Я обещал, что выжгу тебе сердце

Джон сначала злился на друга, но потом, выпытав, как Мориарти заставил его спрыгнуть, проникся к детективу глубоким уважением. Шерлока же беспокоили совсем другие вещи: слова Джеймса, и не решит ли злодей-консультант убить бывшего военного доктора, инспектора полиции и хозяйку квартиры 221B на Бейкер Стрит, сославшись на то, что его требования не были выполнены… Сыщик долго сидел в своей комнате наверху (он попросил Джона поменяться с ним спальнями, потому, что хотел погружаться в чертоги разума наедине, в тихой и спокойной обстановке), пытаясь найти выход из ситуации. И понял, что единственное верное решение – спросить у самого Джима. Шерлок спустился вниз, и успел попросить у сожителя телефон раньше, чем на него осыпался град вопросов. Детектив послал Мориарти сообщение «Ты ведь не убьешь их теперь. SH». Ответ долго себя ждать не заставил: «Хм, надо подумать. Приходи в девять часов на адрес Crawford Street 113*, обсудим. Jim Moriarty x». Детектив удивился, насколько близко живёт его заклятый враг – дом брата и то дальше. Удалил историю переписки с Джеймсом (у Джона была плохая привычка читать отправленные другом с его телефона СМС), захватил возвращённый Майкрофтом пистолет и ушёл на «переговоры». Ровно в девять он уже был в назначенном месте. Жилище Мориарти со всеми его белыми стенами, высокими окнами и архитектурными излишествами больше всего напоминал крошечный дворец (ну или дом Майкрофта). Дверь гостю открыл сам хозяин, в костюме, но без пиджака, с незаправленной в брюки рубашкой, расстёгнутыми манжетами, расслабленным галстуком, взъерошенными волосами и босиком. Видно было, что к визиту Джим не готовился. - О, Шерлок, проходи! Что-нибудь будешь? Чай, кофе (на язык злодею-консультанту так и лезло слово «потанцуем»)? Холмс младший, заметив, что Мориарти явно рассчитывал на ответ «чай», сказал «кофе» и сел в кресло у окна. Пока озадаченный хозяин дома лазил по шкафам в поисках молотого, детектив успел оглядеть комнату: уютная, но в чёрно-белых тонах, рядом с камином два кресла, чуть дальше – диван. У стены стоит фортепиано, на крышке разбросаны ноты, а сверху лежит пистолет. «Безоружен» - сделал вывод сыщик, «И снайперов, судя по всему, тоже нет» (но его больше удивил музыкальный инструмент – ну не уж-то умеет играть?). Тем временем Мориарти дал гостю кружку горячего кофе, в спешке убрал со столика какие-то бумаги, и сел напротив. - Планы нового грандиозного преступления прячешь? – Шерлок заинтересованно посмотрел на шкаф, в ящике которого только что скрылись загадочные листы. -Возможно, - хитро улыбнулся Джим, - но это тебя не касается. -Как же это может меня не касаться? А кто потом будет расследовать это дело? Надеюсь, там что-то интересное. - Ну, ты меня обижаешь. Да не пытаюсь я тебя отравить, - довольным голосом сказал Мориарти, увидев, как настороженно Шерлок смотрит на тёмную жидкость в кружке, и вдыхает её запах. В подтверждение своих слов злодей-консультант заварил себе кофе из тех же самых ингредиентов, и даже символично сделал один глоток, но больше к чашке не притронулся. - Я там, на крыше кое-что нашёл, - продолжил Мориарти, - кажется, твоё? - Моя. С чего это такая благородность – возвращать мне мои вещи? – поинтересовался Шерлок, положив телефон на стол рядом с собой. - Просто захотел сделать тебе приятно. Детектив ухмыльнулся и задал волновавший его вопрос: - Ну, так что, ты… ты ведь не убьёшь их теперь? - Нет, неет. Не убью… (Шерлок облегчённо выдохнул). Но только при одном условии. - Проси всё, что хочешь, только не трогай Джона, Лестрейда и миссис Хадсон, – абсолютно спокойно ответил Холмс младший, так как был полностью готов услышать что-нибудь вроде «спрыгни с крыши по-настоящему», «утопись», «повесься», или и вовсе «застрелись прямо здесь», и уже продумал свои действия при всех возможных вариантах развития событий. - Подари мне одну ночь… с тобой, - посмотрев прямо в глаза собеседнику, прошептал Мориарти. Шерлок поперхнулся, и пролил часть обжигающего напитка себе на брюки. Уж чего-чего, а такого он не ждал. Вполне довольный реакцией детектива на сказанное, Джим добавил: - Ну чего тебе это будет стоить, а? Ведь ты всё равно не уснёшь этой ночью – выпил слишком крепкого кофе. Зато друзей спасёшь. Сердце у Шерлока заколотилось, как у пойманной птицы. Он прекрасно понимал – выбора у него нет: либо всё будет так, как хочет Мориарти, либо снайперы этой же ночью убьют троих человек. И никакой Майкрофт здесь не поможет, так что всё зависит только от самого сыщика. - Да сними ты эти брюки – обжёгся ведь, больно, я знаю. Ну какая разница, сейчас или минут через двадцать, согласись? – съехидничал Джим. - Понял. Тебе нужно подумать. А я пока отдам приказ снайперам, пожалуй, первым они пристрелят Лестрейда. Шерлок дрожащей рукой взял телефон со столика, чуть не скинув кофе, и открыл меню «отправить сообщение». Джона нужно известить, иначе он подумает, что друга убили (хотя Холмс младший с радостью выбрал бы этот вариант развития событий), и спустит всех людей Майкрофта на поиски детектива. Ватные пальцы не слушались, и процесс набора сообщения занял не меньше минуты. - Ммм, умно, чертовски умно, - ухмыльнулся Джим, зайдя к собеседнику со спины и читая СМС: «Джон. Я хочу развеяться, прогуляюсь по Лондону, сегодня ночевать домой не приду. Всё в порядке, SH». – Ну, впрочем, именно развеяться мы с тобой и собрались, да, Шерли? – промурлыкал он, скользнув рукой по тёмным завиткам волос Холмса. На этот, казалось бы, весьма сдержанный жест Шерлок отреагировал моментально: вжался в кресло, одной рукой впился в подлокотник, а другая невольно потянулась к пистолету, врезающемуся в бедро. Но он понимал, что должен превозмочь себя, и специально избавился от соблазна: вытащил из браунинга магазин, из магазина вынул все пули, и, не оборачиваясь, протянул их Мориарти, положив пистолет на крышку фортепиано. - Это ещё что за жест отчаяния? – насмешливо спросил тот, убирая патроны в карман. - Это ради твоей же безопасности, Джеймс, - процедил Шерлок. – Скажи, а ты не мог бы пожелать чего-нибудь другого? Голос детектива предательски дрожал, сердце бешено трепыхалось. «Что происходит с моим телом?» - думал он. - Нет, не мог, - ехидно ответил Мориарти. – Ты напуган сейчас гораздо больше, чем тогда, перед прыжком с крыши. Почему, почему ты боишься этого больше смерти? - Совсем ты меня не знаешь, - горько усмехнулся Шерлок, отводя от собеседника взгляд. – Мне просто противно даже думать о том, чего ты хочешь, - он не врал, но и всю правду не сказал. Джеймс был наполовину прав: разум Холмса был ясен, но тело била дрожь. У Шерлока начинала болеть голова, и стало понятно, что при всём старании ни капли удовольствия он не получит. Пока детектив прибывал в полном отрешении, думая о предстоящем, злодей-консультант воспользовался моментом и положил руку на грудь Шерлоку, туда, где якобы отсутствующий у него орган изнутри ломал рёбра и перекрывал дыхание. - А говорил, что сердца у тебя нет, - сказал Мориарти, положив голову на плечо Холмса младшего. - Я имел в виду, что никогда никого не смогу полюбить, - когда до Шерлока дошло, что его полуобняли, он вздрогнул всем телом (это не осталось незамеченным для Джима: он рассмеялся и обнял детектива двумя руками, вдобавок уткнувшись в волосы лицом). Шерлок специально не стал вырываться, или как-то этому противиться: а смысл? Нужно попытаться привыкнуть, что ли, ведь его ещё и не такое ждёт этой ночью… Мориарти всегда славился своей изобретательностью в придумывании преступлений, так что же тогда говорить о его фантазиях в личной жизни?! - Хм, что же ты не вырываешься, не дёргаешься? Не уж то смирился? – поинтересовался Джим, наблюдая за лицом жертвы в зеркале. – Это правильно. Потому что пора начинать, время не ждёт. - Нет. – Шерлок посмотрел на зеркало, и встретился взглядом с нахмурившимся злодеем. - Что, Шерли, передумал? Кого снайперам убить сначала, Джона? – удивлённо спросил Мориарти, от неожиданности даже выпустив Холмса младшего из объятий. - «Нет» не значит, что я передумал. Они трое мне дороже своей гордости, чести, нежелания и даже жизни. Я просто хочу тебе напомнить, что обещал одну ночь, а она, как известно, длится с 12 до 6 часов. А сейчас только 10. И не называй меня «Шерли», у меня аллергия на уменьшительно-ласкательные прозвища. - О Боже, ты не представляешь, на что себя только что обрёк, Шерли! Я строил планы на тебя, рассчитывая на срок около двух часов, но теперь в моём распоряжении целых шесть! Пощады не жди! – захлебнулся счастьем Мориарти. – Хотя знаешь, можешь поумолять меня, ты мне нравишься в напуганном образе. - Последний раз говорю не называть меня «Шерли», не думать, что я испуган, и запомнить раз и навсегда – мне противно. И вообще, у меня сотрясение мозга после прыжка с крыши, так что если у тебя осталась хоть капля сострадания, то принеси мне коньяка или ещё чего-нибудь в этом роде. Иначе этой ночью я буду мучиться ещё и от жуткой головной боли. – Шерлок уже жалел, что вообще пошёл тогда на кладбище, считали бы они друг друга мёртвыми, да и ладно, ничего этого бы не произошло. - Ах, бедняжка! – с сарказмом воскликнул злодей-консультант. – А я ведь говорил, покончи с собой, было бы в сто раз проще и легче. Но ты решил меня обыграть, и знаешь, я теперь не дам тебе умереть. По крайней мере, спокойно. – С этими словами он удалился на поиски спиртного. Детектив в это время сел в кресло и попытался унять сердце, отплясывающее джигу. Нет, ему, конечно, не по себе думать о предстоящем, но ещё хуже думать о близости со своим врагом. Это уже слишком – ну где это видано, чтобы между преступником и сыщиком были связи? Это так же немысленно, как ели бы дьявол пришёл в гости к ангелу в Рай. «И всё же это страх» - подумал Холмс. Ну и куда подевалась способность Холмса младшего абстрагироваться? Шерлок взял бутылку, протянутую Джимом, и спросил: - Что, споить меня хочешь? Я целую не буду пить, может, рюмку дашь? - Ты куда смотрел? Я поставил её на стол. – Злодей усмехнулся рассеянности детектива, и уселся за фортепиано, одним взмахом руки сметая все ноты с крышки (пистолет Шерлока он положил наверх, а свой бросил куда-то на диван). Зазвучали нежные переливы аккордов. «Мда, Джим в этом деле явно не дилетант» - подумал Шерлок, и заскучал по своей скрипке. Выпил одну рюмку, и в голове у него промелькнула мысль: «Может, напиться и проснуться утром ничего не помнящим?». Хотя нет, мало ли что придёт Мориарти в голову сделать с пьяным «Шерли». Боже, Джон, неужели ты стоишь таких жертв?! Странно, но время, зараза, текло стремительно, когда нужно было, чтоб оно остановилось, и тащилось, как черепаха, если нужно было поспешить. Детектив закрыл глаза, как ему показалось, всего на пять секунд, но посмотрев на часы, ужаснулся – десять минут стремительно пронеслись под холодные и быстрые переливы нот. Он не успел оглянуться, как стрелка показала «12», а Мориарти всё играл и играл, явно ушедши в музыку с головой. Но это было ошибочное мнение – вы помните, он не любил незаконченных историй. Грянул последний аккорд – низкий, эхом прошедши внутри фортепиано, но у Шерлока даже успокоившееся сердце не вздрогнуло (Боже, коньяк творит чудеса!). За эти два часа Холмс младший убил в себе все остатки гордости, самоуважения и страха. Он был готов к чему угодно – хоть под поезд броситься, ледяное спокойствие – единственное чувство, отражавшееся в синих, бездонных колючих глазах. - Ммм, ночь, кажется, началась. Ну, запас отговорок кончился? – Джим аккуратно опустил крышку на клавиши, и провел рукой по позолоченной надписи «Music is our life». Шерлок поднялся из кресла, поправил костюм, в голове мелькнуло: «Снять его сейчас, самому, и не доставить Мориарти такого удовольствия». Тот, между прочим, понял всё правильно – просто молча пошёл по лестнице наверх. Шерлок проследовал за ним. Злодей-консультант у двери в спальню оглянулся, и то, как сыщик шагал по ступенькам вверх, напомнило ему, как ни за что осуждённые люди поднимаются на эшафот, и невольно прыснул. Холмс младший остановился рядом, и, взглянул в карие улыбающиеся глаза, спокойно спросил: - Сомнения? - Никаких. – Мориарти открыл дверь. – Прошу. Его спальня выглядела, как королевские покои: огромная кровать с пологом, бархатные оконные шторы, кистями касающиеся роскошного ковра. - Мда, ты жалел, что я не видел тебя на троне - радуйся, я увижу тебя на кровати, ничуть ему не уступающей, - хмыкнул Шерлок. Ещё чуть-чуть, и Мориарти замурчал бы от удовольствия. Всё складывалось как нельзя лучше. *** Джим прикоснулся к губам детектива, но поцелуй не состоялся – Шерлок не отворачивался, не сопротивлялся, но и не отвечал – он просто ничего не делал, безразлично уставившись холодным взглядом в темноту. - Нет, ну я так не играю, - возмутился Мориарти. - Ну, ну. Я ведь лишь ночь тебе пообещал, - теперь пришёл черёд Холмса ехидничать. – Но я не говорил, что она будет взаимной. - А, видно я мало с тебя взял. Тогда пусть будет так: три жизни – три желания. За Джона ты мне даришь одну ночь, за Лестрейда – взаимность, а за миссис Хадсон… Хм, я, пожалуй, хочу, чтобы ты разбудил меня поцелуем. Теперь можешь ехидничать, я разрешаю. Ты доволен, Шерли? - Чёрт, в следующий раз я собственноручно придушу их всех троих, - досадливо процедил детектив. - Ооо, а будет следующий раз? Шерлок хлопнул себя по лбу, сказал: - И всё же я был прав на счёт тебя. - В чём прав? - Что ты гей. - Нет, Шерлок, неет. Я не могу жениться, потому что мою избранницу либо возьмут в заложники, либо убьют, да и я терпеть не могу быть кому-то чем-то обязан, знаешь ли. Но вот краткосрочные отношения никто не отменял. А эта наша ночь – всего лишь игра, выполнение старого обещания тебе. - Какого ещё обещания? - Я говорил, что выжгу тебе сердце, но не обещал, что сделаю это в прямом смысле. Любовь выжжет его сама. Моя миссия – доказать тебе, что чувства есть, и ты им подвластен. Фу, прямо на пафос скатился, - скривился Мориарти. – Действие первое – ночь в моём доме. Но будет ещё и второе, и третье… Шерлок хотел воспротивиться, отрицать, что-то сказать, но Джим заткнул его поцелуем. Да, эта ночь обещала быть долгой. И незабываемой во всех смыслах. - - - * Crawford Street 113 - произвольный адрес, наугад взятый с карты Лондона