Тёмное Солнце

В большой круглой комнате-лаборатории Палантасской Башни не было никого, кроме Рейстлина и Лораны, так что можно было говорить спокойно. До недавнего времени и во всей Башне никого кроме них не было. Но с сегодняшнего дня всё изменилось. — Как он тебя назвал? — недоверчиво переспросила Лорана. — Ша-ла-фи, — старательно выговорил Рейстлин, стараясь, чтобы это звучало без акцента. — А у тебя не так уж и плохо получается, — улыбнулась эльфийка, заметив потуги волшебника. — Ты раньше учился эльфийскому? — В мою бытность наёмником, — небрежно бросил Рейстлин. — В отрядах бывают разные личности, в том числе и тёмные эльфы. Лорана перестала улыбаться и взглянула на волшебника совсем иначе: — Так ты… учил эльфийский? — Да, сколько мог. В жизни может пригодиться. Как видишь, сейчас мне бы не помешали более обширные знания, но раз уж здесь есть ты… — ядовито закончил чёрный маг. — Так ты мне скажешь, что означает это слово? Эльфийка послушно кивнула, глядя на Рейстлина с уважением. «И когда он только в армии ещё язык учить успевал?..» — подумала она, а вслух сказала: — Дело в том, что это слово одновременно значит «учитель» и «господин». Рейстлин призадумался. Он прошёлся по лаборатории. Обстановка в этой комнате более чем устраивала волшебника и настраивала его на рабочий лад — массивный каменный стол для письма, жарко пылающий камин, большие шкафы и полки с книгами, а также лабораторные столы с кучей специальных принадлежностей для опытов. — Интересно… — через некоторое время выдал чёрный маг. — Забавного субъекта госпожа Ладонна мне прислала на обучение… но выбора, впрочем, у меня всё равно нет… * * * …Был дождливый весенний день, когда Даламар Арджент, или, как он сам называл себя, Даламар Сын Ночи, прибыл в Палантас. Тёмный эльф-сильванести, бывший слуга, являлся учеником самой госпожи Ладонны, Главы Чёрной Ложи, и имел хорошую репутацию среди своих. Даламар был молчалив и исполнителен, умел хранить тайны, а главное — он был верен… И однажды ему предложили работу. После Войны Копья в Вайретской Башне произошло редкостное дерьмо — Рейстлин Маджере прилетел сюда на зелёном драконе (поговаривали, что это был сам Циан Кровавый Губитель, уничтоживший Сильванести!), и сказал, что открыл Палантасскую Башню. Никто так и не узнал, как он это сделал. Это не было записано даже в хрониках Астинуса. Но факт оставался фактом — госпоже Ладонне не оставалось ничего, кроме как назначить молодого Маджере Хозяином Башни. Сам Даламар мог бы счесть всё это ужасной ошибкой. Двадцать пять лет — это возраст, когда люди только проходят Испытание, а Рейстлин Маджере получил пост Хозяина Башни! Но Даламар умел слушать, и когда эльфы возвращались в родные земли из временных поселений Сильвамори, уши тогда ещё покорного слуги уловили разговор о некоем алом маге, избавившем Сильванести от ужасного зелёного дракона. И звали этого мага Рейстлин Маджере. Судя по слухам, которые успел собрать Даламар, этот маг был более чем необычен. Как этот волшебник смог справиться с Цианом Кровавым Губителем, древним драконом, обучавшимся у самого Галана Дракоса, когда сам едва цеплялся за жизнь?! Это так и осталось загадкой. Однако вскоре всё обещало проясниться, во всяком случае, для Даламара. Госпожа Ладонна предложила тёмному эльфу отправиться в Палантасскую Башню. Сейчас Глава Ложи и её ученик находились в одной из комнат для совещаний, где никто не мог бы услышать их разговор. — У тебя будет великолепная возможность обучиться, — холодно сказала женщина. — Я отправляю тебя как ученика к Рейстлину Маджере. Но ты должен будешь докладывать мне об обстановке в Башне. Даламар кивнул, не сказав ни слова. — Если ты увидишь что-то подозрительное — эксперименты, проекты, всё, что угодно — срочно докладывай. Я не доверяю Маджере. Он уже однажды предал Конклав. Тёмный эльф открыл было рот, чтобы спросить, а был ли выбор у Рейстлина в тот момент, но потом решил, что будет молчать. И на то было две причины. Первая — лично он в Войне Копья не участвовал, и ему известны только те подробности, которые он слышал от моряков в Сильвамори. И вторая — если он сейчас начнёт оспаривать слова Главы Ложи, госпожа Ладонна быстренько найдёт более сговорчивого кандидата в ученики к Рейстлину, и получится, что свою лояльность он всё это время доказывал зря. Даламар сжал кулаки в рукавах чёрной мантии, вспоминая, как его руки обгорели во время безумного похода за головой Трамда Тёмного. «Ну уж нет, — твёрдо сказал себе тёмный эльф. — Ты будешь молчать. Потому что она — Глава, а ты — никто». То, что за секунды успел пережить Даламар, никак не отразилось на его лице. Он всё так же спокойно смотрел госпоже Ладонне в глаза. — Твоя задача состоит в том, чтобы следить за Маджере. Мне нужно знать, чем он занимается, что он делает. Докладываться будешь мне лично. Это понятно? Даламар кивнул, твёрдо сказав: — Да, госпожа Ладонна. — Хорошо. Я рассчитываю на тебя. Теперь, тебе стоит больше знать о своём будущем учителе. На данный момент в Вайретской Башне находится одна волшебница, моя протеже, которая обладает информацией о Рейстлине Маджере, она ждёт тебя за этой дверью. Тёмный эльф только кивнул. В следующий миг госпожа Ладонна исчезла, пройдя магическими коридорами, а дверь позади Даламара скрипнула, открываясь. * * * — Рейстлин Маджере? — округлила глаза Иоланта в притворном удивлении. — Он красивый. — Смею тебя уверить, меня это не очень интересует, — сквозь зубы процедил Даламар. С каждой секундой волшебница из Кхура нравилась ему всё меньше. «Заносчивая особа без мозгов, — подумал тёмный эльф. — Только и думает о постели и новых платьях. И что она только делает в ученицах у госпожи Ладонны? Может, Глава Чёрной Ложи просто ошиблась, думая, что у неё есть мозги…». «Ты думаешь, что всё знаешь, эльф, — в свою очередь подумала Иоланта. — Какой ты серьёзный! Подумать только! Может, ты думаешь, ты меня привлекаешь? И не надейся. Ты скучен и некрасив. А ещё ты думаешь, что твоя миссия в Палантас жутко секретна… ха! Все вы всегда забываете про мои способности. Но это я, я должна была быть на твоём месте!! Ты мне противен, эльф! Я бешусь и буду бесить тебя». — Интересует, интересует, — волшебница села в кресло и закинула босые ноги на стол, скрестив их. — Уж поверь мне. Когда ты увидишь св… кхм… его, ты удивишься, а это повлечёт неприятные последствия. Ты должен быть подготовлен. Он не любит, когда зацикливаются на его внешности. Она особенна, видишь ли. Таких людей не сыщешь на всём Ансалоне, гарантирую. А ты сядь, эльф. Чего стоишь? Даламар, скрежеща зубами, сел в соседнее кресло. Иоланта молчала, задумавшись. — Я слышал, что у него что-то не так с глазами… — начал было тёмный эльф, чтобы не затягивать паузу. — О, ты не слышал и десятой доли, — оживилась волшебница. — На нём проклятье Раэланы. Его зрачки имеют форму песочных часов, и он видит печать смерти на всех нас… впрочем, наверное, не на тебе, эльф. Ты же долго живёшь. — Кто… кто проклял его? — Даламар на секунду даже позабыл о своей злости к Иоланте. Он просто не мог поверить, что это действительно правда — проклятье Раэланы! Иоланта опустила глаза в пол. Затем тихо сказала: — Ходят слухи, что это был Пар-Салиан… — Что? — Даламар даже подскочил с кресла. — Глава Конклава, Белая Мантия?.. Не может быть! Это бред! — Я сказала, что это слухи! — выкрикнула Иоланта. — И сядь. Мы сейчас не об этом. Даламар сел, кляня себя за эмоции, которые он имел неосторожность показать. Иоланта же продолжила свой рассказ: — Однако никто не знает, почему его кожа и его глаза приобрели золотой цвет. Да, да, я сама видела, это не сказки. Будто расплавленное золото. А волосы его совсем седые, хотя Рейстлину нет ещё тридцати. Он худой, а ещё, говорят, он кашляет кровью. Но я не видела ни разу. Он рассказывал, что вроде как, болел раньше. Что за болезнь, так мне и не сказал. — Как он вообще ещё жив? — задал риторический вопрос Даламар. — Вот, я полагаю, ты и узнаешь, — Иоланта встала с кресла, расправила платье и направилась к выходу. — Передавай ему от меня привет. Скажи, что я его обязательно навещу. * * * …Был тоскливый дождливый весенний день, когда Даламар, или, как его теперь лучше было бы назвать, конклавский шпион, прибыл в город городов. Тёмный эльф имел хорошую репутацию среди своих, поскольку был молчалив и исполнителен, умел хранить тайны, а главное — он был верен… — …И никого совершенно не интересуют мои магические способности, — прошептал Даламар, идя по улицам Палантаса. — Всем важны качества доносчика. Но я-то хочу учиться! Чёрная шерстяная мантия давно промокла, и тёмный эльф сам себе сейчас напоминал мокрую крысу. Холодные капли дождя падали в лужи, оставляя за собой круги и пузыри, потоки воды стекали по канавам, улицы были пустынны. «Ну да, и впрямь, какой идиот, кроме меня, выйдет в такую погоду на улицу, — спросил сам себя Даламар, поёжившись. — Далеко там ещё, интересно?». Тёмный эльф поднял голову и увидел, что легендарная Башня уже недалеко. — Осталось только решить, как я пройду через Шойканову Рощу, но это так, мелочи, — нервно пошутил Даламар. — Но, может быть, призраки тоже не любят плохую погоду?.. * * * — Он прибывает сегодня? — Лорана, как обычно, мыла пробирки в лаборатории после экспериментов. Рейстлин сидел за столом и разбирался в недавних записях. — Да, — машинально ответил чёрный маг и принялся за расчёты, вполголоса шепча какие-то формулы. Эльфийка поставила последнюю колбу в стойку для сушки и обернулась к Рейстлину: — Скажи, а ты не думал, как он пройдёт через Шойканову Рощу? — Нет, — вновь послышался короткий ответ. — Не мешай мне, пожалуйста, я не могу разобраться, а это очень важно. Лорана пожала плечами и пошла к книжным полкам, чтобы расставить фолианты, разбросанные на столах. За то время, которое она успела прожить в Башне, эльфийка приноровилась к здешней жизни. Она была помощницей чёрного мага, в её обязанности входило ассистировать при экспериментах, убираться в лаборатории и прочие мелкие задачи. Естественно, эльфийка не могла не задумываться, правильный ли выбор она сделала. Но всякий раз она вертела ситуацию и так, и эдак и понимала, что не сделала бы иначе. Она выбрала свой путь. И её всё устраивало. Хотя, конечно же, она была бы не против, если бы поменялась одна маленькая, почти несущественная деталь… …Но у мага на первом месте магия. И Лорана это точно знала, а потому не собиралась лезть со своими чувствами. — Стой, — поднял палец вверх Рейстлин, — не трогай вон те чёрные и синие книги. На них заклятье. Чёрный маг встал и сам собрал упомянутые тома и поставил на полку. На вопросительный взгляд помощницы он ответил: — Это чтобы любопытный ученик не лазил. Ему ещё рано, категорически рано. А по поводу Шойкановой Рощи — не волнуйся, он не умрёт. Страж ведь побеждён, Башня открыта. Да, безусловно, ученику придётся продемонстрировать некоторую храбрость… — Рейстлин пожал плечами. — Но, в конце концов, он же чёрный маг. * * * Ладонна, Юстариус и Пар-Салиан собрались в комнате Главы Конклава, которая негласно считалась тихим местечком, где можно было обсудить дела, подобные этому. С того самого момента, как сопляк Маджере прошёл Испытание, покоя верхушке магического сообщества не было… нет, пожалуй, даже раньше. С того дня, как Антимодес, раздери его дракон, нашёл этого босого заморыша в богами забытом городишке под названием Утеха. «Хотя напрасно я виню Антимодеса, — невесело подумала Ладонна, — он всего лишь выполнял поручение Главы Конклава. И выполнил он его, надо сказать, блестяще. С каких это пор мне не нравится слишком добросовестно выполненное задание?.. Если уж кто и виноват, что Маджере свалился нам на головы, так это Пар-Салиан! И, надо сказать, на месте Рейстлина я бы оторвала ему голову…». — Ну что, Ладонна, как там твой ученик? — спросил Юстариус. — Я его уже отправила в Палантас, — холодно ответила Глава Чёрной Ложи. — Ты обо всём его предупредила? — уточнил Пар-Салиан. — Да, конечн… — внезапно женщина запнулась. — Я забыла! Я совсем забыла о той маленькой эльфийке, любовнице Маджере. Глава Алой Ложи усмехнулся: — «Маленькая эльфийка» — это ты так принцессу Квалинести назвала? — Брось, Юстариус, она больше никакая не принцесса. Она теперь изгнанница. Как и мой ученик. Пар-Салиан задумался, откинувшись в кресле. Затем он спросил у присутствующих: — Как вы полагаете, чем это всё может для нас обернуться? Глава Чёрной Ложи встала, намереваясь уйти. Напоследок она лишь сказала: — Да ничем, Пар-Салиан. Даламар просто сильно удивится — это максимум. * * * Тёмного эльфа потряхивало — от холода и от страха. Даламар не хотел вспоминать, что он сейчас видел в Шойкановой Роще. «Надеюсь, мне не придётся больше через неё ходить вот так… — стуча зубами, подумал эльф. — Наверное, есть другой способ или какая-то защита… Неужели, он ходит через неё точно так же? Хотя, если он прошёл через Сильванести…». Воспоминания о родине вызвали привычную, почти ощутимую боль. Однако что делать, магия или дом. Без магии было бы во сто крат хуже. Даламар прошёл через пустой внутренний двор и подошёл к входной двери. Осторожно приоткрыв её и заглянув внутрь, тёмный эльф увидел полутёмную винтовую лестницу без перил с провалом в середине. Нервно сглотнув, Даламар начал подъём. Этажи всё мелькали мимо, а силы эльфа иссякали. «Долго ещё, интересно? Нет, я не глупый, я понял, что это своеобразная проверка на прочность, — размышлял Даламар, пока устало плёлся по ступенькам. — Вот сейчас поднимусь я до самого верха… а тут — никого! Или какой-нибудь дракон. И выяснится, что всё это было очередным испытанием госпожи Ладонны. Нет, я уже буду неспособен сражаться…». Вдруг на одном из верхних этажей (хотя Даламар давно перестал их считать, он был уверен, что это должна быть самая верхушка Башни) эльф увидел светлый коридор. «Если коридор освещён магическими светильниками, значит, здесь кто-то живёт», — сделал логичный вывод Даламар и пошёл вперёд. Идти оказалось недалеко. Тут же тёмный эльф наткнулся на массивную дверь с вырезанными на ней рунами и символами. Ручка у двери напоминала череп. — Здесь, — прошептал Даламар и даже улыбнулся. Тёмный эльф протянул руку к ручке, но вдруг остановился. Глубоко вздохнул, закрыл глаза и постучал. — Входи, — раздался едва слышный голос. Так мог говорить больной человек. Даламар вспомнил всё, что он слышал о Рейстлине Маджере. Держа эти знания в голове, он медленно открыл дверь и ступил за порог. …И всё-таки слова Иоланты — просто мелочь по сравнению с тем, чтобы видеть это вживую! Вначале Даламару показалось, что перед ним, повернувшись спиной к большому каменному столу и чуть опираясь на него, стоит старик. Длинные выбеленные сединой волосы были забраны в хвост, спина сгорбилась, а тело мага было очень хилым и худым. В следующую секунду тёмный эльф понял, что ошибся. Рейстлин Маджере был младше его как минимум в четыре раза, а если учитывать то, что эльфы медленно взрослеют, то в два-три. «Ну конечно же, — вспомнил Даламар, — ему только двадцать пять. Но, признаться, в первую минуту была мысль, что его возраст близок к моему… то есть к сотне лет». Золотая кожа смотрелась при таком освещении дико, золотые глаза с чёрными вертикальными зрачками в форме песочных часов впились взглядом в Даламара, изучая его. — Как тебя зовут? — шёпотом спросил Рейстлин. — Даламар, — ответил тёмный эльф, стараясь вести себя спокойно. Его перестало трясти. Только сейчас Даламар заметил, что в комнате тепло — нет, даже жарко! В камине полыхали дрова, тут же захотелось просушить мокрую мантию. — Хорошо, Даламар, — кивнул Рейстлин и встал. Когда он распрямлял спину, он становился выше ростом, но всё-таки не мог сравниться с высоким от природы Даламаром. — Как ты знаешь, ты будешь у меня учиться. Есть несколько простых правил, которые ты должен будешь выполнять, живя в этой Башне. Первое — приходить тогда, когда я позову. Ты услышишь, обещаю. Даже если будешь спать. Второе — делать то, что я говорю. И третье… Волшебник подошёл к подоконнику, на котором стоял заварочный чайник и чашка. Махнул костлявой рукой Даламару, тот взглянул из-за плеча своего нового учителя. Рейстлин подал чашку эльфу. — Только не пей, — предупредил он. Даламар поднёс чашку к лицу, чтобы посмотреть, что там на донышке. Там явно была какая-то заварка, а какая именно… На своё несчастье тёмный эльф вдохнул. Резкий запах шибанул в ноздри, голова закружилась, и Даламар уронил чашку, которая с громким звоном разлетелась по полу вместе с её содержимым. Слёзы выступили на глазах эльфа — и от ужасного запаха, и от обиды. Так глупо попасться! Наверняка его испытывали! …Если бы Даламар не был в данный момент так увлечён безысходными мыслями о том, что ему придётся вернуться в Конклав ни с чем (а также попытками сдержать рвотный рефлекс), то, возможно, он бы заметил усмешку на лице Рейстлина Маджере… — Когда я договорю, сходишь в кухню и принесёшь мне новую чашку. И уберёшь тут. Так вот, как ты успел заметить, это мой чай, — спокойно продолжал Рейстлин. «Что-о-о? Ты ещё и пьёшь это?» — чуть не вырвалось у Даламара, он едва сдержался. Он-то думал, это крысиная отрава. — Я пью его как лекарство от… моей болезни. Так вот, третье правило — заваривать мне чай, когда это потребуется. Тебе всё понятно? — Да… шалафи. Эльфийское слово вырвалось само собой. В первый момент Даламару хотелось повернуть время вспять и вырвать себе язык. «Наверняка он не знает эльфийского, — подумал новоиспечённый ученик, — интересно, что он сейчас подумал? Что я пытаюсь его обхитрить?». Потом вдруг тёмный эльф успокоился. «Ты проверяешь меня, а я тебя», — решил Даламар, стараясь прогнать из головы одну-единственную мысль… …Что «шалафи» он ещё никого не называл, ни одного из своих лордов, на которых работал. И что маленький сирота-сильванести, возвращаясь домой после работы часто думал, что это слово принадлежит только одному человеку — давно мёртвому отцу... Однако Рейстлин сохранял каменное выражение лица. Даламар вышел из лаборатории и пошёл бродить по Башне в поисках кухни. Ноги подгибались и дрожали — слишком большое напряжение на них сегодня было. — Интересно, долго ли я провожусь, ища тут кухню? — тихо спросил Даламар сам у себя. — Боюсь, что до вечера. Я ведь даже не спросил, куда идти… «Зайди сначала в свою комнату. Переоденься, не мёрзни. Не потеряешься, там светло. Кухня на втором этаже по коридору налево, там тоже светло. Потом ко мне», — раздался в голове шёпот Рейстлина. «Ты меня услышишь, даже если будешь спать, — повторил про себя слова учителя тёмный эльф. — Да, похоже на то…». * * * Через час Даламар уже стоял в кабинете шалафи. Сам кабинет был прибран от осколков, а в новой чашке был заварен чай. Тёмный эльф старался не морщиться от запаха, Рейстлин же, как ни в чём не бывало, пил гадкий отвар. — Начнём первый урок, — всё так же тихо сказал Рейстлин стоя рядом со своим столом. — Как ты уже понял, Башня на данный момент находится в полузаброшенном состоянии. Все помещения вполне рабочие, но нас тут не так много, чтобы использовать их. Пара спален, лаборатория, кухня, класс и двор — вот всё, что на данный момент необходимо. Архитектура Башни весьма… ммм… оригинальна, не правда ли? Даламар только вымученно улыбнулся. Всё его тело ныло от сегодняшних походов вверх-вниз. — Для того чтобы не тратить силы впустую, а тратить их с пользой, существует заклинание магических коридоров. Ты слышал о нём? — Да, многие маги им пользуются — кивнул Даламар. — Но мне оно пока недоступно. Рейстлин поставил чашку на стол и хлопнул в ладоши. — Вот и хорошо. Начнём тогда. …По прошествии нескольких часов тренировок Даламару всё же удалось появиться там, где и было задумано, то есть на кухне. Практику повторили несколько раз, и получалось удачно. — Ну что ж, — Рейстлин вновь налил себе чаю. — Хорошо. Хватит на сегодня. А я смотрю, ты способный ученик. * * * — Интересно… Забавного субъекта госпожа Ладонна мне прислала на обучение… но выбора, впрочем, у меня всё равно нет… — Рейстлин помолчал, затем добавил совсем тихо, себе под нос: — Ишь ты, «шалафи»… Лорана подошла к Рейстлину и посмотрела ему в глаза: — Как по-твоему, он шпион Конклава? Рейстлин усмехнулся, затем провёл рукой по волосам эльфийки: — Не думай об этом. — Лучше бы сразу сказал — не лезь в это, — вздохнула Лорана. Рейстлин не ответил ей. Он обернулся к окну. «Шпион, ещё какой шпион, — подумал волшебник, — но тебе совать нос в подобные тонкости совершенно не обязательно, потому что я намерен разыгрывать идиота до последнего…». — А, кстати, чашку-то он разбил, — Рейстлин обернулся к Лоране с нехорошей улыбкой, — ты проспорила. Эльфийка тоже улыбнулась. — Нервный какой, подумаешь, всего-то отвар из трав. — А ты сама-то не помнишь, как первый раз отреагировала на мой чай? — Ну ладно, ладно, ты выиграл, — признала Лорана, осторожно кладя руку на плечо Рейстлину, перебирая пальцами бархат мантии. — Загадывай желание. Рука волшебника обняла талию эльфийки. — Я… подумаю. * * * Было уже за полночь, когда Лорана шла по коридору к себе в спальню. Она не была магом, ей не было доступно мгновенное перемещение с места на место. Но сейчас она и не хотела. Эльфийка была рада пройтись, привести в порядок мысли… Как вдруг она услышала чьи-то шаги. Лёгкие, несвойственные человеку. «Вот, Даламар, ты и попался, — потёрла руки Лорана. — Ну держись, я тебя сейчас Рейстлину за шиворот приволоку! И пусть он мне больше не говорит, чтобы я не лезла в твои шпионские штучки!». Даламару не спалось даже после всех переживаний и физической усталости, поэтому он решил ещё потренироваться с заклинанием — это единственное, чем он мог себя занять на данный момент. Из своей комнаты он перемещался в коридор этажом выше. И вдруг услышал шаги. Лёгкие, несвойственные человеку. «Эльф? Но здесь же никого нет! Мои уши не могут меня обманывать, это точно эльф, причём ещё и очень худой. Это не шалафи, у него совсем другая поступь. Ну всё, сейчас я отловлю мерзавца…». Лорана и Даламар притаились за углом. Каждый — со своей стороны. А затем одновременно выскочили друг на друга. В темноте. В чёрных мантиях. После непродолжительной, но бурной драки победителем вышел Даламар — он элементарно был сильнее физически и больше весом. Лорана отбивалась яростно, но безуспешно. «Только бы шалафи ещё не спал!» — в надежде взмолился тёмный эльф и переместился магическими коридорами вместе со своей добычей к кабинету Рейстлина. Волшебник не просто спал — он уже видел седьмой сон. Но поскольку разбудить Рейстлина всегда было очень легко, то он проснулся от стука в дверь, быстро натянул мантию и пошёл открывать. — Войди, — недовольно откликнулся маг, усаживаясь за стол. Рейстлин при свете Посоха Магиуса вначале не понял, что за кулёк у Даламара в руках, пока этот самый кулёк не оказался на полу и не начал браниться отборной солдатской руганью. — Шалафи, я поймал постороннего, — доложился Даламар, довольный собой. — Какая я тебе посторонняя, ты, мешок с дерь… — Лорана! — прикрикнул Рейстлин. Эльфийка, путаясь в мантии, поднялась с пола и откинула капюшон. Лицо Лораны было красным от ярости, длинные золотые волосы растрепались. До Даламара начало доходить, что он сделал что-то не так… очень сильно не так… — П-п-принцесса Квалинести, Лоранталаса Канан? — чуть заикаясь, спросил тёмный эльф. — Сам ты Лоранталаса Канан! — вскричала эльфийка. — А я — Лорана, понятно тебе? Ещё раз тронешь меня — глотку перережу! — Всем молчать, — сказал Рейстлин. Сказал, не крикнул. Но эльфы замолчали и обратили внимание на него. — Даламар, это Лорана, моя помощница. Она живёт тут со мной. Лорана, познакомься, это мой ученик Даламар. Всё, конфликт улажен, всем спать, меня больше не тревожить. Предупреждаю, мне ваши ссоры не интересны. Рейстлин развернулся и направился в спальню. Лорана вышла в коридор, напоследок послав испепеляющий взгляд Даламару. «Думаешь, если ты маг из Сильванести, то ты имеешь право меня лапать? Да я тебя насквозь вижу, ты здесь только для того, чтобы шпионить!» — с презрением подумала эльфийка. Даламар с удовольствием ответил не менее яростным взглядом. «Ты забыла, что принцессой ты была только в своём паршивом Квалинести, а здесь ты никто! Так что спрячь свою спесь!» — думал он. — А я-то считал, Ладонна предупредит его о наличии здесь Лораны, — тихо бормотал Рейстлин, ложась в постель. Но, видимо, она решила, что так будет реалистичнее…