По страницам чужих историй

      На следующий день после того инцидента в больнице, мы снова встретились с Лэем. Он рассказал о произошедшем и задал один из глупейших вопросов, по моему мнению: «Что мне делать дальше?» Что я мог сделать – только пожать плечами. Кукла не может прожить без кукловода, также как и кукловод ничего не представляет собой без своей марионетки. Они попросту перестают быть теми, кем должны быть. Исин сам признаётся, что до сих пор любит Чунмёна (и это после всего, что он от него натерпелся); так и Сухо, несмотря на то, что прошло немало лет после их так называемого расставания, пытается вернуть Лэя, пусть и такими некрасивыми методами. Они просто не могут по-другому. Никогда не перестану поражаться людям… Сколько жизнь их не бьёт, сколько не учит – всё равно они допускают одни и те же ошибки. И почему я уверен, что в конце этой затянувшейся истории эти двое будут вместе?       Жизнь, всё-таки, решила предоставить этим двум идиотам возможность сойтись. Да, именно идиотам, потому что сложно по-другому назвать эти упёртые личности. Произошло это уже после выписки Чунмёна из больницы, где-то через недели две…        Душный ночной клуб разрывало от тяжёлых битов; уставшие от будней люди отпускали свои истинные личности на свободу – в эту полутьму и клубы дыма, тянущихся то ли из специальной аппаратуры, то ли из курилок. В ярких вспышках света всё казалось нереальным, как будто ты попал в какой-то другое измерение. Силуэты на танцполе словно слились в один единый организм, который извивался под руководством ди-джея. Это был любимый клуб Лэя и Тао, тут они иногда проводили субботние вечера в надежде хотя бы ненадолго выбросить из головы реальность и отдохнуть от давящих обязанностей. Крис был вынужден ходить с ними – эти двое как два огромных магнита, притягивающих поклонников и неприятности, с которыми разбираться приходилось именно старшему. Сам он не танцевал, только лишь отсиживался с бокалом виски за столиком, откуда было видно, как младшие вливаются в толпу, изгибаясь в такт битам. Исин чувствовал музыку всем нутром, пропуская её через каждую клеточку; отключая мозг, он отдавал тело музыке. Его движения притягивали взгляды, не зря ещё в институте парня прозвали «король танцпола». Тао научился танцевать именно у Лэя, однако его движения были куда резче, чем у Исина. Крис всегда шутил, что Тао нельзя смотреть в глаза, когда он дерётся или танцует – можно получить инфаркт на месте. В каждой шутке доля правды. В танце и на поединке взгляд парня становился настолько пугающим и притягательным одновременно, что казалось, словно ты стоишь на краю бездны и вот-вот сорвёшься вниз, в темноту. И, несмотря на то, что в тебе просыпается страх, ты невольно начинаешь возбуждаться от безумного магнетизма. Порой, Крис благодарил небеса, что «взгляд дьявола» бывает только в этих двух состояниях – в повседневности Тао больше похож на маленького ребёнка, который любит своих старших «братиков» больше жизни. – Какие люди! – отвлёк Ву от наблюдения за парнями громкий голос над ухом. Посмотрев назад, он увидел нависающего над ним Сухо. – Вот кого-кого, а тебя я не ожидал тут увидеть. Можно присесть?        Крис указал рукой на свободное место рядом и вернулся к наблюдению за танцполом. К своему неудовольствию, он увидел, что возле Тао крутится какой-то странный парень с одной стороны и две девушки с другой. Уж больно сильной сексуальностью обладал младший – каждый поход в клуб заканчивался либо непродолжительными отношениями, либо разборками. Чунмён проследил за взглядом Криса и, увидев Лэя, присвистнул. – А он всё так же пластичен, – Сухо отпил немного коктейля из своего бокала. – Как вспомню, как он изгибался подо мной… – Избавь меня от подробностей, – скривился Крис. – И вообще, тебе тут ничего не светит. Оставь Сина в покое. – Ах, да, это же вроде как неприятно слушать, как твоего парня… – Мы не встречаемся, – перебил парня Ву, выпивая виски залпом. – Син мне как младший брат. Так что прекрати опошлять нашу с ним дружбу, звучит мерзко.        Чунмён криво усмехнулся и отвернулся к танцполу. Чем больше раскрепощался в танце Исин, тем с большим возбуждением на него смотрел Сухо. Парень ловил взглядом каждое движение, всматривался в изгибы тела, наслаждаясь этим зрелищем. С каждой минутой возбуждение всё сильней накрывало Сухо. Он не мог оторвать взгляда от пухлых губ Лэя, по которым периодически пробегался влажный кончик языка, от кусочка тела, который открывал глубокий вырез на обтягивающей футболке. Он настолько увлёкся, что даже не заметил, как ушёл Крис. Его отсутствие Чунмён понял только в тот момент, когда увидел, как Ву уводит Лэя и ещё какого-то парня из клуба. – Сегодня будет второй дубль, – сам себе сказал Сухо, залпом выпивая коктейль и покидая столик.        Крису пришлось приложить немало усилий, чтобы вытащить Лэя и Тао из клуба. И если первый особо не сопротивлялся, то второй проявлял недюжинное упорство. – Гэгэ, – заныл Тао, – ну я только разошёлся. Сегодня за пультом был мой знакомый ди-джей, он крутит классные треки, можно было здорово оторваться. – Хуан Цзы Тао! – так обычно обращался Ву только тогда, когда был крайне разозлён. – У нас две причины, по которой мы покинули клуб раньше времени. И первая причина – твоё поведение. Тао, ты же обещал больше не знакомиться в клубах после того наркомана, который чуть не посадил тебя на иглу. – Я и не собирался ни с кем знакомиться, – парень подмигнул брату и улыбнулся. – А вторая причина? – поинтересовался Исин. – Вторая причина, – Крис устало выдохнул и подошёл ближе к Лэю. – Вторую причину зовут Ким Чунмён, который сидел со мной за одним столиком. – Ч…Чунмён был тут? – от удивления Исин даже запнулся. – Вы говорили с ним?        Чжан снова вздрогнул, на этот раз из-за разгорячённого тела, прижимающегося к нему. Крепкие руки обвили талию, горячее дыхание обжигало чувствительную шею парня, отчего толпа мурашек пробежалась по спине. – Мы неплохо с Крисом поговорили, – томный шёпот ласкал ухо Лэя. – Ну же, не дёргайся, я не причиню тебе никакого вреда. Только с твоего согласия. – Чунмён, отпусти его, я тебя предупреждал, – слова были произнесены Крисом с угрозой. – Ты тот самый Чунмён? – Тао сжал кулаки. – Отпусти Сина, я считаю до трёх. Раз, два… – Парни, оставьте нас, нам надо поговорить, – строгим тоном прервал отсчёт Исин. – Всё будет нормально, за меня не волнуйтесь. Я могу за себя постоять, – с этими словами парень ударил Сухо локтём в живот. Чунмён отпустил руки и согнулся от боли. – Син-гэгэ, если что, ты знаешь, как надо бить, – сказал Тао на китайском, похлопав друга по плечу. – Фань-гэ, пойдём. Он знает, что делает.        Взяв Криса за руку, Тао повёл его к парковке. Чунмён отошёл от удара быстро и, воспользовавшись тем, что Лэй отвлёкся на друзей, прижал парня к стене. Пошло ухмыльнувшись, он резко подался вперёд и впился губами в губы Исина. Долго поцелуй не продлился – сильный удар в солнечное сплетение заставил Сухо отшатнуться назад. Дыхание спёрло, а на глазах выступили слёзы – парень даже и предположить не мог, что разговор мог пойти в таком направлении. – Ты же хотел поговорить… – прохрипел Чунмён, откашливаясь. – Разве не о том, что хочешь вернуться? – Нет, – со стальными нотками в голосе ответил Исин, потирая кулак. – Я хотел тебе сказать только одно: никогда не подходи ко мне. Если не понятно, выскажу проще – исчезни. Мне хватило той боли, что ты причинил.        Вот чего не ожидал на свои слова Лэй, так это смеха. Сухо хрипло и громко рассмеялся, держась за всё ещё ноющее солнечное сплетение. Смахнув выступившие слёзы и немного успокоившись, парень ответил: – Ты даже не представляешь себе, с какой радостью я б исчез из твоей жизни, но я не могу. Да! Представь себе, я не могу тебя забыть. Вот так всё весело. За те два года я настолько привык, что ты только мой, что даже за шесть лет мне не удалось выкинуть это из своей головы. Чего ты не смеёшься? Это же смешно! Шесть лет поисков замены тебе не привели ни к чему – второго тебя просто нет. Доволен? Я зависим от тебя, а когда-то было наоборот! Знаешь, сколько я смеялся, когда попал в больницу и встретил тебя? Моё сердце лечил тот, кому я его разбил. Это же смешно! Смейся со мной, давай! – Это ни в коей мере не смешно, – голос Лэя даже не дрогнул. Увидев автомобиль Криса, подъехавший поближе к клубу, парень решил закончить разговор. – Мне тебя искренне жаль, но если ты думал, что я прощу тебя, то ты сильно просчитался. Прощай, желательно навсегда. Я тебя ненавижу.        Развернувшись, Исин быстрым шагом направился к машине. – Ненавидишь?! – прокричал вслед парню Чунмён. – Ну и пожалуйста! Иди к чёрту!       Остаток ночи один провёл в истерике, другой напился до беспамятства. Откуда я знаю? С Исином всё просто – он сам сказал. А Сухо… Про него я услышал утром по радио. «Сегодня ночью, неподалёку от клуба «*», произошло ДТП с участием автомобиля и мотоцикла. Водитель отделался лёгкими ушибами, водитель мотоцикла попал в больницу с тяжёлыми переломами и сотрясением мозга. По данным полиции, мотоциклист находился в тяжелейшем алкогольном опьянении. И как сообщают источники, за рулём мотоцикла сидел известный бизнесмен Ким Чунмён...» А потом мне на телефон пришла смс от Лэя с таким текстом: «Это я во всём виноват. Я наговорил ему много ужасных вещей. Сухо отвезли к нам к больницу, так как случай оказался очень тяжёлым. Крис провёл в операционной более семи часов. Чунмён в коме. Я себе этого никогда не прощу». Я же говорил – два идиота.