Bad Behavior

POV Ёнгук Было что-то в этом Чхве Чжунхоне. Никогда бы не подумал, что свяжусь с пузатой мелочью. После встречи с Джиён в тот день – дважды – было ощущения, как будто соли на рану насыпали. Если бы я только знал, что любовь принесет столько боли, то никогда бы не влюбился; она попросту не стоит этого. Я напился до чертиков в тот вечер. Проснулся на диване не в своей квартире. Горло пересохло, а глаза не могли привыкнуть к, исходящему от больших окон, свету. Когда я попытался перевернуться на спину, то боль прошлась электрическим разрядом по всему телу, было ощущение будто я умирал. Даже после того выпитого количества спиртного – которым можно было убить лошадь или даже детеныша слона – боль в груди не утихла. Осознание того, что неважно как плохо мне будет, и сколько это будет продолжаться – Джиен больше не вернется, убивало меня. Мне и вправду разбили сердце. Внезапный шлепок по лбу ничуть не облегчил моих страданий. Я простонал в след мимо проходящему Химчану, который вытирал свои мокрые волосы после душа. - Вставай. Мне нужно на работу, и я не намерен ждать тебя весь день, чтобы отвезти домой. - Как я вообще попал сюда? – простонал я, заставляя себя принять сидячее положение. - Эй, не задавай идиотских вопросов. Нажрался вчера ты, а позвонили мне, и мне пришлось ехать тебя забирать, пока ты не всунул свою голову еще куда-то. Сколько раз подобное случалось? Ты хоть представляешь, как я занят сейчас? На мне висит четыре дела, а сегодня еще и убийцу придется защищать. Мне некогда нянчится с тобой, Ёнгук! Может, стоило сказать, что мне хреново и пусть бы он не орал так сильно? Но должен признать – Химчан всегда выручал меня. Хотелось бы мне сказать, что я не останусь в долгу, но он не нуждался в этом. Еще с детства этот парень упорно трудился, чтобы не зависеть ни от кого и никогда не полагался на других. Вздохнув, я принялся искать свою футболку. Не хотелось обременять его больше. - И этот ребенок… что с вами двоими, ребята? - Ребенок… ты имеешь в виду Чжунхона? Чан закатил глаза и наигранно вздохнул. - Да! Или у тебя есть еще кто-то на примете? Таскался с ним в торговом центе, купил маску, так он теперь тебе еще и звонить будет? Ёнгук, только не говори мне, что… - Он звонил? - Да! Ты ничего не помнишь? Айгу, я заработаю себе аневризм из-за тебя. Я пытался вспомнить хотя бы отрывок из вчерашнего вечера, пока Химчан выталкивал меня из квартиры и впихивал в лифт. - Послушай, ты не обязан делиться со мной всем, просто не делай глупостей, ладно? Я и так не в лучшем положении из-за Джиён. Мы больше не разговаривали по дороге к моему дому, думаю, таким образовал, Химчан пытался пожалеть мою больную голову. Я дал себе обещание, что не побеспокою его в течение хотя бы нескольких дней, но… Жизнь с осознанием боли от потери любимого человека в трезвом состоянии наталкивала меня на мысль о самоубийстве. Честно говоря, подобные мысли стали посещать мою голову еще несколько месяцев назад. Неважно, каким сильным было моё желание все прекратить, я все еще продолжал дышать. Даже если и попытаюсь перестать, лёгкие все равно возьмут своё. Никчемный. Не способен контролировать даже собственное тело. Но все равно продолжал слепо жить, убеждая себя в том, что все хорошо; и от этого было больнее всего. Химчан твердил мне, что я должен двигаться дальше и заниматься репетиторством с Чжунхоном, невзирая на боль и внутреннее смятение. Поднимая свое тело с кровати, незадолго до выхода, я принял душ, оделся и вызвал такси. Уверенности в том, что меня все еще не уволили, не было. Как только я постучал в дверь, Чоноп тут же открыл. - Чжунхону уже лучше? – неловкость. Чоноп схватил меня за плечи и посмотрел на меня полными слёз глазами. Подняв брови, я ожидал объяснений. - Он не пришел домой... Чжунхон всегда дома в это время! – для меня это прозвучал всего лишь как отмазка от нашего с ним занятия, но Чоноп действительно волновался. Он отступил назад, пропуская меня внутрь. - Может он пошел гулять с друзьями или что-то в этом роде, и просто не сообщил тебе? – предположил я, похлопывая его по плечу. Нахмурившись, он быстро замотал головой. Наблюдая за тем, как он начал нервно потирать руки и кусать губы, я подумал, что этот парень расплачется в следующую секунду. - Он всегда говорил… Что-то случилось, точно! – настоял тот и я вздохнул. - Тогда, может, сходим в школу и проверим? – с долей сарказма спросил я. Но взамен он горячо закивал и, вцепившись в мое запястье, потащил на улицу. После этого у меня не было ни единого шанса возразить, ибо, проклятье, хватка у этого парнишки была железной. Мне ничего не оставалось, как следовать за ним. Уже через минуту Чоноп гнал по дороге, явно превышая ограничения. Признаюсь, я не был хорошим водителем. Конечно, я мог вести машину нормально, когда мне это действительно было нужно. Да и получил я свои права только после трех проваленных тестов. Я не любил ездить в многолюдных местах и по автомагистралям, где все гнались с головокружительной скоростью. Но с другой стороны и пробки терпеть не мог. Но по сравнению с Чонопом, я был водителем от Бога. Возможно, он вел подобным образом, ибо был расстроен, но я был уверен, что мы показали все 70 в зоне не выше 20 км/ч. Визг шин и отвратительный запах резины – красный свет. Я облегченно выдохнул. Но в следующую минуту он рванул с такой силой, что меня непроизвольно вжало в сиденье. На финишной прямой – школьная зона – машина понеслась еще быстрее. Не было никаких сомнений, что ремень безопасности оставит синяк на моей груди на всю оставшуюся жизнь. Когда он сбавил скорость, я был на грани сердечного приступа. Школьная парковка была пуста, не считая группки подростков среди которой виднелась розовая макушка. Сердце пропустило удар и я выбрался из машины до того, как Чоноп успел полностью остановить её. - Эй! Какого черта здесь твориться? Семь подростков повернулись в мою сторону. И лишь один не удосужился уделить мне внимания, скрутившись на асфальте. Дети переглянулись, какой-то парнишка засадил ногой по Чжунхону еще раз, перед тем как посмотреть на меня. Коротышка с маленькими глазами и искусственно выкрашенными волосами. Скрестив руки, эта мелочь обратилась ко мне: - Ты еще кто такой? В следующий момент я почти прихлопнул его, но подросток побольше, с пухлыми щеками, схватил Чжунхона за воротник. Отпустив коротышку, я в один шаг преодолел разделяющее нас расстояние и, отпихнув пухлика, поднял Чжунхона с асфальта, пряча его за своей спиной. - Здесь я буду задавать вопросы, шпана. – Заметив боковым зрением приближающегося Чонопа, я со спокойной душой передал ему Чжунхона. Подхватив еле стоящего на ногах малого, он заключил того в объятья, злобно посматривая на компанию. - Это не твоё дело, старичок, - произнес темноглазый, изображая грозный вид и делая шаг по направлению ко мне. Ох, как же мне хотелось слегка подправить ему личико. - Конечно, у нашей маленькой принцессы есть защитник, который в любой ситуации спасет её, - издевательским тоном произнес косящий под ботана, получая смешок от соседа. Он занес свою руку со словами «дай пять», но вместо этого я схватил его за запястье и толкнул к зданию спиной, сжимая руку достаточно сильно, чтобы заставить того поморщиться. - Поосторожней, я – несовершеннолетний, - прорычал он сопливо. Я рассмеялся ему в лицо на его заявление, только сильнее сжимая запястье, заставляя скулить от боли. – Тебя арестуют. – Кулак прошелся в сантиметре от его головы, оставляя вмятину в двери. Малой зажмурил глаза и шумно сглотнул, когда я наклонился. - Родители этой принцессы имеют лучшего адвоката в Корее. А я - его учитель, и накопил уже достаточно денег, чтобы дать взятку судье и откупиться от судебного иска. Что ты на это скажешь? Он посмотрел на меня большими испуганными глазами – ей богу, как олень на фары, несущейся на него машины – а другой сопляк в это время схватился за мое запястье, пытаясь оттянуть от своего дружка. - Мы не сделали ему ничего, он в порядке. Просто преподали урок, но этот избалованный засранец умудрился и отсюда выбраться сухим. - Я же отпустил первого и повернувшись к смельчаку, пнул того на землю надавливая ногой на колено. - Семеро на одного? Это так вы преподаете уроки? Вы и вправду жалкие! – прорычал я. Меня буквально трясло от гнева. Малой, которого я пнул, корчился от боли на асфальте, а остальные беспомощно стояли, не зная, что делать дальше. - Зико... Эй, оставь его в покое! У него слабые кости! – крикнул кто-то в мою сторону. Надавив сильнее, я ухмыльнулся тихому всхлипу и убрал ногу. - Кто-то хочет сказать что-то еще? Нет? Хорошо. А теперь катитесь отсюда, пока ноги не повыдергивал, - скомандовал я, повышая голос. Они все пялились на меня несколько секунд и поглядывали на Зико, ожидая указаний. Он вытер рукавом рот и кинул злобный взгляд на меня, а затем на Чжунхона, который зарылся носом в плечо Чонопа. - Мы еще не закончили, - пообещал «лидер», пока пухлощекий помогал ему подняться. Нерешительно и неохотно группка детишек исчезла в неизвестном направлении. Я вздохнул и повернулся к притихшей парочке. Чжунхон, наконец, поднял голову, позволяя Чонопу себя осмотреть. Учитывая количество людей, которые его «воспитывали», выглядел он вполне сносно. Губа и бровь были разбиты, еще несколько царапин на лице. Опухшая щека – небось, натерпелся пощечин – хотя выглядело так, словно удар был не свежим, а как минимум утренней давности. Он держался за свои ребра – гарант синяков на теле в скором будущем – пока Чоноп осматривал его лицо. - Ты в порядке? Почему не позвонил мне? Если ты знал, что произойдет подобное, почему не сказал ничего? Я бы забрал тебя раньше. Малой не ответил, только опустил взгляд. Вздохнув, я подошел и аккуратно опустил руки на его плечи. - Ты смущаешь его. Дай ему самому разобраться со всем этим. Пойдем. В этот раз за рулем был я, дабы уберечь малого от лишних повреждений. Мой дом был ближе и все, что нужно было для обработки ран, так же имелось, поэтому без спроса я отвез их к себе. Чоноп не обратил никакого внимания на обшарпанные стены и дерьмовое состояния подъезда, но Чжунхон, казалось, боялся лишний раз вздохнуть или, не дай Бог, притронуться к чему, поэтому прижал руки к себе и каждый раз шарахался соседей, с которыми мы встречались на лестнице. - Садитесь на диван, и Чжунхон, сними верх. Я сейчас вернусь. Вернувшись с аптечкой в руках, я застал сопротивляющегося Чжунхона и, пытающегося расстегнуть пуговицы на его рубашке, Чонопа. - Ты лучше признаешься своей матери, что произошло? – спросил я, заставляя Хона перестать сопротивляться. Чоноп стянул с него рубашку, и моему взору предстала молочная, шелковистая на вид кожа. Минус – тело было покрыто багровыми отметинами. Говорил же, без синяков не обойдется. Чжунхон был даже тоньше, чем выглядел. Можно было пересчитать не только ребра, но и каждый позвонок на его спине. Обняв себя за плечи, мальчик, таким образом, попытался прикрыться от меня, пока Чоноп обрабатывал раны. С трудом оторвав взгляд, я извинился и вышел на перекур. А когда вернулся, то Чоноп уже заканчивал, накладывая пластырь на царапины на лице. Чжунхон сразу же надел рубашку, как только я сел рядом. Он не смотрел на меня. - Ты же не скажешь маме, правда? – я отрицательно кивнул головой и слабо улыбнулся. - Если эти ребята вновь будут тебе докучать, скажи мне, ладно? Мне нечего терять. Чоноп вышел отнести аптечку на место и помыть руки, и Чжунхон мгновенно поднял глаза на меня. - Как твоя рука? – он потянулся к ней и, взяв в свои ладони, стал внимательно рассматривать. Я поморщился, но не одернул её, глядя на разбитые костяшки и распухшее запястье. - Пройдет, думаю, обойдусь без ампутации, - заверил я малого. Он нахмурил брови, концентрируя взгляд на ранах, поддерживая одной рукой мою, пальцами другой Хон аккуратно прошелся вокруг костяшек. Его прикосновения были такими нежными, что невольно разбудили болезненные воспоминания о жене. - Извини… - почти прошептал мне. Я лишь рассмеялся, пытаясь отогнать непрошеные мысли. - Когда… Я был ребенком, - начал он нерешительно, не отрывая взгляда от моей руки, - я часто падал... Мои ноги были слишком длинными, поэтому я был неуклюжим… И каждый раз, когда я получал новый ушиб, Чоноп целовал его… Я приподнял бровь, не уверен был, к чему тот клонит, пока он не поднес мою руку к своим опухшим губам. Это была такая мелочь, но ощущения были невероятны… Слишком интимно и слишком не правильно для меня. Его глаза были закрыты, а губы соприкасались с моей кожей еще несколько долгих секунд, до того как их хозяин отстранился, услышав приближающиеся шаги. Чоноп не интересовался причиной неловкой атмосферы. Огромное ему спасибо за это. Пытаясь забыть о действиях Чжунхона, я предложил отправиться в ближайший магазин косметики и запастись всем необходимым, дабы замаскировать синяки. Это оказалось куда сложнее, чем выглядело со стороны. Мы с Чонопом набрали кучу всякого барахла не подходящего тона и блеск для губ, думая, что это консилер. В конечном итоге Чжунхон отправился сам за покупкой, как оказалось, одной единственной баночки. Посмеявшись, мы решили подождать и дать ему время нанести все это. - Миссис Чхве скоро вернется домой, - напомнил нам Чоноп. Он так и остался сидеть на заднем сидении, позволяя Чжунхону замазать все синяки перед зеркалом. Но малой оставил один под глазом на щеке. Я не спрашивал зачем, а Чоноп тем более. Нам удалось достаться домой раньше матери Хона, и мы переместились в комнату мальчика. Как только женщина вошла к нам, в воздухе повисло напряжение. Малой отказывался смотреть на неё, а она на него. - Мистер Банг, я бы хотела обсудить с Вами кое-что. Я вздохнул, осознавая, что скоро вновь окажусь безработным. Как только я поднялся с места, Чжунхон тоже вскочил на ноги. - Перед тем, как ты уйдешь, - произнес он, говоря громко и четко, - я хочу, чтобы ты знал, что ты лучший репетитор, который у меня когда-либо был. И не думаю, что смогу учиться лучше с кем-то еще. Спасибо, что занимался со мной. – Его мать закатила глаза, когда мальчишка поклонился мне. – Я действительно так считаю, - продолжал он. – И действительно буду сожалеть, если мне придется мириться с новым человеком. Позади меня послышался вздох Миссис Чхве, махнув рукой в мою сторону, она просто оставила нас. Несмотря на опущенную голову, я видел, как на лице мальчишки появилась ухмылка до ушей. Я был удивлен. Еще неделю назад Чжунхон сделал бы все возможное, чтобы уволить меня, но вот он сейчас – пытается сохранить мне работу. Знал же, что подростки склонны к скачкам настроения, но не до такой же степени. Точно! Дурак. - Постойте! – взглянув на меня нетерпеливо, Миссис Чхве все же остановилась. – Чжунхон написал эссе о своих увлечениях, - объяснил я, получая дикий взгляд ненависти от самого автора. – Думаю, Вам стоит прочитать это. Написано лучше многих семестровых работ, которые мне случалось держать в руках. Забрав бумажку у меня из рук, она обошлась лишь кивком, а затем зазвонил телефон, отбирая все её внимание к себе. Просто развернулась и ушла. Слепой бы заметил – Чжунхону не хватало её заботы, поэтому я обнял его одной рукой. - Эссе действительно стоящее. Ты хорошо поработал. Даже через слой консилера, я видел, как его щеки порозовели, пока он пытался скрыть улыбку. - Будь послушным ребенком, - произнес я перед уходом. Этим вечером я не пил, но на удивление спал как убитый. Впервые за долгие месяцы я видел сны, не ночные кошмары, а прекрасные сны. Телефон разбудил меня сигналом напоминания. Уставшими глазами я прочел текст, который хотелось бы не видеть никогда. «1000 дней» Эти слова пристрелили меня. Я шумно сглотнул, смаргивая слезы и вновь перечитывая напоминание. Всего два слова, такие незначительные, такие обычные и, тем не менее, они заставили мое сердце вновь сжаться от боли. Яростно закрыв напоминание, я пролистал свой телефон в поисках других глупых заметок. Годовщина? Больше никогда. День рождения Джиён? Всего лишь очередной вторник. День Святого Валентина? Бессмысленно. 2,000 дней. 3,000 дней. 4,000 дней. Один за другим они все исчезли. Простонав, я зарылся лицом в подушку на кровати предназначенной для двоих. И почти уснул, когда мой телефон вновь зазвонил. Предположив, что это Химчан, я проигнорировал первый вызов. Но через несколько секунд последовал второй и, не выдержав, я кинулся к телефону. - Алло? - Это я. Сердце ухнуло вниз. - Чего тебе надо, Джиён? – хотелось быть резким. Сказать, чтобы она повесила трубку и больше никогда мне не звонила. Ведь это она была той, кто сказал, что больше не хочет видеть меня, тогда какого черта было мне звонить? Особенно в такой день. - Я хочу поговорить. Встретимся в кафе, ты знаешь, где оно. Мое любимое. Она отключилась до того, как я смог отказать. Глубоко внутри я знал, что не смог бы. Она хотела увидеть меня, поэтому я пошел бы в любом случае. Встав с кровати, я отправился в душ, побрился и оделся. Раз уж она всегда встречает меня в идеальном обличие, чем я хуже? По крайней мере, я мог хотя бы попытаться заставить её поверить, что вовсе не страдаю из-за нашего разрыва. К слову, это кафе мы нашли еще будучи в колледже. Кофе у нас в общаге был отвратительным и мы провели месяцы в поисках идеального местечка. Каждый день, направляясь в резиденцию Чхве, я проходил мимо этого зловещего кафе, получая новую порцию боли. Никогда бы не подумал, что вновь открою эту дверь, но ради Джиён я бы сделал все. Она сидела за тем же столиком, что и несколько лет назад. Глубоко вздохнув, я подошел к ней, садясь напротив. Даже не посмотрела на меня, тихо отпивая свой кофе. Даже, когда заговорила, не хотела посмотреть. - Я не хочу, чтобы ты занимался с моим племянником. Не знаю, чего я ожидал от нашей встречи, но её прямота задела. Никаких «привет» или «как поживаешь». Где-то на затворках сознания, я знал, что надеялся на прощение. Почему-то хотелось поверить в то, что она просто решила преподать мне урок подобным образом, что сейчас она улыбнется и все станет как прежде. Я вспомнил вчерашнее представление Чжунхона. Его розовые щечки и смущение, пока он пытался скрыть улыбку. Этого было достаточно, чтобы заставить меня улыбнуться. Его мягкие поцелуи на моих костяшках, вся та беспомощность и беззащитность перед хулиганами на школьной парковке. Слова Химчана так же всплыли в моей голове, и я кивнул сам себе. - Я не могу сделать этого. Джиён, наконец, посмотрела на меня, недовольно морщась. - Это не честно, что ты строишь связи с моей семьей после нашего развода, Ёнгук. - Я не знал, что он принадлежит к твоей семье. Да и как, по-твоему, я должен был догадаться, если ты все держала в секрете от меня? Я остаюсь с ним не из-за тебя. - Тогда почему? Почему ты просто не вернешься к преподаванию в университете? – в её голосе начали проскальзывать эмоции. Мой ответ удивил даже меня, выскользнув необдуманным. - Потому что этот ребенок нуждается в ком-то. Во взрослом, который способен позаботиться о нем. Он смышленый мальчик, но его нужно направлять для достижения успеха. Ему необходимо чувствовать поддержку и отдачу за свои труды. И я сделаю это для него. - Ты ожидаешь, что я поверю этому? Ты никогда не заботился ни об одном студенте подобным образом. После этого я начал злиться, её резкие слова показывали, что ей абсолютно плевать на тот факт, что я и слова плохого о ней не проронил после нашего развода. Я сделал все, что мог для неё, но она продолжала настаивать на моем уходе. Это было последней каплей. Несмотря на огорчение, я, собрав все силы, наклонился к ней, ухмыляясь. - Когда ты успела стать такой эгоцентричной, Сон Джиён? – спросил я, получая злобный взгляд в ответ. – Я делаю это не из-за тебя. К слову, из-за тебя это вдвойне раздражающе и вдвойне утомляюще. Но мне нравится этот ребенок. Он хорошим мальчик и я останусь с ним. До того, как она смогла вставить слово, я продолжил. - Не говори больше ничего, не хочу больше слушать что-либо. Я зол, Джиён. И я устал ждать, пока твоя маленькая игра подойдет к концу. Я уже усвоил урок, поэтому поторопись и прекращай этот спектакль. Я все еще люблю тебя, и ты знаешь, что так же все еще любишь меня, так что перестань бегать от меня. Давай поторопимся и покончим с этим до того, как я разочаруюсь в тебе еще больше. Наконец высказавшись, я достал из кармана маленькую бархатную коробочку и передал ей. - Я все еще терпеливо жду, когда ты вернешься, но не смогу ждать слишком долго, Сон Джиён. Не забывай об этом, - произнес я, поднимаясь со своего места и оставляя её с ожерельем в коробочке, ради которого так долго и упорно работал. Этот поход в кафе отобрал у мне все силы, поэтому возвращаясь домой, я планировал немного поспать до занятий с Чжунхоном… Только у самого Чжунхона были другие планы. У себя в квартире я застал розововлосого, который увлеченно расставлял тарелки на столе. Несколько вопросов пронеслись в голове начиная с того как он оказался в моей квартире, почему он здесь оказался и что, черт подери, так вкусно пахнет. Заметив меня, мальчишка улыбнулся так, словно это была обычная встреча отца с сыном в их доме. - Почему ты не закрываешь свою квартиру, хён? – спросил малой, вытаскивая из своего рюкзака кучу приготовленных вкусностей. Я, было, открыл рот, чтобы сказать, что так торопился к Джиён, что забыл запереть дверь, но вовремя вспомнил о том, кто задал вопрос. - Что ты здесь делаешь? - Я не могу отправиться в школу… - он начал выкладывать еду в тарелки. Покончив с этим, малой начал рыскать по ящикам в поисках чашек. - Почему нет? - Зико убьет меня! – ответил Чжунхон, глядя на меня. – Ты же слышал его, не так ли? «Мы еще не закончили». Помнишь, того с черными волосами, Минхёка? Они зовут его B-Bomb и я уверен на все сто, что он вооружен! А ПиО в три раза больше меня самого. Я точно умру, если вернусь в школу. Его голос звучал испуганно, а мне нечего было сказать в ответ. Я мог лишь вздохнуть. - И что, собираешься бросить школу? – в этот момент Чжунхон нашел стаканы и наполнил их молоком, передавая один мне. Взглянув на стол, я заметил, что он купил черных бобов. Какая ирония, одинаково одинокие люди едят одинаковую пищу. - Ну, я думаю блефовать с аппендицитом. Возможно, уеду учиться за границу или туда, где они не смогут до меня добраться. – Заняв свое место напротив меня, Чжунхон поклонился и принялся уплетать еду с невиданной мне до этого скоростью. Я, молча, принялся за свою порцию, так как у меня вовсе не было сил спорить с мальчишкой, а тем более прогонять его. - Они не могут быть настолько жестокими, - скептично подметил я, когда Хон уже справился со своей порцией. - Ты не расслышал, когда я сказал, что один из них гангстер? - Гангстер или нет, они не представляют собой ничего более, чем группку подростков-панков. - Легко сказать, когда ты выглядишь как ты. Вот я выгляжу устрашающим для тебя? - Уговорил, покончим с этим сегодня. Я не буду пугать их, а даже постараюсь вбить хоть какой-то толк в их головы. Чжунхон выглядел шокированным. - Правда? Я кивнул не задумываясь. Агась. Это было официально. Я действительно сошел с ума.