Тёмное Солнце

Солнце едва-едва показалось над горизонтом, но я уже проснулась и привела себя в порядок. Кинув последний взгляд в зеркало и убедившись, что всё нормально, я поспешила вниз по лестнице — очень не хотелось опоздать. Беломраморные коридоры были пусты в этот час — я никого не встретила и спокойно вышла в сад. Воздух пах весной. Деревья цвели, и свежие ароматы кружили голову. На небе не было ни облачка, косые солнечные лучи чуть пригревали кожу, а лёгкий ветерок шевелил молодую листву. Полюбовавшись некоторое время на эту красоту, я пошла в сторону ворот. Я подошла как раз вовремя. Я увидела, как на улицу, ведущую к Храму, свернул волшебник в чёрной мантии. Мужчина был очень худым, а лицо он прятал в глубоком капюшоне. И я точно знала, почему он это делает. У человека было самое необычное лицо, которое мне когда-либо приходилось видеть. Вместо кожи — золотая маска, чудесным и жутким образом сочетающаяся по цвету с вышитыми золотом рунами по подолу мантии и краю широких рукавов. Маг опирался на посох из чёрного дерева с навершием в виде сферы, которую держала лапка дракона. Когда я только-только ступила на путь жречества и службы Паладайну, я увидела Рейстлина Маджере на территории Храма, и ситуация получилась не очень красивая. Я захотела выпроводить его вон, но к счастью, подошёл Элистан и уладил конфликт. Мне стыдно вспоминать, что я тогда наговорила Рейстлину. Потом Элистан объяснил мне, что Рейстлин Маджере чёрный маг, а не жрец Такхизис, а значит, он вполне может находиться на территории Храма Паладайна. Он говорил о равновесии и маятнике, о Трёх Богах Магии и Палантасской Башне Высшего Волшебства. Я не поняла. Я долго не могла понять. Рейстлин и Элистан долго о чём-то беседовали в тот раз. Я очень хотела знать, о чём же, но подслушивать — это недостойно жрицы Паладайна. Однако Элистан сам всё потом рассказал. Оказалось, они с Рейстлином давно знакомы. И теперь чёрному магу требуется кое-что от Элистана. А вернее, от Храма. Он сказал, что ему зачем-то нужна какая-то трава, которая растёт у нас в саду. С тех пор многое изменилось. Мне стыдно вспоминать, какой я была. Когда раз в месяц Рейстлин приходил за этими растениями, я задирала нос и делала вид, будто не вижу его. И всё потому, что он одет в чёрную мантию… Какая я была глупая! Я многое узнала от Элистана. Например, что Рейстлин — Герой Войны Копья. Я задумалась над словами о маятнике и равновесии. Я наведалась в Библиотеку и нашла там Истарские Хроники. Я многое поняла. Теперь Элистана нет. Уже давно нет. Я считаюсь Посвящённой Паладайна, Верховной Жрицей. И я стою здесь, в ожидании, когда Рейстлин Маджере подойдёт к воротам Храма. К воротам, что открыты для всех. Я должна поприветствовать Хозяина Палантасской Башни. И не только потому что этого требует этикет, но и потому что мне самой хочется этого. Рейстлин вошёл на территорию Храма. Меня он заметил давно, за это можно было поручиться. Волшебник снял капюшон и чуть улыбнулся. — Доброе утро, госпожа Крисания. — Доброе утро, Рейстлин, — я кивнула. — Вы за… фели… — Феницией. Фраза была пустой формальностью. Мы оба знали, зачем он пришёл. Он уже знал дорогу — каждый месяц он приходил, срезал несколько стебельков с одной из клумб и уходил. Иногда он присылал вместо себя своего ученика — тёмного эльфа Даламара. Мне он не очень нравился, может от того, что у меня другое представление об эльфах. Чаще всего, Даламар приходил, когда было холодно. Как я поняла позже, все потому, что Рейстлин много болеет. Мы двинулись вглубь сада. — Если не секрет, Рейстлин, расскажите, наконец, зачем вам фениция? Это же обычные цветы, которые почти круглый год растут везде. Я слышала, что на территории Палантасской Башни выращивают очень много разных трав и цветов, неужели какая-то фениция… — я замолчала. — Всё дело в том, — терпеливо объяснил волшебник, — что для моих опытов мне нужны именно здешние экземпляры. Растущие возле Храма Паладайна. Я очень удивилась. — Не сочтите мой вопрос оскорбительным, но… — я замялась, не зная, как сказать. К своему удивлению, я услышала негромкую усмешку Рейстлина. — Посвящённая, вы хотите сказать, зачем мне растения пропитанные верой в Паладайна, если я — чёрный маг? — Да, — смущённо призналась я, чувствуя, как к щекам приливает кровь. — Я сейчас обучаю мальчика, который не прошёл Испытания, и ему для экспериментов нужны подобные вещи. Никто ещё не может сказать, в какую Ложу он попадёт. — А Даламар? И снова усмешка: — Даламару недолго осталось учиться, он прекрасно справляется сам. Мы дошли до клумбы. Рейстлин неуловимым движением вывернул правую кисть, и в его ладони оказался серебряный кинжал. Волшебник осторожно срезал несколько цветочков, перед этим придирчиво их выбрав. Затем он сложил их в мешочек и подвязал его к поясу. Мы двинулись в обратный путь. Мне бы очень хотелось, чтобы Рейстлин задержался здесь, но у нас обоих были дела. — Большое спасибо, Посвящённая, что любезно проводили меня, — чуть поклонился волшебник у ворот. — Хотя, как я уже говорил, вам нет надобности вставать так рано. Я и сам прекрасно справлюсь. И можете быть уверены, что я всего лишь срежу несколько растений и уйду. Я вновь покраснела. Мне стало неловко. Он подумал, что я не доверяю ему! — Нет, что вы, Рейстлин, дело не в… — продолжить я не смогла. — Просто приятно с вами поговорить. — Приятного вам дня, Посвящённая. Волшебник обернулся и, чуть ссутулившись, пошёл по улице Палантаса. Через несколько шагов он замер на секунду — и исчез. Я постояла ещё некоторое время, глядя на Башню Высшего Волшебства, чёрной громадой возвышающуюся на фоне голубого неба. «Теперь только через месяц…» — подумала я невольно, и тут же оборвала себя. Я решительно повернулась в сторону Храма и пошла по дорожке, мощенной белым мрамором. * * * На следующий день я решила посетить Библиотеку Астинуса. Но мне хотелось не засесть за пыльные книги, а прогуляться, развеяться, так что, по сути, имел смысл сам поход до Библиотеки, а не посещение её. Я вошла внутрь и поздоровалась с Бертремом — тот раскланялся и проводил меня внутрь, попутно спросив, что я желаю. Я задумалась. — Я бы хотела почитать об исходе Войны Копья, — сказала я тихо. Бертрем проводил меня в полутёмный зал и указал на стул — я присела и принялась ждать. Эстетик зажёг лампу и ушёл искать нужный том. Стеллажи бесконечными рядами уходили в темноту, где-то среди них скрылся и Бертрем. Но вскоре он вернулся, найдя нужную книгу. Она пахла пылью, но сохранилась отлично — плесень её не коснулась. — Вот, Посвящённая, это то, что вы просили, самый конец, — вновь поклонился эстетик, положив книгу на стол и рядом поставив лампу. — Если вам что-нибудь понадобится — зовите меня. Бертрем вышел. Я раскрыла толстый фолиант и принялась его листать. Я даже не знала, что собиралась там найти. Взгляд пробегал по строчкам, не задерживаясь на них. И вдруг я заметила кое-что, заинтересовавшее меня: «Маг Рейстлин Маджере взял с собой эльфийку Лоранталасу Канан, бывшую принцессу Квалинести, и они улетели на зелёном драконе Циане Кровавом Губителе к Башне Высшего Волшебства в Палантасе. Не известно точно, как они сумели пробраться через Шойканову Рощу и открыть Башню, что была запечатана веками, но после этого Конклав признал Рейстлина Хозяином Башни, а Лоранталаса осталась жить в Башне, в качестве помощницы мага». Я закрыла книгу и вскочила со стула. Щёки горели, губы сжались. — Какая глупость! — сказала я сама себе и поспешила прочь из Библиотеки. Однако всю дорогу я думала о том, что прочла. «Лоранталаса осталась жить в Башне…». Я не заметила, как разозлилась, причём так и не поняла сама, на кого — на эту неведомую эльфийку или на себя. Я шла, не разбирая дороги, и, в конце концов, свернула не на ту улицу. Я прикинула маршрут и решила пройти между домами, чтобы быстрее попасть к Храму. Я уже успела сто раз пожалеть, что пошла сегодня в Библиотеку. Дойдя до прохода, куда я собиралась свернуть, я вдруг увидела посреди улицы ребёнка лет пяти. «Потерялся, наверное», — решила я и подошла к нему. Это оказался очаровательный мальчик с каштановыми волосами, симпатичным лицом и сине-зелёными миндалевидными глазами. — Здравствуй, — улыбнулась я ребёнку. — Ты откуда? — Здравствуйте, — вежливо сказал мальчик. — Я оттуда, — он неопределённо махнул рукой куда-то в сторону Палантасской Башни Высшего Волшебства. — Меня зовут Эйвин, а вас как? — Я Крисания. — Посвящённая Паладайна? — глаза Эйвина засияли от любопытства. Я удивилась, что в таком возрасте он меня знает. Он казался очень маленьким — худенький, с заострёнными, немного эльфийскими чертами лица. — Да, это я. — Здорово! Это означает, что вы знаете дорогу к Храму Паладайна. Я немного растерялась. — Ну… конечно знаю, — я смотрела на Эйвина и понимала, что его внешность напоминает мне кого-то. — Но зачем тебе туда? У тебя что-то случилось? — Нет, — пожал плечами мальчик. — Просто было интересно посмотреть на него. Хоть оттуда, — он снова указал в направлении Башни, — и хорошо видно, но мама не пускает на балкон, боится, что упаду или что Циан меня слопает, когда будет приземляться. Думаю, она меня просто пугает. У меня голова пошла кругом. Циан? Циан Кровавый Губитель? Зелёный дракон, чудище, творение Такхизис?! — Эйвин… — прошептала я. — А ты… живёшь в этой Башне, да? — Ну да, — кивнул мальчик, как будто это было само собой разумеющимся фактом. — А вон уже родители идут, жалко, а я хотел у вас спросить дорогу до Храма Паладайна. Я подняла взгляд… и обомлела. Из лавки вышли двое, и один из них был знаком мне. Другая же… не было надобности даже догадываться, кто это. Прекрасная золотоволосая эльфийка с зелёными глазами. Лоранталаса Канан, бывшая принцесса Квалинести. Или теперь уже Лорана Маджере? Вот почему у Эйвина эльфийские черты… — Добрый день, Рейстлин, — внезапно охрипшим голосом проговорила я. — Добрый день, госпожа Крисания, — поздоровался волшебник. — Спасибо, что присмотрели за Эйвином — он умудрился улизнуть из магазина, пока мы были заняты выбором товара. Где бы мы его потом искали?.. — Я хотел пойти к Храму Паладайна, — возразил Эйвин. — Это недалеко. — Я же тебе обещала, что мы туда сходим, но позже, — Лорана погладила сына по голове. Затем эльфийка посмотрела на меня и искренне улыбнулась: — Большое вам спасибо. Наш сын не в меру любопытен, и иногда из-за этого случаются казусы. Приятно познакомиться, госпожа Крисания, я Лорана Маджере. Эльфийка протянула мне руку для рукопожатия. Её рука была изящнее моей, но кожа была изранена шрамами, полученными, вероятно, в боях. Я заметила также, что, хоть Лорана ходила в красивом платье, а вовсе не в доспехах, при себе она носила пояс с кинжалами. Я не знала, что и сказать. — Просим прощения, что отняли у вас время, Посвящённая, — извинилась Лорана, и семья, попрощавшись со мной, двинулась по улице. Я осталась стоять, глядя им вслед. Чувство потери, родившееся во мне ещё в Библиотеке, и обретшее силу сейчас, не давало мне сдвинуться с места. Я вспоминала Рейстлина, Эйвина. И Лорану. Я понимала, как хорошо им вместе. Меня Рейстлин уважает. Лорану он любит. И не потому что она — мать его ребёнка, а наоборот. И я с горечью осознавала, что могла бы быть на её месте. Я могла бы рожать ему детей. Но Лорана, а не я пошла за ним во тьму, и теперь я могу предложить ему лишь цветы у Храма.