К чему ведёт жажда власти.

С трудом разлепив тяжеленные веки, Роджер огляделся вокруг. Он всё ещё лежал на полу кухни. "Супер. — пронеслась мысль с иронической издёвкой. — Сплю на кухне старшего брата. Которого...Я..." Мэр подскочил на ноги. "Надо его найти! Срочно!" *** Учёный крутился возле какого-то небольшого, но сложного механизма, аккуратно и умело орудуя отверткой. "Это всё неправильно. Так не должно быть. Ты же это понимать." Руки всё ещё дрожали после утреннего инцидента. "Не сказать, что всё было невыносимо плохо, однако, заниматься этим с родным братом..." Голова кипела от противоречивых мыслей, каждая вытесняла предыдущую, наскакивала на последующую, создавая туманную кашу. Чтобы хоть немного унять бардак в голове и чтобы было капельку веселей, доктор представил, что на одном его плече сидит маленький ангелок, а на другом — маленький чёртик. Хайнца улыбала эта мысль. "Он твой родной брат, Хайнц. С каких пор инцест — это нормально? А как же репутация? А как же твоя ненависть к Роджеру? Кажется, ты забыл о ней, как только его рука оказалась пониже живота." — с укором говорил ангел. "Кстати, о руке: неплохо использует пальцы, парень явно знает, как ими пользоваться до максимума. Ведь было безумно приятно, не так ли?" — ухмыльнулся чёртик. Хайнц мысленно ответил им обоим: "Мне не понравилось!" "Настолько не понравилось, что намок так, что трусы пришлось выбросить." — чёртик улыбнулся шире. Доктор сильно тряхнул головой, чтобы убрать выдуманных им же персонажей. — Не смешно уже... — Хайнц? Учёный вздрогнул, повернул голову на источник звука. В пороге стоял Роджер, глядя на брата то ли виновато, то ли обеспокоенно. — Всё нормально? "Глупый вопрос. Слишком глупый." — Всё, что произойти между нами, по-твоему нормально? — на удивление спокойно спросил Хайнц. Роджер опустил глаза, уверенный в риторичности вопроса, однако, подняв глаза снова, увидел, что доктор продолжает на него смотреть. Он явно ждал ответа. — Ну... Это смотря с какого ракурса посмотреть, Хайнц. — начал мэр, с трудом выдерживая пристальный взгляд ярко-синих глаз. — С одной стороны, то, что мы сделали... — Ты сделал. — перебил его Хайнц тихой поправочкой, от которой у Роджера больно кольнуло в груди. — Я сделал... То, что я сделал является аморальным по общепринятым меркам. Но, если посмотреть на это с другой стороны, то ведь нет ничего плохого в сексе по любви? — Ничего плохого. — согласился учёный. - если это любовь, а не похоть и не животное желание потрахаться. Роджер молчал, наблюдая, как брат постепенно меняется в лице. С каждой минутой странная догадка заполняла голову всё больше, как дождь заполняет выемки в асфальте, превращая их в лужицы. — Ты... Меня... — доктор отчаянно пытался переварить ситуацию: слишком абсурдной она казалась ему. — Люблю. — тихо закончил Роджер с тёплой улыбкой.