примешь мой вызов? — игриво пророкотал юнец и заглянул в лицо, ожидая ответа. Я же долго ломаться не стала, ехидно ухмыльнувшись. — А почему бы и нет! — заявила я, и мы направились вглубь кехрите, где было посвободней, по пути захватив два копья. Сколько прошло времени, пока мы атаковывали друг друга, даже не знаю. Сколько раз я упала на спину – тоже. Но мне от чего-то было весело сражаться с этим молодым аттури. Порой улыбка долго не сползала с моего лица. А возможно это был кровожадный и злорадный оскал, особенно, когда удавалось уложить юнца на лопатки. Шикло в стороне обучал остальных. Гомон, рык и мускус заполнили атмосферу помещения. Но я почему-то чувствовала лишь ощущения своего оппонента, направив на него всё своё внимание. Да только это происходило до поры до времени, пока я случайно не задела одного аттурианца, сражающегося близко к нам. Вот тут и понеслось. — Да как ты посмела, яутское отрепье! — раздался гневный рык этого воина, и меня отбросило в сторону от добротного удара в солнечное сплетение. — Ты что творишь, Тичинд? — заступился за меня Тодинд, встав между ним и мной, пока я восстанавливала дыхание. — Не вмешивайся, малец, — глумливо выплюнул тот, глядя на собрата свысока. — А что тогда? — смело заявил Весельчак, показывая свой серьёзный настрой и ни капли сомнений или страха. Не простив такого нахальства, аттурианец свирепо рявкнул, растопырив жвала, и кинулся на мальца, замахиваясь огромным обоюдоострым топором. Ожидая худшего, я сжалась и зажмурилась, но следом услыхала громкий лязг металла об металл, сразу распахнув веки и уставившись на сдерживающего напор Тодинда. Ослеплённый яростью, Тичинд стал раз за разом атаковывать юнца, что очень ловко уворачивался и отбивался копьём. Смятение и удивление одновременно овладели мной, пока я молча наблюдала за их битвой. Два воина словно исполняли танец смерти, искры летели от соприкосновения оружия, рык вырывался из их горла. Я действительно не ожидала увидеть Тодинда в таком ракурсе. Со мной он сражался играючи, а с этим аттурианцем абсолютно сосредоточенно и серьёзно. Но в следующий миг противник сделал внезапную подсечку, и Весельчак с грохотом упал на пол. Да только не это напрягло нервы, словно струны, а то, что Тичинд, не теряя времени, замахнулся топором, и он полетел прямиком на голову юнца, словно в замедленном действии. Сама не осознавая собственных действий, я, не раздумывая, ринулась вперёд. Очнулась только тогда, когда древко моего копья встретилось с топором вспыльчивого аттури, преградив ему путь, при этом, в каком-то смысле, защитив мальца. — Ах ты, мошка! — буркнул разъярённо Тичинд, прожигая гневным взором, и снова поднял оружие над головой, направляя его прямиком в сторону моего живота, видимо желая вспороть брюхо. Вот тут-то меня паника и накрыла не вовремя, от чего я застыла на месте, обречённо ожидая удара, потому как страх сковал ноги, не давая возможности сдвинуться. А затем произошло чудо в самый последний момент. Мою руку с копьём схватили, и с помощью него поставили блок. Когда же я открыла глаза, за спиной стоял Тодинд, держа меня и ловко ударяя со всей дури с ноги в пузо противнику, от чего тот растерялся и потерял равновесие, грохнувшись на пол. И только тогда я поняла, как меня трясёт от страха, как дрожат руки и колени, а глаза с ужасом смотрят на того, кто буквально минуту назад чуть не убил меня. — Что происходит?! — не заставил себя ждать разъярённый возглас Хулт'аха, который вмиг подлетел к нам. — Вы, оба! Снова дебоширите?! — развопился Страж, и мы с Тодиндом встали сразу по струнке, словно ни в чём не замешаны. — Сейчас же отправляйтесь в стыковочные отсеки или надаю плетей! — загорланил ньяка-де на всё кехрите, ощетинившись и тыча когтем в сторону выхода. Переглянувшись и вздохнув, я и Тодинд, без объяснений (да и смысла нет), направились исполнять приказ. А что тут объяснять? Только больше беды накликаешь на свою пятую точку.***
Исполнять наказание-то мы принялись, да только каждый раз Тодинд начинал рассказывать какую-нибудь смехотворную историю, после чего мне было не до надраивания пола. Заливаясь на весь стыковочный отсек, я старалась не помереть со смеху. А порой Весельчак начинал вести себя словно детёныш, то кидая в меня щёткой, то просто придуривался, изображая Хулт'аха или кого-то из знакомых мне аттури. — Хватит уже! — умоляюще пищала я, стараясь перестать смеяться, сидя на ящиках возле стены. Слёзы уже ручьём текли, живот болел. Как только с горем пополам удалось успокоиться, я глубоко вздохнула и взглянула на удивительно серьёзного мальца, что восседал на тех же ящиках в метре от меня. — Ты какой-то странный Воин, — заявила я шутливо и улыбнулась. — Безрассудный и слишком легкомысленный. — Да я – сама серьёзность, — тут же насупился тот и отвернулся, поджав жвала, от чего меня снова пробрало на смех. — На себя бы посмотрела, — одёрнул меня Тодинд, и я замолчала, удивлённо смотря на него. — Сама-то совсем с головой не дружишь. — С чего вдруг? — прыснула я, вопросительно подняв бровь. — А с того! — вдруг подорвался юнец и, вмиг оказавшись рядом, закрыл пути к отступлению, приводя в оцепенение. — От тебя разит желанием на несколько метров, а ты так халатно расхаживаешь по кехрите среди толпы самцов, что не прочь прижать тебя к стенке. — Что? — ошалела я, выпучив глаза. — Глупый у тебя Шикло, раз позволил своей самке во время Сезона находиться рядом с другими самцами, — томно пророкотал Тодинд и бархатисто заурчал, осмотрев меня с головы до пят. — Он… Он не знает! — решила отмахнуться я, стараясь как можно дальше отодвинуться от аттурианца. — Сомневаюсь, что не знает, — тихо прохрипел Тодинд, схватив меня за бёдра и резко пододвинув к себе вплотную. — Просто не подаёт виду. А я могу помочь, чтобы ты не мучилась от этого желания. Проведя со всей нежностью шершавыми ладонями вдоль талии, Тодинд наклонился к шее и гортанно заурчал. Я же в этот момент отчётливо ощутила его мускус, что моментально вскружил голову и затуманил рассудок. Не замечая собственных действий, находясь в плену ласк этого аттури, я поддалась зову своего естества, что так упорно сдерживала. Мои пальцы сами заскользили по мускулистой груди самца, что уже успел расположить мои ноги по обе стороны своего туловища. Его урчание приводило в восторг, а нежные прикосновения приносили наслаждение. Я почти полностью подверглась действию подчиняющего запаха самца, как здравый смысл, словно где-то издалека сознания, заорал остановиться и одуматься, после чего я распахнула глаза и тотчас со всей силой оттолкнула незадачливого соблазнителя. — Ты что творишь, с'йюит-де?! — заорала я во всё горло, отбежав от юнца на несколько метров. — Не смей больше прикасаться ко мне! Что? Думал, я так просто отдамся первому попавшемуся самцу? За кого ты меня принимаешь? И в этот момент за моей спиной раздался внезапный, тихий, но яростный рык, заставив содрогнуться, а поджилки затрястись. Нервно сглотнув, я осмелилась медленно обернуться и чуть не завизжала от страха, стоило узреть стоящего позади Хулт'аха, чьё лицо исказила гримаса злобы. — Я не виновата! Тодинд сам ко мне полез! — стала отчитываться я, отходя шаг за шагом назад и испытывая животный страх, сковавший тело. — Кажется, кто-то забыл, из-за чего казнили одну глупую яутку в кехрите, — прорычал смуглый, прожигая свирепым взором, при этом положив ладонь на рукоять хлыста. После этих слов, что прозвучали так, словно рассекли кинжалом, я задохнулась от ужаса и понимания того, что то же самое может и мне сулить в будущем. — Она права! Это я накинулся на неё с похотливыми желаниями, — внезапно заговорил Тодинд, с какого-то перепугу защищая меня. — С тобой я поговорю позже, юнец. В кехрите, — посмотрев на него, сощурился Хулт'ах, а затем снова резко повернулся ко мне, взметнув валарами. — В отсек! — гаркнул он, и я сразу подчинилась, дрогнув и незамедлительно направившись к выходу. Теперь иду по коридору, ощущая себя преступницей, которую ведут на казнь. А позади свирепый Страж, прожигающий взглядом спину, из-за чего хотелось завизжать, удрать или просто обернуться, чтобы убедиться в искомом. Мимо прошёл какой-то незнакомый самец, обратив на меня внимание, и я отчётливо почувствовала его мускус, ударивший по обонятельным рецепторам. Снова подчиняясь своему естеству, я непроизвольно проследила за ним взглядом, пока не услышала позади громкий и угрожающий рык Шикло, приводящий в отрезвление. Ох, дела. Началось сумасшествие. Снова… Огромная благодарность Хирону. Хвост Каинде ему в зад! Спустя время мы подошли к отсеку, и я вновь затряслась от страха. Ведь он так просто это не оставит. Я нарушила правило, а значит, подвергнусь наказанию. Снова буду латать глубокие раны от хлыста на спине. Как только очутилась в помещении, подчиняясь инстинктам самосохранения, я ринулась в душевую и забилась в угол, прислушиваясь к шагам Шикло, что неминуемо приближались ко мне тяжёлой поступью. Возникало ощущение, что сердце просто разорвёт грудную клетку и вырвется наружу. Пульс не просто увеличился, он зашкаливал, отдаваясь гулким стуком в ушах. И как только дверь в душевую распахнулась, я завизжала, оглушая саму себя и закрываясь руками, стараясь ещё больше вжаться в мокрую стену. Буквально через секунду меня схватили за запястья и поволокли в основную комнату, а затем небрежно кинули на ложе, укрытое шкурами. Не успела я сообразить, как Хулт'ах уселся сверху, нависнув надо мной, и завёл руки над головой, чтобы не смогла сопротивляться. — Я уже давно заметил, что с тобой творится неладное, — гортанно пророкотал он грозным голосом, и холод разлился по жилам. — Но с чего очередной Сезон слияния наступил у тебя так рано? — На… На-на-на… Н-на то есть… п-причины, — заикаясь, ответила я, дрожа всем телом и поражаясь, насколько пискляво сказала эти слова. — И какие же? Отвечай, Квей!!! — загорланил он, и я взвизгнула, зажмурившись. — Это Хирон! Это он ввёл мне свою чудодейственную сыворотку, — выплюнула я, тяжело дыша. — Зачем?! — Чтобы вылечить от бесплодия, — сорвался с губ тот самый секрет, о котором я не хотела говорить этому аттури. — Не пудри мне мозги, Квей! — окрысился вдруг Хулт'ах и сильнее сжал запястья. — Ты не можешь быть бесплодна. У тебя же есть сын! — Да! Есть! — уверенно выкрикнула я прямо в лицо смуглого. — Но я стала бесплодной, после неудачной «шутки» одной ревнивой самки из нашего клана. — И ты всё это время скрывала от меня этот факт? — уже спокойно спросил Страж, тем не менее, я смогла различить раздражение в его низком голосе. — Тебе вообще не обязательно было знать об этом, — с ходу заявила я, постепенно отходя от шока и приобретая былую смелость. — Подумаешь, рабыня из клана яутов, давно потерявшая статус Лоу-дте Кален. После моих слов Хулт'ах замолк, неустанно прожигая багровым взглядом, будто пытаясь заглянуть в самое нутро. Лишь спустя минуту он издал стрекот и переместил взор вниз, на область живота. В этот момент какие-то недобрые мыслишки промелькнули у меня в голове, и из-за этого новый приступ волнения всколыхнулся внутри, холодом разливаясь в животе и выходя испариной на лбу. — Я полагаю, раз у тебя начался Сезон, значит, сыворотка Хирона помогла? — снова заговорил смуглый, заглядывая в лицо, и нотки ехидства заскользили в его голосе. — Да! Будь он проклят, — прошипела я, злясь на лекаря-экспериментатора, и отвернулась, вновь попытавшись высвободить запястья, но результат оказался нулевым. Хулт'ах настырно продолжал удерживать их мёртвой хваткой. — И теперь мне придётся снова испытывать это сумасшествие, облизываясь на каждого самца. В тот же миг аттури внезапно переменился в лице и свободной рукой сжал горло, приводя в замешательство и растерянность. — Не смей даже приближаться к тому юнцу! — угрожающе прорычал он, сощурившись. — Или, не задумываясь, оторву тебе голову. Как только я кивнула в знак согласия, Хулт'ах довольно заурчал и, наконец, отпустил, отпрянув и усевшись на кровать, прислонившись спиной к стене. Вот тогда я смогла вздохнуть с облегчением, сразу приняв сидячее положение. — Теперь будешь тренироваться отдельно от всех, — заявил Шикло, не сводя с меня глаз. — И где же? — фыркнула я на такой приказ. — В моём секретном отсеке. Вместе со мной. — Да ты явно издеваешься, — нервно прыснула я. — Да мне и даром не нужны все эти тренировки! — Не будешь заниматься, не сможешь защитить себя, — глубокомысленно изрёк Хулт'ах. — От кого? От аттури или берсеркеров, которые намеревались напасть на Атолл? — с сарказмом спросила я, давя нервную лыбу. — Уж с самцами на этом судне я смогу справиться. — Да неужели? — с неверием и ехидством переспросил смуглый и прищурил один глаз, а затем резко подорвался и, схватив меня, одним ловким движением подмял под себя, после чего я тихо пискнула, испуганно уставившись на аттурианца. — Ты уже успела достигнуть высоких уровней в сражении, что способна одолеть своего Шикло? — Если надо будет, первого замочу. Пусти!!! — загорланила я, закипая от злости и такой наглости, услыхав в ответ злорадный гортанный смех Стража. — Если настолько сильная стала, сама попытайся выбраться, — бросил Хулт'ах. И я задохнулась от негодования, тут же направляя кулак в его челюсть, но на полпути была остановлена блоком, после чего Хулт'ах схватил эту руку и завёл над головой. Опять! Да только я не собиралась так просто сдаваться. Зашипев от злобы и оскалившись, я чудом смогла извернуться и со всего маху ударила аттури коленом промеж ног, от чего он надрывно взвыл, ослабив хватку. — Сам допустил промашку, позволив мне свободу действий ногами, — быстро протараторила я и за секунду освободилась из тисков смуглого, уже направляясь к спасительному выходу. Да только удача явно сегодня не располагала мне, ибо через мгновение я была жестоко схвачена за валары и опрокинута на пол. А вдобавок прижата огромной лапой наглого самца, что теперь горделиво взирал на меня сверху вниз. Я хотела хотя бы ущипнуть его или оцарапать, но в следующий миг аттури потянул за валары на себя, от чего я взвизгнула и привстала на колени. — И где же твой хвалёный боевой дух, Квей? — надменно поглумился Хулт'ах, продолжая смотреть сверху вниз. — Проклятый Смуглёныш! — выругалась я и ребром ладони ударила по болевой точке на его ноге. Зарычав в негодовании, Страж мгновенно поднял меня и со всей дури залепил добротную оплеуху, после чего швырнул на кровать, снова приковав меня к ложу, усевшись верхом. — Я тебя ненавижу, гнусный аттури! — заорала я ему в лицо, злясь на то, что не в силах высвободиться из тисков. — Нагло врёшь, жалкая яутка, — утробно пробасил смуглый и неожиданно провёл влажным раздвоенным языком от декольте до ложбинки между ключиц, вверяя в замешательство и оцепенение. — Пусти! — тотчас заверещала я, яро пытаясь освободиться, да только все попытки оказались тщетными. А тем временем Хулт'ах коготками аккуратно провёл вдоль живота, и у меня внутри всё содрогнулось, а из уст вырвался прерывистый вздох. Где-то внизу живота потянуло и приятно заныло. Я мгновенно подверглась внезапному и такому постыдному для себя вожделению. Видимо, это почувствовал и он, судя по тому, как довольно заурчал и прикрыл глаза, принюхиваясь. — Хватит изводить меня, к'житово отродье! — умоляюще пролепетала я, ощутив ласковые прикосновения шершавых пальцев самца, что слегка царапали когтями. — Я сделаю тебе одолжение, Квей, — заговорил Страж, немного отпрянув. — И какое же? — раздражённо спросила я, прерывисто дыша, всё ещё пытаясь освободить запястья. — Помогу расслабиться, — томно ответил аттури и склонился к шее, обдав горячим дыханием. Я хотела было снова запротестовать и начать вырываться, не желая терпеть такую наглость, но все мои усилия и попытки полетели прахом, когда Шикло схватил меня свободной рукой за валары, задрав голову вверх, и нежно провёл языком по шее, вырисовывая незатейливые узоры, а затем легонько прикусил кожу. Дрожь и жаркий трепет мгновенно разлились по телу, останавливаясь внизу живота. Я невольно простонала, подкатив глаза от удовольствия. Ощущая такой притягательный и подчиняющий запах аттури, что одурманивал рассудок, затуманивая его лёгкой приятной дымкой. От этого стала кружиться голова, а внизу живота заныло ещё сильнее, и желание горячей волной разлилось в сокровенном месте. В какой-то момент Хулт'ах отпустил запястья, и я впилась ногтями в его плечи, наслаждаясь тем, как нежно, медленно и ласково он исследует моё тело, сантиметр за сантиметром, словно изучая, запоминая малейший изгиб. В следующий миг я почувствовала, как одна ладонь спустилась в самый низ, проведя когтем по эрогенной точке, спровоцировав громкий стон. Моё сердце в этот миг на секунду остановилось, а затем забарабанило по рёбрам с удвоенной силой. Тихо и утробно урча, Хулт'ах продолжал клыками впиваться в шею, и от этого было одновременно больно и приятно. Я хотела остановить всё это безумие прямо сейчас, но сил не хватило даже на словечко, лишь стоны вырывались из горла. Снова проведя по чувствительной точке, скрытую под чёрными трусиками, аттури отпрянул и заглянул прямо в лицо, тихо зарычав и растопырив жвала, а затем отодвинул ткань белья и резко проник пальцем в меня, от чего я взвизгнула и прогнулась в спине. Волна наслаждения захлестнула и унесла вдаль, в притягательное и такое желанное удовольствие, увеличиваясь с каждым монотонным движением. Через мгновение Страж проник вторым пальцем, а большим стал мять клитор, срывая всё больше и больше стонов. Тотчас лиф был расстёгнут и отправлен в полёт, а горячий язык самца прикоснулся к уже набухшей розовой бусине правой груди, в то время как свободная рука стала сжимать и мять вторую выпуклость, принося неописуемое наслаждение. От этой сладострастной пытки я заполняла комнату стонами, попутно слыша гортанное довольное урчание аттурианца, что продолжал раз за разом проникать в меня пальцами, доводил почти до пика удовольствия, а затем резко останавливался, словно издеваясь. Я ногтями впивалась в спину самца, от чего он недовольно рычал, проникая глубже. Я уже не помнила саму себя, провалившись в некое пространство удовольствия и неимоверного вожделения, которое так старательно дарил мне мой Шикло. Пусть я пожалею затем об этом, пусть я буду корить себя, что так просто подчинилась, отдалась его рукам, но скажу одно – игра стоила свеч! Задыхаясь от опьяняющего наслаждения, я почувствовала, как аттури увеличил ритм, и я стала невольно умолять его не останавливаться, а спустя мгновение ощутила умопомрачительный пик эйфории, волнами прокатившийся по всему телу, заставив снова прогнуться в спине и закатить глаза от великого наслаждения, что спазмами скрутило мышцы, задевая каждое нервное окончание. А потом медленно стало отступать, оставляя возможность неторопливо вернуться в реальность. Прерывисто дыша, я закрыла глаза и пыталась наладить сердечный ритм, в то время как самец убрал пальцы и лёг рядом, продолжая нежно проводить коготками по часто вздымающейся груди. Только спустя несколько минут я, наконец, пришла в себя и до меня дошла суть того, что сейчас произошло. Я сдалась. Я была нагло подчинена его воле. Какая же я, однако, мягкотелая, доверчивая и слабая. Вслед за осознанием пришло разочарование в самой себе, нахлынув слезами на глаза, что капля за каплей стали стекать по вискам вниз. — Ненавижу… Ненавижу тебя! — пролепетала я, тихо всхлипнув, и закрыла лицо рукой, слыша успокаивающее урчание аттурианца, что начал медленно поглаживать мои валары. Когда же я более-менее успокоилась, Хулт'ах внезапно поднялся и направился в душевую, и через миг я услышала шум воды. И с чего именно сейчас ему захотелось принять душ? Это мне надо было туда пойти. Прерывисто вздохнув и откинув на мгновение все мысли, я привстала и вытерла слёзы. Мне так хотелось сейчас оказаться в одиночестве, подальше от угнетающих раздумий о прошедшем. Было так стыдно от того, что я предала собственные принципы, поддавшись искушению, доверившись удивительно нежным и ласковым рукам аттури. И сразу возникал до умопомрачения странный вопрос: Почему он довёл меня до оргазма именно таким способом? Почему не воспользовался моим забвением и не овладел, как полагается? А я бы сама хотела этого?.. Лучше не думать о таком. Совсем с катушек слетела с этим Сезоном. Ну, Хирон! Я тебе отплачу за услугу «целителя всех недугов». На протяжении всего раздумья, я, словно на автомате, надела лиф и вернулась на шкуры, улёгшись поудобней. Зарывшись носом в мягкий мех, я вдохнула полной грудью исходящий от него запах, что принадлежал владельцу данных покоев. И всё же запах этого аттури заставляет подкатывать глаза от наслаждения. Он пленит и манит, обещая принести спокойствие и удовлетворение. Просто вдыхая его, я невольно отрываюсь от реальности, попадая в мир умиротворения, где все печали и грусть уходят на задний план, оставляя лёгкую дымку. А спустя время я переношусь в мир грёз, в забвение, что окончательно уносит меня куда-то вдаль, на самый край Галактики.
