Вне зоны доступа

Сакура не заметила, как полюбила сравнивать людей с различными вещами и явлениями природы. Например, Саске, вечно хмурого и неразговорчивого, она сравнивала с тучами, темными такими, как перед грозой. Скромницу Хинату – с ветром. Харуно долго не могла подобрать ей ассоциацию но, в конце концов, все же сравнила ее с именно ветром. Потому-что, она могла быть тихой, проходившей по человеку ласковым взглядом – как дуновения ветерка, а могла быть и настоящим ураганом, обрушивающим на человека волны своего гнева, естественно, только при крайней необходимости. А вот для Наруто Сакура подобрала ассоциацию достаточно очевидную – Солнце. Она помнила, как Узумаки еле-еле вытащил ее из дома, страдающую от слов Саске и потащил гулять по набережной. Блондин тогда постоянно говорил какую-то ерунду и буквально тянул Харуно за руку. И ему было абсолютно все равно, что на улице стоял жуткий мороз, дул сильный ветер, норовивший сорвать с головы девушки шапку, да и плюс на улице было довольно скользко. Не удивительно, что Сакура поскользнулась, и чуть было не шлепнулась на лед, если бы не Наруто, который поймал ее на руки, когда она была уже в миллиметрах льда. Розоволосая отчетливо помнила, как покраснела, едва не превратившись в помидор, когда осознала, что сидит на руках блондина и его лицо находится так близко около нее. Узумаки немного странновато улыбнулся и сказал «Сакура-чан, ты чего так раскраснелась?». Девушка резко вскочила с рук парня, залепила ему затрещину, а затем произнесла, проигнорировав заданный ей вопрос, «спасибо». Наруто тогда проворчал, мол, этих женщин не поймешь. Затем Харуно обернулась, немного уняв смущение, и посмотрела на блондина, чьи волосы блеснули в лучах неверного зимнего солнца. «Солнышко…» тихонько пронеслось в голове девушки. После этого случая некоторое время Харуно было немного не по себе. Тогда краем глаза она заметила, как на нее покосились некоторые прохожие, которые косились на них с Наруто еще несколько раз. Это часто смущало Сакуру. В такие минуты она пыталась незаметно выдернуть свою ладонь из руки Узумаки, но он почти никогда не давал ей это сделать, а лишь крепче сжимал ее пальцы. Иногда, глядя на друга розоволосая задавалась вопросом: неужели ему абсолютно плевать на общественное мнение? Он мог спокойно обнять ее у всех на виду, держать за руку, прямо-таки совсем как свою девушку, а люди по большей части это не приветствовали. Но разве Наруто это когда-нибудь это останавливало? Он все также обнимал Сакуру, дурачился с ней, как ребенок, закидывал снежками и заваливал в снег. Харуно перебирала все возможные объяснения такому поведению, но все же, она не могла сказать, что оно ей не по душе. С Наруто можно было забыть, кто ты, альфа, омега, забыть, кто он. Обращать внимание не на запах, а на личность, душу. Рядом с ним Сакура чувствовала себя легко, непринужденно. С ним она забывала о Саске, обо всех проблемах. Думать об этом было просто некогда, ведь с этим блондином не соскучишься. Но иногда, в голове Сакуры проскальзывала, по ее мнению, нелепая мысль: а вдруг Наруто считает ее больше, чем просто другом? В груди девушки начинало теплиться немного болезненное чувство, и в голове сразу проносилась другая мысль о том, что она может причинять ему огромную боль, своим невниманием и тем, что не отвечает на его чувства тем же. И чтобы на язык не начинал просится вопрос для самой себя о том, что же она чувствует к этому парня, она резко одергивала саму себя и пыталась не думать о том, что же значит для нее Узумаки. Удивительно, но Сакура забывала о Саске. Мысли о нем теперь не калечили душу, а в ночной тишине удавалось заснуть, практически не думая об Учихе. И причем, девушка даже не пыталась забыть его насильно, как было ранее. Просто он сам вылетал из ее головы, будто его и не было, никогда не существовало. И за все это, она могла сказать спасибо Наруто. Именно он вытащил ее из депрессии, заставил жить, не думая о Саске и своей неправильности. Сакура помнила, как он каждый вечер приходил к ней домой, таща с собой диск с очередным жутковатым фильмом ужасов. Слава Богу, Харуно еще любила ужастики, иначе бы орала на весь дом и как-нибудь бы выкинула Узумаки в окно. Но все равно, когда смотришь какой-нибудь страшный фильм, напряженный момент, и вдруг что-то падает на кухне, становится немного не по себе, верно? Это относилось и к Сакуре, но рядышком с ней сидел Наруто, который спокойно ел попкорн, и в случае чего всегда отправлялся посмотреть, что же это свалился за предмет в другой комнате. Вроде бы мелочь, а Харуно было приятно. Вскоре, она смогла с уверенностью назвать Наруто своим лучшим другом, с которым они вместе ходили в кино, театры, институт. Учили экзаменационные билеты, навещали Ино, которая с трудом поправлялась после того случая во время течки. При виде их блондинка всегда лукаво улыбалась и говорила «вот и голубки пришли…». Поначалу Сакура злилась на такие заявления подруги, но все же скоро привыкла и начала с новой силой задумываться о своих отношениях с Наруто. «Больше, чем друзья, меньше, чем любовники» – эта фраза тоже одна из характеристик Яманаки, с которой Сакура начинала соглашаться с неохотой. Ей было неприятно осознавать, что возможно она опять в кого-то влюбилась, и опять же – в альфу, чего она так сильно не хотела. Так бы и продолжалась эта полу-любовь, если бы не один случай, который поломал все, что было между Наруто и Сакурой, положив начало чему-то новому, о чем они еще не раз пожалеют, а может быть, и порадуются…

***

Был самый обычный февральский денек, немного морозный и ветреный. Наши герои шли, о чем-то болтая и беззаботно смеясь. О чем они говорили – никто уже и не помнил, да и не заморачивался по этому поводу. События, что происходили далее, полностью вытеснили все, что происходило до этого, хотя ранее у них была одна лишь единственная радость – хорошо сданный зачет, к которому Наруто и Сакура так долго готовились. Поначалу они хотели отметить эту маленькую радость с Саске и Хинатой, да вот только у последней была течка, в результате чего Хьюга благополучно прозябала дома. А Учиха, не желавший расставаться со своей возлюбленной ни на секунду, после зачета спешно свалил домой к своей любви всей жизни. А о том, чем он там с ней занимался, Харуно и Узумаки предпочли благоразумно промолчать. Наруто и Сакура снова остались одни. Впрочем, особо и не расстроившись. Оставаться вдвоем стало для них уже обычным делом, потому они быстро придумали себе планы на вечер. Они решили переночевать дома у Сакуры, как всегда посмотрев ужастики. Харуно пообещала приготовить вкусный ужин и достать бутылку шампанского. Добравшись вместе с розоволосой до ее дома, Наруто принялся помогать ей готовить ужин, да вот только это у него плохо получалось: то муку просыплет, то порежется, как он это сделал при очистке картошки, то воду прольет. Все кончилось тем, что злая Сакура решила сделать все сама, и предварительно врезав нашему горе-блондину, выставила его из кухни, оставив почти час приходить в себя, за это время управившись с готовкой. «М-да уж» подумал тогда несчастный и побитый Узумаки, лежа в полу отключке на диване «Рука у нее тяжелая» Накрыв стол, Сакура потащила сонного Наруто ужинать. Спустя некоторое время было притащено то самое злополучное шампанское, которое и сыграло одну из главных ролей в этом злополучном вечере. Алкоголь пошел просто на «ура». Он быстро затуманил сознание неискушенных студентов, быстро опьяневших. С каждым бокалом разум покидал головы наших героев, которым становилось все веселее. «Ничего» думали они тогда «Мы ведь уже взрослые, нам что теперь и отметить нельзя, позволить маленький праздник?». Вот только никто и не мог подумать, что за этот «праздник» придется нести ответственность. Не перед кем-то, а перед самими собой. Никто и не заметил, как речь зашла за Саске. Харуно, сама того не желая, начала часами вещать о годах своей невзаимной любви к нему, о своей боли и страданиях. Все ее слова давно превратились в откровения, о которых она обычно предпочитала молчать, но остановиться уже не могла. В голове Наруто невольно пронеслось, что все это немного напоминает исповедь священнику, переходящая уже все пределы. Слова Сакуры ножом полосовали по душе, особенно, когда она сказала: «Я так любила Саске-куна, а он меня нет. Меня вообще никто не любил, как девушку, именно как девушку. Понимаешь, Наруто?» «Дурочка ты, Сакура-чан. Это ты не понимаешь, как я тебя любил. Точнее сказать, люблю до сих пор и буду любить всегда, даже если оно и не будет тебе нужно. Ты – то, что будет нужно мне на протяжении всей моей жизни» думал Наруто, пристально глядя на активно жестикулирующую Харуно «Я всегда буду ждать тебя. Как бы я хотел, чтобы ты была со мной. Больше всего на свете этого хочу, понимаешь? Нет, не понимаешь. Тебе ведь так важно «общественное мнение», которое ты так уважаешь…» От раздумий блондина отвлек плач Сакуры, прикрывшей лицо ладонями, уронившей голову на стол и заплакавшей. Плавно сползя со стула, Узумаки подлетел к ней и спешно отнял ладошки девушки от ее лица. Легко поцеловав руки розоволосой, он приложил свою широкую ладонь к ее щеке и аккуратно вытер стекавшую по ней слезу. «Ох, сколько бы я отдал, лишь бы ты не плакала, чудо…» Сакура замерла от внезапной ласки. Рука Наруто была очень теплой и мягкой. От наслаждения по коже пробежались мурашки. С ней никогда никто не был так нежен. Сама того не желая, Харуно подалась вперед, убирая ладонь блондина и кладя ее себе на колени. Розоволосая поцеловала Узумаки, прижав его голову к своему лицу руками. У Наруто были немного обветренные и жесткие, но, несмотря на это, довольно приятные губы. Не изменились с прошлого раза, отметила про себя Сакура. Она приоткрыла рот, запуская к себе язык парня, в свою очередь, все больше ввязываясь в этот поцелуй, значительно отличавшийся от прошлого…