Тёмное Солнце

В Палантасе был мрачный дождливый день, словно бы сама природа плакала по тем, кто ушёл, и тем, кто собирается уходить. Город молчал. Редкие прохожие обменивались понимающими взглядами, будто бы старались ободрить друг друга. Верховный Жрец Паладайна умирал, и это не было тайной. Никто не мог помочь вылечить Элистана. Госпожа Крисания Таринская, временно взявшая на себя бразды правления, отчаянно надеялась на чудо. Именно поэтому она решилась пригласить в Храм не кого-то, а Рейстлина Маджере, Хозяина Башни Высшего Волшебства. Архимаг согласился. Лорана тоже захотела навестить старого друга. С той самой минуты, как Рейстлин зашёл в комнату, он не произнёс ни слова. На лице волшебника появилось отстранённое выражение, а на лбу залегла глубокая морщинка. — Ему ещё можно помочь, ведь так? — с надеждой спросила Лорана, глядя мужу в глаза. Они стояли над постелью Элистана. Верховный жрец Паладайна был в ужасном состоянии — он даже не мог сам ходить. Денно и нощно в этой комнате дежурили служители Храма, но сейчас Крисания попросила всех уйти. — Рейстлин? — эльфийка тронула архимага за руку. Тот глубоко вздохнул и чуть улыбнулся: — Ты не оставляешь мне выбора. Формулировка твоего вопроса такова, что я просто обязан ответить, что всё будет хорошо. — Должно же быть какое-то средство! — подала голос Крисания. — Я уверена, что Элистан поправится. Вы можете помочь? Рейстлин подошёл вплотную к постели. Верховный Жрец открыл глаза и, посмотрев на своего друга, кивнул. Архимаг обернулся к женщинам: — Я сделаю для него всё, что смогу. Пожалуйста, оставьте нас. Крисания увела Лорану, и Рейстлин остался с Элистаном наедине. — Ты ведь знаешь, что надо делать, — с трудом пробормотал жрец. — Я уверен, ты сможешь. Волшебник молча кивнул и стиснул руку старика. — Ты был хорошим другом, жаль, что я не всегда это понимал, — продолжил Элистан. — Передай всем привет, а Лоране скажи, чтобы не плакала. Рейстлин почувствовал, как что-то мешает дышать. Чародей зажмурился, несколько раз порывисто вздохнул, а затем, открыв глаза и ясно посмотрев на Элистана, прочёл заклинание. Глаза старика закрылись, дыхание остановилось, а рука, ослабев, выпала из ладони Рейстлина. — Прощай, — тихо сказал маг. В ту же секунду в комнату ворвались Крисания и Лорана. — Что… что ты сделал? — Посвящённая в ужасе смотрела на тело Верховного Жреца. — Ты… — Ты убил его! — закричала Лорана. — Зачем, зачем ты так поступил? Женщины плакали, спрашивали, кто-то из них даже ударил Рейстлина по щеке. Но он стоял молча, словно был статуей из чёрного камня. Он даже не слышал большей части ругательств, направленных в его адрес — звуки отошли на второй план. — Они поймут, — раздался голос из-за плеча Рейстлина. Волшебник обернулся и увидел старика в мышасто-серых одеждах и скособоченной шляпе. Фисбен был непривычно серьёзен. — Я ожидал, что ты придёшь, — прошептал Рейстлин. — Они нас не слышат? Фисбен покачал головой. — Спасибо за этот отважный поступок. Я знал, что только ты можешь помочь, именно поэтому явил Посвящённой Крисании во сне видение. — Своеобразная помощь — убийство, — горько сказал Рейстлин, опуская взгляд. — Но зато это у меня получается лучше всего…