Поступательное движение

- Ну что ты купила, Мичиру? – в который раз поинтересовалась Харука. И в который раз безуспешно. - Скажу, когда придёт время, - скрипачка возилась с дверью. Харука сделала вид, будто пытается открыть свёрток, что несла в руках. - Не вздумай! - Это, что подарок? Но у меня день рождения только зимой. - А кто сказал, что это для тебя? - Ах, так? Даже и не для меня? А я тут, понимаешь, несу, надрываюсь... Девушки зашли в свою квартирку. В кресле, с той же самой книгой, что и в прошлый раз, сидел дядя Мичиру. Увидев вошедших девушек, он отложил книгу и поднялся навстречу. Харука скривилась. - Вы можете забрать эту книгу, нам она больше не нужна. - Спасибо. Она на самом деле очень интересная. Не думал, что Вы интересуетесь искусством. - Это для поступления в Мюген, - Мичиру взяла у Харуки свою покупку и понесла её в спальню. - Мюген? Я слышал об этой школе. Считается самой престижной на данный момент. Так вы о её общежитии говорили, юная мисс? - он скептически посмотрел на костюм Харуки. - Именно. - Столько, сколько сегодня, гонщицу ещё никогда не упрекали её манерой одеваться. - Да, я не буду против, если Мичиру будет жить при Мюген. Ведь это очень благоустроенное жильё, да и от вашего дурного примера она будет подальше. Харука презрительно хмыкнула. Было ясно, что он не собирается немедленно утаскивать Мичиру с собой, поэтому можно было не особо церемониться с чувствами незваного гостя. - Что вы, я планирую поступать туда вместе с ней. - Ну, удачи... Из спальни вернулась Мичиру и радостно обняла дядю. Она не хотела портить с ним отношений, но тот на дух не переносил Харуку. Скрипачка решила заглаживать неровности в их отношениях собой. В конце концов, они оба сходились в одном – любви к ней. - Дядя, ты не представляешь! Мы сегодня купили машину! Очень красивая, с открывающимся верхом. - Мичиру ластилась к дяде и тот обнял её, как маленькую. - Харука хотела серебристую, но я переубедила её на желтую. Ведь так? Последний вопрос адресовался гонщице и сопровождался выразительным взглядом «Не ругайся с ним». Харука вздохнула, вспоминая как выглядит улыбка. Трудно быть милой с человеком, который тебя человеком не считает. - Мичиру решила, что желтый цвет больше подходит моим волосам. А в таких случаях никакие доводы не срабатывают. Мужчина улыбнулся. Эта ситуация ему была знакома. Если Мичиру чего-то хотела, переубедить её бывало очень сложно. - А ещё у неё такие смешные круглые фары, - скрипачка руками показала форму фар, - и они расположены по две с каждой стороны. - Феррари, тойота? - Не знаю, я на модель не смотрела. Но это самая красивая машина, которую я видела! - Машина... а не рановато ли вам за руль? – вопрос был адресован Харуке, но ответила Мичиру: - Харука сегодня получила права! Она известный гонщик, и понимает в машинах абсолютно всё! - Гонщик? – мужчина повернулся к высокой девушке. Та села на диван и смотрела, как усаживаются остальные. На самом деле, глупо разговаривать, стоя посреди зала, заваленного книгами. Мичиру заняла кресло, по привычке забравшись на него с ногами, а её дядя сел в противоположный от Харуки угол дивана, таким образом оказавшись на равном расстоянии от обеих девушек. - Я выступаю за команду салатовых на городских соревнованиях. На следующих меня планируют выставить в более широком масштабе. Затем выведут на национальный уровень. А дальше время покажет. Так что, можно сказать, что я широко известна в узких кругах. Прошу прощения, могу я переодеться? – сменила она тему. - Галстук давит. Девушка вышла из комнаты в спальню и вернулась только тогда, когда за родственником Мичиру закрылась дверь. Почувствовав сзади мягкое объятье, она запустила руку за спину, погрузив в аквамариновые волны волос подруги. - Этот человек меня утомляет. - Что поделаешь, он мой опекун. Но он уже ушел, а ты здесь. Его надо перетерпеть ещё несколько дней, и он уже не сможет вмешиваться. - Через пару дней он заберёт тебя. И я буду одна целую неделю до экзамена. - Харука, выгнувшись назад, положила голову на плечо Мичиру. Цвет морской волны перемешался с пшеничным. - Глупая, ты теперь никогда не будешь одна. Пока я живу на этой планете, у тебя всегда будет близкий человек. - Мичиру... Телефонный звонок раздался не вовремя. Харука с сожалением оторвалась от Мичиру и пошла отвечать. - Алло? - Харука? Это Микава. Как дела? - О, Микава-сан! От энтузиазма в голосе подруги Мичиру поморщилась и пошла в спальню. Понимание пониманием, но этот Ватанабэ утомлял скрипачку не хуже, чем её дядя Харуку. Мичиру открыла пакет, в который заботливые продавцы завернули её покупку. Там обнаружился футляр прозрачного пластика с вешалкой. Изящное голубое платье, жакет, колготки и короткий, очень женственный плащик. Так же в пакете оказались милые лодочки на среднем каблуке и застёжкой по щиколотке. Ещё Мичиру достала маленькую сумочку и тонкой работы часы, так же выдержанные в сине-голубой цветовой гамме. Такие же часы, только аквамариновые, ей подарила Харука несколько дней назад. «Синий и зелёный – наши с тобой цвета». Когда она вышла в зал, Харука о чем-то смеялась в трубку и была явно озадачена. - Ну, я не знаю, Микава-сан. Сегодня я ещё ни строчки не прочла. Да, мне бы хотелось... Конечно... Я не уверена... - Соглашайся, - пихнула её в бок Мичиру. - Ой! Простите Микава-сан, тут Мичиру толкается. Я с удовольствием приму ваше предложение. Всё равно, учеба в голову не идет. Хорошо. Где? Я заеду за вами, ведь ваш мотоцикл у меня. До встречи. - Харука нажала отбой и положила трубку. - Мичиру, Микава-сан пригласил меня на свидание. - Я так и поняла. Не поняла только, почему ты так долго колебалась. - Да ладно тебе. Пойду собираться. Интересно, что мне надеть? - Всё лежит у тебя на кровати. Но сначала в ванну. Затем чистить зубы. Бельё сменить. - Зачем это? - Правила свидания. Не перебарщивать с косметикой и использовать хорошие духи. - Мичиру приникла к боку подруги, - Мне очень нравится тот аромат, помнишь? Он так тебе подходит, жаль что ты редко его используешь. - Я вымажусь им с ног до головы... - Ну нет! Тогда ты станешь горькой, как спирт, а я люблю когда ты сладкая... Эй, не увлекайся! У тебя же свидание, не забыла? - Да, чёрт, точно. Через час скрипачка придирчиво осмотрела подругу и не нашла в ней ни одного изъяна. Платье подошло идеально, где надо подчеркивая фигуру, где надо скрывая. Ноги в колготках были бесконечны и казались фотографией в гламурном журнале. Лодочка мягко обнимала ступню, а тонкая ленточка оттеняла изящество девичьей щиколотки. Харука застегнула браслет часов, который лёг на запястье, как влитой, легко смещаясь при движении рукой. Мичиру вздохнула, поворачивая подругу к зеркалу. Такую Харуку она ещё не видела. Тот случай в лесу можно было не считать. Несмотря на юбку, там это всё равно была пацанка, а сейчас перед зеркалом стояла настоящая леди. Харука поражённо дотронулась до своего отражения. Девушка в зеркале была ей почти незнакома. Когда она застегнула последнюю пуговицу плаща, перетянув его поясом, Мичиру брызнула спреем на шею гонщицы, завершая образ. По прихожей растекся запах то ли духов, то ли одеколона. Проведя рукой по уложенным волосам, Харука легко прикоснулась к щеке Мичиру и, не прощаясь, выбежала за дверь. Скрипачка, медленно переставляя ноги, подошла к окну и увидела отъезжающую со стоянки Харуку. Девичья фигурка странно смотрелась на слишком крупном для неё мотоцикле. Скрипачка помахала вслед, зная, что её жест увидеть некому. «Может, это и глупо, но я ревную... Нет, наоборот. Глупо, что я так мало ревную». Зеленоволосая девушка набрала полную ванну воды и растворила в ней несколько ложек соли с ароматом малины. Вода сменила цвет на красный, дразня ноздри свежим запахом лесной ягоды. Девушка разделась и неторопливо опустилась в воду. В бассейн идти она не хотела, там сейчас было слишком много народа, а ждать она предпочитала, погрузившись в свой мир. Из одежды она оставила только зелёный ободок часов, свесив руку за край ванны. Мичиру приготовилась к долгому ожиданию. Её мечта сбылась. Она ехала, прячась от ветра за крепкой мужской спиной, держась сама, а не удерживая других. Она вспомнила, как поражён был Микава-сан её внешним видом. Он явно ничего подобного не ожидал. «Ты не устаёшь поражать меня, Харука. Тебе это безумно идёт. Впрочем, как и костюм. Я даже не знаю, какой образ предпочитаю больше.» Его голос был полон нежности и странного удивления. Харука не очень понимала его чувства, но сейчас это её не волновало. Она сидела, прижавшись к широкой спине, и старалась пропитаться тем чувством защищенности, которое та дарила. Впитать в себя всё то, о чём мечтала столько лет. Вот только почему-то не хватало ветра в лицо. Она откинула эти мысли. - Я так долго ждала вас, Микава-сан... - Что? - Ничего, это я так, говорю сама с собой. Микава сам не понимал, что с ним. Сейчас он не мог относиться к Харуке, как к гонщику, с которым ему придётся мериться силой на треке. Сзади сидела хрупкая девушка, полностью доверившаяся его умению водить мотоцикл. Харука несколько дней назад на треке, Харука сегодня утром, и Харука сейчас – словно три разных человека. Тут немудрено было запутаться. Что ему нравилось больше? Сложно сказать. Вторая половина дня. Уже не обед, но ещё и не конец рабочего времени. Мимо пролетали машины богатых бездельников и спешащих по делам людей. Микава выехал за город. Появились редкие деревья. Его тянуло туда, где никто не помешает ему разобраться в феномене Тэно Харуки. И он поехал к старому треку. Время летело незаметно. Микава заметил, что Харука не очень-то отличается от той себя, которую он помнил. Она была так же экспрессивна и легка. Только с поправкой на юбку. Они гоняли на время, бегали наперегонки, соревновались в армрестлинге и восточных единоборствах. На мотоциклах она показала худшее время, в беге пришли к импровизированному финишу одновременно, в армрестлинге она уступила безоговорочно, но отыгралась, приложив его несколько раз спиной к бетону во время борьбы, чему даже каблуки не помешали. Девушка была счастлива. Ну и что, что она гнала не в полную силу – это же не настоящая гонка, в конце концов! Что бежала как улитка, - так думала о том, чтобы не запутаться в платье, не похожее на привычную юбку её sailor-фуку, да и вообще оно так красиво развевалось вокруг ног, что она просто залюбовалась. В борьбе рук она даже не успела настроиться на боевой лад, как её рука оказалась погребённой под сильной рукой Микавы. Но это совершенно её не огорчало. Всё равно он победил её. Но не унижая достоинства. А что побила в борьбе, так он и без этого знал, что она что-то в этом понимает. Харука присела рядом с ним, привалившись к крепкому боку. Она тяжело дышала и слышала такое же дыхание в ответ. Микава подтянул её к себе и их глаза оказались близко-близко друг от друга. Харука опустила веки. Поцелуй не заставил себя долго ждать. Его горьковатый вкус был совершенно не похож на вкус губ Мичиру. Но она не могла сравнить эти два чувства. Да и не хотела. Мичиру это Мичиру, а Микава это Микава. Небо и земля. Харука двинулась навстречу, но внезапно охнула от впившегося в неё камня. Бетонная крошка, усыпающая землю даже за пределами трека, безжалостно убивала любые романтические мысли, и Микава, ругаясь сквозь зубы, пошел к своему байку, где у него в багажнике хранился старый плед. Как только он до него дотронулся, мир в его глазах покачнулся, расколотый криком. Его собственным. В красной воде расходилась тревога. Море несло вперёд свои неспокойные воды, и Мичиру вынырнула из ванны. В мгновение она высушила себя полотенцем и влезла в одежду. Зов океана. «И почему это всегда случается, когда рядом нет Харуки!» Направление было как всегда условным, а времени погружаться глубже не было. Внезапно часы на её руке запульсировали зелёным сиянием. Девушка рассеяно поднесла их к глазам и потрясённо смотрела, как меняется на них узор: сверху проступал её знак – трезубец Нептуна. Она откинула крышку. Вместо циферблата на неё смотрело лицо Урануса. - Заброшенный трек. Бери такси. Это срочно. Что это срочно Мичиру знала и сама. Через минуту она уже сидела на месте пассажира. Обещав таксисту за скорость невообразимые деньги, она могла надеяться добраться до трека за двадцать минут. «Продержись, только продержись». История повторялась. Мичиру то и дело просила увеличить скорость хотя бы ещё немного. Парень ругался, но делал так, как она сказала. Обещанных денег с лихвой хватало на покрытие любого штрафа. Разница состояла лишь в том, что сейчас там, куда она стремилась, была не беззащитная Харука, а грозный Уранус, и Мичиру на это раз знала куда ехала, а не подчинялась вслепую голосу моря внутри себя. Снова трек. Снова она летит, забывая себя. И снова Харука. «Быстрее...» Таксист лихо затормозил. Мичиру кинула ему часть денег, прошептала «дождись» и исчезла за деревьями. Парень пересчитал сумму и решил, что будет ждать хоть до утра. Такие клиентки попадались нечасто. - Сила планеты Нептун, Make Up! Где-то впереди в небе полыхнуло золотым и земля ощутимо дрогнула. Уранус вела бой. «Слава богу, с ней всё в порядке». Нептун выбежала на открытое место. Уранус замерла над распростёртым телом Микавы, готовясь к новой атаке. Над ней в воздухе висела вполне человеческого вида женщина с огненными волосами и в минималистическом красном платье с глубоким декольте, оформленном отложным воротником. Она смеялась. А рядом, на земле, стоял демон. Нептун ахнула. Это не был привычный воронкообразный монстр. Демон перед ней больше напоминал чудовище, с которым сражались Sailor Moon и Kº. В руках демон держал странный кристалл с расходящимися во все стороны сияющими лепестками. Демон пыталась передать кристалл красной женщине, но новая атака Урануса помешала ему это сделать. Кристалл отлетел в сторону. Нептун подхватила его и тут же стала объектом пристального внимания демона и его хозяйки. - Это ещё кто? - Прекрасный воин в матроске. Я, Sailor Нептун не позволю тебе творить зло! - Хм, ещё один воин... Ну, а я, Каоринайт, не позволю тебе помешать мне в этом! – демонесса с нечеловеческой скоростью рванулась к Нептун, выхватывая у неё из рук странный кристалл. Воин моря кинулась за ней, видя, что Уранус завязла в бою с демоном. Но Каоринайт всего лишь поднялась выше, туда, где Нептун не могла её достать. Сидя на воздухе в относительной безопасности, женщина протянула, вглядываясь в камень: - Ну же, меняйся! А, неет. Это не талисман... Нептун застыла, услышав это слово. «Талисман... Не может ли это быть тот самый талисман, который мы должны найти?» Каоринайт была готова раздавить кристаллик, когда в неё ударил столп воды. - Высокая волна! Кристалл снова отлетел в сторону. Похоже, он был не так хрупок, как казался. Каоринайт оправилась от удара и, крикнув демону, чтобы он разбирался самостоятельно, покинула воздушное пространство над старым треком. - Мир содрогнётся! - Высокая волна! – Две атаки друг за другом сошлись на одном демоне, и он отлетел за деревья. - Уранус! – Нептун бросилась к напарнице. Та же, схватив кристалл, уже была у тела Микавы. - Ты вовремя, Нептун. Если этот кристалл не вернуть, он умрёт. - Что? - Они охотятся за этими кристаллами. Достают их из людей, и люди умирают. - Кристалл на секунду завис над Микавой и втянулся внутрь. - Слава богу, я уж думала, его назад не вставить. - О, боже... - Уже не слушая, Нептун осела на землю. - Это значит... - Что? Ты о чем? - А ты не слышала, о чём они говорили? - Я не прислушивалась... А что? - Это и есть кристаллы чистых сердец. Но талисман не выходит из них, а они в него превращаются. - Ты хочешь сказать, что... - Да. Если мы заберём талисман, его носитель умрёт. - О, нет... - Умрите!!! – На них летел основательно потрепанный, но не побеждённый демон. - А ты живучая, тварь! – Уранус выхватила из воздуха сияющий сполох своей атаки. Нептун рядом с ней уже собирала над головой водный шар. - Глубокое погружение! - Твердь, разверзнись! В этом буйстве стихий выжить было невозможно. Вся боль двух воинов выплёскивалась сейчас на бетонную полосу трека, плавя и растворяя посланника чуждого мира, лабораторное исчадие, демона, чьи создатели навсегда перевернули мир двух школьниц – Тэно Харуки, мечтающей стать ветром и гонщиком номер один в мире, и Кайо Мичиру – грезящей о карьере скрипачки и рисующей очень талантливые картины. Придя в себя, Микава увидел две удаляющиеся в закат девичьи фигуры. «Мичиру? Откуда она здесь?» Он не окликнул их. В этот момент он не был уверен даже в собственном имени. В памяти слишком живо было потрясение от пледа, внезапно превращающегося в живое существо, жаждущее его крови. Он смутно помнил золотоволосую воительницу, что защищала его, в его голове звучал чей-то смех, полыхали разноцветные вспышки, призывали странные силы мелодичные голоса... Микава обхватил голову руками и погрузился в исцеляющее беспамятство. - Кристаллы чистого сердца... Талисманы..., - Харука сидела в кресле, закинув ногу за ногу, а руки за голову. На диване свернулась горьким комочком Мичиру. - Нам придется жертвовать не только друг другом. В ответ на эту реплику Харука резко не то фыркнула, не то хмыкнула. Неожиданный звук пронёсся по комнате, отражаясь от стен и завяз где-то в шторах. - Хорошо, хоть не придётся искать талисманы самим, эти демоны тоже ищут носителей. - Ты права, - Мичиру перевернулась на спину, переводя пустой взгляд на потолок. - Мы даже достать их из человека не можем, в отличие от демона. Нужно будет только оказаться вовремя рядом. Харука снова хмыкнула, но на этот раз интонации были более печальными. - Мы сидим и обсуждаем человеческую жизнь... И это воинская доля? Мерить спасение Земли уровнем допустимости жертв? Жизни троих против жизни планеты. Кто уполномочил нас выбирать?! - Харука... - Что, Харука? – высокая девушка опустила руки, вцепляясь в колено. Она отвела глаза от дивана, разглядывая заглавие одного из учебников, забыто лежащего у дальней стены. - Я всё понимаю. Нет никого, кто указал бы нам другой путь. И это единственное, чем мы может помочь Миру. Точнее, это единственное, что может его спасти. - Но Sailor Moon и другие воины... - Как будто ты не помнишь. Она никогда не примет этого и другим не даст. И нам мешать будет в меру своих сил, если ввяжется. В моих снах мы отдельно. Мы и они. За нашими спинами я чувствую ещё двоих. Один - Пустота, второй – Смерть. - Воин Плутона и воин Сатурна. Плутон может помочь нам, а Сатурн... - Уничтожить. Уничтожить почище любых демонов. Это воин, рождённый для Разрушения. Если он пробудится... - Земля погибнет. Мичиру старалась поймать взгляд напарницы, а та отводила его, пряча под чёлкой. Харука не хотела, чтобы и Мичиру была ответственна за принимаемое в этот момент решение. Наконец, она решилась и твердо встретила взгляд подруги. - Наша цель – забрать талисманы из чистых сердец их хранителей и не допустить пробуждения Сатурна. Любой ценой. Мичиру проглотила комок в горле. Вот и всё. Непоправимое сказано, и дороги назад уже нет. Впрочем, призналась она себе, другого выхода и не было. Это решение – единственное, вот только принимать его совсем не хотелось. «Спасибо, Харука...». Мичиру протянула руку с дивана, легко дотронувшись до ноги напарницы. Она благодарила её за взятую на себя ответственность, от которой сама была готова убежать за край земли. Долг, бремя, боль... Девушка смотрела в глаза своей подруги, которые из серых превратились в стальные и безжизненные. - Мы отыщем талисманы, и что? – Харука положила свою руку поверх руки Мичиру. - Ради чего это? Что будет после того, как талисманы окажутся в наших руках? - Я..., - Мичиру не могла ответить. Что-то внутри неё пыталось выйти наружу, но не могло пробиться сквозь скованные невыносимой тяжестью долга клетки мозга. Мичиру сосредоточилась. - Грааль! – это слово они выдохнули одновременно. И оно засияло, переливаясь тысячей граней. Если Грааль возьмёт в руки мессия света, мир будет спасён, если мессия тьмы – погибнет. Снова – белое или черное. Жизнь или смерть. Они устали от контрастов. - Мичиру, кто мы после этого? Старые добрые борцы за справедливость? - Нет. Новые. Из будущего. Мы открываем новую эпоху в спасении. Смертью. - Посланцы новой эпохи... Это даже не смешно. Мичиру, иди ко мне. - Да, Харука. Я с тобой. Я всегда с тобой. Я твоя, а ты – моя. Мы вместе. Девушка села на колени к подруге и продолжала шептать в пшеничные волосы слова ободрения и поддержки, целовать усталые глаза и разминать пальцами напряжённые плечи. Сегодняшний день дался той нелегко. И не к кому было нырнуть за спину и переждать беду. Ситуация требовала стоять лицом навстречу ветру, и не сметь отводить глаза. Мичиру тоже было тяжело, и Харука отвечала на поцелуи, стараясь заставить напарницу забыть этот разговор, изгнать из головы надоедливых призраков, что воронами кружили над ними, выклёвывая остатки человечности из их чистых сердец. Каждая из них была уверена, что их сердца запятнаны навсегда. Отныне они потеряли право на его чистоту.