У вешалок тоже есть чувства!

Как Сехун и опасался, Джонин не стал его слушать, что бы младший не говорил и как бы не сопротивлялся. Он вел себя так, что макнэ впервые почувствовал себя по-настоящему младше него, - не на пару месяцев, как было в реальности, а на несколько лет. Потому, когда тот его силой усадил в кресло перед зеркалом и, расплатившись, исчез, Сехун так и остался сидеть на месте. Силы внезапно его покинули. Немного ошарашенная происходящим девушка принялась за дело, и все, на что хватало парня - выполнять какие-то ее мелкие просьбы, вроде повернуть или опустить голову. Пальцы младшего машинально теребили полотенце, оставленное ему Каем. Когда парикмахер закончила свое дело и спросила, все ли хорошо, Сехун взглянул на себя в зеркало невидящим взглядом и рассеянно кивнул. Ему было все равно, как он выглядит. Поблагодарив девушку, он вышел из салона и поплелся домой - не смотря на то, что теперь его волосы были сухими, он явно уже добегался до простуды, и его знобило. Улицы были на удивление пустынными - видимо, первый по-настоящему холодный день поразгонял всех любителей погулять по домам. Дома никого не было - Сехун запоздало вспомнил, что родители собирались уехать на несколько дней. На столе на кухне был заботливо оставлен приготовленный мамой ужин, но младший не чувствовал себя голодным, и ограничился чаем. Тело было неестественно усталым, а в горле першило, и он сразу поднялся к себе, опускаясь на кровать и прикрывая глаза. Сехун боялся понять неправильно то, что происходило между ним и Джонином. "Не хочу тебя видеть, не хочу тебя слышать... чувствовать..." Отголоски сказанного старшим заставили макнэ свернуться калачиком от боли и страха, на мгновение зажмуривая глаза так сильно, что под веками запестрели разноцветные разводы. Это ненависть, которая копилась годами? Или совершенно противоположное чувство? И почему Сехуну было так страшно представить свою жизнь без постоянного присутствия в ней Джонина? Макнэ перевернулся на другой бок, и на глаза попалось брошенное рядом полотенце старшего. Он сделал глубокий вдох, решая, стоит ли подчиниться желанию старшего, или все-таки рискнуть?.. Этим утром трель будильника была болезненнее обычного, Сехун с трудом разлепил глаза, чувствуя, как начинает драть горло с первого же полноценного вздоха. Голова была тяжелой, и, кажется, у него поднялась небольшая температура, но это никогда не было поводом отлынивать от тренировок, поэтому, сделав титаническое усилие, парень выбрался из постели, запутавшись по дороге в одеяле и сначала приземлившись на пол. Он стоял у зеркала и вяло чистил зубы, когда до него дошло, что сегодня он должен выйти пораньше - ему еще предстояло одно дело. "Как минимум одно". Наспех запихнув в себя хоть что-нибудь, напоминающее символический завтрак - для галочки, макнэ быстро собрался и вышел из дома, надежно закрывая дверь, ведь весь дом теперь был под его ответственностью. Но на первом повороте он свернул не по направлению в здание СМ, а в противоположную сторону, направляясь к дому Джонина. Сехун нервничал, и даже забыл положить полотенце в сумку, и теперь тащился по улице с полотенцем в руках, но его голову занимало совсем не это. Ему очень нужно было поговорить со старшим... он не мог так все закончить. Если на то пошло, то уходить должен был он, а не Кай. Сехун сделал последние пару шагов и остановился перед дверью, собирая всю свою волю в кулак, прежде чем нажать на кнопку звонка. Через несколько секунд дверь открылась, и его встретила мама Джонина. Сехун вежливо поклонился, здороваясь, но приветствие вышло глухое и рваное, то ли из-за простуды, то ли из-за нервов. - Заходи, - женщина смотрела на парня немного удивленно, но улыбалась, и Сехун зашел внутрь, бросая взгляд в гостиную и ища глазами одногруппника. - Могу я поговорить с Джонином? - Да, он... у него сегодня наверное выходной, он у себя, - Сехун пошел за мамой Кая, исподтишка оглядываясь по сторонам - он никогда не был в доме старшего, потому окружение для него было ново. - ...К тебе Сехун пришел, - женский голос отвлек Сехуна от созерцания обстановки, и он чуть вытянул шею, заходя в приоткрытую для него дверь, которая тут же мягко за ним прикрылась. На пару секунд между двумя парнями повисла тишина, но макнэ быстро взял себя в руки и приподнял полотенце: - Я принес тебе это... вернуть. Ты забыл вчера, когда отвел меня, что бы мне посушили голову, и... - Я понял. - Сехун замолчал, понимая, что говорит много ненужной чепухи, о которой старший и так знает. Он закусил губу, утыкаясь взглядом в правую коленку сидящего на кровати, боковым зрением замечая, что у него забавная домашняя футболка, и, наконец, двинулся с места, подходя к одногруппнику и протягивая ему его забытую вещь. Младшему захотелось, что бы рука Джонина коснулась его руки, но тот забрал полотенце, дернув за свободно свисающий край. - Ты что-то еще хотел? - голос старшего был тихим и ровным, а глаз было не видно из-за спадающей на них челки. Сехун кашлянул, надеясь, что это хоть как-то поможет ему с непослушным голосом, и кивнул, только спустя секунду понимая, что старший на него не смотрит. - Да, - на этот раз выразив ответ словами, макнэ присел на краешек кровати. Он никогда не чувствовал раньше тех эмоций, которые испытывал сейчас, и они были несравнимы ни с чем. Будто у него внутри тикала бомба и рисковала вот-вот взорваться. На языке появился солоноватый привкус, и Сехун понял, что прокусил губу. - Почему ты не хочешь меня больше видеть? - Сехун устремил взгляд на Джонина, и тут понял, что всё, пропал: что боится услышать негативный ответ, но если не услышит никакого, то, наверное, сойдет с ума. - Почему так? Я не хочу так... Последние слова под конец сошли совсем на нет - воспаленная глотка подвела его в самый ответственный момент. "Глупец глупцом", бубнил про себя Джонин, просто залетая в квартиру и несясь в комнату, резко захлопывая за собой дверь. Благо родителей не было дома, они бы подумали, что их сын тронулся умом и полезли бы в душу, желая узнать, что же случилось с их любимом сыном, что тот в психах влетел в квартиру. Падая на кровать, Джонин прикрыл глаза, не желая думать о том, что было буквально полчаса назад. Эти глаза, которые так и говорили, что никуда не отпустят, но отпустили...Эти губы, говорящие слова, не давая уйти, но позволили это сделать. Кай помотал головой и решил сейчас выпить чая и лечь спать. Это было лучшим решением за все это время. Больше ничего не оставалось делать, кроме как спать. Но чай был уже выпит, а сна ни в одном глазу. Ким просто смотрел в окно и понимал, что никто до него не дозвонится. А заявление об уходе было так лень вставать и писать, что ноутбук продолжал покоиться где-то на полу рядом с кроватью. Вообще ничего не хотелось. Мысли так сильно нагрузили его голову, что туда уже действия не помещались. Даже сон. Кай перебирал в голове различные истории, происходящие с ними двумя. И о как он желал повтора. Особенно начиная со вчерашнего дня. Он мог думать об этом круглосуточно, придумывая новый ход событий. И раздумывая над всем этим, парень опять уснул под утро - просто голова больше не желала принимать никаких серьезных решений. - ...К тебе Сехун пришел - эта фраза матери разбудила его, заставляя приоткрыть глаз и взглянуть из-под челки на вошедшего с его полотенцем в руках. Такой прекрасный сон, он бы спал еще и еще, да видно Бог не скоро даст ему расслабиться. Неудовлетворенно выдохнув, наблюдая за тем, как мать без спросу впускает согруппника в комнату, а тот встал столбом у двери и не двигается. - Я принес тебе это... вернуть. Ты забыл вчера, когда отвел меня, что бы мне посушили голову, и... - голос у Сехуна был хриплый, очень резавший слух. От этого резало и глаза, из-за чего хотелось плакать. Просто эдакий природный странный раздражитель, вызывающий слезы. Но Кай взял себя в руки, садясь на кровать, поднимая голову от подушки. - Я понял. - спокойно, сухо, без лишних эмоций. Малой от этого закусил губу и взгляд его был устремлен куда-то на Кая. Но вот наконец-то решился подойти. Только Джонину это было не нужно. Он не хотел делать себе больно, касаясь руки, поэтому предпочел просто выдернуть из рук младшего свое полотенце, положив рядом. Он чувствовал, как оно пропиталось запахом Сехуна, его парфюмом, ароматом его тела. Все эти вещи сводили старшего с ума уже не мало лет, но он как держался, так держится и сейчас. - Ты что-то еще хотел? - спросил Джонин, пока находил место полотенцу. А Сехун позволил себе сесть на край кровати. Этот кашель, душераздирающий кашель, аж самому было больно в груди и горле. Взгляд устремился на макнэ, скользя по чертам его лица. - Почему ты не хочешь меня больше видеть? - во время сказанного, Ким отметил, что младший прокусил-таки губу. И кровь уже перебралась на подбородок, а желание слизнуть красную солоноватую жидкость, чтобы кровь не мешала общему прекрасному виду, ни на секунду не утихало. - Почему так? Я не хочу так... Тут Кай уставился на младшего глаза в глаза, так как у того голос практически исчез. Нет, даже не практически, а полностью исчез. Парень не на шутку испугался. Все, что он мог сделать - приготовить ему чай. Поэтому спрыгнув в одно мгновение с кровати, Джонин помчался на кухню. Мать в шоке смотрела на него, не понимая, что нужно сыну. А Ким в это время достал лимон, сахар, поставил кипятиться воду и достал заварку. Он понимал, что делает ошибку, оставляя младшего в комнате. Тот мог сделать все, что угодно. Но сейчас никаких тренировок - ему нужен выходной, чтобы вылечиться. А раз в этом виноват Джонин, то ему и лечить. Порезав лимон и насыпав сахара, парень стал давить лимон ложкой, заставляя лимонный сок и сахар смешаться. После залил уже готовой заваркой, направляясь в комнату, не давая напитку остыть. Так же в ожидании горячей воды парень поискал в шкафчиках таблетки от простуды. Ему не хватало еще, чтобы у младшего насморк появился и тот сидел глотал сопли. Сейчас не время болеть, особенно им, дебютантам. Точнее ему. Ведь Ким уже отказался от своей мечты. И все ради мечты младшенького. Забежав в комнату, парень сел рядом с макнэ и протянул ему кружку. Тот стал противиться и с кашлем сообщать, что все в порядке, но Кая не переубедить и он лично преподнес кружку к губам паренька и заставил сделать первый глоток. А после раскрыл упаковку с таблетками и, засунув одну из них в рот Сехуна, вновь заставил глотнуть горячего напитка, чтобы таблетка растворилась. Джонин не удержался и губами приник ко лбу макнэ, пробуя есть ли температура или нет. Благо, пока не появилась, но в любой момент могла. -Глупый, глупый макнэ... - шепотом говорил Ким, смотря, как тот попивает чай уже без скривившегося личика. Пальцы скользнули по скуле, а уголки губ поднялись в улыбке. - Все эти ссоры, подколы, вся ненависть...- пальцы скользнули по ранке на губе, пока младший не успел сделать новый глоток. - Все не то. Просто я... - здесь Джонин сделал паузу, смотря Сехуну прямо в глаза. - ...люблю тебя... _______________________ да-да, ребятки, а признание значит, что скоро все подойдет к концу...возможно, не логичному) фанфик по какому пейрингу вам было бы интересно читать, а, шипперы Экзо?) и да, у меня есть еще одна нца, но там уже Чанмин/Джонхен/Онью *я не пошлая, так вышло* выкладывать?)