По страницам чужих историй

       Чанёль мягко вёл автомобиль, периодически отвлекаясь на парня на соседнем сидении. Крис сидел, опустив голову, и рассматривал свои ладони, сжимая-разжимая пальцы. Радио было выключено — лишние звуки сейчас только раздражали; парни тоже сохраняли тишину. Апатия пожирала Фаня изнутри, казалось, что в груди — огромная дыра, и если бы не Чанёль рядом, это была не дыра — от Криса бы осталась лишь пустая оболочка, не способная на жизнь. Осталось бы одно существование. — Если бы не ты, — прохрипел китаец; голос не слушался парня, — я бы исчез, превратился в пустоту. Привязанность убивает.        Пак положил свою руку на ладонь Криса и несильно сжал её. Он понимал, он всё прекрасно понимал. Если бы так поступил Кай, Чанёль даже не мог представить, что бы с ним происходило. А сейчас, он решил, что сделает всё, чтобы Фаню было хоть немного легче. Он будет рядом и поддержит его. — Мне надо позвонить, — через пару минут снова подал голос Крис. — Есть ещё один человек, который должен знать о случившемся. — Тао? — тихо спросил Чанёль. Это имя было на первом месте по частоте упоминания Крисом. Получив утвердительный кивок, Ёль произнёс: — Я возьму его номер из твоей телефонной книги и сам поговорю. Ты не в состоянии это сделать. — Он слишком эмоциональный, Сяо* Тао. Вряд ли ты сможешь его успокоить. — Просто доверься, — Чанёль переплёл свои пальцы с пальцами Криса, пытаясь поддержать парня. Вести машину одной рукой было неудобно, но парня это особо не волновало. — Всё будет нормально, я справлюсь.        Как выяснилось, семья Пака жила в одном из богатых районов города. Припарковав ауди, парни покинули салон и направились к одной из десятка однотипных высоток. Консьерж, среднего возраста женщина, удивлённо посмотрела помятого и мокрого Чанёля поверх своих узеньких элегантных очков, потом её взгляд перешёл на Криса, который безразлично смотрел себе под ноги. — Ли-аджумма, мои родители дома? — поинтересовался Чанни, выдавив из себя улыбку. — Ваша мама дома, господин Пак, — голос у женщины был немного визгливый, и это неприятно било по ушам. — Что она только про ваш внешний вид скажет-то? — Моя мама с детства привыкла к тому, что я неряшливый. Я её точно не удивлю своим видом. Спасибо за информацию, — Чанёль схватил китайца и потащил к лифту.        Консьерж пробормотала им вслед что-то вроде «лучше бы девушек приводил», и уже через пару секунд отвлеклась на сериал, выкинув из головы и Чанёля, и его странного друга. Лифт быстро доставил парней на нужный этаж. Подойдя к двери квартиры, Чанни на секунду остановился. — Крис, это… — смущённо пробормотал он, почёсывая затылок. — Моя мама… она так тебе благодарна, ведь ты спас сестрёнку, так что ничему не удивляйся. Это так, на всякий случай предупреждение.        Фань едва заметно кивнул. Сейчас ему всё равно.        Квартира встретила парней запахом еды и тихой музыкой, доносящейся с кухни. Колокольчики на входной двери оповестили о гостях. Навстречу Чанёлю и Крису выбежала невысокая женщина в смешном фартуке «мама семейства обжор». Заметив, что сын пришёл не один, она быстро поправила волосы и фартук, улыбнувшись. «У Чанёля улыбка мамы», — пронеслось в голове Фаня. — Ёлли, дорогой, почему ты не предупредил, что придёшь не один? — поинтересовалась женщина с лёгким укором в голосе. — Это твой… — Нет, мам, это друг, — перебил Чанёль; «парень» — хотела сказать его мама, он понял это по выражению лица. — Крис Ву, ты слышала о нём. Только вы никак не могли увидеться.        Заметив, что сейчас посыплются благодарности, Чанни сразу же в быстром темпе проговорил: — Крис себя чувствует не очень хорошо, я предложил ему передохнуть у меня. До дому ему ехать далеко, а мы были рядышком, вот решили заглянуть. Я провожу его в свою комнату. Мы не голодны, спасибо, мам.        Женщина пару секунд обдумывала услышанное. Поманив Чанёля к себе, она дождалась, пока парень наклонится к ней поближе, чтобы взлохматить его причёску и поцеловать в щёку. — Знаешь уже, какие вопросы буду задавать! Так, стоп. А почему волосы мокрые? Да ты весь мокрый! Рассказывай!        Чанёль, в сотый раз за сегодня, схватил Фаня за руку и потащил вглубь квартиры. Комната парня была довольно просторная и светлая. Посередине стояла большая двуспальная кровать, у стен — два больших шкафа: один для одежды, другой для книг. Рядом с кроватью на специальных поставках находились две электрогитары и одна акустическая. У окна стоял письменный стол, на который кучей были навалены всякие листочки. Со стен на парней смотрели пёстрые плакаты со звёздами. Обычная комната студента.        Чанни полез в шкаф, откуда вытащил большую чёрную футболку и широкие шорты; эти вещи он передал Крису. Себе же он достал чёрные брюки и рубашку. Не стесняясь Фаня, Чанёль переоделся в сухую одежду, а снятые вещи сложил, чтобы отнести в стирку, когда из кармана выпала аккуратно сложенная бумажка, немного влажная после пребывания в мокрых джинсах. Развернув и мельком рассмотрев её, Пак сунул её в карман рубашки и выскочил из комнаты. Его не было чуть больше минуты — парень вернулся со стаканом воды. Крис уже к этому времени переоделся и сидел на кровати. — Вот, попей, и ложись. Тебе надо поспать, — тепло произнёс Чанёль, протягивая стакан. — Сегодня был тяжёлый день.        Китаец залпом выпил воду, после чего забрался под одеяло. Протянув свой мобильный телефон, Крис пробормотал: — Позвони Тао, пожалуйста. И ещё, — он попытался улыбнуться, но это вышло ужасно, — спасибо. Умно было, растворить в воде снотворное. Я же врач, сразу это понял. Спасибо…        Чанёль дождался, пока китаец уснёт, а потом покинул комнату. Его мама стояла рядом с дверью, обеспокоенно теребя в руках кухонное полотенце. Она выразительно посмотрела на сына, который ничего не сказал, только широко улыбнулся — «всё хорошо, мам, не переживай». Женщина ушла; улыбка постепенно сползла с лица, и, глубоко вздохнув, Чанёль встал напротив двери, уперевшись в неё лбом. Как же хотелось верить, что всё будет хорошо!        Простояв так немного, парень выпрямился и взял в руки свой телефон и бумажку из кармана. Быстро набрав записанный номер, он поднёс смартфон к уху и стал ждать, считая количество гудков. Где-то на девятом длинном гудке Чанёль решил сбросить звонок, как на другом конце провода раздалось негромкое «Алло». — Я немного удивился, когда увидел записку, — Пак попытался придать своему голосу бодрости. — Я тоже удивлён, что ты позвонил, — собеседник невесело хмыкнул. — Сейчас не до меня. — Хотел встретиться?        На пару секунд повисла тишина, которая была разрушена тихим «очень». Теперь хмыкнул Чанёль. — Куда подъехать? И когда? — Пак окинул коридор в поисках блокнота и ручки, чтобы записать, если что. Но ничего не нашлось. — Хоть сейчас. Адрес не поменялся, если ты его, правда, помнишь. Уверен, что можешь? — Могу, — Чанни на секунду замолчал и с тёплой улыбкой добавил: — И помню. Жди.        Сбросив звонок, Чанёль несколько секунд продолжал смотреть в экран телефона. Это просто сумасшедший день. Слишком много событий для одних суток — казалось, «сегодня» не закончится никогда. — Когда настоящее сводит с ума, а будущее неизвестно, прошлое может незаметно напомнить о себе, подкравшись воспоминанием, — казалось, что парень разговаривает с заставкой.        Написав короткое сообщению Чонину, что всё хорошо, Чанёль попрощался с мамой и выбежал из квартиры. Он не стал брать машину Криса, решив добраться на мотоцикле. Хоть погода была и противная — шёл мелкий дождик — да и уже стемнело, так было быстрее, считал Пак. Несясь по ярко освещённым улицам Сеула, Чанёль старался ни о чём не думать — в голове все мысли давно смешались в одну большую кашу, и с каждой попыткой разобраться, эта каша становилась всё сумбурнее. В груди приятно ныло от предвкушения; это чувство зачастую возникает при встрече с прошлым, разливаясь по телу теплом и вызывая невольно улыбку.        Наконец, показалась знакомая высотка. Оставив мотоцикл во дворе, Чанёль побежал в подъезд. Третий этаж, двенадцатая квартира — пусть пройдёт хоть сто лет, он не забудет это место. Парень проигнорировал лифт, поднимаясь на нужный этаж по ступенькам. Подойдя к двери, Пак быстро перевёл дыхание и потянулся к звонку. Но он не успел нажать на кнопку, как дверь перед ним открылась. Чанёль замер с поднятой рукой, растерявшись. А на пороге, как всегда улыбаясь, стоял… — Бэкхённи… *Сяо (с кит.)  — «маленький».